Best Dad In The Universe/ Лучший папочка во вселенной

Беллами поднял кружку, ту же кружку, что была на последней видеопередаче от капитана корабля, озадаченный тем, что она могла значить. Он передал её Рейвен, пока думал над своими вариантами. Будь головой, а не сердцем. Так говорила ему Кларк, и её совет превратил его в лучшего лидера для всех. Рейвен мгновенно перевела взгляд на кружку. На ней была мультяшная ракета с надписью «ЛУЧШИЙ ПАПОЧКА ВО ВСЕЛЕННОЙ». Она улыбнулась про себя, отчасти грустно, но больше ностальгически. — Ты скучаешь по этому? — спросила она, вырывая таким образом Беллами из мыслей. Его голова слегка качнулась, и он моргнул. — Скучаю по чему? — переспросил Блейк. Рейвен подняла кружку: — Быть ​​папочкой, — ответила Рейес. Его глаза широко распахнулись, рот раскрылся, брови поднялись и изогнулись из-за его замешательства. Он даже не знал, как ответить на этот вопрос, надеялся, что нет причин почему он должен отвечать. Рейвен прыснула, увидев его выражение лица: — Дети на земле, Белл, — уточнила она. — Наши первые месяцы там? Он помолчал, переваривая: — Я все еще не понимаю, почему это должно значить, что я был папочкой. Рейвен вздохнула и села рядом с ним: — Ты и Кларк — вы были лидерами почти сотни несовершеннолетних. Это фактически сделало вас отображениями их родителей. — Родительский образ не равен «папочке», Рейес. Она посмотрела на него: — О, да, мистер Не-Трогай-Это-А-То-Навредишь-Себе, или Чтобы-Был-В-Лагере-До-Заката-Или-Ты-Будешь-Под-Домашним-Арестом-Неделю! Ты был стопроцентным отцом, Беллами, даже не пытайся это отрицать. А Кларк была нашим врачом, поэтому стала беспокойной матерью. Мамочка и папочка, — Рейвен усмехнулась. — Я помню, что даже слышала, как некоторые подростки говорили про вас за спиной: «О, смотрите, мама и папа снова ссорятся». Беллами помотал головой, но не смог остановить маленькую улыбку, которая поднимала уголки его губ: — Мы много ссорились тогда, не так ли? — Да, — сказала она, кивнув и рассмеявшись. Они оба молчали в течение нескольких секунд, пока вспоминали о прошлых днях. — Да, — наконец произнес Беллами. Рейвен посмотрела на него, приподняв брови. — Что? — Да, я скучаю по этому, — его голос стал немного тише и нежнее. — Они были хулиганами, но я скучаю по этим чёртовым детям. Я скучаю по лагерю, хотя он представлял из себя хаос в половине случаев. И я скучаю... я скучаю... — Да, — прошептала Рейвен. — Я тоже скучаю по ней.