Развод - дело нехитрое

      — Прошу всех встать, суд идет, — произнесла секретарь суда и все присутствующие поднялись.       — Прошу всех садиться. Суд в составе председательствующего по делу главного судьи Какаши Хатаке, при секретаре Рин Нохара с участием истца Узумаки Наруто, ответчика Учиха Саске рассматривает в открытом судебном заседании гражданское дело № 145/78 по исковому заявлению Узумаки Наруто к Учиха Саске о расторжении брака, — судья представил участников судебного дела. — Секретарь, все ли участники присутствуют?       — Ваша честь, все участники судебного дела присутствуют в полном составе, — ответила секретарь.       — Уважаемые стороны, имеются ли заявления, ходатайства на данной стадии рассмотрения дела? Истец?       — Заявлений и ходатайств нет, — заявил Наруто.       — Ответчик? — обратился судья к Учихе.       — Нет, заявления и ходатайства отсутствуют.       После оглашения искового заявления и уточнения поддерживает ли истец свои исковые требования, признает ли ответчик исковые требования истца, не желают ли стороны примириться или провести процедуру медиации, Хатаке отложил бумаги. Теперь оставалось узнать истинную причину, тем более истца так и распирало рассказать.       — Причина развода? — неформально спросил председательствующий.       — Несовместимость характеров, — произнес Саске, на что Наруто только фыркнул.       — Истец, вам есть, что сказать? — обратился судья к пышущему негодованием блондину.       — Конечно есть! — заверил парень и приготовился нести свой бред, как обычно говорил его разлюбезный муж. — Ваша честь, у нас не просто несовместимость характеров. Этот ублюдок…       — Истец, не оскорбляйте ответчика! — тут же предупредил глава закона.       — Простите, Ваша честь. Так вот, этот уб… Учиха просто невыносимый тип. Вот какая разница, какого цвета тюбик зубной пасты? Вы бы слышали как он орал, когда вместо белой, я принес зеленую.       — Ваша честь, — тут же подскочил Учиха. — Я говорил этому олуху…       — Ответчик, не оскорбляйте истца, — снова сделал замечания судья.       — Да, простите. Я говорил господину Узумаки, что в зеленом тюбике паста с травами, а у меня аллергия на ромашку, что входит в состав этой зубной пасты, — и тут же Учиха выдал встречную претензию. — А как можно жить с этим человеком, если он жрет один рамен? Открываю холодильник, а там коробки его рамена. Полочки, где у нормальных людей крупы или макароны у нас снова рамен. В сахарнице, в шкафу с одеждой, в ванной комнате — везде его рамен. Да он даже под подушку положил его.       — А вдруг бы я ночью проголодался? У меня очень быстрый обмен веществ и гастрит. Мне нужно кушать, как только захочется, а не терпеть, — оправдался Узумаки. — А помидоры? У нас холодильник на две части поделен. Все ящики в его помидорах. Даже на подоконнике он их выращивает. И на тумбочке возле кровати у него вазочка не с фруктами или конфетами, а с помидорами.       — Они хоть полезные, по сравнению с твоей гадостью, — Учиха встал на защиту любимого овоща.       — Да мой рамен заслуживает мишленовских звезд!       — Эту награду дают ресторану, а не блюду, тупица!       — Еще одно оскорбление, ответчик, и я на вас наложу штраф! — строго произнес седовласый судья.       — А твои гребаные эмблемы клана? — выкрикнул Наруто. — Да они же на всем! Ваша честь, он мне даже на трусы их налепил. Показать? У меня ни одних трусов не осталось без этого гребаного герба, — Наруто уже расстегивал джинсы, чтобы продемонстрировать.       — Истец, мы воздержимся от демонстрации и поверим вам на слово, без предоставления доказательств, — судье может и хотелось бы посмотреть на аппетитную попку блондина, но рычание Учихи явно заверило, что этого делать не нужно.       — Как скажете, Ваша честь, — парень заправил свои штаны и снова был готов к вопросам.       — Так, вернемся к делу. Согласно иску, Вы, господин Узумаки, обвиняете господина Учиху в, цитирую: «Злонамереном акте в адрес моей персоны». Поясните.       — А это все очень просто. У меня микрофобия, — из-за непонимающего лица фемиды, парень пояснил. — Это страх маленьких предметов. А этот… господин специально покупал маленьких мишек, таких карманных, на брелоки похожие и раскидывал по всей квартире. А ведь знал, что у меня потом паника начиналась.       — Я просто любил тебя успокаивать после этого, — тихо произнес брюнет. — Ты такой нежный, ранимый и ластишься как котенок. А в обычное время ты вечно занят, или уставший, или «отвали Учиха, ты только о моей жопе и думаешь».       