Давайте попробуем

Не то чтобы Майкрофт любил ходить на свидания. Особенно такие, когда от партнера можно было ожидать чего угодно. Мужчина еще раз оглядел себя в зеркале, в его глазах мгновенно вспыхнули огоньки недовольства. Однозначно, то, что он видел в отражении, совершенно не радовало взгляд. Приталенный светло серый пиджак в мелкую белую полоску сидел строго по фигуре, но так, чтобы скрыть едва выпирающий живот. Попробовать скрыть точнее, как думал сам Майкрофт. Под ним была надета обычная белая сорочка, а на шею повязан узкий темно-серый галстук. Брюки стандартного кроя, немного ушитые в нужных местах, чтобы слегка подчеркнуть ягодицы, пожалуй, это часть тела единственная более-менее устраивала Британское правительство. Заостренные носики кожаных ботинок немного выглядывали из-под штанин, прекрасно гармонируя с остальной одеждой. Невысокий каблук был необходим для комфортной ходьбы, ну и для того, чтобы смотреть сверху вниз на большинство людей. Дорогие стальные часы известной и зарекомендовавшей себя на рынке марки обвивали тонкое запястье. Ухоженные ногти, с аккуратным маникюром и покрытые бесцветным матовым лаком, выглядели безупречно, хорошо гармонируя с длинными пальцами. Образ был почти закончен и довольно удачен даже на придирчивый взгляд. Еще раз скользнув взглядом по отражению в зеркале, мужчина отвернулся и, подхватив правой рукой стоящую рядом изящную трость приятного древесного оттенка, вышел из комнаты. Черная машина с тонированными стеклами уже ждала у выхода из здания. Услужливый охранник в темном, хорошо сидящем костюме, Майкрофт даже несколько позавидовал, придержал для него дверь и, пробормотав что-то в наушник, дал знак водителю, что можно ехать. Машина плавно двинулась вперед, выезжая на дорогу. Поскольку мистер Холмс не опаздывал, было решено обойтись без сигналов и излишнего внимания. Мужчина посмотрел в окно, впервые за долгое время над Лондоном светило Солнце.

***

На другой стороне города, в небольшой квартире, тоже собирались на свидание. Грегори Лестрейд придирчиво оглядел три своих выходных костюма и выбрал темно-серый. Обратив внимание на колющуюся щетину, инспектор бросился в ванную, дабы привести себя в порядок. Затем он примерил выбранные вещи и остался доволен. Костюм на него налез, а значит, что килограммов не прибавилось, и даже сидел лучше, чем при прошлой примерке года три назад на похоронах Шерлока. Поморщившись от неприятного воспоминания, Грегори ловко расчесался и пошел искать хоть какие-нибудь чистые носки. Уже стоя перед зеркалом, Лестрейд внимательно смотрел на отражение, стараясь понять, достаточно хорошо он выглядит или все же нет. Из-под пиджака выглядывали белая рубашка и темно серый галстук. Серебряные запонки, откуда они у него вообще, заняли положенное им место. Быстро натянув на первые попавшиеся носки свою вторую, из двух, пару туфель, мужчина выскочил за дверь, едва не забыв ее закрыть. Он сильно опаздывал. Выйдя на дорогу, Лестрейд поднял руку, ловя такси. Прохладный ветер трепал серебристые волосы, грозя окончательно их спутать. От холода, открытые участки кожи постепенно краснели все больше. Однако ожидание не было слишком долгим, черный кэб притормозил рядом, распахивая дверь для своего пассажира.

