вне стен.

             — о господи! кто опять?!       звонок старого телефона, и со ёнхо срывается куда-то с места; в самую глубь своего магазинчика. откуда именно доносится сигнал — ему ещё надо понять, тогда как марк уже привык ко всему в этом месте. он бросает школьный рюкзак со значками за прилавок; трёт нос от такого количества неприятной пыли — у ли вообще на неё аллергия, как и на ещё большой список вещей. например, пушистых кошек; на вредные красители; на часть сладкого, которого так много в супермаркете неподалёку; о, а ещё на одноклассника — ли донхёка. но эта тема совсем другая, конечно же.       уроки уже закончились — завтра суббота выходная, которую марк проведёт лёжа на своей кровати. может, включит приставку и немного поиграет; может, будет лазить по соцсетям — твиттеру и обязательно инстаграму. последнее время, особенно как стало теплее, ему совсем нечем заняться. скейт был отобран отцом ещё в начале прошлого месяца из-за драки с старшим братом, то есть.       марк старается не думать, что на первый взгляд его идеальная семья — идёт по швам. у отца он уже второй ребёнок от брака — очередного; вместе со всеми акциями; компанией важной. командировки — в канаду; англию, тогда как марк не может выйти из своих четырёх стен. лишь спасение есть — не друзья, а странный парень со своим магазинчиком.       — со ёнхо. я вас слушаю, — громкий и уверенный голос разносится по всему помещению, пока марк скучающим взглядом смотрит на почти не изменившийся за несколько дней интерьер. он касается пальцами худыми больших напольных часов, стрелки которых застыли между десятью и одиннадцатью часами. старший же по телефону продолжает говорить с улыбкой своей красивой, — да, это антикварный магазинчик, вы не ошиблись. нет-нет. мы расположены в сеуле, но можем также доставить в любой уголок страны и даже мира. о! конечно-конечно. — марк делает небольшие шаги в коридор и находит ёнхо между шкафами с массивными книгами в кожаном переплёте и чучелом попугая разноцветного. парень же зажимает плечом старую трубку, наматывает на палец провод телефона пожелтевший, а свободной рукой записывает в блокноте, видимо, новый заказ и, кажется, номер телефона. — вам повезло, сегодня было новое поступление и, если моя память за столько лет не начала отказывать, нужная вам книга также там была. я перезвоню вам тогда завтра и, — ёнхо поднимает взгляд, замечая неподалёку марка — машет тому блокнотом исписанным. — да. хорошего вечера вам.       старший возвращает трубку телефона на место и, зачёсывая назад чёрные волосы, улыбается марку. к сожалению, постоянные звонки неизбежны — за время общения они оба, кажется, к этому привыкли. и лишь ёнхо иногда чувствует угрызение совести.       марк — взрослый мальчик, но смотрит на мир всё ещё исподлобья для того, кто должен быть уверен в своих силах и чувствах. со блокнот свой закрывает — обратно в задний карман тёмных джинс вместе с ручкой — удивительно, но не антикварной. ёнхо не из тех людей, что с головой погружаются в свою работу, хотя.       никто не говорил, что для со ёнхо это место — не дом.       нечто своё.       — "хорошего вечера"? — марк голову склоняет и глаза щурит с интересом; его шаги не в сторону старшего, а наоборот обратно в главную комнату — идёт спиной. футболка растянутая с надписью live as if you were to die tomorrow, и сколько бы ёнхо не смотрел на эти слова — марк ли так и не может научиться жить по-настоящему. — предполагаю, что звонили из японии?       со громко щёлкает пальцами и улыбается довольно. громкое верно! по магазинчику небольшому, но любимому теперь уже двумя людьми. ёнхо за прилавок идёт — около входа же две большие картонные коробки, одна из которых уже вскрыта. перед приходом марка, и, правда, был завоз — шебуршание странное по помещению.       — люблю, когда они могут перебороть эти все свои заморочки с гордостью и сотрудничать с нами, — парень кивает сам себе; белая рубашка с закатанными рукавами; в кармашке на груди старые, но аккуратные очки в позолоченной оправе. марк в одиннадцати из десяти случаев готов сказать, что этот хён — красивый. правда, так ни разу его и не видел вне этих стен. словно он тоже под негласным домашним арестом, типа, без девушки или — вдруг шум громкий. — накамото! а ну живо из коробки!       ли поднимает взгляд к входу и смеётся, замечая, как из раскрытой коробки выпрыгивает пепельный кот; высоко поднятый хвост и взгляд — такие скорее у людей должны быть, нежели у животных. но накамото умный. забавно. ёнхо-хён как-то рассказывал, что этот кот тоже родом с японии — как ещё один редкий, но крайне вредный антиквариат. правда, хозяин слишком часто грозиться отослать его обратно на острова подальше от хрупких вещей и аллергии марка на шерсть.       — мне кажется, ему не понравилось это, хён, — мальчишка наблюдает, как кот встаёт посреди комнаты и смотрит — на ёнхо. марк готов поклясться, что замечает человеческую мимику, но в следующий момент.       — накамото, иди лучше поспи, умоляю. тут и без тебя пыли хватает.       громкий чих марка — хорошее тому подтверждение. младший шмыгает носом, а ёнхо тут же вручает ему пачку бумажных платков — купленных, между прочим, специально для ли. ёнхо-то не болеет совсем, а накомото не нужно — хвостом свои сопли подотрёт. в случае любом, мальчишка лишь благодарит с улыбкой.       — ты не против, если я допоздна с тобой? — он голову поднимает на старшего и бурчит в бумажный платок задумчиво. — отец должен был вернуться утром с австралии, ну, плюс опять болтовня джэхёна. короче, появляться я там точно не хочу, а тебе, — марк переводит взгляд на две большие коробки, — думаю, от меня больше помощи, чем от накамото.       — даже мертвец будет полезнее этого кота, — тут же усмехается ёнхо; по-доброму на самом деле, а затем согласно кивает, мол, без проблем, малой. — вообще я даже знаю чем тебя занять, но. — старший тыкает пальцем указательным в плечо марка с прищуром хитрым. — ты рассказываешь, как прошёл твой день, договорились?       марк хмыкает — ёнхо-хён учит его делиться хотя бы с ним, если не со своей семьёй. а ли уже и не против, в конце концов, владелец странного магазинчика и его японский зверь становятся даже ближе родителей и сводного брата. это даже к лучшему —             где-то внутри шутка про социализацию. неправильную какую-то.       