Победитель по жизни

Я открыла глаза, но было темно. Я точно проснулась или же просто в аду? Очень сильно болела голова от удара о стену виском, болела челюсть и щека, плечо и даже чертова коленка от падения в баре. Чуть пошевелившись, почувствовала боль в животе от удара и по нему. Господи, за что? За что Влад так со мной? Что я ему плохого сделала? Я, правда, его любила. Мы столько прошли вместе, столько всего сделали, видели… Столько хотели сделать вместе, сейчас лето, мы планировали отправиться в путешествие, а что по итогу? Даже за квартиру не заплатили. Как же меня всё это достало. Он достал. Сейчас я каждой больной клеточкой своего тела его просто ненавижу. Получается, что он избил меня лишь за поцелуй с тем диджеем? Я такого не заслужила. Кстати о диджее… Покопавшись в своих мыслях, я прокрутила немного вчерашний день. Вспомнила, что смогла. Я в Юлькином доме, по-моему, этажом выше, в квартире какого-то парня, что вчера орал на меня во дворе. Блять, неудобно так-то вышло. Сев, я поняла, что я даже не в том месте, в котором раздевалась вчера, не на том диване, а на кровати, в чьей-то спальне. Едва встав, схватилась за живот из-за боли, но постаралась выпрямиться. Включив свет и сощурившись, я увидела огромный шкаф-купе, с зеркалом от потолка до пола, и подошла. Лучше бы не включала свет. Лицо на половину было синим, даже смотреть было больно, не то, что притронуться. Я стояла в огромной белой футболке (хорошо хоть в нижнем белье, значит ночью никто не приставал), словно в платье до колена, и смотрела на свои синяки. Белые волосы лишь придавали яркости синякам, т.к. кожа моя светлая, волосы светлые — я «мистер блеклость», но теперь с ярким выделяющимся пятном прямо на лице. Хотела бы сказать, что я из дома теперь не выйду, как минимум недели две, но из какого дома? Родители давно живут в Москве, в Новосибирске у меня никого нет, кроме подруг. Пожить у Юли какое-то время я могу, наверное, больше-то и вариантов нет. Вздохнув, я выключила свет и вышла из комнаты, попав в гостиную, в которую немного падал свет с кухни. Кто-то спал, а кто-то нет. Я тихонько прошла по комнате и встала в проеме, взглянув на кухню. Хотелось бы остаться незамеченной, но не вышло, и мой силуэт сразу увидел блондин. — Я вижу, как ты подглядываешь, — негромко сказал он. — Иди сюда. Я немного растерялась. Было стыдно и страшно одновременно. — Я… Я не подглядываю… Я просто… — Я и двух слов связать не могла. Как же по-смешному звучал мой голос, из-за болючей челюсти. — Прости, я… — Ну и голосок у тебя! — Парень усмехнулся, но улыбка быстро исчезла с его лица, т.к. он понял, что мне было это неприятно. — Прости. Я не буду смеяться, выйди на свет, — попросил он. Сглотнув, я всё-таки сделала шаг в проем и тихо прошла на кухню, опершись на косяк плечом. Его глаза осмотрели меня, как на приеме врача. — Все так плохо? — Я поджала губы. — Ну, если не врать, то плоховато, — он кивнул на стул и я села. — А сколько сейчас времени? — вновь тихо спросила я, боясь разбудить кого-то в гостиной, но скорее всего там был Сергей. — Доходит четыре утра. — Блондин достал сигареты и подкурил. — Можно? — Робко спросила я, глянув на пачку, а парень лишь кивнул и приоткрыл окно. «Парламент». Тяжелые для меня сигареты, но курить хотелось до невозможности. Я затянулась и выдохнула дым с долькой облегчения. Невероятное чувство. Парень иногда посматривал на меня, я видела это