Зеркала

- Безумие. Безумие. Безумие. - Всё так как я люблю. - Много крови. - Еще крови. - Еще. Растерзанные тела Фугаку и Микото безжизненно лежали куклами под дверьми, отрубленные руки женщины аккуратно сложены с руками мужчины. Пальцы обрубками плавали в небольшой банке, окрасившейся в красный. Саске улыбался, красная радужка глаз почти скрыла зрачок. Отражение вторило этой улыбке. Дикой. Неестественной. Юноша склонился над трупом отца, что стеклянно смотрел, перекошенное лицо измазано в крови, а рот открыт от ужаса. Отражение в зеркале напротив, склонялось над лицом женщины. - Отрубим им головы.        - Да. И огромный нож воткнулся в тонкий порез на шее. Отражение сделало тоже самое, но вонзило острие в тонкую шею Микото. Брызги крови окрасили стены, пол и самого юношу. А вот отражение осталось чистым. Ни капли крови. Ничего. Как и на зеркале. Зеркало было дальше, чем начавшаяся расправа. Отрезая голову, нож уперся в позвонки, которые не давали до конца избавиться от головы. Острие было наточено отлично, кожа плавно поддавалась, но кость стала помехой. Мужские позвонки были больше, чем женские. Сказывается конституция и разница между мужчинами и женщинами. Саске вздохнул. Спокойно откладывая нож в сторону и обхватывая ладонями голову отца.        - Фугаку, ты даже сдохнув доставляешь мне проблемы. Учиха свернул шею, пару раз прокручивая её вокруг своей оси. Позвонки громко хрустнули, а в следующее мгновение приложив силу, Саске оторвал ненавистную голову отца. Из обрубка глотки болтались несколько связок, а из позвонка тянулся уплотняющейся ниткой спинной мозг к телу , кровь капала, стекала по локтям юноши, а тот смотрел в безжизненные глаза родителя.        - Зря ты мне про психушку сказал. Я более чем нормален. Отражающийся в зеркале парень беззвучно смеялся. В руках он сжимал за волосы голову женщины.

***

Темнота комнаты освещается огромной луной, которая так не вовремя вышла из-за горизонта, направив свои лучи в большую комнату. На постели, посреди комнаты над мирно спящим мальчиком возвышается темная фигура. Вокруг его кровати стоят зеркала. Он так мал, а так влюблен в себя, что даже проснувшись ночью, будет любоваться в свое отражение.        - Ты и правда прекрасен, отото.. Мужчина, возвышавшийся над мальчиком наклонился. Теплые губы соприкоснулись с еще по - детски сложенными " бантиком " губками. Весьма быстро отстраняясь, дабы не разбудить брата, Итачи кончиками пальцев провел по иссиня-черным волосам. Даже в тусклом свете видно, как они переливаются, игриво меняя цвет.        - Саске.. В этот раз остаться инкогнито не вышло. Черные глаза проморгавшись, во всю с интересом рассматривали старшего брата.        - Нии - сан, что случилось? Итачи вздрогнул. Саске так мило произносил это "нии - сан", что по телу пробегались мурашки. Выпитый с вечера алкоголь в большой дозе был не в пользу старшего, но выдержка позволяла продолжать сидеть рядом. Мальчик не дождавшись ответа, привстал на локтях и, озорно взглянув на себя в отражении, резко потянул брюнета к себе, в объятия.        - Аники, не молчи. - младший из клана обнимал брата за сильную, мускулистую руку, крепко прижимаясь и вдыхая носом запах одеколона. Юноша не переставал смотреть на себя. В свете луны его итак бледная кожа казалась фарфоровой, глаза глубокими, черными как темная ночь. Как и у его брата. Итачи свободной рукой зарылся в короткие волосы Саске, чуть сжимая их и прижимая к своей руке.        - Саске. Ты ненавидишь меня?        - Что за глупости? - Учиха младший лишь удивленно вскинул брови, но старший брат вряд ли это видел. - Ты гений, конечно, но я тебя люблю. Секунда и тяжелое тело мужчины придавило мальчика. Резкий порыв заставил юношу потерять ориентацию в пространстве, не понимая что случилось.        - Ненавидь меня. И последние слова старшего брата въелись в душу, тогда как губы впились властным поцелуем. Как ни брыкался Саске, силы слишком неравные. Отстранившись, Итачи зажал рот брата рукой, когда второй ловко откинул одеяло. Холодная ладонь легла на теплое ото сна детское тело. Помутневший от алкоголя и возбуждения взгляд блуждал по шее и лицу юноши. Учиха водил рукой по груди, что так вздымалась от нехватки кислорода и страха, обводил пальцами и зажимал соски. Наклонившись, обхватил зубами и вторую бусинку соска, посасывая и слыша невольный стон в накрывавшую рот ладонью.        - Саске.. Итачи выдохнул, быстро проникая рукой под резинку трусов и обхватывая ладонью член мальчика. С удовлетворением заметив, что орган юноши поддается ласкам. Саске напрягся, еще больше заерзав и пинаясь ногами, чтобы хоть как - то сбить с себя Итачи. Учиха как - то с обыкновенным раздражением взглянул на брата, тем самым пригвоздив его к постели. Саске немного боялся такого взгляда. Он слушался его как верная собачонка, а уж команду "взглядом убью", Саске распознал еще когда в школу первый раз отправился. Но сейчас другое. Сейчас его родной брат что - то делает неправильное, аморальное. И от этого чувства внутри разрастался животный страх и безысходность. Как жертва, загнанная в угол. Саске сидел, бездумно всматриваясь в собственное отражение. Он уже давно не спит по ночам. Кошмары прекратились, но чувствовать себя лучше юноша не стал. Шесть лет прошло после содеянного братом. Он ушел из дома тогда. А Саске во тьме свернулся клубочком, разглядывая себя, давясь слезами и взращивая ненависть. Под глазами залегли темные