Самая удачная месть Тора

В Асгарде всегда тихо часам к двенадцати дня. Все собираются где-то в покоях поболтать, прячутся от жары, ходят в гости. Во дворце тоже не особо шумно: караул отчеканивает сапогами ритм ходьбы, и только Тор быстро прошмыгнул из одного коридора в другой. Вчера Локи устроил ему знатную пакость: опять притворился змеей, и, когда Тор со ним на руках пришёл к своим друзьям на вечернюю выпивку, превратился обратно в себя. Тор так завизжал, что все покатились со смеху и целые сутки нахваливали Локи за его изобретательность и подражали визгу Тора. Это, конечно, сильно его бесило. Пакостить друг другу вошло в привычку царевичей. Все знали, что первый начал Локи, а Тор просто бесится, но никто не мог злиться на Локи слишком долго, потому что пакостил он профессионально и с умом. И утром Тору пришла в голову гениальная, по его мнению, мысль, как можно отомстить брату. И сейчас он крадётся из комнат Локи, удовлетворенно улыбаясь. Осталось только подождать, когда до Локи дойдет масштаб его мести. Главное — не торопиться. Прошла неделя. Не заметив от брата ответной пакости, Локи притих и выжидал, что же не так. Он привык, что Тор либо просто лезет в драку, либо делает гадость в ответ. На этот раз ничего не последовало. Тор так же ходил на тренировки, выпивал с друзьями, по вечерам болтал с Локи о том, о сем. Все было как всегда. Фригг даже обрадовалась, когда заметила, что между братьями наступило перемирие. Спустя две недели, в такой же полуденный час, Локи вернулся с тренировки и устало бросил на кровать оружие. Ему совершенно не нравилось ходить на тренировки с Тором: брат был слишком вынослив, а Локи не хотел использовать против него магию, потому что боялся навредить. Надо переодеться, зайти за Тором и пойти пообедать. Через пятнадцать минут он уже заглянул к Тору, и они вместе пошли по коридорам на кухню стащить пару жареных куриц, смеясь и обсуждая прошлую тренировку. Навстречу им шла Сигюн. Какое-то время она долго бегала за Локи, но потом перестала. Локи объяснял это тем, что он поговорил с ней. Тор привык к этому: за черноволосым красавцем-царевичем вечно стояла очередь придворных девушек. Поравнявшись с ними, Сигюн подошла к Локи и резко влепила ему пощечину. — Это... Что такое было, Сигюн? — Оторопев, спросил Тор, потому что Локи, схватившись за щеку, попросту потерял дар речи. — Локи, ты клялся, что держишь все под контролем. Так знай же, я беременна! — Гневно произнесла она и влепила ему ещё одна пощёчину с другой стороны. — Что?... Быть этого не может. Значит, отец не я, — возразил Локи и получил ещё одну пощёчину. — Одину сам все объяснишь, — закончила Сигюн, и, яростно отчеканивая шаги, удалилась на женскую половину дворца. — Что это сейчас было? — В полном непонимании уставился Локи на брата. — Ну... Я не знаю. — Ответил Тор, резко покраснев. Только сейчас до него дошла серьезность своей шутки. — Ах ты... Я то думал, ты просто успокоился! Ты ЭТО сделал? — Закричал Локи. — Нет, нет, что ты, — начал оправдываться Тор, но Локи был уже на полпути в свои комнаты. Быстро сунув руку в заветный ящичек, он пригляделся к маленьким фиолетовым квадратикам. Так и есть — все проколоты. — ТОООООООООООООР! — В бешенстве закричал Локи, схватил с кровати нож и помчался за братом. Их драка закончилась ничем: Локи, конечно, пару раз пырнул брата, но тот только просил прощения, на что все придворные смотрели с огромным удивлением: обычно царевичи яростно лупили друг друга, пока Фригг из не разнимала, но тут Тор даже пальцем брата не тронул. Наконец Локи повернулся к наблюдающим и закричал: — Все вон! Через минуту зала опустела. Локи сел на пол рядом с Тором и схватился за голову. — Тор, что теперь делать? — В отчаянии простонал он. — Да ладно тебе. Один ребёнок — не десяток, и тем более не полсотни. — Ты совсем идиот! — Заорал Локи. — В