краем глаза, но большого внимания не обращала, чего уж стыдиться, он и так уже рассмотрел все мои синяк. Мы оба покурили молча. Затушив бычок о пепельницу, что стояла на столе я посмотрела на блондина. — Прости, а как тебя зовут? — Я чуть приподняла голову и заметила, как парень изогнул брови, показывая своё искреннее удивление, но быстро его подавив. — Лёха, — спокойно ответил он. — А тебя? — Настя. — Я поджала губы, не зная с чего и начать. — Ты прости меня, пожалуйста, я не очень помню, что сделала вчера, и уж, тем более что могла вам наговорить. Мне так стыдно. Да и вид мой… загоняет меня в краску, хотела бы сказать, но я и так наполовину фиолетовая. — Не парься, со всеми бывает. Выпила ты вчера явно лишнего, тебе было плохо, — Лёха усмехнулся, вспоминая. — Говорила, что планета Земля — твой дом, и ты где хочешь, там спать и будешь. Я сглотнула, чувствуя себя нелепо. — Мне очень стыдно, — кивнула я. — Я верю, но эта жизнь. Поверь, у меня бывали ситуации и похуже, — он пожал плечами. — Может чай? Кофе? Или… вина? — Нет, спасибо, — улыбнулась я, — не в четыре же утра. Можно лучше попросить у тебя полотенце? Это же твой дом? Могу я принять ванную? — А, да, конечно, сейчас. — Парень удалился в гостиную и вернулся через минуту с полотенцем. — Держи. — Спасибо. — Ванная вот, прямо и направо вторая дверь, — указал он, и я, встав со стула, двинулась туда. Закрывшись в ванной комнате, я немного огляделась, видя кучу бутыльков, масел, кремов, мыл, несколько мочалок и четыре зубные щетки. Здесь явно жила семья. Настроив воду в душе и раздевшись, я встала в ванную и закрыла штору, чтоб вода не лилась на пол. Ссадину на колене и щеке очень сильно защипало, но я перетерпела боль и стала лить на себя тёплую воду, умываться, стараться ладонями стереть с себя вчерашнюю грязь, вчерашнюю себя. В какую-то минуту, я поняла, что по щекам уже льются слезы, понятно от чего: обиды и боли. Но, как бы мне не хотелось не плакать, слёзы остановить я не могла. Чёрт возьми, я не заслужила этого грубого избиения. Вот сам Влад заслужил. Мысли крутились в голове со скоростью света, одна сменяла другую, как и эмоции: злость и ярость, обида и разочарование, агрессия и жалость. Хотелось мстить, но и страшно было вообще видеться с Владом. А если при встрече, он схватит меня за волосы и швырнет о бетон? Я помыла голову и сама помылась гелем, что стоял на полочке, и где-то минут через двадцать, надев обратно белье и футболку, замотав волосы полотенцем, вышла из ванной и погасила свет. Лёша все еще был на кухне, и я прошла туда, вновь встав в проёме. — Спасибо большое, — сказала я, смотря на парня. — Правда. — Да не за что, — он пожал печами и зевнул. — Ты ещё не спал? — Я только сейчас поняла, что время-то и правда четыре часа ночи. — Да нее, там Серега развалился, — Лёша усмехнулся и потер лицо ладонями. — Мне пока есть чем заняться. — Он сел за стол и открыл блокнот, смотря записи и что-то подписывая к ним ручкой. — Ладно, — я кивнула и не стала его больше отвлекать, так же тихо вернувшись в спальню. Вытерев волосы максимально насухо, я повесила полотенце на спинку стула, а после нашла свои вещи. Из рюкзака я достала телефон (странно, что еще не разряжен), и легла под одеяло, видя на экране кучу уведомлений «SMS любимка: 3». Я лишь полистала их по экрану, открывать сообщения не стала, даже читать это противно. «Солнышко, прости, я был не прав…» и что-то