круги от недосыпа. Полнолуние. Лучи спутника ярко освещали всё такую же комнату. Множество зеркал заменились одним, огромным зеркалом. Одно единственное, с которым Учиха разговаривает с той самой ночи. Изо дня в день. Из года в год. Собеседник, который не отвлекал. Не вникал. Саске видел в своем отражение свой прекрасный образ. Человека, такого же как и он. И постепенно его любовь к себе переросла в одержимость. Красота, которой его наделила природа. Красота, которой восхищался любой человек, любого пола. Он мог смотреть на себя часами, упиваясь совершенностью образа. Перед глазами, прямо в зеркале появилась картина той злополучной ночи. Его детское лицо в слезах, в крови, со страхом и отвращением смотрело на него из прошлого. Сзади, откинув чуть голову и зажмурив глаза от наслаждения ритмично вколачивается его старший брат. На бледной коже в свете Луны уже проявились синие пятна. Бедра, которые так сильно сжимал Итачи, после изнасилования будут похожи на один сплошной синяк. Картинка исказилась, резко смазывая концовку столь омерзительного соития. Теперь Саске смотрит на самого себя, но уже после того, как Итачи, насладившись его телом, ушел. Уже после того, как тот наревелся в подушку. Утром, когда первые лучи солнца пробрались и отражались от зеркал, создавая еще больше света. Саске сполз с постели и устроился напротив отражений. Черные волосы спутались и прилипли к лицу. Губа разбита, руки в синяках, тело в синяках. Маленький Саске аккуратно, не отрываясь от зеркала проводит рукой по собственной груди, касается соска, сжимает и шумно выдыхает. Отражения полностью повторяют все движения. Маленькая ладонь опускается на уже возбужденный орган. В отражениях. Глаза в глаза. Саске с наслаждением отмечает как прекрасно его заплаканное лицо, а какой взгляд у его черных глаз и на лице появляется усмешка. Его собственное отражение скалится в ответ этой усмешке. Изображение искажается, снова являя взрослому Саске его собственное отражение. Юноша фыркнул, подушечки пальцев коснулись холодного стекла. - Прекрасен. Упрямый взгляд сменился ласковым. Мысль в голове быстро пропала, а юноша второй рукой коснулся своего лица. Одни пальцы упирались в холод отражения, а вторыми Саске нежно провел от щеки к губам, приоткрывая рот, запуская внутрь и языком облизывая их. - Совершенство. Юноша прикрыл глаза и влажными подушечками пальцев провел по шее. Вот она. Совершенная кожа. Мягкая, нежная, белоснежная. Тепло тела, пульс сердца через большую вену тихими ударами отдавался в пальцы. - Невероятный. Саске жадно ловил в отражение собственную иследовательскую ладонь, которая уже сжимала упругиий шарик соска, а вскоре, царапая нежную кожу, по торсу поглаживающими движениями, вниз к уже вставшему члену, который упирался в плотно облегающие боксеры. Черные глаза потемнели от возбуждения. Отражение, как и хозяин ближе придвинулись к друг другу. Всё так же, вторая ладонь лежала на зеркале. Холод стекла, рука к руке. Саске создавал иллюзию сплетения рук. Так было удобнее. Так было лучше. Так он прикасался к самому себе вдвойне. - Хочу тебя.        - Я хочу тебя. Мысль в голове, его же голосом, эхом отразилась и шепотом вырвалась из уст Учихи. Его влекло. Влекло и возбуждало в самом себе всё. От кончиков ушей, до самых ног. До дрожи в коленях. До стонов, которые он не стеснялся издавать, водя рукой себе по члену. Юноша прислонился лбом к отражению. Тяжело дыша, грудью задевал холодное стекло, от чего по телу прокатилась волна мурашек. Черные, такие же глаза смотрели на него. Губы сами коснулись стекла в поцелуй. Вот он. Миг оргазма. Волна экстаза разошлась по телу, ладонью и лицом сильнее вжимаясь в отражение, чтобы не упасть. Сперма наполнила собственную ладонь. Горячий воздух, что выдыхал Учиха запотевшим пятном образовывался на стекле.        - Да.. Нет никого, кто будет меня лучше. Саске вздрогнул, когда в голове его же с хрипотцой после оргазма, голос отрицательную мысль подтолкнул его разуму. - Есть Он. И другой. Ты еще не первый. Зрачок в черных глазах сузился, а глаза прищурились. Оттолкнувшись, подхватывая полотенце возле постели и вытирая запачканную руку, Саске снова внимательно разглядывал себя. Ещё есть кто - то красивее его? Есть. И не один. Презрительная гримаса исказила лицо.        - Наруто. - вырвался утвердительный ответ отражению. - Итачи. Вторил голос в голове.        - Ну тогда... - Саске хмурил брови. Наруто лучший друг. Несомненно, он красив. Но... - Давай убьем его.        - Убьем. Брюнет решительно кивнул, а отражение повторило его действие. На лице брови расправились, морщинка на переносице исчезла, вновь создавая беспристрастное выражение лица. Да. Совершенен. Утро быстро сменило ночь, пока юноша созерцал себя в зеркале во всю стену. Пора на учебу. Пора за Наруто. Саске оделся, часто поглядывая на себя. Его движения были отточены. Аккуратны. В меру медленно, в меру быстро. Джинсы синие, майка черная в обтяг. Чтоб каждый мускул эффектно выделялся через ткань. Свое совершенное тело он должен, он желает лицезреть всегда. Везде. Последний раз касаясь пальцами зеркала, юноша схватил рюкзак и вышел из комнаты. Отражение следовавшее до самой двери резко встало, когда парень вышел. На красивом лице появилась улыбка. Такая резкая. Жестокая. Маньячная.        - Сегодня будет кровь. Изображение исказилось, пропадая, а через секунду парень появился держа в руках нож. И улыбаясь. Постоянно. Маниакально.

