Всё, что я люблю - в тебе

Следующие пару дней пролетели незаметно. Карин всю себя посвятила подготовке к предстоящему концерту в честь дня рождения аудиостудии. Тот факт, что половина здания была полностью разрушена взрывами, ничуть не огорчил организаторов. Они сразу нашли новый концертный зал, который по размерам почти не уступал прошлому. Карин, конечно же, много репетировала, готовила свой сценический образ и в перерывах помогала украшать зал. Но также совместно с концертом должен состояться и банкет. Приготовлением блюд занялись лучшие повара Каракуры, за организацию столов взялась знакомая Карин. И, честно говоря, конечный результат совместных усилий очень порадовал всех, особенно директора аудиостудии. В частности радовало то, что все было законченно в срок и даже немного раньше, ведь впереди был еще целый день, чтобы поправить некоторые неполадки и настроиться на концерт. Карин хотела все это время как следует отдохнуть и, по возможности, повторить песни, но менеджер заставила ее, как одну из звезд грандиозного вечера, прорекламировать этот самый вечер. Конечно, она не была одна. Еще несколько групп тоже за это взялись, ну, а вместе с ними был и Крис. И радовало то, что они хотя бы в этот раз не будут пересекаться. — Не пропустите! Приходите завтра в двадцать ноль-ноль в концертный зал "Eclat"* и отпразднуйте вместе с нами долгожданный день рождения вашей любимой аудиостудии звукозаписи "Musical plate"**! Киришима Аюми к сцене прилагается, — девушка кокетливо подмигнула и послала воздушный поцелуй в толпу ее слушателей, которых в принципе и не было. Напротив Карин стоял лишь оператор, снимающий ее небольшую рекламу. Всего пару действий, хорошие связи, и уже примерно через час всеми любимая Аюми будет транслироваться по всем телевизорам города вместе со своими коллегами. — Молодец, Аюми-чан, — оператор убрал камеру и громко похлопал девушке. — Да ничего сложного, — она безразлично махнула рукой и обернулась к менеджеру, состроив очень жалобное, уставшее личико. — Теперь я могу идти домой, Тачибана-сан? — Да, ты можешь идти, — Карин с визгом кинулась обнимать Тачибану, а после пулей вылетела из помещения, прихватывая на выходе свою сумочку. Через полчаса девушка, полностью обессилившая, на последнем издыхании свалилась в свой дом, тут же сползая по стенке на пол. Встретить ее выбежал взволнованный Ичиго. Ну а кого не напугают громкие стоны и вздохи, будто человек умирает? — Карин? — удивленно вопрошает парень, оглядывая сестренку с ног до головы. — А я тебе говорил, чтобы ты сегодня дома посидела. У тебя ведь завтра еще выступление! — Да ничего, — устало отмахивается девушка, с огромным усилием поднимаясь на ноги. — Сейчас полежу, посплю и завтра буду как огурчик. Она вытягивает вперед руку и показывает большим пальцем вверх, говоря тем самым, что все замечательно. Ичиго беспомощно вздыхает и закатывает глаза. Ну что за упрямая девчонка? Завтра же очень важный день, нужно выглядеть на все сто. Но сейчас ей желательно хотя бы на ногах уверенно стоять... — Ой, сестренка уже вернулась, — Юзу торопливо спустилась вниз, обняла Карин и убежала на кухню, оттуда уже крикнув: — Я тебе сейчас чай сделаю и ванну приготовлю, а ты пока переодевайся. Карин кивнула невидимой сейчас сестре и медленно поковыляла наверх, в свою комнату. Там она переоделась в домашнее: голубой спортивный костюмчик, — сняла парик и взлохматила себе волосы, а после протопала в ванную, где ванна уже была набрана горячей водичкой. Девушка быстро смыла легкий макияж, сняла одежду и аккуратно стопкой сложила рядом, затем медленно окунулась в ванну с шумным, протяжным выдохом. — Как же хорошо-о, — пропевает Карин, откидывает голову на бортик и закрывает глаза. Сейчас так превосходно, приятная вода окутывает все тело. Усталость отошла на второй план, и даже дышать стало легче. Пока девушка отмокала в ванной, достаточно громко напевала одну за другой свои песни. Наверное, снаружи ее было слышно, но ей все равно. Главное — добиться нужного результата в исполнении, чтобы и фанатов порадовать красивым вокалом, и самой за себя гордиться. Время летело быстро. Казалось, будто Карин просидела здесь до самого вечера, но прошло только около часа. Вода начала остывать и уже была не такой приятной. Куросаки решила, что уже самое время вылазить и идти пить целебный чай, приготовленный ее заботливой сестренкой. Она быстро вытерлась большим махровым полотенцем, оделась, просушила немного намокшие волосы и выбежала в коридор. Юзу как раз проходила мимо и сообщила, что чай уже готов. Карин ей кивнула и спустилась вниз. На кухне никого не было, на столе одиноко стояла одна белая чашка с темной дымящейся жидкостью. Девушка села за свое место, обхватила пальчиками ручку и поднесла кружку к губам, сделав первый неуверенный глоток. — Ай, горячо! — она болезненно помычала, десять раз прокляла чай и вновь поднесла кружку к губам. На этот раз она пару раз дунула на обжигающую жидкость, а после сделала еще один глоток. Уже было лучше, но все равно горячо. — Будь аккуратнее, глупышка, — мимопроходящий Ичиго небрежно потрепал сестру по волосами и вышел в холл. — Я уйду до вечера, к ужину не ждите. — Ты с Тоширо на задание? — парень коротко кивнул и вышел на улицу, оставляя Карин наедине с собой. — Так, самое время подготовить наряд. Она встала из-за стола, взяла с собой чашку и пошла обратно наверх. В комнате на одной из кроватей тихо лежала Юзу. Было похоже, что она спит, но это не так. Она просто лежала, отдыхая от тяжелой домашней работы. Карин, стараясь ее никак не беспокоить, на цыпочках прошла к своему шкафу и широко раскрыла его двери, одна из которых противно скрипнула. Девушка поморщилась и сразу отодвинула то, что, в принципе, ей не нравилось. Оставалось на выбор три наряда, из которых одно она тоже убрала. Уж слишком большой вырез спереди был у платья. И зачем вообще она это купила? В борьбе со сдельным костюмчиком и обтягивающим платьем выиграл сдельный костюм. Это был бежевый топ с длинным рукавом, обшитый крупным белым кружевом и такая же бежевая обтягивающая юбка до колен. Туфли к этому наряду нашлись сами собой: бежевые босоножки на высоком каблуке с тоненькой застежкой-ремешком. Теперь оставалось придумать прическу и макияж, но с этим проблем никогда не было, поэтому решено было оставить все это до завтра. Карин глянула на часы. Прошло около полутора часов, с тех пор как ушел Ичиго. Неужели она так долго возилась с одеждой? Хотя оно и понятно: звезда на сцене должна быть неотразимой.

