Запретный плод

Растёт он в горах среди снега,

Где холод ущелий жесток.

Народ Прометеевьим цветом

Зовет недоступный цветок.

За то, что цветочное пламя

Прекрасно, как добрая весть,

За то, что навеки корнями

Прикован к горам эдельвейс.

С.Красиков

             Запущенный, невзрачный дом в сердце Лондона, в витринах — несколько облупленных манекенов в съехавших париках и нарядах, лет десять как вышедших из моды. На пыльных дверях большие вывески: «Закрыто на ремонт».Именно так выглядит вход в больницу магических болезней и травм Святого Мунго.       Сейчас вместо того, чтобы со своими однокурсниками праздновать конец учебного года, Эмилия Дойл располагалась на больничной койке в данном лечебном заведении.       Девушка предпочитает лежать в кровати, чаще спать, и иногда слушать новости, о происходящих в волшебном мире событиях. Первое время кроме семьи к пациентке никого не пускали. Все время рядом с дочерью проводила миссис Дойл. Именно Мэдисон Дойл помогла дочери понять, что она совершила очень отважный и героический поступок. Когда она рассказывает новости об Ордене Феникса, о том, что спасенный Сириус помогает с делами, и очень хотел бы её навестить. В это время на лице Эмилии всегда сияет улыбка полная искренности, радости и грусти.       Первый посетитель – Гермиона Грейнджер. Девушки были очень рады встрече. Гермиона не хотела заводить разговор о том, что произошло в Министерстве Магии, но любопытная Эмилия, конечно, её об этом спросила. Гермионе ничего не оставалось, как рассказать, что произошло дальше. Эми была рада услышать, что больше никто не пострадал и все закончилось хорошо.       Так последовательно друзья приходили к девушке, делились новостями и своими мыслями о будущем.       