***

       - Саске, - парни поравнялись, выходя на улицу из школы. Весенний день, яркое солнце и его горячие лучи создавали жаркую атмосферу в этом уголке мира.        - М? - юноша внимательно посмотрел на друга. В свете солнца его загорелая кожа отливала бронзой. Лицо прекрасное. Блондинистые волосы растрепанными прядями лежали на голове. Голубые глаза, доверчивые, искренние. Саске засмотрелся.        - Ты же поможешь мне? Пожалуйста, если я не пересдам алгебру в этом месяце - меня убьют! - Наруто законючил, складывая ладони в умоляющем жесте и еще больше округляя глаза. - Ебать и ебать бы такую милую мордашку. Ооо да. Вставлять член по самые яйца. А потом отрежем башку и продолжим трахать в самое горло, да? Так и поступим. Ведь он не должен быть лучше тебя. Ты станешь единственным совершенством этого мира.        -Иди нахуй. - злобный рык вырвался изо рта быстрее, чем Саске понял, что сказал это вслух и теперь Наруто непонимающе смотрит на него. - Помогу. Усмешка в ответ, а Наруто придя в себя радостно завопил, приобнимая Учиху и что - то болтая. Саске, войдя в дом следом за блондином, резко ребром ладони ударил того в шею. Отключаясь, блондин лишь видел грустную улыбку и черные, чернее ночи глаза друга. Наруто очнулся от холода и затекших конечностей. Резко открыв глаза, Наруто увидел ванную. Везде черно - белая плитка, а все стены от пола до потолка в зеркалах. И в них отражается он. Голый. Руки связаны за спиной и соединены с ногами. Лежа на боку, Наруто вдруг понял, что во рту какая - то тряпка, а значит и на помощь звать не получится.        - Очнулся? - тихий шелест голоса и попытка повернуть голову, чтобы разглядеть лучшего друга. - Тихо, не дергайся. Не люблю когда сопротивляются.        - МММ!!! Саске приподнялся, руки в наглую начали изучать тело друга. Его кожа была такая же мягкая, как и у него. Такая же нежная. Шелковистая. Взгляд следил за отражениями. Они делали одно и тоже. Они все касались этой кожи. Тело его друга .Его слишком красивого друга. А Саске не мог позволить кому - то быть лучше него. - Видишь, я оказался прав.        - Хн. Брюнет осторожно потянул Узумаки за плечо, помогая сесть и смотреть на себя в освещаемое с потолка зеркало. Сзади него стоял Саске. В его глазах интерес и.. Злость? Сравнение? Раздражение?        - Ты красивый. - губы парня коснулись мочки уха, а горячий язык уже прошелся по коже.- Но я лучше.        - Мхнхн! - Наруто ничего не мог сделать, лишь дергаясь и пытаясь уклониться от касаний, что действовали как - то возбуждающе. Смотреть на себя, голого, да еще и с парнем сзади, связавшем его было не приятно. Непонятно, зачем и к чему это приведет. Юноша закрыл глаза. Стыдно. Вялый до этого член, мелко вздрогнул, возбуждающе приподнимаясь и увеличиваясь. Губы парня уже вовсю целовали, покусывали его шею, оставляя на загорелой коже укусы - метки. - Он закрыл глаза. Прозвучавший укор и Саске оторвался, бросая взгляд в зеркало, в котором блондин зажмуривая глаза, старался прикинуться мебелью. Вот только колом вставший член говорил о том, что ему приятны ласки.        - Или ты откроешь свои безупречные голубые глаза и будешь смотреть на меня или я их выколю и тебе будет больно. За спиной отражения сверкнуло лезвие и остриё коснулось безупречного лица. Наруто резко открыл в ужасе глаза. Он смотрел, как в отражение Саске режет ему щеку, но на деле же его друг просто стоял сзади. Холодный металл царапал кожу, опасно надавливая и разрезая нежную плоть. Страх и ужас который озарил лицо юноши не ускользнул от Саске и на спокойном, равнодушном лице появилась улыбка, а лезвие у его копии пропало. Наруто видел в улыбке прежнего Саске и надежда на то, чтобы выбраться отсюда получится с новой силой появилась внутри. Но по лицу теплой струйкой скатилась капля крови и глаза в удивлении еще больше расширились. - Он хочет сбежать. Давай перережем ему связки. Да, так и сделаю. Краем глаза Наруто увидел движение на соседнем зеркале и ужас новой волной окатил его. На него из глубины смотрели черные глаза. Не такие как у Саске. Другие. И тот Саске уже замахнулся огромным мясным ножом над его связанными ногами, в область икр. Сердце бешено заколотилось. Чертовщина, которая его окружала пугала больше, чем то, что они делают.        - Не трожь его. Копия Саске подчинилась, оказываясь в точно таком же положении что и оригинал. Руки, нежные для парня, как подумал Узумаки, обняли его за грудь. Саске слушал быстрое биение сердца друга. Всё таки, жаль было его. Наруто не понимал, не хотел понимать что происходит. У реального Саске с мозгом проблемы или Наруто тоже поехал крышей?...        - Почему ты не уродом родился... Риторический вопрос, в никуда. Мимолетная нежность ушла, как и руки, а лицо больно соприкоснулось с полом, от чего в глазах на мгновение потемнело, но в следующую секунду боль в заднем проходе снова проявила краски. Наруто видел, как он лежит, упираясь лицом в кафель, а сзади стоит Учиха и с садистским удовольствие проталкивает в его анус два пальца. Все тело сжалось стараясь не впускать пальцы внутрь. Боль, страх, всё смешалось, на глаза выступили слезы. Неприятное ощущение в заднем проходе, отвращение к себе, к действиям Учихи, к происходящему. И эти зеркала. Эти убогие отражения, которые окружали его со всех сторон. Смотреть на себя, в унижающей, коленно - локтевой позе перед лучшим другом, еще больше добивали и уничтожали гордость. Наруто снова зажмурился.        - Наруто, я так хочу тебя... Саске ощущал этот девственный анус, как плотно сжимаются мышцы на его пальцах, как парень под ним дрожит от страха и боли и это возбуждало. Возбуждало смотреть на себя, доминируя над слабым. Возбуждало видеть как искажается красивое лицо и наблюдать как собственное даже во время секса не становиться мерзким. - Мне нравятся его глаза. Он опять их закрыл, сука. Убью.        -Не убьешь. - Саске снова смотрел на Наруто, который сжался весь и с силой зажмурился. - Наруто, открой глаза. - Убей его. Убей же. Убей. Учиха не успел ничего сказать. Его отражение склонилось над головой Узумаки. Тонкое лезвие резко полоснуло щеку, на что блондин открыл глаза, дергаясь. Эти голубые, чистые глаза наполнились слезами.        - Уйди. Саске угрожающе зарычал, а Наруто с ужасом понимал, что тот Саске, который стоит за ним, и тот, который в отражении склонялся над ним и вертел в руках лезвие - это просто было не возможно. Два разных и в тоже время одинаковых . Отражение оскалилось, удовлетворенно разглядывая глаза полные отчаяния и дикого страха. Страх. Это возбуждает. Учиха приспустил джинсы. Возбуждение болезненно сковывало член. Страх Наруто и факт его красоты возбуждал и злил. Он, только он может быть лучшим. Только он может быть совершенством. Даже Саске засмотрелся на лицо Узумаки, его пушистые ресницы, его чистейшие глаза. Нет. Он не может остаться в живых. Но сначала..        - Прости. Донеслось до Узумаки, прежде чем резкая разрывающая все внутренности боль пронеслась по телу. Член, возбужденный орган Учихи разорвал вход и теперь монотонно толкается сзади, стараясь полностью погрузиться в манящий, узкий зад. Слезы от боли хлынули из глаз. Сжимая руки в кулаки, Наруто пытался прийти в норму, но с каждым толчком боль очередной волной накрывала. В отражении зеркала он видел, как Учиха сжимает пальцами его ягодицы, как другой рукой хаотично водит по спине, чуть надавливая на поясницу, заставляя выгибаться, но от боли ничего не получалось. Саске вдалбливался в неразработанный анус, доставляя только боль своему лучшему другу. Теплые струйки крови скатывались по внутренней стороне бедра. Наруто всхлипывал, мутное изображение не давало рассмотреть как сейчас выглядит его друг. Но почему то Узумаки понимал - совершенно. Он всегда был совершенным. Всегда красивым. Толчки стали резче, глубже, а всхлипы Наруто громче и чаще. В отражении снова появился второй Саске. Сжимая в руке нож, он подошел к отражающемуся блондину. Юноша вздрогнул, когда пряди волос на затылке сжались, оттягивая и заставляя поднять голову. Слезы прекратились. Голубые глаза внимательно смотрели на застывшего сзади Учиху и стоявшего рядом с ним его копии. - Красивый, черт. Саске облизнулся, а его отражение осклабилась, сверкнув ножом. Наруто сжался, всё также чувствуя в заднем проходе член и тупую боль. Значит не галлюцинация. Он не верил своим глазам. Это невозможно. Почему Саске в отражении. В отражении двигается и перемещается. Это невозможно. В другой руке насильника также как и у его двойника оказался нож .Точная копия другого. Саске склонился к Наруто, прикусывая его за кончик уха и приставляя к горлу лезвие, прошептал:        - Я единственное совершенство. - Больше боли. Больше крови. Весь мир исчез. Наруто в последний раз увидел безумное удовольствие на лице отражения Саске, который держал его за волосы и восхищение смешанное с удовольствием на лице настоящего. Мгновение и всё потухло, исчезая во тьме. Кровь из горла хлынула на зеркало, на пол окрашивая помещение в багряный цвет. Саске тихо рыкнул, когда мышцы в предсмертной судороге сжали его член, чуть не заставив кончить. Парень вышел, отталкивая задницу друга и за предплечье подтягивая его голову, висящую как тряпка. -Мм. Его кровь вкусная. Очень. Отражение слизывало со своих рук попавшие капли крови Наруто. Саске же, вдохнув приятный, манящий запах, оттянул за волосы голову трупа. Обнажившаяся гортань, отверстие которое так манило. Член, даже после секса стоял колом, требуя разрядки. Саске судорожно выдохнул и, удерживая полуотрубленную голову, протолкнул член в отверстие.        - Даа... Толкаясь в кровавое месиво горла, Саске издавал сдавленные полурыки, полустоны. Одно из отражений с нескрываемым наслаждением смотрело на сношение с трупом. - Ты так прекрасен Голос в голове, больше похожий на ласковый шепот. Его шепот. Его отражения смотрят на него. Это он, совершенный, прекрасный сейчас трахает в узкую глотку своего друга. Это его пряди испачкались в крови и теперь липнут к щекам. Это его томный, полный похоти и желания взгляд. Это он. И он прекрасен. Саске кончил не отрывая зрительного контакта со своим отражением, изливая сперму прямо внутрь и вытаскивая испачканный в сперме и крови член. Отпустив мягкую шевелюру, труп глухо упал на пол. Кровь залила весь пол и Саске, натянув джинсы, вытер тыльной стороной ладони выступившую слюну. Хотелось еще. Еще и ещё погружаться в это тело. Как-будто таким образом забирает у него всю его прелесть и невинность.        - Это было потрясающе. - Такие как он всегда прекрасны. Мертвые.        - Ты насладился? - Еще как. Но у нас остался еще один, кто затмевает твоё совершенство.        - Да. Помню. Где - то в глубине дома хлопнула входная дверь и послышался оклик женщины.        - Саске, мы дома! Юноша скривился. Родители. Мать шаг за шагом поднималась на его этаж. Неторопливой походкой она приближается к нему. Скоро она увидит его в крови. Это не входит в планы Учихи. С сожалением глянув на труп Наруто, Саске скинул джинсы и наскоро смыл с себя кровь, запахиваясь халатом и выскальзывая в комнату. Как раз во время. Входя, Микото даже не обратила внимания, что за ее спиной, стоит в отражении мальчик. Взгляд которого горел, а руки сжимали лезвие окровавленного ножа. Женщина смотрела на сына, что мягко улыбался ей, а по черным волосам стекала вода. Алая вода.        - Саске... Где.. Наруто?        - Я его убил.        - Не смешно. Его мама звонила. - она знала, давно хотела с мужем отправить Саске на лечение в психиатрическую лечебницу. Ведь их сын поглощен своим отражением.        - Я его убил. Микото задохнулась. Отступая назад, подальше от сына, стараясь не верить в его слова.        - З - зачем?        - Я единственное совершенство этого мира. Я. Он затмевал мою красоту. Теперь же, он не помеха. - Саске же напротив, наступал на женщину, заставляя ту упереться спиной в зеркало.        - И ты тоже больше не помеха. Микото не смогла двинуться, ведь в отражении парень за горло сжимал её. Женщина стала задыхаться, нехватка воздуха была очевидна. Закричать не возможно, вырваться невозможно. А Саске спокойно огладив длинные пряди черных волос матери, вышел из комнаты, захлопывая дверь. Через секунду, отражение юноши в зеркале, сверкнув алым пламенем в глазах рывком свернул жертве шею. Устроим резню. Избавимся от них, а то они видите ли хотят избавиться от нас. Саске вошел в кладовую комнату напротив, но не закрыл дверь, а стал ждать, когда его отец пойдет за матерью. Его лицо в маленьком зеркале скалилось, а Саске лишь слегка усмехался, обратившись в поисках нужного инвентаря. Фугаку прошел в ванную комнату и облокотившись на раковину, включил воду. Отражение в зеркале усталого мужчины вторило его движениям. Дождавшись, когда вода настроится мужчина окунул голову под струю. Тишину нарушило что - то громко разбившееся вдребезги. Фугаку вздрогнул, вытаскивая голову из под струи и вновь, мельком взглянув в отражение. Тут же замер. Он смотрел сам на себя. Мужчина мог поклясться, что сейчас не улыбался. Отражение, видя замешательство еще больше оскалилось. Сверкнула опасная бритва, что обычно у Фугаку аккуратно была сложена в ящике под раковиной. Мужчина опустил взгляд на руки. В руках у него ничего не было и он снова неверящими глазами уставился в зеркало. А существо с его лицом лишь чуть вздернуло подбородок. Быстрое. Отточенное. Легкое движение и кровь струйками полилась из разрезанной линии на глотке.        - Как... Фугаку схватился за шею. Кровь залила рубашку, сознание стало покидать его. Но тут он вспомнил, что наверху, к сыну, ушла жена и Учиха ринулся по лестницам вверх. Преодолев почти весь пролет, перед глазами стало темнеть. Даже зажатая, рана была слишком глубокой. Ему не выжить.        - Ми...кх..от..хххаа Учиха старший на последних вздохах проник в комнату сына.        - Пришел наконец. Мутным взглядом мужчина уловил силуэт. Но последний холодок прошелся по спине. Его жена замертво лежала на полу, животом вниз, но на него в ужасе смотрели остекленевшие глаза.        - На 360 градусов, как тебе? Вижу, - мужчина рухнул на колени, а после ничком, - нравится. Дальше будет интересней. Саске вошел в комнату, сверкнув острием походного топора и небольшой банкой с жидкостью.