***

Свидание проходило в стандартном режиме, так думал Майкрофт, разглядывая сидящего напротив мужчину. В руках у обоих были бокалы с рубиновым вином. — Итак, мистер Лестрейд, мне хотелось бы прояснить некоторые моменты наших, — почти незаметная запинка, — отношений. Внезапно начавшийся дождь стучал по стеклу, крупные капли за окном создавали атмосферу дома и уюта. — Ммм…? — Грегори посмотрел на Британское правительство как на идиота и отхлебнул из бокала, — вы видите, какая погода на улице, — незанятая рука махнула в сторону спешащих скрыться людей, — а вы мне про какие-то отношения. Возмущенный взгляд холодных глаз, уперся в инспектора, однако тот казалось бы, его совсем не замечал, продолжая смаковать уже теплый напиток. — Чего вы хотите? — наконец сдался мужчина, тяжело вздыхая, — секса по расписанию? Не ожидавший такой грубости Майкрофт поставил бокал на стол и скрестил руки на груди в защитном жесте. — О чем вы говорите? — почти неподдельное возмущение сквозило в голосе политика. — А зачем еще вам было приглашать меня на этот ужин, — лицо Лестрейда скривилось, — вы же только об одном и думаете. —Грегори, подождите. — Грегори? Ну раз так, что же, я жду. — Я заметил ваш интерес, направленный в мою сторону и решил, что вы тоже не против отношений со мной, если это не так, я пойму, — он попытался скрыть волнение за веками и откинулся на мягком диванчике. — Да, вы меня привлекаете, однако, зная ваше маниакальное желание держать все под контролем, — второй раз за беседу его лицо скривилось в недовольной гримасе. — Так вы согласны? — уверенность возвращалась к владельцу. — Согласен попробовать вы хотели сказать, — уверенный взгляд вновь охладил пыл политика. — Да, именно, давайте попробуем, — облегчение едва заметно промелькнуло в его глазах, — подайте нам еще вина, — взмахнул Майкрофт, подзывая официанта.