том то и дело, что если я очень удачливый, то их и будет полсотни! — Локи, ты же не... — Они ходят за мной круглыми сутками. Что остаётся делать? Да и тем более, почему нет? — Ну да. Почему нет. Теперь за голову схватился Тор. Когда Один узнает, он точно убьёт их обоих. И Тору точно влетит больше. Спустя девять месяцев во дворце появился младенец. Братья пока не решались сказать что-то Одину, зато Фригг помогла Сигюн родить, и знатно натрепала обоих царевичей за уши. После рождения дочери Сигюн не пожелала оставаться в Асгарде. Девочка родилась худенькая и слабая; Фригг долго сидела с ней, наводя магические круги и твердя заклинания. Все это время Локи и Тор ходили под дверьми, нервно кусая губы, даже пару раз подрались. Когда Сигюн, быстро восстановившись с помощью магии после родов, вышла, Локи хотел было броситься к ней, но она оттолкнула его и ушла. Он только вздохнул и закрыл лицо руками. — Тор, ты идиот. — Я знаю. — Локи! — Окликнула его Фригг спустя час. Он тут же вскочил с пола, как и Тор, и устремился вглубь комнат. Тогда Фригг передала ему маленькое тело с синеватой кожей, мирно спящую девочку с чёрной луной на щеке. — Это... Это моя дочь? — Затаив дыхание, спросил Локи. — Да, дорогой, — с нежностью ответила Фригг и погладила его по плечу. — Дай ей имя. — Я не знаю. Я не думал, что надо придумать имя, — растерялся Локи. Тор все это время просто жался за спиной брата. Фригг заметила это, и извлекла его на свет божий, все так же за ухо. — Аааай, мам, отпусти, — застонал Тор. — Смотри, что ты наделал! Ну как можно быть таким дураком! Тор, ты вообще... — пошла она отчитывать сына. Локи вздохнул и отошёл подальше, к окну. Солнце садилось. — Прости, пожалуйста, — обратился он к дочке. — Я даже не знаю, как тебя назвать. Локи тихонечко покачал ее, задумчиво глядя на горизонт. Он чувствовал, как любовь заполняет его сердце. Он понимал, что значит отеческая любовь для ребёнка, он понимал, чего будет бояться его дочь, дочь Локи... Из Йотунхейма. — Тебя зовут Сара. Первая принцесса Йотунхейма. С рождением, ваше высочество, — пошептал он и поцеловал ее в лоб. Прошло около недели. Локи не выходил из комнаты, и Один заметил отсутствие младшего сына. Фригг сказала, что он болен, и Один вскоре успокоился. В течение трёх недель родилось ещё десять малышей. Каждый раз Локи переживал, как в первый. Ни одна девушка не осталась с ним. Он даже не знал, почему, да и думать было некогда. Тор, чувствуя ответственность за происходящее, перетащил молот в комнаты брата и неловко возился с племянниками. Больше всех на отца была похожа старшая дочь. Остальные были абсолютно разные: вторая дочь была младше Сары на 28 часов. Она родилась уже ночью, быстро и легко, не причиняя матери боли. Она, на первый взгляд, была обычным ребёнком, и только маленькие алые огоньки в ее глазах выдавали в ней дочь бога. Ее назвали Марте. А вот третья дочь была каким-то чудом природы: этого не могла объяснить даже Фригг. Хотя, для будущей богини ветров крылья — не бог весть что лишнее. Кокс только родилась, а уже была непоседой, и переворачивала вверх дном все пелёнки. Только гены отца не давали ей замерзать от такого обилия потоков ветра, ею генерируемых. Четвёртый, мальчик, Альт. Они были отличной парочкой с Кокс: разве что Альт, в отличие от сестры, предпочитал игрушкам отцовские ножи. Хелен, опять девочка. Тор искренне не понимал, почему у Локи так много дочерей. Хелен была самая спокойная среди детей Локи. Разложив руны у ее кроватки, Фригг назвала ее будущей богиней искусства. Следом за ней были мальчики-близнецы, вновь две девочки и опять мальчик. Надо отдать должное характеру Локи: благодаря ему практически все смирно спали в кроватках, только Альт и Кокс то дрались, то переворачивали кровать. Наконец Один перестал верить в сказки Фригг о болезни Локи и сам отправился в комнаты