он подхватывает за лямки свой рюкзак с пола у прилавка — раскрывает движением одним и достаёт тетрадь свою единственную — не то чтобы марк плохо учится; ему просто не нужно быть лучше всех. отличников хватает и так, например, джэмин, у которого чувство собственного достоинства хватит на весь их класс. хотя. до ли донхёка им всем ещё очень и очень далеко.       — всё ещё не понимаю, почему мне не разрешают пересесть, хён, — марк с тетрадкой в руках; ищет страницу нужную, а после — перед собой на вытянутой руке. мол, ёнхо, смотри — тут не хватает почти пяти страниц сегодняшнего конспекта; лишь неровные края; следы преступления. — он всю химию сидел в телефоне, а затем в конце вырвал весь мой, сука, конспект, который у нас будут проверять!       жаловаться — это вообще не в привычках марка, но даже у стойких людей кончается терпение. если учесть, что это донхёк, то мальчишка даже неплохо справляется столько лет. только вот сосед по парте; ужасно шумный одноклассник; задира чуть ли не всей школы и просто хулиган — донхёк однажды в лицо сказал, что доставать марка весело. просто весело. и плевать он хотел, что марк из семьи богатой, а его отец — спонсор их школы.       донхёк словно знает, что ли не пойдёт жаловаться семье.       руки —             распущены.       — ну, во-первых, не ругайся матом, — ёнхо цокает языком и, доставая из нагрудного кармана очки, надевает их на переносицу. зачем именно — непонятно, потому что он сам говорил, что его зрение стопроцентное. тем не менее. он склоняется, заглядывая в тетрадь. — во-вторых, он вряд ли сможет использовать украденный конспект, как свой, потому что твой почерк, как у иностранцев, а сам хёк-и ленив, чтобы переписывать. — ёнхо выпрямляется и улыбается как-то приятно марку. — напиши завтра йери и пусть сфотографирует тебе свой конспект. сделаешь новый и заодно повторишь материал, верно?       марк стоит с лицом человека, который ненавидит делать двойную работу, но — вздох тяжелый. к сожалению, хён этот прав. ёнхо же довольно проводит по своим чёрным волосам и идёт к коробкам — накамото тут же путается под ногами и даже не сразу позволяет опуститься на пол. длинный пушистый хвост щекочет нос ёнхо-хёну, а марк почему-то чувствует адскую необходимость чихнуть.       — а-апчхи!       — будь здоров, — со отпихивает кота в сторону двери на улицу и подзывает к себе движением руки, — вообще, не думаю, что этот донхёк такой плохой. ему скорее хочется привлечь твоё внимание и... всё такое. не думал никогда об этом?       мальчишка вопросительно смотрит на старшего; снизу вверх; предполагает, мол, от количества пыли и малого количества солнечного света этот хён начинает сильно бредить. какое привлечение внимания, если марк вдруг оказывается врагом всего класса, просто за то что дышит?       ха-ха.       ли качает отрицательно головой и садится на корточки рядом с ёнхо — тот выше и крепче его, конечно же. а ещё на руке левой часы красивые тоже, кажется, старые чуть — важные.       — лучше покажи, с чем тебе помочь, хён, — бурчит марк и заглядывает в коробку, не замечая там ничего особенного кроме огромного количества пупырки и ещё коробок. ёнхо наблюдает за ним, а затем указывает на. — что? взять эту?       не особо тяжелая коробка оказывается в руках марка — старший говорит достать содержимое на прилавке, проверить целостность и количество. звучит не особо сложно. по крайне мере, это не тот случай, когда ёнхо попросил посчитать количество страниц какой-то древней книжки без нумерации. это было настолько невыносимо долго и сложно, но — кажется, в тот день марк поругался с матерью?       мысли за работой становятся другими.       занять руки необходимо таким людям как марк ли, а ёнхо не сложно найти в своём магазинчике —             новые проблемы.       — это китайский сервиз, — ёнхо всё ещё у коробки той самой; воюет с пупыркой и накамотой, тогда как мальчишка разрезает ножом скотч. упаковка хрупких вещей очень важна — удивительно вообще, как половина вещей из магазинчика приходят сюда целые. — сычен нашёл в шанхае. одна аджумма хранила его, как реплику, а на деле, — старший указательным пальцем в воздух, спустя миг сидящий рядом кот бьёт хозяина когтистой лапой. — ай, блять. накамото, это не помощь!       марк прыскает от смеха и, игнорируя упрёк про отсутствия мата в их лексиконе, возвращается к сервизу. кажется, всё на месте — набор стандартный. такие уже были в лавке со ёнхо — их удивительно любит местный народ. кто-то за просто красоту, а кто-то за редкость. ли же просто аккуратно распаковывает каждую кружку — кончиком пальцев проверяет края и донышко на сколы заметные; фарфор даже без разводов старости. удивительная магия. заварник — массивный и с надписями, к счастью, не особо понятными марку. он не учил ни китайский, ни японский в отличие от, например, донхёка или своего брата джэхёна. последний так вообще из-за этого больше в почёте у отца — любимчик определился ещё до того, как марк научился говорить и устало закатывать глаза.       настроение: надоело существовать.       какое-то хроническое заболевание, если честно.       — хён, всё цело, — он голову поднимает с кружкой в руках; собирается её поставить обратно на стол, но. — вау, это меч? настоящий? — мальчишка заворожено смотрит на руки старшего. марк не задумывается, как оружие больше чем полтора метра могло поместиться в тех коробках, но. ёнхо касается пальцами лезвия переливающегося; слишком красиво; слишком манит. кажется, даже накамото не может отвести от меча взгляд кошачий, и.       по помещению проходится звук бьющегося фарфора — марк тут же глаза распахивает и смотрит под ноги свои; кружка, которую он держал в руках, теперь не более чем осколки бесполезные. тишина неловкая — мальчишка наблюдает, как по полу под осколками растекается вода прозрачная; наверное, такая прохладная; свежая. не для того, чтобы сделать чай терпкий, скорее — в лёгких вдруг воздух влажный.       стоп —             вода?       ли делает шаг на автомате — молча, и сам не понимая, зачем. словно, что-то тянет его — что-то иное. ёнхо же лишь с котом своим успевает переглянуться со страхом: их общая ошибка. и теперь оба срываются с места, прежде чем остановить младшего,

но.