***

      В один из погожих дней к Эмилии пришел Гарри. Он давно собирался, но всё никак не мог собраться. Вот и сейчас он в обеспокоенных чувствах стоял возле входа в палату. Наконец, он открыл дверь и вошел.       Это была самая обычная палата в больнице. Но на койке лежал необычный пациент – его друг. Но кое-что еще выделялось в этой комнате. На прикроватной тумбе стояла ваза, а в ней только один цветок – зеленый стебелек и белоснежный бутон, словно заснеженная вершина горы.       Гарри подошел ближе:       - Эми, ты спишь?       Девушка развернулась в сторону звука и тихонько ответила:       - Нет, уже нет. Гарри?       - Да, это я, - он подошел ближе и сел рядом, - тебя даже не надурачить.       - Ха-ха, конечно, я же все еще тебя слышу.       Повисла недолгая пауза:       - Спасибо.       - За что? – Удивилась Эмилия? – Ведь Сириус и мой друг.       - Верно.       Взгляд Гари снова упал на цветок:       - Кто принес тебе такой красивый цветок?       - Какой цветок?       - Ну, на твоей тумбе стоит цветок, я про него.       - Но никто не приносил мне цветы, - девушка была крайне удивлена. – Что это за цветок?       - Я не знаю. Впервые вижу такой. Он похож на белую пушистую звездочку. Очень необычно.       Снова молчание. Его прервала Эми:       - Как бы сказала Гермиона: это леонтоподиум. Но я не она, - хихикнула Эмилия, - поэтому это эдельвейс.       - Кажется, я слышал о нем. Он растет в горах, если не ошибаюсь.       - Верно. И у народов гор цветок эдельвейса является символом счастья и любви, и даже существует очень красивая и печальная легенда о его возникновении.       - И ты ее мне расскажешь?       Гарри не терпелось услышать, с чем же связано появление этого цветка. Но он не мог понять, почему ему это кажется таким увлекательным и интересным.       - Тогда приготовься слушать, она не из коротких. – Выдержав недолгую паузу девушка начала. – История эта случилась очень давно высоко в горах.В одном горном ауле жили маленькие юноша Вейс и девушка Эдель. Аул жил своими обычными заботами. Но однажды в горах, выше аула, где были вечные снега, и брала свое начало горная река, поселилось чудовище.       В ауле стали пропадать люди, и потом спустя некоторое время находили их останки в горах. Так продолжаться долго не могло, решили тогда собрать совет старейшин аула. Не один день решали на совете, что делать. В итоге решили старцы, что в горы надо послать самого старого мудрого старика, чтобы он смог договориться с этим чудовищем. К этому времени в ауле численность жителей падала, некоторые уходили вниз в другие селения. Нарушался нормальный жизненный уклад аула. Всем аулом провожали старика вверх в горы, где, по их убеждениям, жило это чудовище.       Шли дни. Все ждали старика, весь день, поглядывая на тропу, по которой ушел старик. И в одно утро, детвора пронеслась по аулу крича, что с гор по тропе спускается старик. Все бросили свои дела, и спешили в центр аула, где должен был объявить о результатах переговоров старец. Долго он рассказывал о своем путешествии, и в итоге сказал, что аул раз в год должен платить чудовищу дань. Данью была самая красивая девушка аула, она в определенный день должна была уходить вверх в горы и там оставаться. Все согласились с этим. Прошло несколько лет, в ауле нормализовалась жизнь, но раз в год аул лишался самой красивой девушки.       Выросли Вейс и Эдель, дело шло к свадьбе, как совет старейшин решил, что в этом году пойдет Эдель.       Вейси Эдель сидели, обнявшись на берегу горной реки, смотрели в бурлящий поток воды. Они не хотели расставаться, но жизнь диктовала свои условия. Вейс встал и сказал Эдель, что она никуда не пойдет. А пойдет он и убьет это чудовище.       Утром рано юноша взял свой меч и щит, ушел вверх по тропе, по которой когда-то спустился старик.       Эдель осталась ждать на берегу горной реки своего возлюбленного. С этого места хорошо и далеко просматривалась тропа, куда ушел ее Вейс. Прошло несколько дней, когда она в прозрачной воде увидела частицы крови. «Это кровь моего Вейса» - подумала она и побежала по тропе наверх.       Долго она подымалась по горным кручам вдоль их реки. Когда она поднялась почти на самую вершину, она увидела ровную площадку, откуда начиналась горная река. Площадка вся была залита кровью,в одном месте лежало убитое чудовище, а рядом лежал и истекал кровью ее Вейс. Она взяла его под руки и начала спускаться с ним вниз. Ее лицо было все в слезах. Слезы скатывались с ее лица,попадали на тело Вейса. И эта смесь крови и слез падали на землю, и где она падала, вырастал маленький цветок. После их смерти скалы укрылись в знак торжественной и печальной победы любви над судьбой белоснежными цветами. Люди его так и прозвали в честь юных героев – Эдельвейс.       Все время, пока Эми рассказывала легенду, Гарри зачаровано смотрел на цветок Эдельвейса. В его голове копились вопросы, но задать он их не успел. Девушка сама начала отвечать на эти безмолвные вопросы.       - Влюбленный парень одаривает девушку букетиком эдельвейсов, чтобы выразить безмерную любовь к своей единственной.И из всех, кто был тут это могли быть только Уизли. Но ты сам то в это поверишь?       Эмилия разразилась смехом, впервые за все время. Но Гарри в этот момент кое-что вспомнил.

***

      Когда Гарри Поттер пошел навестить Эмилию, в коридоре на этаже, где находилась палата девушки, он встретил того, кого совершенно не ожидал. Ему на встречу шел Драко Малфой. Гарри сразу почувствовал напряжение в воздухе, хотя Драко его даже еще не заметил. Похоже он вообще ничего вокруг не замечал.       - Малфой?       Блондина словно поразило молнией, он застыл на месте и поднял глаза. Теперь напряжение усилилось.       - Поттер. – Парень словно выплюнул фамилию оппонента.       - Что ты тут забыл?       - А ты? Все еще учишься балету и тебе понадобилась помощь при растяжении?       - Твои шутки с каждым годом скатываются на дно.       - Только вместе с тобой.       - Или с твоим отцом.       Эти слова сами вырвались изо рта Гарри. И о них он уже пожалел. Драко достал свою палочку и нацелился на парня. Гарри выхватил свою, но быстро опомнился. Они все-таки в больнице, где людям плохо и без их дуэли.       - Брось, давай не здесь и не сейчас.       Драко молча резкими движения убрал палочку и за долю секунды преодолел расстояние между ними:       - Еще увидимся.       Драко не знал за что именно сейчас он нацелили палочку на гриффиндорца: из-за отца или Эмилии. Он решил, что нужно как можно быстрее покинуть больницу. И забыть о словах Поттера. У него были дела поважнее стычки с каким-то подростком.