сына. Никто не смог его остановить, и взору отца открылся весь кавардак последнего месяца. Один был в ярости. Даже Тор держал на изготовке молот, чтоб в случае чего быстро ретироваться в отрытое окно. — Локи, только ты мог это устроить! — Кричал Один. — Это целиком твоя вина! Я не хочу видеть здесь ни тебя, ни твоих детей. Скажи спасибо Фригг, что она удерживает меня. Даю тебе сутки. Мне на глаза не показываться. С этими словами Один вышел. Локи обессилено сел на кровать. Что теперь делать? Куда деться с одиннадцатью детьми, не контролирующими свои силы? Ведь они нуждаются в воспитании, в образовании... Они нуждаются в доме. Им же всего три недели. Ну, кроме Сары. Она буквально за три недели выросла до возраста шестилетнего ребёнка, чем сильно пугала Локи, но Фригг убедила его, что при ее способностях это нормально. Один запретил Фригг и Тору приближаться к комнатам Локи. Он схватился руками за голову и тяжело вздохнул. — Отец, — зазвучал рядом чистый детский голосок. — Это дедушка? — Да, Сара, это дедушка, — через силу улыбнулся Локи и посадил дочь на колено, прижав к себе. — Он не любит нас. Разве мы похожи на монстров? Это от того, что у меня синяя кожа? — Нет, нет, что ты родная, — не на шутку испугался Локи. — Это я его разозолил. Ты не монстр. Монстр — тот, кто вредит людям. Давай будем собираться. Ночью Локи вышел из замка. За ним шли пара десятков слуг с детьми и вещами на руках. Куда ему идти, кроме Йотунхейма? Хеймдалль молча открыл мост, и они очутились в царстве льда и снега. — Добо пожаловать домой, — с горечью в голосе сказал Локи, и перешагнул порог огромного ледяного дворца. Прошло порядка двадцати лет. Один мирно скончался, и Тор теперь правил Асгардом. Однако, он постоянно думал о младшем брате. Проход в Йотунхейм был закрыт. Сильнейшая магия запрещала любое вторжение туда, и Тор в душе надеялся, что Локи именно там. После разборок с Хель и Рагнарека Тор, полностью разбитый и опустошенный, сидел на корабле. — Локи. Локи, ответь. Нам нужна помощь. Ты же принц Асгарда, помоги своему народу. — Хорошо, только не слишком долго. Я оставил дома ораву бешеных детей, так что, пожалуйста, давай поскорее, — неожиданно зазвучал за спиной знакомый голос. — Локи? — Ну, ты же звал. — Локи, — повторил Тор и порывисто обнял брата. Локи ответил ему тем же. — Как твоя орава? Взрослые уже поди. — Да, взрослеют, — с гордостью ответил Локи. — Ты не поверишь, Альт способен в одного уложить сотню воинов. А Марте способна управляться с огнём, даже не смотря на то, что она все-таки наполовину йотун. — Увидеть бы их. А как Кокс? Непоседа такая была. — Такая и осталась. Они с Альтом мне постоянно что-то разносят, — вздохнул Локи. — Зато Сара... Сара просто чудо. Рассуждает как наша мать. Она же покровительница Ночи. Заклятия накладывает такие, что мне страшно становится. — Думаю, ты не злишься на меня за это. — Конечно, злюсь. При удобном случае пырну ножом, — серьезно заметил Локи. — Но у вас же там семейная идиллия и все такое... — Какая идиллия, Тор. Они носятся повсюду. Их будто не одиннадцать, а все сто одиннадцать. Младшие близнецы могут устроить снежный ураган на неделю. Я даже иногда от них прячусь. — Да ладно? — Серьезно. — Кошмар. «Да уж, быстро, — бешено соображал Локи, стоя за колонной. — Не прыгать же на Таноса с ножом. Хотя, попробовать можно. Что за чушь? А есть план получше? Конечно есть. Думай, Локи, думай.» Несколько минут раздумий ничего не дали. Тор все ещё был в опасности, и Локи, впервые плюнув на разум, вышел на Таноса с тем, что было. И проиграл. Он почувствовал на шее тяжелую руку Таноса, и холодные объятья смерти впервые так живо коснулись его. Сара подняла вверх глаза. Она безошибочно чувствовала все, что происходило с Локи. — Отец в опасности! — Громко закричала она, и спустя мгновение все ее братья и сестры, по пути облачаясь