***

Итачи звонил на мобильники родителей сразу после перелета. Но как три часа они не отвечали. Мужчина внутренне холодел. Что могло случиться, что они не отвечают. Позвав официанта и оплатив счет на кофе, Итачи снова набрал отца. В этот раз монотонные гудки оборвались и голос, с легкой хрипотцой известил о себе.        - Мы заждались, где же ты, братик - Итачи? Всё внутри перевернулось и судорожно сжалось в нервный комок. Учиха старший вздохнул и спокойно постарался выдохнуть.        - Саске.. Где отец?        - Он сейчас не может ответить. Так, я задал вопрос.        - Скоро буду. Получив ответ, Саске отключился и выключил назойливо трезвонящий телефон. Тоже самое проделывая и с матереным.        - Давай, Итачи. Я уже давно жду тебя. - Последний. Может, трахнемся напоследок?        - Можно. Это же.. - Как два совершенства        - Ты насладишься? - Я еще тогда получил удовольствие. Но ты не понял и сейчас, я рад, что всё будет прекрасно.        - Я убью его.

***

Мужчина открыл глаза, но перед ними всё равно все расплывалось и он снова их зажмурил. Голова нещадно гудела, тупой болью отзываясь где - то в затылке. Потянув руку, Итачи понял, что она не слушается. Снова резко распахивая глаза картинка всё же приобрела очертания вопреки его ожиданиям. Это был подвал. Их подвал в особняке. Чистое помещение, почему то с единственной лампой где -то недалеко. Множество зеркал, свет от лампы играл с отражением. И запах.. Какой - то непонятный запах наполнял комнату. Итачи ощущал кожей, что лежит на чем - то непонятном. Хоть и шелк простыни немного ласкал кожу спины. Мягкая "перина" и в тоже время ухабы начинались от головы и вряд ли заканчивались на ногах. Руки распяты и веревками уходят в темноту. Да, точно. Он добрался до дома. Открыл дверь и.. И пустота. Значит..        - Сас..ке..        - Да - да, нии - сан, очнулся? Итачи с удивлением повернул голову на голос. Перед ним стоял его брат. Возмужавший, подросший. Уже не тот маленький десятилетний ребенок не умеющий дать сдачи и сопротивляться. Его черты лица заострились, скулы стали четче выделяться на фоне и так худого лица. Под черными глазами темные круги от бессонницы. Широкие плечи, разработанные грудные мышцы и мышцы пресса, что весьма эффектно кубиками выделялись на белоснежном теле. Учиха старший судорожно выдохнул. Маленький мерзавец стоял перед ним полуголый, освещаемый лишь неяркой лампой.        - Зачем мы здесь?        - Ну, нии - сан, не так всё сразу.. Тихо промурлыкав, Саске склонился к лицу брата. Они как один в один, похожие, прекрасные, невероятно красивые. Мягкие губы накрыли чуть пересохшие губы Итачи. Мужчина, не ожидая такого охнул, а Саске, пользуясь ситуацией, протолкнул язык внутрь горячего рта, исследуя его.        - Мм... Итачи тихо застонал, чуть двинув бедрами. Страстный, полный власти и желания поцелуй, которого так долго ждал Учиха. Саске лишь навалился сверху, коленом упираясь в пах между раздвинутых ног. Холодные пальцы блуждали по голому телу, отчего Итачи пару раз вздрагивал, недовольно мыча. Воздуха не хватало, Итачи пытался отвернуться, но тут же получал болезненно прикусанные губы, от чего кровь попадала на языки, а от такого Саске тихо рычал в рот, не закрывая глаза и упрямо вглядываясь куда - то поверх лица брата. Вскоре, перестав мучить обоих, юноша отстранился, тихо дыша и замечая, как член Итачи призывно встал, упираясь в плотную ткань трусов.        - Вижу, нравится грубо?        - Нет.        - Почему же нет? Я вот явно ощутил всю прелесть первого грубого секса.        - Саске я ..        - Завались нахуй. - Убей его. Давай же. Ты станешь идеальным. Единственным.        - Заткнись! Итачи с тревогой наблюдал, как его младший брат с кем то разговаривает. Но ведь в тихом подвале никого нет. Совсем никого. Значит ли, что у его брата совсем не земные проблемы?        - Саске, ты прекрасен. Всё также смотришь на себя в зеркало? Саске замер. Тень удивления появилась на лице, резко сменившись на злобное. - Он вновь издевается над тобой. Он высмеивает твою красоту. Твою любовь. Он снова насмехается заставляя тебя чувствовать его превосходство.        - Заткнись! Заткнись! Заткнись!        - Саске..        - И ты заткнись! Это ты виноват! Итачи вздрогнул, когда тихое шипение на ухо совместилось с ласканиями шершавым языком. Рука брата не сходила с возбужденного члена, от чего хотелось кончить, напряжение в органе росло, а разрядки всё не было.        - Это ты сказал тебя ненавидеть. Тихий стон сорвался с губ, Итачи не успел над контролем. Зубы чуть болезненно сомкнулись на мочке, а шаловливые пальцы обводили и ласкали сочащуюся смазкой головку члена.        - Это ты виноват, что пришёл ко мне. Итачи вновь тихо охнул, пальчики Саске сошли с головки и мягко сжали яички. Болезненно кусая ключицы, зализывая укусы, Саске доводил ласками до исступления. Чувствуя как Итачи выгибается под ним, хоть и старается сохранить остатки самообладания.        - Это ты сказал отомстить тебе. Саске оторвался от своего занятия, устраиваясь между ягодиц и лёгким движением лезвия, которое уютно лежало в кармане халата, разрезал боксерки. Юноша, под жадный взгляд Итачи вальяжно, специально медленно развязал халат, который и так всё время держался на одних бедрах. Мягкая ткань соскользнула по телу вниз. Учиха ловил каждое изменение. Отмечал как изменилось тело и чуть сжал зубы, видя не малых размеров член.        - Саске.. А Саске всё видел. Как напрягся брат, завидев его достоинство, как тот следит за его движениями. Как брат жадно впитывает каждую клеточку увиденного тела.        - И я отомщу. Раздвинув ягодицы, Саске приставил головку члена ко входу, размазывая смазку по сжатому кольцу сфинктера. Итачи напрягся. Это первый раз, когда он будет снизу. И вот так сразу, без разработки.        - АНХ! - Итачи с силой прикусил губу, прокусывая до крови, но сдерживая остатки болезненного крика. Саске резко вошёл, разрывая плотные мышцы и сдавленно застонав, двинул бедрами, погружаясь на всю длину члена. Крик брата, который остервенело кусал губы, прокусывая их в кровь, но сдерживая стоны боли. Это заводит. - А брат ничего, узкий. Убьем его после.        - Ха...Да.. Соглашаясь со своим "я", Саске прикрыл глаза, всё также ритмично двигая бедрами. Ощущения прекрасные, когда член обхватывают мышцы, сдавливая, сжимая, доводя до экстаза. Но заканчивать Саске даже не думал. Это только начало. Итачи, принимая стон и согласие в никуда, принял это на свой счёт. Ведь его младший братик сейчас доволен, наслаждается, а это главное. Хотя сам Итачи кроме боли ничего не ощущал. Хотелось кричать, но толку от этого мало, Саске не остановить.        - Перейдем...к десерту, аники. Сдавленно куда-то в область уха прохрипел Саске и выйдя на мгновенье, чтоб перевернуть Итачи на живот, снова резко вошёл, с наслаждением заслышав очередной полукрик. Нащупав рядом пульт, Учиха нажал кнопку, хватая и наматывая на кулак длинные волосы брата, заставляя того смотреть прямо перед собой.        - Это шоу для тебя, мой любимый нии - сан.. Тихо, хрипло хохотнув, Саске сжал белоснежные ягодицы, ногтями впиваясь в нежную кожу и размашисто начиная трахать уже податливое тело. Итачи шокировано смотрел перед собой. Страх густой, вязкий растекался по телу. Губы раскрывались и закрывались, в немом крике стараясь позвать кого-то. Но тщетно. Слова застряли вместе со звуками где-то в глотке. На глаза предательски наворачивались слёзы, которые смазывали картину реальности. Их ложе окружали зеркала, ранее стоявшие в комнате Саске. В шести зеркалах отражался он и то, что раньше Итачи называл братом. Этот монстр с нескрываемым наслаждением, в свете ярких огней ламп, вколачивался в тело собственного старшего брата, но в тоже время не отрывно глядя на самого себя. Он смотрел в собственные чёрные глаза, его свободная рука одновременно гладила его самого. Итачи чуть тряхнул головой, смахивая слёзы. Помимо совершенного брата сверху, с трёх зеркал на него смотрели три пары глаз. Стеклянных. Некогда ярких и живых. Теперь мертвецки пустые, они тупо смотрели на сношение. Чёрные длинные волосы женщины чистыми, блестящими локонами струились по отражению. Мать, Микото. Блондинистая макушка расчесана, волосы уложены и также аккуратно лежат на голове парня. Лучший друг, Наруто. Такие же чёрные волосы, сбритые виски, аккуратная подстриженная борода. Отец, Фугаку. Все три головы, отрубленные ранее, не давали и намека на то, что когда-то были запачканы кровью.        - Брат, тебе нравится? Саске остановился. Боль от его поступательных движений больше не волновала. Теперь боль в груди, которая сейчас разорвет сердце, заставила Итачи закрыв глаза попытаться опустить голову на скрещенные, из-за переворота, руки. И это, к удивлению брюнета, получилось. Вот только в нос ударил снова непонятный запах. Чуть приоткрыв глаза, мужчина проследил как и чем фиксированы его руки. По спине прошелся холод, а анальное отверстие рефлекторно сжалось, тут же давая сигнал острой боли от члена, который продолжал находиться внутри. Итачи дернулся, расширившиеся глаза ужаса снова смотрели в зеркало. На брата. На младшего брата. На чудовище, которое только имело название брата.        - Что... Что за запах и где я лежу. Ведь.. Тут никогда не было постелей. Смех, который эхом отразился от зеркал. Не Саске смотрел на него через отражения. Человек, нечто, отражение которого было в виде Саске. Оно стояло рядом, в зазеркалье, и с упоением пожирало сердце. Кровь стекала с рук на пол, а все губы и лицо было перемазано кровью, в уголках рта виднелись небольшие ошметки кровеносных сосудов.        - Итачи! Учиха вздрогнул, быстро мотнув головой и тут же снова с ужасом смотря в зеркало. Нет. Не было больше той твари. Лишь Саске, с надменной ухмылкой во всех отражениях. Вновь резкая боль пронзила тело. Итачи болезненно охнул, дергая руками. Лезвие ножа аккуратно выводило круги по бледной спине мужчины. Только сейчас Итачи понял, что больше никто не держит его за бедра и болезненного давления тоже нет и потом тот мягко опустился на живот. Вновь ощущая как под ним "ухабы" чуть двинулись.        - Я думал.. Тебе секс нужен.. Саске остановился, лезвием утыкаясь куда-то между лопаток, где до этого старательно выводил герб их клана. В следующее мгновение, разнесся душераздирающий крик, звоном отдаваясь обратно от окружающих зеркал. Тёплая кожа, с тонкой прослойкой мяса полетела куда-то на пол. Итачи лишь мельком увидел что-то похожее на их герб из его кожи. Тёплая кровь быстро образовалась на месте среза. Саске жадно припал губами к опьяняющей жидкости. Запах крови бил в нос, Итачи не верил своим глазам и ощущениям. Горячий язык прошёлся по ране, обжигая нервы и как будто ударом тока пронзая всё тело, от чего с губ старшего снова сорвался тихий вскрик. Саске встал, переворачивая специально брата на спину, от чего тот выгнул спину, не желая соприкасаться открытой раной с тканью.        - Нет, Итачи. Меня возбуждает секс только... С самим собой. А вот все ваши охи и вздохи меня только раздражают . Юноша недобро улыбнулся. Радужка его глаз заалела, от чего прекрасное лицо стало ужасающим.        - Хотел знать на чем ты сейчас лежишь, да пожалуйста! Последняя воля жертвы для меня закон! Простынь, к которой так не хотел прикасаться Итачи, рывком была сдернута, от чего старший брат даже не успевая сориентироваться, упал обратно. Мокрое, склизкое, оно было под ним мягким и от его движений шевелилось. Резкий запах крови вперемешку с тошнотворным, едким запахом какой-то желчи ударил в нос. Голова закружилась, но мужчина пересилил себя, поворачивая голову и скашивая глаза вниз.        - Боже... Под ним разложены были три вскрытых тела. Вспоротые животы и разбросанные внутренности в виде почек, печени и даже длинные петли кишечника тянулись над телами, служили "периной" для сношения Итачи с его младшим братцем. Брюнет дернулся, но крепко связанные руки не дали этого делать. Рвота подошла к краю и кроме как влево или вправо высвободить желудок не было варианта. Отвернувшись от зеркал, что так чётко предавали всю картину происходящего, Итачи вывернуло прямо на находящиеся под ним ребра. Теперь к вони из крови примешался еще и рвотный. Саске передернуло от отвращения.        - Ты мерзок, Итачи. Подняв с пола, в месте, где Итачи не видел, циркулярную пилу, Саске направился к брату. Ужас. Непреодолимый. Животный. Не спастись. Не выжить. Это конец всему. Итачи впервые испугался. Так сильно. Так остро ощущая весь ужас ситуации. А в зеркалах стоял он. Его брат. В то время, как реальный объект двигался, его отражение стояло на месте. - Я чувствую его животный страх.        - Не надо.. Саске. Ты.. Ты ведь и так прекрасен. Зачем я тебе? Юноша удивился, но сев сверху, на бедра брата, придавливая его тем самым к ошметкам и внутренностям, задумчиво изрек.        - Нет. Я прекрасен, когда нет тех, кто сможет стать лучше. Я стану лучше, когда убью тебя. Когда отомщу тебе за всё. Взвизгнуло автоматическое лезвие, лязганьем нарушая тишину. Крик Итачи был заглушен скрежетом и хрустом реберных костей. Саске с наслаждением распиливал ребра брата. Вся ненависть к нему уходила. Теперь он единственное совершенство. Он лучший. Безупречный. Отбросив агрегат, Учиха запустил пальцы в еще теплое нутро. Сердце, сделав последний удар, замерло. Такое теплое. Невероятное. Саске наклонился, вдыхая аромат крови, такой совершенной. Другой. Родной. Такого же совершенства как и он. Его отражения вторили ему. Также вдыхая спертый воздух крови. Также касаясь теплого сердца. Саске расслабленно подошел к зеркалу. Такое же холодное как и всегда. Весь перепачканный кровью, его взгляд выглядел умиротворенно. Лицо счастливое. На губах играла блаженная улыбка. - Ты даже грязный - совершенен. Безупречен.        - Я единственный. Я сам Бог. Тихий смех в собственной голове и Саске посмотрел в глаза отражению. Нет. Одинаковые. Они одинаковые. Совершенные. Он совершенный. Легкое касание губами стекла и иллюзорно переплетенные пальцы. Я хочу тебя. Совершенство. Запах крови повсюду. Он сводит с ума, виски пульсируют, а от возбуждения сводит пах. Пальцы правой руки погружаются в горячий рот. Металлические с привкусом ржавчины на языке. Ловкий язычок облизывает собственные окровавленные пальцы. Выдох с приглушенным стоном. Отражение в зеркале безумно улыбаясь, касается сквозь стекло парня. Иллюзия касаний. Иллюзия сплетения пальцев. Я хочу тебя. Моё совершенство. В голове собственный голос хрипло оповещает о желании. Саске повернулся спиной, холодное зеркало слегка поумерило пыл, но только не тогда, когда воздух просто наполнен невероятной гаммой металлическо - ржавых оттенков. Откинув голову, взгляд замечает движение. Сейчас он в окружении своих зеркал. Отражение его собственного обнаженного тела, окровавленного, испачканного. Его сзади что - то больно схватывает за шею, сдавливая горло, но не перекрывая полностью кислород. Отражение его Я. Там, в зазеркалье, Саске смотрит на него кроваво - красными глазами. И улыбка. Безумная. Маниакальная. Я давно этого ждал. Моё совершенство. И Саске задыхается, почти потеряв связь с реальностью, отражение длинными когтями впивается в кожу на шее и резким движением разрывает глотку. Тело падает с глухим стуком. Пол озаряется багровой кровью. В отражении зеркал только один не упал, склонившись к трупу прекрасного юноши, он поставил ладонь к стеклу. Создавая иллюзорную связь. Я жду тебя. Моё совершенство.