там далее, «Настён, давай поговорим, прошу тебя, я…» и что-то там далее, «Да, я изменил тебе, это было ошибкой…» и, опять же, что-то далее. Еще куча подобных уведомлений, которые я пролистала. Телефон был на беззвучном режиме, видимо, поэтому я не обратила внимания на 19 пропущенных звонков от него. Не хотелось открывать соц. сети, чтобы не палиться перед ним. Пусть думает, что меня сбила машина. Всё по твоей вине, ублюдок! Я вновь почувствовала слезы на щеках и, бросив телефон на тумбочку, отвернулась на край этой огромной кровати, сунув ладони под подушку. — Ты спишь? — Я вздрогнула от испуга и повернулась. Взяв телефон и нажав на кнопку, чтобы посветить, я заметила, что это вошел Лёша, а на телефоне светилось «5:45». Я так долго просто лежала? — Нет, не сплю, — тихо ответила я, а он вошел и закрыл дверь. — Можно я тут с тобой с краю посплю немного? Я удивилась. Хозяин квартиры спрашивает разрешения на сон, скорее всего в собственной спальне. — Конечно, это ведь твой дом, не спрашивай. — Я чуть улыбнулась и вернула телефон на тумбочку. — Тем более ты еще даже не спал. Он молча разделся до белья и взял плед со шкафа. Я отодвинулась на другой край, а Леша же лег со стороны шкафа. — Уверена, что не помешаю? — зевнув, спросил он. — Спи, — я чуть улыбнулась и легла на спину, стерев последние слёзы с глаз. — Что с тобой стряслось вчера? — всё так же тихо спросил он. — Да ничего, собственно, я упала в баре, потом дома запнулась и ударилась о стол лицом, — врала я, словно читала по бумажке. — Я победитель по жизни, ничего удивительного. — Врешь, не краснея. Ловко, — подметил Лёша. — Что? — удивленно переспросила я, но он уже не ответил. Я слышала, как парень шумно засопел, видимо от усталости и недосыпа. С чего он решил, что я вру? Что я им вчера такого наговорила? Господи, вот дурья башка. Действительно пора переставать пить. Но вскоре мысли меня покинули, и я провалилась в сон. Проснулась я уже тогда, когда в комнате никого не было. Я слышала голоса парней из кухни, и мне стало вновь неловко, ведь Сережа моего разбитого лица еще не видел. Покусав губы, я осторожно встала с кровати и переоделась в свои вещи: джинсы и майку, толстовку я отложила к рюкзаку. На экране телефона так и была куча уведомлений и уже 36 пропущенных звонков от «Любимка :3». Слово-то какое ему подобрала, аж тошно теперь. Дойдя до проема кухни, я постучала по косяку и взглянула на парней. — Можно? — выдавила я. — А вот и победитель по жизни, — Лёша усмехнулся. — Кофе будешь? Сережа уступил мне свой стул, а сам сел с другой стороны стола, и так получалось, что свет от окна бил на меня, от чего моё фиолетовое лицо сияло во всей красе. Кивнув, я молча села за стол и на конец смогла нормально разглядеть парней в лицо. Сережу-то я помню, а вот этот блондин… Только сейчас поняла, что он растатуирован, как мой холст на предмете проектной архитектуры. Даже на лице, под глазом, какой-то маленький кастет или что это? Маленькая лапка? — Ты в порядке? — Я видела, как Сережа сглотнул, осматривая мое лицо. — Да, глупый немного вопрос, — парень усмехнулся над собой. — Говорит, дома упала и ударилась лицом о стол, — Лёша усмехнулся, варя кофе в турке. — Но вот твой «любимка», видимо очень сожалеет, что вовремя не подставил руки, чтоб ты не ударилась. Я поджала губы: я и так чувствовала себя не в своей тарелке: переночевала у людей, которых вижу, буквально, впервые. Сейчас