После

      Всё ещё сидя на бёдрах Дилана, Томас, судорожно глотая ртом воздух, пытается восстановить сбившиеся дыхание после безумных «скачек». Лежащий снизу О’Брайен, приподнимаясь на локтях, тянется к светловолосому парню, наверное, чтобы подарить ему успокаивающий поцелуй, но через несколько секунд обессиленно плюхается обратно на кровать. Это действие сложно было не заметить и игнорировать, поэтому Сангстер, минуту поколебавшись в нерешительности, наклоняется к Дилану и невесомо целует его в приоткрытые губы. Отстранившись, он приподнимается с бёдер брюнета, слезает с кровати и в потёмках начинает искать свои боксеры среди разбросанных по полу вещей в порыве страсти, и, найдя, Томас натягивает их, а потом бредёт к приоткрытому окну, где на подоконнике его уже ждёт полупустая пачка сигарет, зажигалка и пепельница. Блондин закуривает, вдыхая в лёгкие едкий дым. Голову заполняют мысли. Ему нужно подумать о том, что произошло и что делать дальше.       О’Брайен прилетел в Лондон несколько часов назад, чтобы погостить у Сангстера, с которым долго не виделся с момента последнего интервью. Перед сном парни решили провести время за просмотром сериала «Волчонок». Поначалу всё шло нормально, друзья удобно устроились на кожаном диване перед ноутбуком, который стоял на кофейном столике. Иногда они от души смеялись над шуточками, проскальзывающими в сериале, иногда Томас задавал вопросы на непонятных ему моментах или спрашивал, как снималась та или иная сцена.       Парни не заметили, когда дружеская атмосфера сменилась чем-то другим, чем-то, что часто витало между ними на съёмках. В какой-то момент они пододвинулись к друг другу слишком близко, их тела соприкоснулись. Томас почувствовал, как Дилан положил на его коленку свою ладонь и слегка погладил её. Сангстер повернул голову в сторону О’Брайена. Их взгляды встретились…       Это было похоже на взрыв. Голодные поцелуи. Руки бесстыже блуждали по чужому телу. Парни тянули друг друга к кровати, по пути срывая одежду и кидая её на пол. Их тела нестерпимо требовали близости. Мокрые поцелуи покрывали всё обнажённое тело напротив. Тяжёлые вздохи. Томас ощутил заполненность, а Дилан ласково прошептал: «Томми». Громкий стон, ласкающий уши.       Скрип кровати заставляет светловолосого парня вернуться в реальность из омута недавних воспоминаний. О’Брайен подходит сзади к нему, обнимает за талию и утыкается носом в его плечо, невесомо целуя молочно-белую кожу.       - Ты не замёрз? – беспокоится темноволосый парень.       - Нет, - отрицательно качая головой, отвечает Сангстер.       Дилан рядом. С Диланом тепло. Это он усвоил ещё во время съёмок первой части «Бегущего в Лабиринте», когда О’Брайен постоянно согревал его в своих объятьях. Брюнет как-то нехотя отпускает Томаса из своих рук, а потом тоже тянется к сигаретам и встаёт боком к окну. Выпустив струю серого дыма в окно, из которого открывается вид на давно уже спящие соседние дома, и стряхнув пепел почти докуренной сигареты в пепельницу, светловолосый парень обращает внимание на Дилана, который не удосужился хоть что-то надеть на себя. Ухмыльнувшись, Сангстер снова затягивается и замечает, что О’Брайен изучающе смотрит на него, куда-то в область шеи. Потом брюнет поднимает глаза, и их взгляды на секунду встречаются, Томас сглатывает и смущенно опускает глаза, его взгляд задерживается на груди Дилана, в воспоминаниях блондина вспыхивает картина, как он несколько минут назад ласкал языком, нежно покусывал, мял пальцами соски О’Брайена. Светловолосый парень смотрит выше – багровые пятна, оставленные им на шее брюнета, различимы даже в полумраке комнаты, ещё выше – подбородок с двухдневной щетиной. Сангстер облизывает пересохшие губы, продолжая пялиться на подбородок Дилана, а потом, потушив в пепельнице сигарету, приближается к брюнету. Их лица очень близко к друг другу. О’Брайен вздрагивает от неожиданности, когда язык Томаса облизывает его подбородок. На несколько секунд в полутёмной комнате становится тихо, а потом тишину разрывает громкий смех парней. Брюнет быстро тушит в пепельнице недокуренную сигарету и сгребает в объятья хихикающего Сангстера.       - Ты это всё-таки сделал! – стараясь пересилить смех, воскликнул Дилан.       Какое-то время Томас ещё борется с темноволосым парнем и высовывает язык, намереваясь ещё раз лизнуть подбородок, а потом, смирившись, утыкается носом в его ключицы.       - Люблю тебя, Томми, - зарывшись носом в светлую макушку, чуть хриплым голосом шепчет О’Брайен, и по телу блондина пробегают приятные мурашки, потому что таким же голосом совсем недавно брюнет шептал: «Мой, только мой».       - И я тебя люблю, Дил, - отвечает Сангстер, расплываясь в улыбке.       Почувствовав, что Дилан ослабил хватку, Томас чуть-чуть отстраняется и смотрит на него, их взгляды снова встречаются.       - Обрадуем Каю? – улыбаясь, спрашивает темноволосый парень.       - Только не сейчас, а то она разбудит весь Лондон радостным визгом, пока будет добираться до нас, чтобы самолично убедиться, что Дилмас – канон, - сдерживая смех, произносит блондин. – Думаю, она не обидеться, если мы расскажем ей всё утром. А теперь, я пойду в ванную, - с этими словами он окончательно выбирается из объятий О’Брайена и направляется к выходу из комнаты, но на полпути останавливается и разворачивается. – Ты разве не идёшь? – усмехнувшись, интересуется светловолосый парень.       - Вы меня приглашаете?! – наигранно удивлённым тоном произносит брюнет и, подбежав к Сангстеру, хватает его.       - Отпусти меня! Я сам в состоянии дойти! – кричит Томас, когда его ноги отрывают от земли, и Дилан уносит его на руках, заражая блондина своим смехом.