"ЗАЯ"

      Так незаметно для обоих пролетели три часа. Народ начал рассасываться, бар пустел. Лиза подсчитывала доход в кассе и прикрепляла последние чеки. — Вот моя смена и кончилась, — с ноткой радости проговорила девушка, косвенно обращаясь к Даниле, а тот поднял голову и внимательно следил за светловолосой, — приходи завтра. Буду ждать. — и ушла в служебное помещение. Завтра выходной, и рыжему абсолютно некуда торопится, он проводил взглядом маленький силуэт и принял решение ждать её. Он был знатно пьян, мозг совершенно отказывался соображать, ноги ватные. Русоволосая вернулась и застала парня в том же положении.  — Ты уходить не собираешь?  — Нет… Сейчас пойду… дай мне минуту… — он говорил с расстановкой, немного запинаясь.  — Ясно всё с тобой, — буркнула Лиза и помогла подняться пьяному Кашину, — ты адрес можешь свой сказать? — парень неуверенно кивнул, они направились к выходу.       Елизавета вызвала такси и проследила, чтобы парень сообщил свой адрес и всучила водителю тысячу.  — Думаю, этого хватит. Если попросит куда-нибудь ещё заехать, соглашайтесь, но везите домой, по возможности помогите бедолаге до квартиры добраться, — таксист кивнул, и принялся закрывать окно, — спасибо.       Машина тронулась, набрала скорость и скрылась за поворотом. А Неред одиноко поплелась домой.       Следующим утром Данил проснулся с сильным похмельем. Виски пульсировали, и голова неприятно гудела. Он совершенно не помнил, как попал домой, и каждый раз, когда он принимал попытки вспомнить хоть что-то, голова начинала болеть сильнее. Рыжий просто долго лежал на кровати, пока не раздался звонок его телефона, который находился в его куртке в прихожей. Кашин рассеянно копался в карманах ветровки, и вот, из внутреннего кармана, выпадает заветный предмет, а вместе с ним светло-голубая салфетка. Он ответил на звонок, разговор был очень быстрым и уже через две минуты закончился, а парень потянулся за салфеткой. «Доброе утро! Буду ждать тебя сегодня в баре!» — гласила записка, и Даня вспомнил русоволосую девушку-бармена, чьё имя было загадкой, за которой он следил весь вечер.  — Доброе утро… — сказал Кашин в пустоту и улыбнулся, ожидая вечера, чтобы пойти в «ЗАЮ».       В то время, когда рыжий наглец только проснулся, Лиза сидела на второй паре и записывала очередную лекцию, пропуская половину мимо ушей, ведь знала, что потом сфотографирует всё у однокурсника. Пара за парой, так и прошло время учёбы, и Неред стремительно идёт к дому к своей мягкой постели. Она открывает старенькую квартиру, снимает обувь и верхнюю одежду, сбрасывается рюкзак, проходит в спальню, не выдержав напора тяжёлого дня, закрыла глаза и с грохотом упала на кровать, почти сразу погружаясь в сон. 20:00. Звон телефонного будильника рушит тишину квартиры, добираясь, наверное, до каждого предмета, но не до Лизы. Она слишком устала, чтобы сейчас проснуться и пойти на работу. Слишком измучены её тело и душа. Сегодня Елизавета Неред останется дома. 23:45. Данил спокойным размеренным шагом проходит в привычный ему бар, идёт к «своему» столику и встаёт в ступоре. Ни любимого «Mon Visage», ни записки, к которым он успел привыкнуть и всегда радовался этим мелочам, не было. Кашин бросает взгляд к барной стойке, но не видит маленького русоволосого силуэта в кепке, там стоял высокий блондинистый парень с синяками под глазами, апатично настроенный против всех.  — Эй! Парень, а где прошлый бармен? — рыжий уже быстрым шагом направляется к стойке и окликает «нового» бармена.  — Лизка? Она сегодня не приходила. Даже не писала. Как сквозь землю провалилась, — на автомате ответил блондин, вытирая стакан, но потом резко опомнился и осознал, что рассказал это совершенно незнакомому человеку, а когда хотел поинтересоваться, зачем ему она, от того и след простыл.       «Лиза… Красивое имя. И оно так тебе подходит…» — пронеслось в мыслях Данилы, когда тот выходил из бара. Он не нашёл человека, из-за которого приходил в это место последние дня четыре. Да, Кашин, чрезмерно расстроился, но он узнал её имя, что заставляло выживших бабочек летать в животе. 6:47. Русая макушка поднимается подушки и сонно поворачивается в сторону часов.  — Твою мать! — громко произносит девушка и принимает сидячее положение.       Снова звонок будильника, который самостоятельно откладывал время ещё на десять минут. Лиза выключает его и замечает 7 пропущенных от начальства и парочку сообщений от работников бара.  — Чёрт… Ну, зато я выспалась… — удручающе шепчет Неред, но в один момент вспоминает о Даниле.       О парне, который так сильно заинтересовал её и не даёт покоя. Она сама же обещала ждать его в баре и не пришла. Эта мысль чёрным облаком повисла над ней, червём въелась в мозг и не хотела уходить. Она так виновата перед ним. В глазах Лизы это выглядело слишком трагично, печальнее, чем было на самом деле.       Из-за долгого сна она вяло себя чувствовала, и желания куда-либо идти не было. Опять она пробудет дома до вечера. А потом пойдёт в то место, где должен был ждать её этот рыжий мудак, которому она ещё не простила вылитый на официантку коктейль. Она пойдёт в «ЗАЮ».