Палач души.

Тёмное помещение. Мрачные, серые стены. Холодный, как лёд пол, на котором безжизненно лежит Тая. В помещении достаточно холодно, поэтому она накрыта серым обветшалым пледом. — Ааай… — простонала она, приподнимаясь на одном локте, и тут же скорчилась от такой сильной боли в голове, что хотелось заткнула себе уши, от своего же голоса. Медленно повернула голову. Сперва вправо, а после влево, пытаясь хоть что-нибудь разглядеть в непроглядной темноте, но ей это не удалось. Голова на столько сильно болела, что девочка не могла здраво мыслить, она находилась в полном непонимание, где она и как сюда попала. Тая занесла руку над головой, намереваясь исследовать место удара и легонько прошлась по нему пальцами. Даже от такого лёгкого прикосновения стало до чёртиков больно, от чего она хрипло застонала. — Где… Я…? — в отчаянии прошептала девочка, всё так же оборачиваясь по сторонам. Бесполезно. В такой темноте ничего не видно. Девочка попыталась встать на ноги, чтобы пройтись и хотя бы на ощупь осмотреть помещение, хотя бы просто что-нибудь нащупать, но такая идея пропала сразу, потому что как только она двинула ногой, всё тело заныло, а на глазах появились слёзы. — Ай… — снова протяжно произнесла она и схватилась за ногу. — Что… С моей… Ногой…? — ей кое-как удавалось связать хоть пару слов. Язык не слушался. Во рту пересохло. Понемногу голова начала работать, и в голове немного прояснилось. Она пыталась вспомнить, что с ней произошло, но ей этого никак и не удавалось. — Эй??!.. — отчаянно крикнула Тая, будто ожидала получить какой-то ответ. Ответа, разумеется, не последовало. Когда боль не много прошла, а нога стала меньше ныть, она решила встать, правда удалось ей это с трудом. Так же она подметила, что это помещение жутко холодное, возможно её нога попросту онемела. С трудом перебирая ноги, она нащупала что-то похожее на дверную ручку и дёрнула за неё. Однако это ничего не дало. Подергав её несколько раз, она поняла, что запрета. На глаза опять навернулись слёзы. Страх полностью овладел девочкой, и упав ничком на пол, она залилась горькими слезами. Это самое ужасное чувство. Чувство безысходности. А самое ужасное то, что она понятия не имеет где она, и куда попала. В голове калейдоскопом появлялись яркие воспоминания: мама, друзья, школа… Эти воспоминания согрели грели душу и заставили не много прийти в себя. Мысли были разные, от воспоминаний о матери до смерти в этом месте. Тая тихо ударила дверь. — Я хочу домой! — крикнула она. И опять начала плакать. — Я ХОЧУ ДОМОЙ!!! — опять ударила дверь, и сильнее начала реветь. В ответ ей кроме её же эха ничего не последовало. — Вы… Выпустите меня! — всхлипывала она. Тая положила свою голову на колени, и продолжала плакать. Она боялась то, что больше не увидит семью, не обнимет друзей и близких. Что последние дни она проведёт в этом жутком месте. Возможно сюда ни кто не придёт, и она просто сгниёт в этой беспросветной мгле. Из-за истошных рыданий голова опять начала болеть, боль была такой сильной, будто по ней изо всех сил стучат бьют сотней молотков. Самое печальное то, что от этой боли было ни куда не деться. Девочка нащупала рукой плед, и потянув на себя, укрылась. В помещении всё так же было жутко холодно, однако около двери было не много теплее, поэтому расположилась она около неё. — Я хочу домой!.. — Тая, закрыв глаза, проговаривала эти слова как мантру, глотая слёзы и тихонько подвывая, на громкий плач сил уже не осталось. В голове крутилась только одна мысль — выбраться от сюда и поскорее. Она впервые в жизни оказалась в такой ситуации, и понятия не имела, что нужно делать и как себя вести. Она ведь всегда росла в любви, в окружение любящих её людей, да и сама притягивала к себе любого, ведь всегда была очень общительная и позитивная. Сами же люди всегда считали её жизнерадостной и прекрасной девочкой. Все свои 16 лет она провела так беззаботно, да и по внешним данным походила на 12-13 летнего ребёнка. А тут её оставили как не нужную куклу, да и она понятия не имеет, что с ней могут сделать, для неё это был самый страшный кошмар. Любой фильм ужасов по сравнению с этим ничто. Наверняка мать и её друзья очень переживают, так как уже ночь, а её всё ещё нет дома. Тая скорчилась от того, что замёрзла. Даже руки начали неметь и появился кашель. В помещение не было ни единого источника звука, кроме её собственного плача, которой раздавался с каждым разом всё тише и тише. Девочка свернулась калачиком, и что бы хоть как то согреться, тёрла ладони друг о друга, но выходило это больно, так как руки сильно замёрзли. Казалось бы май, на улице тепло, а в этом помещение как в морозилке, до посинения холодно. Полежав какое-то время в таком положении, она не заметила как уснула на полу, подложив под голову край ветхого пледа, ведь подушку здесь не предоставили…