             марк с сожалением думает о том, что сегодня вечер пятницы и ко всему прочему возвращается отец домой — лучше не попадаться тому на глаза. впрочем, как и чон джэхёну — брату. забавно, что тот решил оставить фамилию своей матери и сделать всё, чтобы у них с марком не было ничего общего. плохой ли хён этот? не особо. но они просто-напросто из разных лиг.       там, где тусуется джэхён, никогда не примут марка.       там, где тусуется марк, —             вряд ли джэхёну нужна будет старая антикварная лавка.       

или?

      марк открывает глаза и чувствует под собой холод неприятный; руками в будто бы влагу — над головой же небо голубое виднеется, но. деревья? словно густые лианы. так много зелени, хотя май только наступил, да и такие заросли вряд ли можно найти на окраине сеула. что уж говорить и про центр. мальчишка — в усмешку. нервную.       — какого хуя?       от растянутой футболки с live as if you were to die tomorrow ничего не остаётся. марк искренне старается понять и даже не паниковать — что, блять, происходит, но он нагло нарушает правила ёнхо не ругаться в его магазинчике. если он, конечно же, ещё тут. в лёгкие бьёт свежий прохладный воздух; на плечах непонятный свитер серых тонов; колючий чуть и плечо одно — съезжает, оголяя подростковую угловатость. кажется, одежда марку не нравится даже больше, чем самое место — босые ноги утопают в траве густой; влажная земля; корни больших деревьев.       где-то слышится шум птицы, а марк лишь касается пальцами виска, потирая устало.       — думай-думай же ты! — жмурится сильно. итак, он несколько раз себя ущипнул и даже треснул по щеке — бесполезно. значит, либо он крепко спит, либо каким-то образом поскользнулся на той воде и ударился головой. верно? в любом случае, ли уверен в этом-то, его состояние не более чем бред. просто бред или сон. одно из двух, и всё это — не будет продолжаться слишком долго, да? — блять, что за херня.       он шипит себе под нос ругательства и стонет истошно — словно ему утром химии с биологией не хватило. так теперь.       лес?       мальчишка взлохмачивает русые волосы и касается дерева ближайшего; кора старая; настоящая явно — мох лесной. тут, кажется, даже красиво и так удивительно. если бы у марка был телефон, он бы обязательно сделал пару снимков и обновил инстаграм, прежде чем начинать психовать, как очнуться/выбраться отсюда/прекратить этот бред ценой любой, и.       — пожалуйста, будьте аккуратны с мыслями.       у марка, наверное, в русых волосах появляются несколько седых прядей, когда он слышит чужой и чей-то мягкий голос откуда-то сверху. осесть на землю — это раз плюнуть для марка ли, а вот понять, что происходит, куда сложнее.       лишь спустя несколько секунд он замечает на одной из массивных веток сероволосого парня; улыбки нет, но на щеках того румянец милый. его ноги аккуратно сведены, а в глазах — любознательность. та самая — детская. ею марк переболел ещё до школы из-за неприятного случая в семье. вообще, кажется, это особенность ли — в панических ситуациях вспоминать обо всем на свете, а ещё лучше то, как джэхён его в шкафу однажды на шесть часов запер. четыре стены. как и затем все последующие годы — дом; собственная комната; школьный класс; магазинчик ёнхо-хёна.       — тут нет стен! — этот парень незнакомый губы красивые дует и головой мотает из стороны в сторону — тоже босиком. ему совсем не страшно спрыгнуть с дерева; с высоты такой большой прямо на землю. бежевые оттенки лёгкой кофты и шорты в тон светлости. между ним и марком пару шагов, но, видимо, чтобы не напугать ли тот ближе не подходит. — тут можно быть свободным, не как.... у вас дома?       парень так по-собачьи склоняет голову. ему ушей и хвоста виляющего лишь не хватает, а марк думает — надо думать меньше и тише, потому что.       — ты читаешь мысли?       сероволосый парень — на вид он, кажется, младше самого марка — согласно кивает. светлая чёлка на глаза спадает; воздушность странная. от него не веет чем-то опасным. такие люди, как он, не обидят даже насекомых, что уж говорить про марка ли. незнакомец — ближе; тянет ладонь свою, мол, я помогу встать на ноги. если ты, конечно же, не против. у нас не опасно совсем. и у нас, правда, нет стен. никаких. лишь маленькая бесконечность.       — меня зовут ким чону, марк, — на его губах расцветает красивая улыбка; трогательные ямочки на щеках. а касание — удивительно сильное. он ставит мальчишку на ноги, после чего смотрит тому в глаза своими медовыми. чону какой-то, что ли, обнимательный. особенно на фоне леса светлого; где-то вдалеке птицы звучат — тут явно не вечер пятницы. скорее уж утро субботы, или? — тут нет времени. тут всё просто... есть!       воодушевление детское. чону руками в сторону и голову к небу задирает, делая вздох глубокий. марк — за ним повторяет в точности. влага необычная; тёплая прохлада? точно такое же чувство было, когда он случайно совсем разбил кружку из того сервиза и оказался... тут? чону смотрит тому в глаза и согласно кивает — мальчишка прав в своих мыслях.       — а ты здесь... что-то вроде местного?       марк оглядывает того ещё раз с головы до ног, примечая — у них с ним одежда, словно из одного сетевого магазинчика с обязательной пометкой natural. кажется, сам чону — натуральный до смешного. у него в седых волосах прячутся солнечные зайчики, ещё секунда — марк оказывается в объятиях мягких таких; так матери даже обнимают детей своих. ёнхо — лишь однажды и крепче намного. чону же ладонью в волосы русые марка, перебирая приятно. странности, видимо, обычны для этого места, а ли ощущает сладковатый привкус во рту.       — я что-то вроде его создателя.       озорные огоньки в глазах ким чону — напротив непонимание марка искреннее. бояться — он уже не будет явно. признавать свой интерес не в его привычках. только вот просыпаться от этого бреда уже не так уж и хочется. чону ладонь мальчишки берёт в свою руку прохладную — босые шаги по траве дальше; мягко так. он ведёт его куда-то по лесу и молчит подозрительно.       