***

      - И все же как он тут оказался. – Девушка всерьез задумалась.       Эти слова вывели парня из его раздумий, после некоторого спора с самим собой он ответил:       - Это очень интересный вопрос. Похоже у тебя есть тайный поклонник.       Они оба засмеялись, но оба поняли, кто это мог быть, но ни один из них не хотел в это верить.       - Ладно, у меня тоже для тебя кое-то есть. – Загадочно произнес Гарри.       - И что же?       Парень положил на стол конверт со словами:       - Это письмо. Письмо от Сириуса.       - Ох, уж этот гений, он серьезно?! – Возмущению Эмилии не было предела, хотя она была ему очень благодарна.       - «Она должна выздороветь, что бы его прочитать. У нее нет выбора». Так он сказал.       - Похоже он прав – у меня нет выбора.

***

      - Итак, ты пришла ко мне за помощью, Нарцисса?       Нарцисса подняла к нему глаза, полные отчаяния.       - Да, Северус. Я... Я думаю, кроме тебя, никто не может мне помочь. Мне больше не к кому обратиться. Люциус в тюрьме, и... Она закрыла глаза, две крупные слезы скатились из-под век. – Темный Лорд запретил мне говорить об этом, - продолжала Нарцисса, не открывая глаз. – Он хочет, чтобы никто не знал о его замысле. Это... огромная тайна. Но...       - Если он запретил, ты не должна ничего говорить, - быстро сказал Снегг. – Слово Темного Лорда - закон.       Нарцисса задохнулась, как будто он плеснул ей в лицо холодной водой. Беллатриса выглядела довольной – в первый раз с тех пор, как вошла в дом.       - Вот видишь! – с торжеством сказала она сестре. – Даже Снегг так считает.       Но тут Снегг встал с кресла и, подойдя к окошку, выглянул в щель между занавесками, окинул взглядом пустынную улицу и снова плотно задернул занавески. Затем, нахмурившись, повернулся к Нарциссе.       - Так сложилось, что я знаю об этом замысле. Я один из немногих, кому Темный Лорд открыл свой план. Но не будь эта тайна мне известна, Нарцисса, ты была бы виновна в измене.       - Я так и думала, что ты должен знать! – Нарцисса вздохнула свободнее. – Он так верит тебе, Северус...       - Тебе известен его план? – переспросила Беллатриса; мимолетное выражение довольства улетучилось, сменившись возмущением. – Известен тебе?       - Безусловно. Но какая помощь тебе нужна, Нарцисса? Если ты вообразила, будто я смогу отговорить Темного Лорда, боюсь, тебя ждет разочарование.       - Северус, - прошептала она. По ее бледным щекам покатились слезы. – Мой сын... Мой единственный сын...       - Драко должен гордиться, - равнодушно сказала Беллатриса, - ему оказана великая честь. И, между прочим, одного у Драко не отнимешь — он не пытается уклониться от своего долга. По-моему, он рад возможности проявить себя, его захватывают перспективы...       Нарцисса заплакала навзрыд, не отрывая молящего взгляда от Снегга.       - Ему всего шестнадцать, он просто не понимает, что его ждет! Почему, Северус? Почему мой сын? Это слишком опасно! Это все месть за ошибку Люциуса, я знаю!       Снегг ничего не сказал. Он отвел глаза, как будто слезы Нарциссы были чем-то неприличным, но не мог притвориться, что не слышит ее.       - Поэтому он выбрал Драко, ведь правда? – Настойчиво повторила она.       - Если Драко добьется успеха, - сказал Снегг, по-прежнему глядя в сторону, - его ждет почет, какой и не снился другим.       - Но он не добьется успеха! – Рыдала Нарцисса. – Куда ему, если сам Темный Лорд...       Беллатриса ахнула. Нарцисса заметно струсила.       - Я только хотела сказать... Никому еще не удавалось... Северус... Пожалуйста... Драко так уважает тебя, ты всегда был его любимым учителем. Ты старый друг Люциуса... Я умоляю тебя! Ты особо приближенный советник Темного Лорда, тебе он доверяет как никому. Поговори с ним, убеди его.       - Темного Лорда невозможно убедить, и я не настолько глуп, чтобы пытаться, — ответил Снегг напрямик. – Не стану скрывать, что Темный Лорд гневается на Люциуса. Люциусу было поручено руководство операцией, а он и сам попал в плен, и других подвел, да к тому же так и не сумел завладеть пророчеством. Да, Нарцисса, Темный Лорд разгневан, он в ярости!       - Значит, я права, он выбрал Драко из мести! Ему не нужно, чтобы Драко добился успеха, он хочет его гибели!       Снегг снова промолчал, и Нарцисса, как видно, потеряла последние остатки самообладания. Она вскочила, пошатываясь, подступила к Снеггу, ухватилась за отвороты воротника его мантии. Приблизив лицо почти вплотную к его лицу, роняя слезы ему на грудь, она выдохнула:       - Ты сам мог бы сделать это. Ты мог бы сделать это вместо Драко, Северус. Тебе удалось бы, конечно, тебе бы удалось, и он наградил бы тебя превыше нас всех...       Снегг стиснул ее запястья и оторвал ее руки от своей мантии. Медленно проговорил, глядя сверху вниз в залитое слезами лицо:       - Я думаю, он намерен рано или поздно поручить это мне. Но ему угодно, чтобы сперва сделал попытку Драко. Видишь ли, в том маловероятном случае, если Драко добьется успеха, я смогу немного дольше оставаться в Хогвартсе, занимаясь своей полезной разведывательной деятельностью. Он так и не услышал пророчества. Ты знаешь не хуже меня, Нарцисса, что он не склонен легко прощать.       Нарцисса рухнула к его ногам, она стонала и всхлипывала, скорчившись на полу:       - Мой единственный сын... Мой единственный сын...       - Ты должна гордиться! – безжалостно произнесла Беллатриса. – Будь у меня сыновья, я бы с радостью отдала их на службу Темному Лорду!       Нарцисса тихонько вскрикнула и в отчаянии принялась рвать свои длинные белокурые волосы. Снегг наклонился, подхватил ее под мышки, поднял на ноги и снова усадил на диван. Налил еще вина и вложил бокал ей в руку.       - Перестань, Нарцисса. Выпей. Послушай меня. Она притихла, сделала глоток, расплескивая вино на себя. – Возможно... Я мог бы помочь Драко.