***

— Черт, мы потеряли его! — Хитсугая недовольно цыкает, нервно убирает меч в ножны и складывает руки на груди, пронзительно глядя на Ичиго. — А я тут причем? — удивляется тут, расставляя руки в стороны. — Он, между прочим, довольно быстр и ловок для нас. Кто бы мог подумать, что появится враг, которого мы не сможем победить. Капитан нахмурился: — Меньше бы болтал и больше делал. Мы обязаны его поймать или хотя бы понять, кто или что он такое, — Хитсугая опускается на землю и поднимает задумчивый взгляд на вечернее небо. Они долго гонялись за этим существом, но все попытки приблизиться хотя бы на два-три метра к нему венчались провалом. Их враг проворен и не подпускает к себе. Вероятно, он очень осторожен с ними. Но почему? Потому что шинигами могут его одолеть? Убить? Или он просто таким образом гоняет их до упаду? Нужно было выяснить это как можно скорее, пока не появились первые жертвы. Благо, то происшествие в Студии звукозаписи прошло без лишней крови. Но что же будет потом?.. — Хей, Тоширо, — капитан перевел недовольный взгляд на Ичиго. — Хватит думать о том, что мы уже потеряли из виду. Нам сегодня его не поймать, лучше отдохни. Да к тому же завтра концерт в честь дня рождения Студии, в которой работает Аюми. Не хочешь сходить? Хитсугая уже хотел было отказаться, но Ичиго игриво ему подмигнул и заговорщицки добавил: — Там будет Карин, — щеки капитана в миг вспыхнули, и он поспешил отвернуться. К чему это сейчас было вообще? Как будто он передумает с ответом только из-за этой девчонки. Вот еще! — Ну так что? — Пойду я, пойду, — спешно бормочет парень и поднимается на ноги, сам не ожидая от себя положительного ответа. Он же вроде только что заявил себе, что не передумает, разве нет? — Не отстанешь ведь, Куросаки. — И то верно, — Ичиго усмехается и подходит немного ближе. — Ну что, домой? В ответ уверенный кивок, а после оба шинигами испаряются в шунпо.