марк старается не думать так громко, раз этот парень в мыслях его копается, быть может, даже не со зла совсем. но — красиво вокруг. сам чону — красивый. и только марк ли выделяется на фоне общем своим взглядом исподлобья.       быть другим — для него так привычно. в семье ненужной; среди одноклассников шумных; в толпе даже. всегда нужен — лишь у ёнхо-хёна, который к нему по-отцовски так добр. чем отплачивать потом старшему, марк не знает и старается пока не переживать на этот счёт. в конце концов, он всегда готов вновь подсчитать страницы в непонятной книге или пол помыть запылённый.       — а-апчхи!       чону смеётся даже забавно. мило так. одновременно тихо и шумно. а затем —             на плечо марка опускается ладонь чья-то тяжёлая.       кричать от испуга это, вообще-то, не в привычках взрослого марка ли, но.       — не бойся! — чону наблюдает, как его новый друг отскакивает в сторону и большими глазами смотрит вокруг; русые волосы взъерошены; с плеча свисает бесячий колючий свитер. если бы марка спросили, что лучше — пережить два года общей парты с ли донхёком или вот эти бы непонятные бредни, то... он всё равно бы выбрал, что угодно, но не одноклассника с взглядом вечно прищуренным; хитрым. сейчас же марк переводит взор свой растерянный за спину чону, где фигура новая появляется. высокая; ладони крупные. на его фоне ким кажется совсем маленьким. — это вон юкхей!       высокий парень сзади ладонь поднимает и машет — на ёнхо-хёна чем-то даже похож. только этот — ребёнок, кажется. большой ребёнок. шаг — вперёд и юкхей за плечи обнимает чону, к себе крепко прижимая. слов не произносит совсем. лишь губами улыбается, а в глазах ни капли мыслей плохих. это место правда странное — трава под ногами кожу щекочет неприятно.       — приятно... познакомиться?       марк упирается голым плечом в кору дерева рядом. думает, мол, ещё не поздно побежать в неизвестном направлении и попытаться проснуться, но. ловит на себе взгляд чону — тот мотает отрицательно головой. не стоит убегать от тех, кто тебя точно не обидит.       когда-то похожий взгляд был у джэхёна —             редкость.       — юкхей хотел тебя обнять, — чону ведёт ладонями небольшими по рукам друга (?) своего; контраст такой забавный. эти объятия со спины выглядят такими хорошими; крепкими; защищёнными. в них хочется утопать, тогда как юкхею — дарить. у этого большого парня сердце необъятное, как и небо голубое над их головой. его любви хватит на много-много людей — правда, мало кто готов принять её. страх чужой? недоверие? сам юкхей не знает этого и уже привык быть осторожным в своих чувствах. — он тебя со спины перепутал с одним из гостей, и...       — и? — марк склоняет голову. во взгляде всё ещё такое непонимание — пальцами в кору дерева рядом.       — так ты позволишь?       у этого мира совсем всё странно с головой. последний раз марка ли обнимал — наверное, ёнхо-хён пару недель назад. больше — никто. никому особо не нужен мальчишка с разочарованным и уставшим внутренним миром. а делать вид, что всё отлично — это слишком мерзко. не сегодня и не завтра явно уж. юкхей же просто обходит чону и встаёт перед марком — руки в сторону; большие карие глаза смотрят, кажется, прямо в душу, но даже на самом дне нет и нотки плохого. безумие какое-то, потому что.       марк утыкается лбом в плечо человека, которого знает не больше чем пару минут. совсем в понятном месте, может, кома у ли какая-нибудь уже. проделки воображения. но в любом случае, ладони юкхея — тёплые и так приятно по спине проводят; расслабляют; позволяют вздохнуть печально-устало без упрёков чужих. в этом месте от марка ничего не ждут — он никому ничего не должен. может, лишь себе — жить; улыбаться.       — вы добрые.       мальчишка бурчит это всё ещё в юкхея, который, наверное, ещё больше улыбаться начинает. этот парень любит такую спонтанную похвалу; любит обнимать людей, которых встречает на своём пути; любит быть причиной ярких улыбок. а ещё — о том, что он любит ким чону знают не так уж и много людей. ведь.       — юкхей говорит, что ты тоже добрый, хоть и скрываешь этого, — чону подходит ближе к ним; от объятий остаётся лишь приятная тёплая рука на плече. марк — смотрит в глаза, видимо, старшему в этом месте. вопросов так много, которые даже до конца озвучивать не надо. — он немой. как и тут, так и в реальности, к сожалению. — юкхей в подтверждении слов чужих кивает согласно и рукой свободной берёт ладошку чону; разница такая большая; милая. — тебе интересно.       не вопрос —             утверждение.       чону кивает в сторону; за деревья пойдёмте туда. его шаги первые; самые невесомые. так, словно ким чону и нет в этой реальности — он соткан из чего-то совершенно волшебного, и даже волосы серые отдают той самой красотой, которой не добиться так просто. марк — постепенно понимает. видит различия те самые. тут даже прохлада — тёплая; влага — приятная; свет — он не режет глаза, тогда как тьма под деревьями не пугает. лабиринт бесконечный, а стен — не существует. ли рукой в волосы свои, зачёсывая назад и на запястья свои смотрит голые.       ни одного из шрамов не видно, что постоянно взгляду марка бросаются. ёнхо-хён, когда впервые заметил, даже не ругал толком — лишь головой покачал, а пепельный кот накамото повторил будто бы движение за хозяином.       иногда эмоции марка берут над ним вверх. к сожалению. сейчас в груди удивительное спокойствие. мальчишка внимательно наблюдает, как чону убирает большие листья неизвестных ему растений с дороги; как старший говорит юкхею что-то про предстоящий ужин и что обязательно надо взять с собой нового гостя. так спонтанно и совершенно случайно к ним редко попадают люди, обычно.       — сюда приходят, когда уже нет сил на реальность, — вдруг громче добавляет чону. они втроём же выходят к водопаду красивому — марк не знает, почему раньше не слышал шум воды громкий. наверное, и к лучшему. брызги прохладные на лицо, а юкхей уже лезет в воду по колено; штанины темнеют забавно. тот, наверное, хочет крикнуть, мол, давайте ко мне!, а чону продолжает. — есть вещи, которые позволяют оказаться в моём мире. например, как это было с тобой. только, марк, лучше в следующий раз просто выпей из кружки, а не разбивай её. — вновь эта улыбка забавная с ямочками красивыми. — кто-то, например, юкхей умеет перемещаться уже самостоятельно, потому что.       на щеках старшего румянец смущение, а марк хмыкает беззлобно. в любой другой момент мальчишка бы подумал тысячу раз, что делать дальше; как дышать; что ответить, а сейчас сам лишь в воду заходит. приятное ощущение свободы без стен тех самых. интересно, а как бы себя тут повела его семья? а джэхён? тот ребёнок индастриала; шумных улиц. и оказаться вот так среди леса и кристально чистой воды, кажется, на самом деле классной идеей. марк вдруг думает — он бы хотел сводить сводного брата сюда и.       ли поднимает растерянный взгляд на чону.       — я бы в жизни не подумал сделать что-либо хорошее для чонджэ! — губы поджимает, словно сам себя ругает за слабость; за сердце доброе. чону же смеётся, прикрывая ладонью рот — не решается заходить в воду и просто присаживается на край водопада. — это нечто вроде магии?       ким пожимает плечами. и вдруг юкхей, стоящий рядом, за шиворот свитера воду прохладную — вскрик марка громкий. уже раз второй за этот день. мальчишка глаза щурит, после чего сам ладонями собирает кристальную воду; пугает тени рыб своими шагами; дыхание грудью полной.       всплеск — юкхей беззвучно смеётся и стирает со своего лица влажные капли. в глазах искры веселья. наверное, и правда магия. в этой воде просто хорошо; тепло; спокойно. среди этого леса — марк вдруг не думает обо всех проблемах так плохо. лишь губы облизывает сладковатые отчего-то. наверное, классно, когда в моменты слёз можно оказаться в этом месте; да, сбежать. и уже тут понять —             не всё так уж и плохо.       юкхей роняет его в воду; влажные русые волосы марка; чёлка на глазах; смех возмущённый. месть — лишь в шутку, чтобы повалить в ответ этого ребёнка огромного. жаль, что тот без голоса. как хорошо, что чону слышит мысли людей — так меньше одиночества в душе вон юкхея, верно? кажется, между этими двумя даже чуть больше, чем просто дружба или помощь. но — марк не лезет в чужие отношения; не способен на трезвую голову справиться со своими же. зато после — ли может в любое время написать йери и попросить, например, скинуть конспект по химии. плюсы есть во всём.       нечто хорошее.       — просто отдохни, марк ли.       чону наблюдает за младшими с ямочками на щеках; вытягивает ноги, опуская аккуратно в воду — дрожь по поверхности. в том, что он причастен к созданию этого мира, марк уже точно уверен. вещи вокруг отзываются на чону совершенно иначе нежели на него с юкхеем. а идея с отдохнуть — не такая уж и плохая.       марк выходит на мелководье и вдруг ложится на спину — руки в сторону; вода касается шеи; до краешков губ. прохлада по коже — юкхей аккуратно уходит на берег; эти молчаливые переглядки с чоном. те двое лишь ладонями вновь касаяются, пальцы переплетая, а марк ли закрывает глаза.       как же он устал от четырёх стен.       стен своего —             сознания.       устал от всех ожиданий чужих; своей якобы близкой семьи; отца родного; школы. от своих собственных — разочарование подобно воде чёрной в само сердце ребёнка. сейчас же вокруг чистота магическая — перебирает пальцами прохладу тёплую. лёгкость — в мыслях самих. марк вдруг улыбается так спокойно —             на миг не ругает себя за свою же жизнь неправильную.       мальчишка так и не поднимается на ноги. ему кажется, что он может пролежать тут несколько дней, что уж и говорить про часы. пока чону о чём-то говорит с юкхеем на берегу; пока рыбки вокруг кружат и совсем не боятся уже нового гостя; пока солнце приятно касается его век прикрытых; пока марк — отдыхает.       — привет чону-хён; юкхей-хён!       чей-то голос новый совсем; громкий, но даже он — сочетается со спокойствием в душе марка ли. мальчишка даже глаза не открывает, лишь понимает — кто-то склоняется над ним; загораживает с интересом солнце тёплое. несколько секунд — ли делает вздох грудью полной, а затем его за запястья поднимают из воды. марк — в стон недовольный; влажные волосы прилипают к лицу; щурит нос.       ему даже злиться не хочется, что кто-то его прервал — открывает глаза и смотрит на улыбчивого чону у берега. ноги старшего на бёдрах крепких юкхея; те явно знают, как время провести спокойно вдвоём и.       — у нас новый гость, донхёк-а!~       марк убирает чёлку со лба и удивляется; взгляд тут же в сторону — на фигуру около себя. волосы, что такие яркие на фоне зелени и воды чуть ли не белоснежной. смуглая кожа — в бронзу отливает. донхёк улыбается лишь совсем немного — уголками губ, тогда как одной рукой всё ещё сжимает кисть своего... одноклассника?       — я забираю его. не ищите нас, хёны!       и после марка тянут на себя — донхёк, не позволяя даже понять происходящее, вдруг бежит в сторону самого водопада; поток бурлящий; насильно марка за собой. а мальчишка ошарашенно может лишь переступать ногами по воде, которой больше и больше. глаза жмурит — чувствует, как донхёк упирается уже ладонями в лопатки; толкает резко.       — задержки дыхание, марк-и!       голос над ухом совсем, а после ли оказывается в этом самом потоке водопада. почему ни чону; ни юкхей его не остановили — странно. почему марк сам не остановился и позволил откуда-то взявшемуся донхёку утащить себя? в любом из разов они бы обязательно поругались — быть может, вплоть до самой настоящей драки. сейчас же ли чувствует то самое понимание в душе — не равнодушие, а скорее покорность и светлость. глаза распахивает — среди воды лазурного цвета.       