***

      Вот уже и конец лета. Скоро начнется новый учебный год в школе чародейства и волшебства Хогвартс.       Статья в очередной газете твердила следующее.       

МИНИСТЕРСТВО ГАРАНТИРУЕТ БЕЗОПАСНОСТЬ УЧЕНИКОВ

      Недавно назначенный министр магии Руфус Скримджер в своем сегодняшнем выступлении говорил об усиленных мерах безопасности, принятых Министерством для охраны учеников, возвращающихся этой осенью в Хогвартс, школу чародейства и волшебства.       - По вполне понятным причинам Министерство не может познакомить общественность с подробностями новых планов усиленной охраны, - сказал министр, однако источник в Министерстве сообщает, что эти планы включают защитные чары и заклинания, сложную систему контрзаклятий и небольшой отряд мракоборцев, специально выделенный для охраны школы Хогвартс. Судя по всему, большинство волшебников удовлетворены энергичными мерами Министерства по обеспечению безопасности учеников. Вот что сказала нам миссис Августа Долгопупс:       - Мой внук Невилл — один из близких друзей Гарри Поттера, между прочим, вместе с ним сражался с Пожирателями смерти в Министерстве в июне этого года и...       - Достаточно. – Вяло протянула Эмилия и медсестра прекратила чтение статьи.       В палату вошел врач:       - Здравствуйте, мисс Дойл. Пройдемте на осмотр.       Медсестра помогла девушке встать, не усели они дойти до дверей, как в них показалась взъерошенная миссис Дойл:       - Кажется, я как раз вовремя.       Она скинула с себя верхнюю одежду, сумку и стала помогать дочери.       Вот оно очередное обследование, Эмилия сбилась со счету, сколько раз ей говорили, что никаких изменений. Одна только мать девушки все время повторяла, что скоро все изменится в лучшую сторону.       Все необходимые процедуры были завершены, и девушка уже готова была выслушать все тоже самое.       - Мисс Дойл, я и все врачи очень удивлены, но вы идете на поправку, очень медленно, но идете.       Миссис Дойл расплылась в улыбке и одними губами прошептала: «Я же говорила». Эмилия была слишком шокирована таким заявление и при даже при своем вспыльчивом характере, не смогла ничего произнести.       Этим вечером мать поделилась радостной новостью с членами Ордена и друзьями Эми. Все были очень рады этому известию. В такое трудное время даже маленький лучик света, дает надежду многим.       - Но как же так? – Джинни была очень рада новости, но все же не совсем понимала. – Ведь они говорили, что все безнадежно.       - Может моя дочь знает множество легенд, приданий и всего прочего, но она не знает их все.       Миссис Дойл произнесла так загадочно, что все сейчас представили на ее месте Альбуса Дамблдора. Гарри вдруг вспомнил про легенду, которую Эми рассказала ему в начале лета. Про цветок. И подумал о том, на что же все-таки способна сила любви. Но может он и ошибался.       - Это замечательно. – Включилась Гермиона. – Но этот учебный год с нами она не проведет, верно?       - По крайней мере начало она пропустит, но кто знает, как будут развиваться события.