в доспехи, оказались рядом. Зачем обычные доспехи, если ты первоклассный маг? Они взялись за руки, и Сара коснулась рукой снега под ногами. Они провалились в разлом между мирами. Первая из разлома выпала Кокс. Не предупреждая, она вытащила из-за спины лук и, присев на одно колено, выстрелила в плечо Таноса. От боли тот разжал руку, и Локи упал на землю, хватая ртом воздух. — Вы кто такие? — Гневно спросил Танос, повернувшись к ним. Сара вышла вперёд, и, нахмурив брови, всмотрелась в противника. — Альт, Хелен, Марте. К Тору, — движением руки, властно указала она, и все трое молниеносно направились к нему. Никто не успел их остановить. — Остальные со мной. Танос, я полагаю? — Серьезно спросила она. — Я Сара, дочь Локи, принцесса Йотунхейма, богиня ночи и старшая из детей. Теперь, когда мы закончили официальные приветствия, мы можем тебя убить? — Без тени сомнения спросила она, и достала из-за спины длинный кованный меч с кровавыми, горящими рунами. — Какая надменная девчонка. Попробуй! — Рассмеялся Танос и развёл руками. — Сара, нет, — прошептал Локи, но было поздно. На Таноса обрушились огненные струи, десятки стрел и ножей. Камни отражали почти все, но контролировать полностью защиту Танос не мог. — Кокс, щит! — закричала Сара, и с разбега запрыгнула на представленный сестрой щит, а с него — на плечи Таноса. Это было так быстро, что он не успел отреагировать на обрушивавшееся на него с неба темное покрывало тьмы. В бою Сара нередко приобретала бестелесную форму, так что, как живое воплощение ночи, была бессмертна, и обрушивала на головы врагов возмездие. Два золотых ножа сверкнули у неё в руках, и она вонзила их в шею Таноса с двух сторон. Быстро спрыгнув с падающего тела, она сняла с него перчатку. — Надо уничтожить это дерьмо, — скептически произнесла она. — Но сначала как следует изучить. Тор потерял дар речи. Младшие близнецы уже помогали Локи встать, Кокс порхала над Тором, засыпая его вопросами. Она была фанаткой своей родословной, и наконец-то нашла объект своих интересов. С перчаткой в руке Сара подошла к Локи. — Отец, ты в порядке? — Спросила она и протянула ему перчатку. — В следующий раз сразу нас зови. Хорошо, что я не спала. — Ну, ты же у меня умница, — с улыбкой обнял Локи Сару и, забрав перчатку, подошел к Тору. — Тор, надо избавиться от этого дерьма. — Сара сказала так же, — улыбнулся он. — Избавимся. Но сначала — хорошенько напьёмся. У тебя дома. — Уверен? Замёрзнешь. — Ну, я там был. Нормально. — А все остальные асгардцы? — Будут жить на Земле. Тони Старк уже едет. — Отлично. Идём домой. — Идём домой, отец, — позвал его Альт, складывая мечи в ножны. — Идём. Сара, давай. Вот они в Йотунхейме. Столы накрыты, во дворце сегодня пир. Дети, и вправду, носятся друг за другом без устали. Только Сара почтительно, как старшая, сидит около отца и внимательно слушает разговоры Тора и Локи. — Тор, давай дальше без таких неожиданностей. Видишь, они чуть что – бросаются, а они же совсем дети. — Локи, они уложили Таноса, раз плюнув. Не смеши. Мы с тобой бы так не смогли. — Ну, нас двое, а их одиннадцать. И все-таки, они ещё дети. — Отец, завтра вечером я буду совершеннолетняя. Я не ребёнок, и могу учавствовать в битвах, — возразила Сара. — Конечно. Конечно, ваше высочество, — с улыбкой ответил Локи и поцеловал ее в лоб. Точно так же, как двадцать лет назад. Тор и Локи долго вспоминали жизнь в Асгарде. Сара по желанию Тора меняла цвет, звездны, глубину ночного неба, явно гордясь своим талантом. Хелен за какой-то час высекла ледяную фигуру Тора рядом со статуями Локи и его детей. Альт вовсю обсуждал с Тором оружие, а Кокс даже провела поединок, где Тор, конечно же, проиграл. Не лишать же дитя чувства победы. Они заслужили. Сегодня они спасли этот мир. Но они об этом не знали. Они просто спасали отца. Наверное, это была самая удачная месть Тора.