***

Новый день встречает Карин не лучшим образом. Весь день суета: накраситься, накрутиться, успеть позавтракать, то есть пообедать, и принять душ еще, а после надо и одеться. А времени оставалось все меньше и меньше. И как она только могла проспать? А ведь ее попросили прийти пораньше! Она же открывает концерт, сценарист должен был рассказать и показать ей начало, что да как она делает, а потом еще встречать гостей предстояло. И почему вдруг она вздумала не делать это все на репетиции? Сэкономила бы время. Да к тому же еще надо было подготовить вступительную речь. Но когда?! — Черт, черт! — у девушки уже начиналась паника, но цепкие ручки Юзу заключили ее в крепкие объятия, тем самым заставляя на время отвлечься от всей этой суеты. — Успокойся, Карин-чан, ты все успеешь, — с уверенностью и с улыбкой на лице говорит младшая Куросаки, целует сестру в обе щеки и отпускает ее. Похоже, что это немного заставило Карин взять себя в руки. Кто бы мог подумать. Она встала чуть позже полудня, оставалось шесть часов на сбор. Шесть часов! Но они мигом превратились в пару. Через пятнадцать минут должна была приехать машина и забрать Карин на концерт. И хотя бы все это недолгое время она могла спокойно посидеть на кровати, полностью успокоиться и настроиться на нужный лад. Но вот Юзу забегает в комнату и оповещает сестру, что машина ждет. Новая волна паники хотела вновь поглотить певицу с головой, но, кажется, все обошлось. Она быстро сосредоточилась на главной задаче на этот вечер. Через полчаса она уже стояла на пустой нарядной сцене, освещенной парочкой прожекторов. Рядом находился сценарист и подробно объяснял начало программы. Карин внимательно слушала, повторяя некоторые моменты про себя, а после закрепила подготовленную час назад речь. Вроде бы все было готово. Официанты доставляли последние блюда на банкетные столы, а на часах уже было за шесть вечера. Это значило только то, что певице надо было торопиться в холл, чтобы с улыбкой на лице встречать зрителей. Вместе с Кристианом. Она поморщилась. И почему именно с ним? Ну да, они же "пара". И как она могла забыть? Просторный недлинный коридор встречает Карин яркими люстрами, а далее она уже слышала шум приходящих людей. Взгляд зацепился за парочку артистов, одну небольшую группу и... Кристиана. Девушка закатила глаза, досчитала до десяти, натянула на лицо улыбку и уверенным шагом подошла к парню. Он ничуть ей не удивился, наоборот, был только рад ее видеть. Она хотела уже отвернуться от него, но он не дал ей этого сделать, быстро притянув к себе и мокро поцеловав в губы. Карин от этого передернуло, и, казалось, вот-вот затошнит, но все обошлось. Мимо прошла милая старушка, и певица не постыдилась вежливо попросить у нее бутылочку воды. Конечно, неплохо было бы сейчас с мылом, антисептиками и другими обезораживающими штучками промыть рот, но такой возможности у нее не было на данный момент. Ей повезло, что старушка попалась добрая, и у нее была минералка. Следующие полтора часа прошли без всяких происшествий, Крис почти не приставал, за исключением пары раз, когда он пытался ее обнять. Однако в ответ он получал категоричный отказ. Но вот наступило время долгожданного торжества. Все зрители уже сидели на своих местах, фоновая музыка постепенно стихала, а весь свет был обращен на огромную сцену. Заиграла торжественная мелодия, и все замерли в ожидании. Из середины задних кулис величественно вышла Аюми Киришима, широко выставив руки в стороны, приветствуя всех собравшихся. На лице играла лучезарная улыбка, каштановые волосы большими волнами развевались за ее спиной. Весь зал взорвался бурными аплодисментами, а улыбка певицы становилась все шире и шире. Несмотря на все ее волнение, она была очень счастлива и горда за Студию, за то, что это место добилось огромных успехов за последний десяток лет. — Я приветствую всех, кто сегодня здесь с нами отмечает такой грандиозный день, как день рождения нашей аудиостудии! — аплодисменты возобновились, и Карин в этот раз захлопала вместе со всеми. — Я рада сейчас стоять здесь на сцене и открывать концерт, пусть и в другом зале, но все же. Это невероятная честь для меня. Однако не буду много говорить, порадуйте нас еще раз своими аплодисментами, покажите как вы нас любите. И наслаждайтесь концертом! Певица вновь похлопала, а затем заиграла музыка всем знакомой песни Аюми, а за ее спиной уже выбежала группа подтанцовки и встала в исходные позиции.