***

      Косой переулок изменился. Пестрые сверкающие витрины с выставленными в них книгами заклинаний, котлами и ингредиентами для волшебных зелий были наглухо заклеены плакатами Министерства магии. На большей части этих мрачных темно-фиолетовых плакатов были размещены движущиеся черно-белые фотографии известных Пожирателей смерти, скрывающихся от поимки. С витрины ближайшей аптеки кривила губы в презрительной усмешке Беллатриса Лестрейндж. Несколько окон были заколочены досками, в том числе витрина кафе-мороженого Флориана Фортескью. Зато по всей улице, как грибы после дождя, высыпали обшарпанного вида лотки и палатки. У ближайшего лотка возле входа в книжный магазин «Флориш и Блоттс» к полосатому тенту был приколот кусок картона с надписью:

Высокоэффективные амулеты против оборотней, дементоров и инферналов

      Тощенький волшебник бренчал связками серебряных подвесок на цепочках, зазывая прохожих.       У многих прохожих был затравленный, встревоженный вид. Люди больше не останавливались поболтать друг с другом, держались тесными группами, торопливо делали покупки, не отвлекаясь от своей задачи, и явно старались не ходить по одному.       Так что Гарри, Рон и Гермиона вошли в лавкумадам Малкин втроем. На первый взгляд помещение казалось пустым, но не успела дверь за ними закрыться, как из-за стойки с парадными мантиями в синих и зеленых блестках донесся знакомый голос:       - Уже не ребенок, если ты случайно не заметила, мама. Я прекрасно могу сам купить все, что мне нужно.       Кто-то прищелкнул языком, и Гарри узнал голос мадам Малкин:       - Ну что ты, милый, твоя мама совершенно права, сейчас никому не стоит ходить в одиночку, и дело тут вовсе не в возрасте...       - Куда булавками тычете! Поосторожней, пожалуйста!       Из-за стойки показался парень с бледным лицом, заостренным подбородком и светлыми, почти белыми волосами, одетый в красивую темно-зеленую мантию, у которой подол и рукава были подколоты булавками. Он подошел к зеркалу и стал себя рассматривать; прошло с полминуты, пока он заметил отражение Гарри, Рона и Гермионы у себя за плечом. Его светло-серые глаза сощурились.       - Если тебя удивляет, мама, что это за вонь, так сюда только что вошла грязнокровка, - произнес Драко Малфой.       - Ну-ка, что за выражения у меня в магазине? – Воскликнула мадам Малкин, выбегая из-за вешалки с сантиметром и волшебной палочкой в руках. – И попрошу не размахивать здесь волшебными палочками! – Прибавила она, взглянув в сторону двери, так как Гарри и Рон уже выхватили свои палочки и нацелили их на Малфоя.       Гермиона, стоявшая чуть позади, зашептала:       - Не надо, не связывайтесь, честное слово, не стоит он того...       -Это местечко намного лучше, верно, Поттер, для дуэли. – Издевался Малфой.       - Довольно! – Резко одернула его мадам Малкин, оглядываясь в поисках поддержки. – Мадам... Прошу вас...       Из-за вешалки неспешной походкой вышла Нарцисса Малфой.       - Уберите это немедленно! – Холодно приказала она Гарри и Рону.       - Или что? - Сказал Гарри, отступая на шаг и глядя прямо в ухоженное надменное лицо. – А что вы сделаете – натравите на нас своих дружков, Пожирателей смерти?       Малфой сделал движение, как будто хотел кинуться на Гарри, но споткнулся, наступив на подол слишком длинной мантии. Рон громко захохотал.       - Не смей так разговаривать с моей мамой, Поттер! – прорычал Малфой.       - Ничего страшного, Драко. – Ответила Нарцисса, поддерживая сына.       - Как хорошо, что Эмилия этого не видела. – Буркнул Рон, но так, что бы Драко услышал.       - По-моему, левый рукав нужно еще немножечко укоротить, милый, дай-ка я сейчас...       - Ай! – заорал Малфой и вырвал руку. – Смотри, куда булавки втыкаешь, женщина! Мама, я, пожалуй, не возьму эти тряпки...       Он стащил мантию через голову и швырнул на пол к ногам мадам Малкин. Парочка гордо покинула магазин. Малфой по дороге к выходу постарался как можно сильнее задеть Рона плечом.