***

— Этот или этот? — спросил инспектор, прикладывая к своей шее по очереди два галстука. — Тот, что в правой руке, — прозвучал ответ от несколько раздраженного мужчины, который уже стоял у выхода из большой спальни и ждал своего припозднившегося любовника. Тот задержался с работы почти на час, у Холмса даже периодически возникало желание уволить его из полиции, однако, Грегори сразу бы понял, откуда растут ноги у проблемы, а расставаться не хотелось. — Это не такая уж важная встреча, зачем выряжаться, — проворчал Лестрейд, — давай никуда не пойдем. — Значит, день рожденья твоего начальника не важное событие? — Ну не твой же, — фыркнули в ответ. — Хорошо, давай останемся дома, — сдался политик, — в конце концов, я не подтверждал наше участие в мероприятии. — Уф, — Лестрейд стянул только завязанный галстук и забросил его куда-то за кровать. Туда же отправился ремень, а за ним брюки и темные боксеры. Мужчина развалился на мягком покрывале в одних носках и рубашке, в попытках расстегнуть последнюю. Майкрофт не ожидал от любовника такой прыти и несколько опешил, наблюдая за обнажающимся телом. В штанах шевельнулось. — Ты меня соблазняешь? — спросил он, неуверенно касаясь пуговиц на пиджаке. — Господи, нет, я пытаюсь стянуть эту чертову рубашку, — раздраженно прошипел инспектор, однако поняв смысл слов любовника, тоже приободрился, — однако, если ты соблазнишься, буду совершенно не против. Вздохнув, ему было все еще непривычно раздеваться, особенно под таким пристальным взглядом, мужчина слегка подрагивающими руками расстегнул пуговицы и, повесив пиджак на спинку стула, развязал галстук. Взгляд Лестрейда был прикован к неспешным рукам, которые обнажали любимое тело из ненужных тряпок. — Ты не собираешься мне помогать? — возмущенный и одновременно просящий взгляд был прикован к чужому лицу, все время норовя соскользнуть куда-нибудь пониже. — Это так забавно, — по лицу инспектора расползлась счастливая улыбка, — то, как я все еще могу смутить тебя одним взглядом. — Если ты еще раз намекнешь на что-то подобное, — дрожащий от гнева голос и покрасневшие скулы вызывали у мужчины на кровати лишь приступ умиления. Ремень выскользнул из шлевок и упал на пол, за ним последовали брюки. Майкрофт отчаявшись отвлечь пристальный взгляд любовника от процесса, старался не обращать внимания на своего наблюдателя, которому надоело просто смотреть на представление, и он решил принять участие. — Ты так соблазнителен, — прошептав это, Лестрейд поднялся с покрывала и подошел к застывшему Холмсу, — мне даже хочется помочь тебе окончательно раздеться. — Раздеться?! — невольно руки скрестились, прикрывая пах, — да с меня же уже нечего снимать! — Кроме этих прекрасных носочков ну и того что повыше, — подвигав бровями, инспектор красноречиво посмотрел на прикрытое место. — Да что, — прошептал политик, пятясь к стене, это все изрядно смущало и даже пугало, до сегодняшнего дня Грегори не настаивал на таких вот играх, — что вы себе позволяете! — Чего я там не видел, — мужчина был удивлен поведением Холмса, — не в первый раз же, в конце концов. — Но это не значит, что вы имеете право… Горячие ладони скользнули по его телу, не давая закончить предложение. Они прижали чужое тело к себе и ласково растерли напряженную спину, скрещенные руки невольно распались и неуверенно обхватили горячую талию, скрытую рубашкой. — Чего ты испугался? — теплые губы инспектора зашептали в ушко, правда, для этого Майкрофту пришлось немного согнуть колени, все-таки он был выше. — Ты еще не был столь настойчив, — Холмс недовольно поморщился и выдохнул, расслабляясь в объятьях. — Прости, не хотел тебя пугать, — губы бережно скользнули поцелуем по щеке и накрыли чужие, более тонкие, которые мгновенно раскрылись. Ласковое переплетение языков и неторопливое скольжение губ, все это успокаивало и вызывало прилив отступившего возбуждения. Широкие руки продолжали нежно гладить стройное тело, касаясь его в совершенно разных местечках, однако не решаясь скользнуть куда-нибудь пониже талии. С первым вырвавшимся невольно стоном они разорвали поцелуй. — Все хорошо? — шершавые ладони сжали другие, с длинными тонкими пальцами. — Вполне. — Значит, ты позволишь, — рука задела край хлопковой ткани, облегающей бедра. — Позволю, — выдохнул в чужие губы Холмс, его зрачки увеличились почти в два раза. Боксеры легко соскользнули с ног, опадая на пол. Более темные бедра прижались к другим, цвета сливок и немного потерлись, соприкасаясь напряженными пенисами. На всю спальню разнеслись два несдержанных стона. — Рубашка, — запинаясь, выдавил Майкрофт, подергав за мешающуюся хлопковую ткань. — Да, сейчас, — в этот раз руки ловко расстегнули все мелкие пуговки. Нетерпеливый партнер сам стянул ее, потянув за рукава. Его руки вновь скрестились на чужой, на этот раз обнаженной талии. Мягко подтолкнув, Лестрейд уложил любовника на кровать и сам прилег рядом, поглаживая мягкий животик недовольного политика. — Тебе обязательно трогать его каждый раз, — мужчина обхватил чужие запястья, пытаясь спихнуть ласковые руки. — Не вижу в этом ничего такого. К тому же, это так трогательно, — губы расплылись в улыбке, и инспектор перекатился, накрывая собой