Всё поменялось в один миг...

Следующее утро — это начало надежды, что день пройдёт отлично,… Ну или покрайней мере нормально. И как раз, это "нормальное" утро, прошло у нашей парочки Торда и Тома. Ну как нормальное, по крайней мере в этот раз красный не лез, куда не стоило, а только обнимал. Но вот Тому снился кошмар про своего отца: Тима опять издевался над бедным Томиком, называл монстром. И вот черноглазка избитый, окровавленный, лежит на ледяном полу. (бедняжка) Тим начал раздевать своего сына до гола. Конечно Том сопротивлялся, но что он может? Верно, ничего… И вот бедняжка лежит, полностью оголён: - Папа прошу, остановись! Умоляю! ПАПА!!! - малыша уже была истерика. Он умолял своего отца, чтобы тот остановился. Ну конечно же Тим его не слушал. Том сам не понял когда, но его папаша уже был и сам голый и был готов к следующему раунду. Синий зажмурил глаза и готовился к самому худшему. — Том…— раздался, тихий голос—Том, проснись. Том! И тут черноглазик проснулся весь в слезах и холодном поту, а рядом с ним был его учитель, держащий его за плечи. На лице Торда было написано: страх, тревога, грусть. — Т-торд? Что? — Том, боже, ну ты меня и напугал… — Что? Почему? — Ну, ты кричал и разговаривал во сне. Ты постоянно пинался, будто отталкивал кого-то. Том, что тебе снилось? Но вот только не говори, что это не моё дело и всё такое. — Ну, мне снился мой отец… он всячески издевался надо мной и п-потом… — Том начал запинаться, — он начал снимать с меня одежду. Я пытался его о-оттолкнуть, но нечего не в-выходило, а когда я был готов с с-самому ужасному… ну, а да-дальше п-понятно. — Ну-ну, успокойся, малыш. Всё хорошо, я здесь, я рядом. — Я-я не м-малыш… — Но для меня, да. — Торд нежно обнял своего любимого ученика. Том попытался сопротивляться, но в следующую минуту, он отвечал на объятия своего учителя. Черноглазик уткнулся мордочкой в грудь Торда и тихо плачет. Торд успокаивал Тома, гладя его по шёлковистым волосам. "Так, всё, пора тебе, Тим Риджуэлл, принять свой крест. Но для начала надо вызвать этих двоих". — Том, ты бы хотел больше никогда не видеть своих родителей? — Что!? Ты что собираешься сделать!? — Не волнуйся, я посажу твоего отца в тюрьму, ну а мать, лишу родительских прав. — И как ты это сделаешь? — Томми, у меня есть двое "старых" друзей. Они нам помогут. — Ну, хорошо… — Так, ладно, подожди, я сейчас. — с этими словами, Торд встал, взял телефон и стал набирать номер. Пошли гудки. — Алло. Это я, Торд.… Да-да, знаю.… Слушай, тут мне нужна ваша помощь. Хотя скорее моему ученику… Что, нет!... Ну ладно, раскусили,… Ага.… Да, знаю, что я должен… Окей… Хорошо, приезжайте ко мне, я вас познакомлю… Ага, пока. — на этом разговор был окончен. — Торд, кому ты звонил? — Двум своим друзьям. Они работают полицейскими и помогут нам. — Ясно. — Хорошо, давай одеваться, они скоро приедут. Pov Tom начало. Интересно кто эти полицейские? Это парни или девушки? Я не особо расслышал голоса по телефону. Хорошо, когда придут, узнаю. Сейчас я начинаю одеваться. Блять, это долбанное платье. — Торд, могу я не надевать это платье сегодня? — Ну конечно… нет. — и снова эта ухмылка. Мне ничего не остается, как снова одеть эту дрянь. Когда я всё одел, мы пошли на кухню, и я стал готовить завтрак. Pov Tom конец. — И так, что у нас сегодня на завтрак? — Сегодня у нас оладьи с вафлями. — Отлично. И приготовь мне кофе. — Хорошо. — И сейчас закипел чайник. И гитарист заварил чай для себя и кофе для друга. После