IX // Кто же он?
27 мая 2018 г., 17:43
Типичное утро.
Просыпаешься от противной мелодии будильника, и раздраженно водишь рукой по прикроватной тумбочке, как вдруг, не обнаруживаешь даже ее.
Резко вскакиваешь с кровати и растерянно оглядываешься по сторонам.
— Твою мать, — приглушённо говоришь ты, нервно кусая губы, а, затем, чувствуешь чьё-то тело рядом.
Чимин лежит на кровати, раскинув ноги и руки, и прижимается щекой к подушке, сладко посапывая.
— Эй, вставай, чтоб тебя! — со всей силы ты толкаешь парня, и Пак сваливается с кровати.
— И тебе доброе утро, Т/И.- говорит тот охрипшим голосом и гладит взъерошенные волосы.
— Доброе? Надеюсь это было сказано с сарказмом.
И лишь спустя время замечаешь, что сидишь в одном бюстгальтере, после, густо заливаясь краской, накидываешь на себя одеяло.
Так ещё ты точно никогда не проводила утро. В голове всплывают обрывки вчерашнего вечера: Вы с Чимином в два горла выпили бутылку соджу, купленного по дороге домой, да ещё и умудрились разбить антикварную вазу в зале; танцевали под песни 80-х, дрались подушками, звонили Мину, что-то говоря о том, какой он козел; а под конец рыдали вместе, укутавшись одеялом.
— А вчера мы отлично повеселились.- покрутив в памяти все, усмехаешься ты и потираешь лоб.
— Ты ещё и на стенку пыталась залезть, говоря, что можешь все.- Пак сидел на полу и истерично смеялся, оперевшись рукой на пол.
— Все блять херовее некуда.- шипишь ты, заставляя друга замолчать.
Пить тебе явно нельзя. Ты всячески пыталась не контактировать с Юнги, а теперь что?
Так быстро сдаёшься, когда игра даже не началась?
— Ты не видел мой телефон? — обернувшись одеялом, спрашиваешь ты.
Парень нисколько не смущается, да и на его лице, в принципе, нет абсолютно ничего.
Видишь свой сотовый на полу рядом с твоими вещами и, схватив его, смотришь на дисплей.
9:23
Вы должны были быть на работе двадцать минут назад, а теперь получите выговор от начальства, быть может, вас даже уволят.
Безудержное веселье.
Быстро напяливаешь свои вещи, совсем не стесняясь своего внешнего вида, и оповещаешь Чимина о вашем косяке.
Парень округляете глаза, вскочив, тоже в спешке одевается, и вы довольно быстро доезжаете до места.
— Чимин-а, напомни мне, чтобы я с тобой никогда не пила. — уныло говоришь ты, пока вы едете в такси.
На входе вас встречает управляющая, скрестив руки на груди.
Что ж, сами виноваты, что так все сложилось.
— В следующий раз вас отсюда выкинут! — кричит женщина, лет 35 и злобно смотрит на вас обоих.
— Конечно, мы поняли — произносите вы в один голос, а после ее ухода тихо хихикаете.
За обедом к вам присоединяется молодая девушка и расспрашивает вас обо всем.
— Так вы тоже здешние стажёры? Слышали о директоре? — шепчет та.
— Чего вы все про этого директора говорите? Есть он и пусть будет, забейте.- удивляешься ты и откидываешься на спинку стула, потягивая через трубочку банановое молоко.
— Ты чего? — удивляется Чимин, но его прерывает стажёрка.
— От его вида становится жутко. да и лица его никто не видел.- начинает незнакомка. — Вы представляете какой здесь контроль и жесткие правила? Директор никогда не появляется на людях, да и вечно делает все сам, даже самую грязную работу.
— Может у него фобия? Или он психически больной? — продолжает Чимин, кладёт руку на стол, слегка понижая голос.
— Зачем обсуждать того, с кем вы все-равно никак не столкнётесь? Будьте проще, не собирайте сплетни. — холодно говоришь ты, показывая абсолютную незаинтересованность.
— Смотри, вон он идёт! — чуть привстав, говорит девушка напротив, показывая пальцем на мужчину за окном.
Переводишь взгляд на улицу: он был одет в чёрное пальто, на лице маска и такого же цвета кепка, из-за которой не видно глаз.
Зачем такая скрытность?
Все же ты задаёшь вопрос своим собеседникам.
— Вы знаете его имя? Или может псевдоним?
— Нет.- задумывается Пак. — Больше о нем никто ничего не знает.
И всё-таки, почему тебя так зацепила эта незнакомая фигура? Словно дежавю, эта кепка и чёрная марлевая маска. Или же ты и правда слишком зациклилась на одном человеке?
Прекращай это, будь проще, иначе ты так и будешь искать в каждом прохожем того, кто заклеил и вновь разбил твоё сердце.