Спаси эту ночь И борись с рассветом, Приди завтра, Завтра я уйду. Спаси эту ночь И борись с рассветом, Приди завтра, Завтра я уйду. Давай, закрой шторы, Потому что все, что нам нужно-это свет свечей. Ты и я, и бутылка вина, Я обниму тебя сегодня ночью. Что ж, мы знаем, что я ухожу, И как Бы я хотел, чтобы это было так. Так возьми же это вино и выпей со мной. Давай отложим наши страдания.

Карин прикрывает глаза и начинает танцевать с остальными на сцене давно заученный танец, а некоторые зрители уже начинают хлопать в такт музыки.

Спаси эту ночь И борись с рассветом, Приди завтра, Завтра я уйду. Спаси эту ночь И борись с рассветом, Приди завтра, Завтра я уйду.

Девушка делает разворот на сто восемьдесят градусов, смотрит на ребят слева, потом на ребят справа. И тем, и тем она лучезарно улыбается.

Есть бревно в огне, И оно горит так же, как я, для тебя Завтра приходит с одним желанием Забрать меня. Спаси эту ночь И борись с рассветом, Приди завтра, Завтра я уйду.***

В конце Аюми поднимает руку вверх, запрокидывая назад голову. Музыка заканчивается, и зал вновь взрывается громкими аплодисментами. Певица переводит дыхание, широко улыбается, и вот уже звучит новая протяжная мелодия. Карин отсчитывает ритм и начинает петь. — Куросаки, — раздраженно зовет Хитсугая, делая глоток вишневого сока. Когда парень обращает на него свое немногое внимание, он продолжает: — зачем я сюда пришел? — Как зачем? — удивляется Ичиго, нехотя отрывая взгляд от Аюми. — Ты пришел на грандиозный концерт этого города, повеселиться, попраздновать и просто отдохнуть. Наслаждайся! — Я бы предпочел работать сейчас, а не сидеть здесь, — капитан складывает руки на груди и отворачивается от Ичиго к сцене. — И где же Карин? Ей разве не нравится эта певица? — Карин, к сожалению, приболела, поэтому и не пришла. Юзу потом ей все расскажет. Хитсугая фыркает, но больше ничего не говорит. Аюми заканчивает петь, низко кланяется и уходит со сцены. Голос за кулисами говорит о чем-то забавном, раз все смеются (парень, на самом деле, особо не вникает в слова), рассказывает историю постройки аудиостудии и объясняет следующего артиста. На сцену выходит незнакомая капитану группа парней и сразу начинает играть рок-музыка. Однако вопреки всем нелестным ожиданиям Хитсугаи, песня на удивление хорошая, и мелодия не режет слух. Следом за ними выступает Крис. Он поет две песни, а третью дуэтом с Аюми. — Они такая классная пара, — Тоширо вздрагивает и напрягает слух, пытаясь услышать все, что говорит парочка девушек, сидящих рядом с ним. Хотя подслушивание — явно не то, чем стоит заниматься. — Интересно, а они сыграют свадьбу когда-нибудь? — Ты что, Аюми-чан ведь еще подросток! — подмечает всеизвестный факт вторая девушка. — Это минимум лет через пять. Если только их любовь еще продержится столько. — Не думаю, — к разговору подключается парень, который на вид был старше обеих девушек. — Что Аюми вообще в нем нашла? Как по мне, так он точно ее бросит через пару месяцев. Найдет себе звезду по-популярнее. Дальнейший разговор Хитсугая не слушал. У этой певички есть парень? Да еще и этот, что на сцене? Он думал, что Аюми разбирается в парнях, но вот что она нашла в нем? Да он же наверняка старше нее года на три, если не больше. Или он ее одногодка, но выглядит гораздо старше своих лет. Да уж, ничего не скажешь. Поток неприятных мыслей прерывает Ичиго, который, вероятно, довольно долго пытается до него докричаться, раз решил его и вовсе хорошо так пихнуть локтем в бок. — Чего тебе, Куросаки? — раздраженно отзывается Хитсугая, замечая, что на сцене выступает уже совершенно другая певица. Точнее, певицы. — Как тебе Аюми? — с энтузиазмом спрашивает парень, пододвигаясь чуть ближе к капитану. — Да ничего особенного, — Ичиго разочарованно вздыхает и возвращается на место. И вообще, сначала Карин, теперь эта певица. Он его свести с кем-нибудь из них хочет или что? Странный он какой-то. Концерт подходит к концу только к полуночи, и то оставалось еще песни три-четыре. Нескольких артистов наградили за вклад в развитие аудиостудии, в том числе была и Аюми. После всего должна состояться фотосессия, всем желающим можно будет взять автографы у кумиров, а также задать волнующие вопросы и получить на них вполне честные