трапезы, Том стал убирать в гостиной, а этот Торд улёгся на диване. Время близилось к девяти, как в дверь постучали. Красный встал с дивана и подошёл к двери. Он открыл дверь, за ней стояли две девушки в полицейской форме. Одна была с русыми и наполовину голубыми волосами, с причёской каре, у неё карие глаза и, кажется, что она злится на что-то. Это говорили её брови. Вторая была более спокойна. (Бета: даже веселой) У неё были два разных глаза: один серый, другой голубой. Цвет волос русый с золотистым отливом и заплетенный в косу. — Ну и что за помощь тебе понадобилась? — прорычала девушка с каре. — Успокойся, для начала входите, я вас с Томом познакомлю. — Хорошо. — ответили обе девушки. Девушки прошли в квартиру. Увидев Тома, обе молча пялились на него. "Чёрт что эти двое пялятся на меня? А да глаза". – от мыслей про его глаза Тому становилось не уютно. — Милашка! — воскликнули обе. — Теперь нам всё понятно с тобой, Торд. — с ухмылкой произнесла девушка с каре. — Так, всё, хватит я вас сюда для дела позвал, — сердито и краснея, сказал Торд. — Так Том, знакомься, эта девушка с голубыми волосами, зовут Оксана. А вторая… Ну, мы зовем её Клубникой, не спрашивай почему. — Эм… п-ривет. Меня з-зовут Том. — смущённо сказал черноглазик. Он всегда смущался при знакомстве с новыми людьми. — Ты такой милашка. Стоп, Торд, а почему он в костюме горничной? — Клубника была в замешательстве. — Не уж то стал геем-педофилом?— подняв свой взгляд на красного, сказала Оксана. — Смотри, а то посадим тебя, а не… Кого ты там хотел посадить? — Девочки, я вам всё сейчас расскажу. И Том, можешь приготовить что-нибудь для наших гостей? — Хорошо. — с этими словами Том пошёл на кухню готовить кексики. Спустя час. Pov Okcana начало. Так Торд рассказал всю историю Тома. Честно, нам с Клубникой его жаль. Мать проститутка, не заботится о сыне и прыгает по мужикам. Фу, гадость! А про отца я вообще молчу! Он его избивал и мучил. И даже чуть не изнасиловал! После такой новости, у нас обеих промелькнула мысль "Этой скотине не жить". Мы подъехали к нужному подъезду. Выйдя из машины, мы начали подходить к двери, как вдруг к нам начинает подходить какая-то бабушка. Pov Okcana конец — Девушки-внученьки, а вы кому это? — Мы, бабушка, идём к Тиму Риджуэллу, по поводу его сына. Ну и с матерью тоже бы не помешало бы поговорить. Вы бы не могли что-нибудь о них... Ну, если конеч…— Клубничке не дали договорить, как бабка начала орать. — Да сатанисты они настоящие! Мать продает себя направо и налево! Отец алкаш! И вот у них появился демон!!! — Ну-ну, бабушка, успокойтесь. Так почему же демон? — Ох… Милочка, да у их ребёнка глаза дьявола! Погодите, милая, да у тебя тоже глаза не человеческие! — бабушка приготовила трость. — Эм… бабушка успокойтесь в нашем времени это уже нормально. — клубничка попятилась назад, а тем временем Оксана уже вызывала психушку. После маленького разговора, Оксана отложила телефон и подошла к обезумевшей старухе. — Бабушка, я попрошу вас успокоится. У нас вообще-то тут дело, а вы нам мешаете. И то, что у людей глаза необычного цвета, это не значит, что это не человек. — Как ты смеешь мне дерзить! — бабушка размахнулась и начала бить Оксану тростью. — Ай! Больно! Бабушка успокойтесь! Клубника помоги! — клубника подошла и выхватила трость у бабушки. А Оксана достала наручники и приковала бабулю. — Блин! Вот скажите нахрена бить и… Ай, fuck! Шишка останется! Спустя 10 минут эту бабушку забрали, а у девочек было