они обсуждают меня так, словно меня здесь нет. Лёша этот еще и пропалил мой телефон. — Не думай даже, я не читаю чужие переписки, — сказал блондин, словно я произнесла свои мысли вслух. — Но надоедливая вибрация от звонков утром явно меня раздражала. — Послушайте… — скромно начала я, но Сережа перебил меня своей усмешкой. — Ох, ну и голосок у тебя! Я сжала губы, и закатила глаза, но после выдохнула и продолжила: — Послушайте, я уже сто раз, наверное, извинилась, и мне очень стыдно за моё вчерашнее поведение, да и не только вчерашнее, — я глянула на Сережу, а он вновь усмехнулся. — Правда, не лучшие дни в моей жизни. Я очень благодарна вам за помощь. Не знаю, чем могу отплатить, — я усмехнулась. — У меня есть два яблочка в рюкзаке — это максимум. — Забей, а? За какую помощь? За ночлег? Перестань, — Сережа по-доброму улыбнулся, и мне стало как-то даже легче. Леша поставил передо мной кружку кофе, подлил молока, не спрашивая, добавив немного сахара, словно знал, какой кофе я люблю. — Универсальный утренний напиток, — он кивнул, и я стала пить. — Так ты так и не хочешь рассказать, что случилось? — спросил Сережа, на что я отрицательно помотала головой. — Ты переоделась, — подметил Лёша. — Куда-то собралась? Прозвучало угрожающе. — И куда? — спросил Сережа. — Это допрос? — не удержалась я. — Я не хочу вам тут быть обузой. Моя подруга живет в этом доме, а я поживу у нее, нужно только ключ достать с почтового ящика. Сережа вскинул брови, закивав. — Ну, понятно, вот так спасаешь людей, а они такие: «Я не хочу быть обузой и бла-бла-бла…», — он усмехнулся. — А почему ты не к себе домой? — Спросил Лёша. — Ну… Я… Потому что… — я даже не смогла придумать подходящего вранья, чтобы ответить. — Хорошо, а вещи твои? Ты их забрать не хочешь из дома? — Лёша не унимался. — У меня всё в порядке, что вы… — мне вновь не дали договорить. — Да мы ведь помочь хотим, а ты пятишься, как рак, — закатил глаза Сережа. — Но я вас не прошу мне помогать, — вздохнула я, но сдалась, посмотрев на Лёшу. — Да, вещи мне очень нужно оттуда забрать. — Ну вот, уже что-то, — он кивнул в ответ. — Давай так, мы отвезем тебя домой, ты соберешь вещи, мы вернемся, ты достанешь ключ из почтового ящика своей подруги и всё, на этом я буду спокоен, что ты не вляпаешься в какую-то еще историю. Ок? Мне не оставалось ничего, как кивнуть. — Но только, давайте… — я посмотрела на настенные часы в кухне, и удивилась, что время было почти пять часов вечера. — Ого, времечко! Давайте часов в 8-9? — Его дома не будет? — спросил Сережа, и я вновь кивнула. — Ты боишься его? — спросил уже блондин и скрестил руки. — Только не говори, что это он тебя так… Я поджала губы и отвела взгляд в кружку с кофе. — Это, что, из-за того, что ты меня поцеловала? — удивленно и по-злому спросил Сережа, и я реально услышала гнев в его голосе. — Да ты не промах, смотрю! Не знаешь меня и целовала Серегу! — Лёша обиженно усмехнулся. — Ой, не льсти себе, я вообще-то хорош! — На лице Сережи была странная физиономия и парни усмехнулись. Я не очень поняла сути их диалога. Причем тут то, что я кого-то из них знаю, кого не знаю? — Я просто хочу забрать вещи, не говорите того, о чем не знаете, ладно? — посмотрев на парней, я допила кофе. — Просто ударилась о стол, потому что я неуклюжая и упала дома. — Ладно, Чероки, не лезь, а? Просто отвезем ее за вещами, — Лёша кивнул и достал сигареты. Мы втроём молча закурили.