На некоторое время в зале повисла тишина. Но продлилась она совсем недолго. Учиха Саске снова взял слово.       — Но Вы, господин судья, не думайте, что это я такой жестокий. Истец отлично знает мое отношение к чистоте. И специально создает бардак. И доводит меня этим до нервного срыва.       — Я ведь это тоже не просто так делал! — громко произнес блондин и обратился к фемиде. — Ваша честь, вот посмотрите на него. Альфа-самец, ходячий секс, весь такой красивый, важный, гордый, объект для дрочки многих людей.       — Господин Узумаки, что за слова в зале суда?       — Простите, но это правда. А когда он убирается в доме, он всегда одевал специальную повязку чтобы убрать волосы с лица. И в этот момент он такой домашний, милый и главное только мой, — с некой обидой в голосе произнес блондин. Все же его любимый человек был нарасхват, и он еще в ответ кокетничал. А это обидно.       Сколько еще друг другу было высказано. То не так застелена кровать, от чего зверел Саске, то не тем цветом постель, это уже заскок Узумаки. Не тот запах мыла и брюнет громит ванную комнату. Повесил Учиха свое пальто не на ту вешалку и будет он ловить его с окна, блондин это устроит. Не промолчали они про споры, когда решали, в какое кафе пойти или на какой фильм. И много-много чего.       Но где-то через пару часов взаимных «А он…» они замолчали. И снова в зале тишина, но резко и в один голос оба парня произнесли:       — Но с этим всем можно было мириться, — переглянулись и легонько улыбнулись.       — Мы привыкли к этим заскокам друг друга. Они даже милыми были, — продолжил Учиха.       — Да, но вот главное, что не устраивало нас обоих, и стало причиной развода - это… — замолчал представитель светловолосых.       — Так что же это? — судья рад был наконец-то услышать причину их развода, а то пока все это напоминало очередную ссору.       — Сексуальная несовместимость, — произнес Саске.       — Это как? — Хатаке за всю свою судейскую жизнь много чего слышал, но чтобы сексуальная несовместимость… Такое впервые.       — Я люблю сосать, а он не любит когда ему сосут, — спокойно произнес Наруто.       В зале повисла гробовая тишина, для полного завершения картины не хватало только чирикания кузнечиков.       — И…. И вы никак не могли решить эту… кхм… проблему? — взял себя в руки судья.       — А как ее решить? Я только к члену, а он уже орет как резаный. Словно я его отгрызать собрался, — Наруто с обвинением ткнул пальцем в ответчика.       — Конечно, а просто не трогать своим ртом мой член нельзя? — с упреком отгрызнулся Саске. — Лежи и млей от моих ласк, жди пока мой рыцарь войдет в твою пещеру, так нет же, тебе пососать дай.       — Ну как можно удержаться? Он же такой большой, ровный, с красивой налитой головкой. Одно наслаждение обводить каждую венку языком, облизывать всю длину, посасывать головку, и сжимать глоткой ее, когда она глубоко во рту.       — Давайте без… — судья хотел остановить их, но кто ему дал.       — Ты что ребенок? Ты взрослый парень, должен же понимать когда говорят «Нет». Так нет же, знаете, Ваша честь, что он говорит в этот момент? — Учиха так и не дал возможности судье ответить, хочет ли он знать или нет, сразу же продолжил. — «Дай ребеночку член пососать! Ну дай! Ну, хоть раз сосну». Нет, ну это нормально?       — Да ради тебя же и делал это! Я всю твою командировку учился на огурцах. Чтобы тебе паразиту приятно сделать. А ты начал орать «Не люблю! Не хочу! Уйди!».       — Да ты так научился, что я боюсь кончить через минуту! — наконец-то признался Учиха в причине, почему он не любит когда ему сосут. Точнее когда сосет конкретно один человек.       — Так ты боялся кончить очень быстро? — лилейным голосом произнес Наруто и подошел к Саске, заглядывая тому в глаза.       — Да. Я же такой альфа-самец, ходячий секс, как ты сам сказал, и кончил за пару минут, — он провел большим пальцем по полосатой щечке. — Как же я тебя люблю.       — Вот, дурашка, почему ты молчал? — блондин схватил его за руку и поволок из зала.       — Ей! А как же судебный процесс? — напомнил о себе судья.       — Я отзываю свой иск, — радостно воскликнул Узумаки. — Саске пошли тренироваться!       И этих двоих словно и не было в зале суда, только офигевшие лица присутствующих в зале говорили, что это им не привиделось.       — Да… Ну что господа… — произнес Хатаке, после минутной паузы. — После такого нужно выпить. Идем все в бар, я плачу.