ответы. За кулисами было душно, стояло много выступающих. Шум и гам в коридорах, которые были слышны даже в гримерной, порядком поднадоели Карин, и она решила выйти на улицу, подышать свежим воздухом и немного освежиться. Несмотря на то, что уже полночь и небо совсем темное, возле здания было светло благодаря многочисленным фонарям, что украшали стены концертного зала. Легкий прохладный ветер трепал кудри девушки и пронизывал все тело, проникая сквозь тонкую ткань платья. Она поежилась и заправила несколько прядок за ухо, шумно выдыхая. — Давно не виделись, — Карин крупно вздрагивает и рефлекторно делает шаг в сторону, поворачивая голову туда, откуда доносился знакомый голос. «Чертов Тоширо! Он опять меня напугал», — думает певица и понемногу успокаивается, расслабляясь. — Не подкрадывайся так больше, пожалуйста. Хитсугая усмехается и засовывает руки в карманы брюк, ничего не говорит. Просто не может гарантировать того, что после вновь не упустит шанса напугать ее. — Почему стоишь здесь? — задает совсем не интересный ему вопрос, лишь бы хоть что-нибудь сказать. — Твои поклонники уже в очередь возле сцены выстраиваются, чтобы взять твой автограф. Не заставляй их ждать. — Ну и пусть, сейчас не хочу, — отмахивается Карин, снова ежась. Капитан внимательно смотрит на нее, забавляясь тем, как мучается девушка в столь тоненьком наряде на таком холоде. Кажется, она это замечает. — Что? — Да нет, — за словами следует еще одна усмешка, а после Тоширо сдается самому себе и стягивает темно-синюю теплую кофту, протягивая ее певице. Та в недоумении смотрит на предоставленную вещь, потом переводит взгляд на парня, как бы спрашивая "можно?", и быстро надевает кофту на себя, натягивая рукава до самых кончиков пальцев. — Спасибо, — под нос говорит Карин, ощущая, как мгновенно ей становится тепло. Хитсугая лишь пожимает плечами и вновь сует руки в карманы. Он остался в одной футболке, хотя по нему и не скажешь, что было холодно. — «Неужели он совсем не мерзнет?» Наступает долгая тишина, прерываемая лишь звуками приближающейся ночи. Стоило, наверное, что-то сказать, но казалось, что сейчас это будет неправильно, неуместно. Они не смотрели друг на друга, но ощущали присутствие каждого. Хитсугая выглядел отстраненным и несколько задумчивым, но, на самом деле, в нем бушевала буря эмоций. Волнение, предвкушение, счастье, страх. Он хотел что-нибудь сделать, но не знал, что именно и понравится ли это девушке. Не сбежит ли она потом? Не будет его избегать? Черт. Парень медленными неуверенными шагами подошел ближе и, вытянув руку в сторону, слегка коснулся кончиками пальцев девичьей ладошки. Она была такой теплой, несмотря на то, что самой Аюми было холодно. Мизинец ведет чуть вверх, а после, немного осмелев, Хитсугая полностью берет девушку за руку. Взгляд смотрит куда-то в бок. Он не вытерпит, если сейчас посмотрит на певицу. Нет, нет, нет. Но... так тянет, так манит... Глубокий вдох, пока решимость его не покинула, пальцами второй руки он обхватывает ее подбородок, поворачивает голову к себе, наклоняется и целует чужие холодные губы. Парень отмечает контраст ее губ с руками и не может сказать, что ему не нравится. Потому что ему нравится. Он не углубляет поцелуй, не ждет, что Аюми ему ответит. Он лишь задерживает такое невинное касание дольше нужного, а после отстраняется, слыша разочарованный выдох со стороны. Неужели она этого ждала? Хотела? Глаза Хитсугаи были плотно закрыты в тот момент, когда он ее целовал, и не решался их открыть. Но любопытство пересилило, и, страшась увидеть на лице напротив раздражение, злость или... да что бы там ни было, он не хотел этого видеть, но глаза резко распахиваются. И он не может поверить, потому что нежные щеки были покрыты едва видимым румянцем, взгляд метался из стороны в сторону, лишь бы не на него, а губы приоткрыты как будто в ожидании. Но чего? Еще одного поцелуя? Если да, то он готов ее целовать хоть всю ночь. И хотел бы сейчас начать воплощать свое желание, как певица аккуратно выдергивает свою руку из чужой, резко разворачивается и, прикрывая ладошкой смущенное лицо, забегает в здание. Хитсугая остается в смятении стоять на месте еще несколько минут, а потом, пару раз несильно ударившись головой об дверь, заходит следом.