ещё одно неотложное дельце. Войдя в подъезд, обе направились на 3-й этаж в 35-ю квартиру. Постучав в нужную квартиру и минимум 5 минут стояли и слушали трёхэтажный мат на всё, что есть в мире. После, девушки уже думали взломать дверь, как вдруг она распахнулась с такой силой, что они чуть без носа не оказались. Перед ними был сам Тим, да и ужасно пьян. — Чё "ик" надо? Я шлюх, "ик" в полицейской форме, не "ик" вызывал…— после ТАКОГО заявления, у копов появилось невыносимое желание набить ему морду. — И так, Тим Риджуэлл. Вы обвиняетесь в домашнем насилии и в попытке изнасилования собственного сына. — обратилась Оксана. — А ваша жена дома? Нам нужно и с ней поговорить по поводу вашего сына. — сразу внесла своё слово Клубника. — Чё "ик"? Причём тут "ик" это дьявольское отродье ? — Дело в том, Мистер Риджуэлл, что мы тут чтобы лишить вас родительских прав. Вас и вашу жену. — объяснила всё Клубника. — Что "ик"? да как ты "ик" смеешь шлюха ? — Сэр, попрошу вас пройти с нами. — попросила "спокойно" Оксана Ещё через какое-то время… Pov Tord начало. Блять, и где эти девки? Тим случайно их там не убил? Черт, когда они придут? Я посмотрел на Тома, он сидел рядом и выглядел взволновано. — Том, что случилось? — Я просто волнуюсь за Клубнику и Оксану. Как думаешь мой отец… он… — Томми не волнуйся у них всё хорошо. — Ну ладно, но Торд могу я задать один вопрос? — Конечно. — Торд после того… если у родителей отберут права, то где я буду жить? — Том, не волнуйся, я всё продумал, ты будешь жить со мной я стану твоим опекуном. Я всё обсудил с Оксаной и Клубникой и они обо всём позаботятся. Ты ведь не против? Pov Tord конец — Конечно, нет! — Том крепко обнял рогатика, и я он, мягко говоря, в шоке. — Я буду только рад! Торд, спасибо тебе! — но он уже не слышал своего ученика. Красный был на седьмом небе от счастья, но и оно длилось не долго. В дверь кто-то постучал. Торд мысленно проклинал тех, кто смог прервать этот момент. Он встал, подошел к двери и открыл. Всё что хентайщик хотел сказать, выветрилось из головы. За дверью стояли Оксана и Клубника. Вид у них был ужасным. Девочки ворвались в квартиру со словами: — Вот держи! — хором сказала они, и клубника сунула Ларссону в руки бумажку. Взглянув на нее, он понял, что это документ об усыновлении. — Привет, Том. — Привет. А почему вас не было так долго? И почему в синяках? — Ну, синяки это "подарок" от твоего отца. — объяснила Оксана. — Кстати Торд мы всё уладили насчет родителей Тома и эта бумажка, как ты наверное понял, об усыновлении Тома. Тебе только осталось поставить подпись. С остальным мы всё уладили. — Что? Я хотел взять опекунство, а не становиться его отцом. — Одно другому не мешает. — вмешалась в разговор Оксана. — Большая разница! — разозлился Торд. Тут Оксана подошла к Торду и стала шептать ему на ухо. — Торд, ну ты только представь, как Том будет называть тебя папочкой. — это слова действовали на Торда, как красная тряпка на быка. — Уговорила. — сказал Торд, представляя эту картину. — Ладно, думаю, нам пора. Пошли, Оксан. — Ага. Покеда. Девушки вышли из квартиры, закрывая за собой дверь. Возникла неловкая тишина. Но первым прервал её Торд. — Ну что, пошли спать? — Ага. Том и Торд пошли в спальню, переодевшись, (во что они же постоянно в боксёрах спят) легли на кровать, потихоньку засыпая. И чернолазик, не осознавая, обнял коммуниста и заснул. Этот день прошел для некоторых трудным, но сейчас всё спят и наслаждаются сном… Ну, возможно всё.