лицо донхёка рядом совсем; дыхание оба задерживают. под ногами — пропасть голубая; нескончаемость. над головой — солнце блестит сквозь толщу воды прохладной. одноклассник лишь пальцем вверх указывая, мол, сначала выплывем с тобой, а потом уже будем ругаться и решать, как встретились даже там, где не стоит. марк — кивок согласный. его движения в воде медленные; мощные вдруг. всё, чтобы затем сделать вдох свежего воздуха.       как они, прыгнув в поток водопада, оказались в совершенно другом месте, марк уже не удивляется.       он может лишь на берег вылезти; дыхание тяжелое и — затылком в траву зелёную; несколько птиц пролетают где-то вдалеке; солнце красивое глаза слепит. рядом совсем шебуршание от донхёка, который стягивает с себя мокрый тяжелый свитер, почти как у самого ли, и взъерошивает рукой красные волосы. перед ними озеро совершенно другое — хёк говорит, что хёны где-то в часе обычной ходьбы от них. хотя при желании, чону может оказаться тут намного быстрее. о, а ещё.       — стоп! стоп! — марк находит силы подняться и сесть; упирается локтями в бёдра свои, а в его взгляде читается непонимание. без того привычного раздражения, которым он одаривает одноклассника каждый раз в школе. сейчас даже сам донхёк — не такой бесячий. — почему ты появился даже в моей бредовой фантазии, ли донхёк?!       — потому что это реальность, марк-и.       пускай и другая.       красноволосый парнишка улыбается; на его спине капли влаги — перелив бронзы. марк оглядывает того — это будет получше их очередной встречи в раздевалке перед физрой. донхёк привычно хмыкает и ложится вдруг на траву — смотрит снизу вверх на марка; всё равно кажется сильнее морально; стабильнее. хёк уверен в своих силах, тогда как ли просто вздыхает, но — не устало. он не знает, что ответить однокласснику; что делать дальше; что — чувствовать вовсе. потому что рано или поздно перегораешь даже к плохому и дерьмовому. потому что рано или поздно приходит тот самый нужный отдых вместе с осознанием.       марк подставляет лицо солнечному свету и говорит:       — интересно, отчего сюда сбегаешь ты? — губы поджимает. мокрый свитер с оставшейся одеждой холодит кожу — её бы тоже снять, но. донхёк всё ещё тут. да и старые привычки скрывать тело своё. так спокойнее.       донхёк руку под голову кладёт и смотрит в спину тому с улыбкой. на самом деле, ему есть что ответить однокласснику — вопрос, нужно ли это тому? у марка и так проблем своих хватает вечно; есть привычка узнавать случайно о чужих, а свои же хранить у сердце. резать — без ножа. хёк знает почему-то это. как-то давно с чону-хёном обсуждал мир реальный; ту самую школу; свой дом; улицу шумную, которая отдушина, но не такая как прыжок в водопад. мысли очищены потоком мощным.       — я злой, — улыбка на губах; оскал, но это точно такая же привычка реальности. красноволосый глаза прикрывает вслед за. врёт он сейчас или нет — это уровень веры марка, а не его. донхёк же просто говорит то, чтобы вряд ли сказал в стенах их мира. а вне — почему бы и нет. — во мне всегда словно зверь сидит, которому легче, когда хуже другому, понимаешь?       марк оборачивает с кивком слабым. его взгляд по удивительно спокойному лицу одноклассника — донхёк даже на уроках спит беспокойно; озлобленно. сейчас же он будто человек другой. сам марк, наверное, такой же. будь они в школе — давно бы огрызнулся; послал к чёрту; драка та самая. а сейчас они вдвоём у воды всё так же кристально чистой. нравится? нравится. ли не думает о том, что будет дальше —             не переживает по мелочам.       — тебе нравится делать больно — именно мне.       смотрит в прикрытые глаза. пока есть шанс, хочется очень узнать правду. марк несколько секунд моргает, а после руку тянет — касается красных волос одноклассника и убирает в сторону чёлку. лоб смуглый; красивый; влага забавная. донхёк же позволяет — глаз не открывает, тогда как на губах пухлых усмешка. верно. делать марку ли больно — наиболее продуктивное занятие. внутренний зверь щенком радуется, когда видит, как одноклассник в лице искажается.       это принцип странный.       если не твоё, то —             пусть никому не достанется.       донхёк говорит это вслух, лишь как-то весело добавляя.       — я долго не мог понять этого. чону-хён помог, — глаза открывает и смотрит в лицо марка сосредоточенное. чувствует ли хёк стыд? лишь самую малость. просто потому что это — часть его. точно также, как у чону — милые передние зубки; у юкхея — отсутствие голоса; у самого марка — хроническая заёбанность. или нет?, — как ты оказалась здесь, алиса?       ли возмущённо сводит брови; губы дует чуть, но не чувствует внутри себя обиды. ни за правду ту самую, ни за вдруг прозвище глупое — алиса. он никуда не проваливался; не бегал за кроликом белым; даже гусениц не встречал, поэтому. просто оказался?       — я разбил кружку в магазине ёнхо-хёна.       — о! — донхёк аж приободряется и садится рядом; ноги скрещивает свои, тогда как вещи постепенно высыхают под тёплым солнцем. сам хёк удивительно тёплым кажется среди свободы; красные волосы отливают скорее не кровью, а огнём приятным. марк не сдерживает улыбку вдруг, наблюдая за эмоциями. — рэнджун там купил очки, которые я затем у него стащил, и. — щелчок пальцев громкий. — видел бы ты моё лицо, когда вместо красивой селки, я оказался тут. так ещё и на дереве.       марк прыскает от смеха и касается виском своего колена; смотрит, как донхёк якобы касается своей переносицы; начинает рассказывать про приключения первого раза. попытки слезть; понять; не отбить задницу. затем — долгие споры с немым юкхеем. кажется, эти двое чуть ли не подрались под внимательный взгляд ким чону. забавно. оказывается, марк не такой уж и проблемный, как его самый ненавистный одноклассник. он ведь правда не любит донхёка, да? за все эти грубые подколы; издевательства; за вырванные конспекты каждый раз. и причина этому всему?       — так тебе сложно справляться с чувствами?       донхёк аж вздрагивает, переводя взгляд на ли; щурит перелив янтаря. голос хёка совершенно иначе среди природы. сам парень — вдруг голову склоняет и молчит пугающее. кажется, думает, что ответить — соврать? отшутиться? или всё же правду ту самую? сложно. но донхёк не был бы собой, если бы боялся таких моментов.       — я два года с тобой сижу, марк-и, — хмыкает самодовольно. всё ещё без свитера, что рядом лежит и высохнуть пытается. плечи крепкие — уже сухие. забавно, в этом мире и у донхёка нет ссадин; синяков; шрамов неприятных. маленький побег от плохого. — за всё это время ты пытался встречаться лишь с йери, а ещё в твоём телефоне скаченные фанкамы на хёрин. это слишком очевидно для меня и моих чувств, а чтобы знать, например, про бисексуальность, ты слишком маленький.       вообще-то марк знает, что это такое! но — взгляд на самом деле такой растерянный после слов одноклассника. это всё звучало, как... признание? ли хлопает ресницами и смотрит в глаза донхёку, который, кажется, ожидал вовсе другую реакцию. наверное, агрессия была бы — в реальном мире, но тут. понимание странное. марк улыбается смущённо как-то и утыкается лицом в свои колени. что ответить? что будет правильнее ответить для донхёка? а для него самого?       — я не пробовал никогда. тем более с человеком, который неожиданно может лишить меня завтрака, понимаешь? — ли голову всё же поднимает и растерянно чешет затылок русый. ему от смущения вдруг хочется обратно в воду прохладную; с головой; остудить свои мысли; подумать над всем этим тщательно. желательно в компании ёнхо-хёна и кота японского.       то есть.       марк ли вообще-то старше, но может сейчас лишь на пальцы свои смотреть, тогда как донхёк рядом сидит — улыбается вдруг; ещё немного и смехом звонким зальётся, как.       — я могу поцеловать тебя, марк-и. не понравится — оттолкнёшь и помоешь рот в озере, — хмыкает громко, добавляя с воодушевлением, что тут все слишком чистое; хорошее. как и хозяин мира — ким чону; как и каждый гость, который случайно попадает сюда. отдых необходим — от реальности; от самого себя; от своих чувств, что могут быть подобно огню. донхёк это точно уж знает. — а если понравится, что ж, — жмёт плечами. — можем продолжить даже в реальности.       донхёк-то явно не против этого, а ли — в голове не то чтобы каша, а пустота пугающая. он не может придумать ни одного аргумента против затеи этой. нет отвращения в мыслях, потому что — каждый пол достоит на любые отношения. а ещё марку нравится касания губ; дыхание чужое на своих. ему нравится, когда в душе спокойно и просто — хорошо.       если что-то пойдёт не так —             всегда можно сбежать уже в реальность.       верно?       марк кивает донхёку согласно; выпрямляется и сам — ближе подсаживается к однокласснику красноволосому; касаются бёдрами. хёк — в усмешку беззлобную и кладёт ладонь на плечо ли; на то самое — голое. глупый свитер колючий. потому что от пальцев одноклассника жар странный. волнение? марк смотрит в глаза тому янтарные, и — чего тянуть время. донхёк сам его губ касается — пухлые; чем-то похожи на девчачьи. углубляет поцелуй не сразу — марк же слышит в своих ушах биение сердце; волнение? ему просто нравится вдруг.       думает —             стоит просто ответить.       войти во вкус.       марк глаза прикрывает и ближе ещё; дышит реже, концентрируясь — ему нравится целоваться. с любым человеком, а с донхёком — отчего-то особенно. розовый на щеках, а свою ладонь свободную кладёт на бедро одноклассника. неважно — правильно или нет. сейчас они немного по другим законам живут, разве нет? это мир ким чону, а не их реальность. и тут донхёк может позволить целовать себе марка ли. а тот —             отвечает с улыбкой.       забавно.       — извините, нам придётся вас... прервать? — марк слышит голос мягкий; уже знакомый. это чону-хён где-то рядом совсем. наверное, решил найти двух младших. донхёк же стонет разочарованно так — ненавидит, когда его прерывают на самом интересном. и спустя миг щурится в сторону парня с седыми волосами и. о! ещё один новенький? — за марком пришли.       ли убирает ладонь с бедра хёка поспешно, тогда как одноклассник всё ещё нагло тянет того к себе за плечо; обнимает вдруг. в глазах — вряд ли отпустит так легко. ну, или через труп свой же. в любом случае, у чону это вызывает улыбку красивую с ямочками. ему даже мысли детей не надо читать, чтобы понять, что тут произошло. донхёк слишком долго копил в себе всё; держал правду, а теперь —             как же хорошо быть честным с теми, кто тебе важен.       — а... кто? — марк смотрит за спину чону. и это вовсе не юкхей. черты лица резкие слишком; волосы даже при свете солнца отдают холодом стали; в глазах — застывает нечто знакомое. ли кажется, что он явно знает этого человека. мимика знакомая очень, а ещё. — а-апчхи!       — это накамото юта! — донхёк бурчит так обиженно и всё ещё обнимает марка; прижимается торсом голым. боится, что стоит им оказаться в реальности, как всё это спокойствие пойдёт по швам. а окажется ли марк вновь в этом мире? может, придётся его сюда насильно? а пустят ли старшие. — ты не можешь забрать у меня его просто так, хвостатый!       улыбка на губах.       — могу.       марк лишь растерянно смотрит на происходящее вокруг, а после чувствует, как подошедший накамото мягко касается пальцами его лба. тяжесть вдруг накатывает вместе с сильным желанием спать. что же это такое? он чувствует щекой дыхание тёплое донхёка. последняя мысль странная такая — ему правда понравилось целоваться с ним. даже, кажется, в груди тепло после этого приятного. может, это что-то да значит, верно?       

