(Пере)рождённая

Так, очередной нудный день закончился. Оставалось ещё четыре таких. Боже, почему я не родилась котом. Живешь себе за счёт другого и не думаешь о будущем, о том, что тебе нужно отучится в школе, пройдя все одиннадцать кругов ада, потом шесть лет в универе, потом выйти удачно замуж и жить только ради семьи. От этих мыслей аж кровь стыла в жилах. Ладно. Не буду думать о насущном. Нужно было идти домой. А может воспользоваться кое-чем. Подружки то мои всё равно на факультативе остались. Мне ничего не мешало взять и… Но нельзя. Нельзя. Риск того, что меня заметят был. Он довольно мал, но был. Пришлось идти на своих двоих.

***

Дом, милый дом. Наконец-то, я вошла в свою обитель. Здесь уютно и вкусно пахло едой. Конечно, ведь мама была дома, а папа пришёл на обед и, наверное, сидел в кресле в гостиной и листал ленту инстаграма. Современные родители говорят, что дети слишком много времени уделяют своим телефонам и социальным сетям, хоть сами от них ничем не отличаются. — Привет, мам и пап, — зайдя в прихожую, крикнула я. — Привет, доча, — крикнула мама в ответ из кухни. — Кушать будешь? — Позже, — ответила я. Поцеловала папу в щеку в знак приветствия, входя в гостиную. Папа улыбнулся мне так, как не мог улыбаться никто другой, выражая одновременно любовь, ласку и добро. После этого я вошла в свою комнату и плюхнулась на кровать. Лежала так добрых полчаса, смотря в белый потолок над собой и вспоминая события, произошедшие сегодня: очередь, телефон, Ян, поцелуй, пощёчина, потемневшие глаза Яна, условия, кровь, исчезновение брюнета, осознание, школа, дом, кровать, мысли о… Похоже залежалась, раз мысли пошли по второму кругу. Пора было переодеться. Разделась и натянула домашнюю одежду. «Пора бы и поесть» пронеслась мысль в голове. Зашла на кухню, в которой была только мама. Мама, которая все время что-то шинковала, резала, жарила, варила. Ей не надоело? Каждый день одно и то же.

***

Ничто не может быть приятнее чувства сытости. Ну разве что есть одно дельце, но и от него не все могут получить кайф, потому что не всем это дано. — Как прошёл день? Сдала кровь? — спокойно спросила мама. Ой, мама. Если бы знала насколько насыщенным был мой день, у тебя бы не было сейчас такого спокойного выражения лица. — Да, всё как обычно, — соврала я. Не рассказывать же ей о моём первом поцелуе, который произошёл с первым встречным и на глазах у многих людей. Ещё и о том, что согласия я на это не давала. — Надеюсь, о секрете твоём никто не узнал? — Что? О каком секрете? — я оторопела от этого вопроса. Мне вдруг стало дискомфортно. Секрет-то у меня не один. — Ты прекрасно знаешь о чём я, — продолжала мать. — Мам, ну скажи уже о чём ты, — взмолилась я, действительно не понимая о чём она. — Да я о крыльях твоих, дурочка, — улыбнулась мама. — Каждый день боюсь, что узнает кто-то. И боюсь я, кажется, за нас двоих сразу. — Аа, ты об этом, — на душе вдруг стало легче от этих слов. — Не раскрыл меня никто. Я даже не летала сегодня. Жутко хотелось, но я воздержалась и силу тоже не использовала. — Умничка. — Мам, ты давай уж определись: умничка я или дурочка? — Ты мой ангелочек крылатый, — мама произнесла это с такой любовью, что даже мне, которая не любила все эти сюсюканья, стало как-то тепло на душе. — Ага, ангелочек… как же, — в моем голосе отчетливо слышался сарказм. — Мои крылья не похожи на ангельские, да и характер у меня тот ещё. — Не говори так, — лицо мамы в миг стало серьёзным. — Да ты посмотри на них, — в этот момент я выпустила свои крылья из спины и растянула в обе стороны. Да, знаю, звучит странно, но по другому никак. — Конечно, мои крылья сильные и с длинными перьями, как у ангела, но при этом они ещё быстрые, как ветер, и чёрные, как сама ночь. Демон — вот слово, которое точно описывает меня. Демон, — последнее слово я произнесла по слогам. — Почему сразу демон? Может ты этот… Как его? — Падший ангел… — усмехнувшись, закончила фразу за маму. — Слово ангел никак ко мне не относится. Глаза-то уж точно не ангельской расцветки. Чёрные, такие же, как крылья. И как вообще случилось так, что я у вас уродилась крылатой? — Ну как не подходит-то? — похоже мама услышала только это, а остальные мои вопросы проигнорировала. — Ты только посмотри на себя: красавица, умница, скромница, стройняшка. Няшка одним словом, — в этот момент, я невольно улыбнулась. «Няшка» скажет же такое. Хах, нужно запретить этой женщине смотреть аниме ночами. — Короче говоря, родила царица в ночь не то сына, не то дочь. А нет, не так. Родила царица в ночь не то ангела, не то демона. На кухню вошёл папа. Он собирался уходить на работу. Увидев мои крылья, он лишь усмехнулся. — Опять спорите насчёт того, кто есть наша Руся: ангел или демон? — Да, — хором ответили мы с мамой и улыбнулись друг другу. — Дочь, может, спрячешь крылья уже? — спросил папа. Пока мы с мамой разговаривали, я успела забыть о них. Кем бы я себя не считала, я не жалела, что крылья у меня есть. Всё же это дар свыше... или снизу. Я скрыла крылья. Стало как-то неудобно. Мне больше нравилось, когда они были на свободе, когда ветер треплет на них перья и я взлетала всё выше и выше, размахивая своим даром. Это невероятное чувство полёта дарило мне покой, счастье и свободу. — Ладно, я пошёл на работу, — сказал папа и скрылся за дверью. — До вечера, — хором произнесли мы до того, как дверь закрылась. — А я пойду и... — начала я, но меня прервала мама. — Ты не пойдёшь летать, Руслана. И отойди от окна. Сбежать не получится. — отрезала мама. — Ну, мам, — застонала я. — Нет, — отрезала брюнетка. — Вон, лучше морозилку подморозь, а то пока мастер приедет у меня все мясо протухнет. И воду в кастрюле вскипяти, скоро готовить буду. — Мам, это использование детского труда, — возмутилась я. — Ничего страшного. С твоих сил не убавится. Подойдя к холодильнику, я одним взмахом руки заморозила морозилку. Интересно, как отреагирует мастер на то, что морозилка, которая не работала сутки, настолько заморожена? Хотя, пусть думает, что хочет. Подержав руку над кастрюлей с водой, я за секунду вскипятила её. — Может, вам ещё ветерка прохладного наколдовать? — издеваясь, обратилась я к маме. — Благодарю, мне и так неплохо. Оставив маму на кухне я пошла к себе в комнату и уселась на кровать. Осмотрела свою комнату. Помотав головой, откинулась назад. Закрыла глаза на секунду и в голову лезли мысли о Яне, нашем с ним поцелуе и одна фраза: «Смирнова, ты что творишь?». — Что ж ты лезешь в мои мысли постоянно? — проговорила я в пустоту. Мне нужно было с ним поговорить. Я сделаю это. Когда-нибудь. Положив голову на подушку, впала в объятия Морфея.