так ведь?

             в лёгких марка ли откуда-то тяжесть пугающая. он открывает глаза и замечает, как ёнхо-хён достаёт из коробок тех меч красивый; больше полутора метра. как он только влез туда? хочется самому потрогать, тогда как пепельный кот накамото возиться неподалёку с пупыркой, словно проверяя что-то ещё. марк думает с каким-то сожалением в груди — чуть ли не тоской ноющей. неужели ему всё просто-напросто привиделось?       — кажется я уснул, ёнхо-хён, — его голос чуть хриплый, но более громкий, нежели ранее. словно живой. марк идёт из-за прилавка в сторону старшего и привлекает того внимания. ли просто нужно сказать; очень нужно. промолчи он сейчас — точно с ума сойдёт или разочаруется окончательно. — мне приснился такой странный сон. ты не поверишь! я имею в виду, что мне показалось, что я разбил эту кружку, — мальчишка кивает на часть китайского сервиза в руках своих; сейчас держит уже намного крепче. — а затем в нём оказалась вода. а после я просыпаюсь в каком-то невероятном лесу! я даже на фото таких не видел. там ещё был ким чону — он такой милый и красивый. он создал тот мир? ну то есть, мир, который мне приснился. а ещё чону влюблён в юкхея. это такой высокий классный парень, но, к сожалению, он немой. зато чону может читать его мысли, и они вдвоём такие милые, особенно когда сидели вместе на берегу! — марк делает глубокий вздох, стараясь рассказать всё разом; пока не забыл; пока все эмоции так живы. — и этот мир совершенно иной, хён! там чувствуешь себя... лучше? меньше переживаний, правда! и даже когда появился донхёк, представляешь?! мы с ним прыгнули в поток водопада, а оказались вдруг на совершенно другом озере. я с донхёком поговорил — он признался мне в... чувствах? уже как года два, а потом предложил поцеловаться и, — мальчишка запинается, ощущая, как его щёки вновь горечь начинают, тогда как ёнхо и кот внимательно смотрят на него, не перебивая. — мне понравилось. правда. но затем появился чону-я и прервал нас. о, а ещё там был, кажется, накамото! как человек он выглядил очень красивым, пускай и жутким.       дыхание на последних словах кончается.       марк чувствует себя опустошённым, но — приятно. как после хорошо выполненной работы. он доволен со своего сна — с бреда, который вдруг приобрёл такие краски прекрасные; спокойствие необходимое. ли кажется, что он даже домой сейчас сможет вернуться спокойно. встретить родителей; поговорить с отцом; может, даже обнять брата сводного и сказать, что у чонджэ так хорошо получается японский — не мог бы он позаниматься и с ним?       ли чувствует в груди —             жизнь.       — это правда необычно, — ёнхо улыбается, откладывая меч на безопасное расстояние в сторону; прочь от себя. сейчас же важнее ребёнок с розовыми щеками и таким странным воодушевлением. прошло совсем немного времени, но — марк изменился. магия? может быть. — хм.       хозяин антикварного магазинчика проводит рукой по чёрным волосам, а затем поворачивает голову к коту своему — у того взгляд до жути осознанный; чуть ли не человеческий. марк, если честно, уже думает — вдруг всё то, что он увидел было правдой? где-то в глубине души он правда надеется на это. просто потому что ему понравилось. всё. и встречи новые; и сам мир чудесный; и вода кристальная; поцелуй с донхёком — сам донхёк, а не тот одноклассник, что в отчаянии готов лишь болью делиться. хочется лишь хорошего. для других —             для самого себя.       — ну... — марк смотрит, как кот вдруг взор глаз переводит от ёнхо в сторону марка; голос приятный; человеческий и в тоже время холодный как-то. тем не менее — это явно говорит кот. — может, нам стоит ему всё рассказать, ёнхо?       марк глаза распахивает — не устаёт удивлять в день этот. в груди радость такая — удивительно детская. если накамото разговаривает, значит, всё то было на самом деле? магия чёртова. и такая необходимая, чтобы поверить в силы свои. в мир вокруг. ли улыбается сильно, а руки дрожат от эмоций, как.       — блять! — ёнхо взгляд через очки в позолоте поднимает и с места срывается; расстояние короткое; главное — успеть. марк же лишь наблюдает, как к его ногам уже второй раз за день падает кружка из сервиза китайского. оказывается, из магического китайского сервиза. наверное, не стоит разбивать ещё один, чтобы вновь оказаться в мире другом. чону ведь сказал — достаточно выпить из него даже просто водички, чтобы. — поймал!       старший на полу лежит с улыбкой радостной, а в ладонях его больших кружка целая. больше никаких осколков; спонтанных приключений. ёнхо обещает сам себе — больше не давать мальчишке вещи, которые прежде он или накамото не проверили. просто ради самой же безопасности марка. в это раз ему слишком — повезло, но.       у марка ли футболка растянутая с надписью live as if you were to die tomorrow. мальчишка вдруг думает — он не собирается умирать завтра; просто хочет — пожить так, как заслуживает этого сам. счастливый. с мыслями, которые не убивают его изнутри; с людьми, которые ему ближе — с семьей своей, которая рано или поздно должна понять и признать сына. а ещё —             марк касается пальцами своих губ.       привкус сладкий.       стоит ли провести выходные вне четырёх стен с, например, —             ли донхёком?       

стоит.