любимое тело, — думаю, на сегодня разговоров хватит. — Что… ммм… — горячий рот накрыл горло, жестко впиваясь, мешая здраво мыслить. Оставляя засосы на сливочной коже, Лестрейд руками поглаживал напряженные соски. Правая рука нежно разминала припухшую бусинку и периодически слегка тянула ее на себя, вырывая из чувствительного тела восхитительные стоны. Язык, вылизав ключицы, скользнул ниже, накрывая левый сосочек, чуть менее пухлый, чем изнеженный лаской правый и тут же прошелся по нему всей своей шершавой поверхностью, заставляя любовника невольно развести ноги шире и выгнуться навстречу. — Ты такой отзывчивый, — шепнули губы, выдыхая воздух на влажную бусинку. — А ты медленный, — парировали в ответ. Хмыкнув, Лестрейд скользнул языком ниже, легко просовывая левую руку под расслабленное тело и притягивая его поближе. Рот остановился на уровне живота и нежно лизнул аккуратный пупок. Мужчина под ним сладко вздрогнул. Не останавливаясь на этом, губы впились в мягкую кожу, оставляя засос. — Аах… черт, — жарко застонал вслух Майкрофт, пальцы на ногах поджались, а маленькая дырочка в предвкушении сжалась, впервые за этот вечер, вырвав еще один приступ неконтролируемой дрожи. Теплый нос потерся о мягкую кожу и направился ниже, туда, где уже давно было горячо и твердо. По подбородку скользнула влажная головка, оставляя за собой влажный след. Проигнорировав столь явно нуждающееся в ласке местечко, инспектор опустил голову еще ниже, подхватив чужие бедра и закинув стройные ноги себе на плечи. Полные яички покачивались прямо напротив жадного рта, выставленная напоказ дырочка манила прикоснуться к себе. Выдохнув поток воздуха на самое нежное место на теле любовника, мужчина широкими мазками принялся вылизывать теплые шарики, по очереди погружая их в жар своих губ. Одна из рук, судорожно ощупав кровать, таки наткнулась на искомый тюбик лубриканта. Облегченно вздохнув, инспектор коснулся губами бедра и, обмакнув пальцы в жидкость, нырнул ими между двумя вспотевшими половинками, сразу натыкаясь на мягкое колечко. — Все хорошо? — влажные пальцы погладили сжимающийся анус. — Да, только поторопись уже, — Холмс едва сдерживался, от того, чтобы не довести себя до разрядки парой движений ладонью по члену. Сразу два пальца скользнули внутрь, рот Лестрейда вернулся вверх и наконец-то накрыл горячую плоть, истекающую предэякулятом. Майкрофт выгнулся на кровати, насаживаясь на пальцы, попка жадно втянула их внутрь, из-за чего мужчина даже растерялся. Однако его смущение пропало под невозможно приятной лаской чужого языка, который сейчас столь жадно вылизывал головку. — Стоп, остановись, — слабые руки пытались оттолкнуть голову от паха, — я же сейчас, кончу, ааах… — Да? — пальцы пошевелили и разошлись в стороны, подготавливая узкий проход, — что-то раньше я не замечал особенную чувствительность здесь, — очередное движение внутри, чтобы показать, какое именно место он имеет в виду. — Ммм… не делай так больше, — ощущения от каждого прикосновения там, глубоко в теле, вызывали бурю эмоций и заставляли каждый раз сдерживать подступающий оргазм. — Знаешь, ты такой расслабленный сейчас, — вытащив пальцы и погладив моментально сжавшееся в недовольстве отверстие, он мягко протолкнул сразу четыре внутрь, не получив никакого сопротивления в ответ. На всю спальню раздался несдержанный вскрик, бедра судорожно дернулись, ягодицы поджались, глаза закатились от получаемого удовольствия и от преждевременного оргазма спасли только загорелые пальцы, которые мгновенно обхватили основание истекающего смазкой члена и крепко сжали. — Вау, — выдохнул мужчина, от увиденного он тоже оказался на грани оргазма, правда свободных рук уже не было и пришлось справляться силой воли. — Ах, ммм… — запыхавшийся Майкрофт еще подрагивал от полученного удовольствия. Грегори уже не мог больше терпеть, так хотелось погрузиться в этот жаждущий его проход, ощутить влажность и жар стеночек, их узость. Пальцы выскользнули из ануса, стараясь его не потревожить. Попка независимо от желаний хозяина приподнялась повыше, не желая расставаться с приятным чувством наполненности. — Сейчас, потерпи немного, — рука погладила расслабленный животик и бережно перевернула тело, пытаясь поставить любовника в коленно-локтевую позу. Ослабевшие ноги скользили и разъезжались в стороны, не желая напрягаться. Негромкий смех прорезал тишину. — Моя осьминожка. Не став слушать возражения любовника, Лестрейд подложил под разъезжающиеся бедра пухлую подушку и, убедившись, что конструкция достаточно надежна, поцеловал ближайшую половинку. —Долго ты еще там копаться будешь? — поинтересовался недовольный мужчина, еще не отошедший от странного сравнения. — Какой ты сегодня нетерпеливый, — хмыкнул инспектор, нанося на член смазку, — ну что, поехали? Пенис толкнулся в сжимающийся анус, спина любовника выгнулась дугой, и спальню пронзил очередной стон. Головка без сопротивления скользнула внутрь и Лестрейд не смог сдержать довольного вздоха. Внутри было безумно приятно и желание двигаться стало почти невыносимым. — Точно не больно? — обеспокоенно спросил он, все-таки в прошлые разы Майкрофт не был столь открытым. — Да, — выдохнули ему в ответ и сами поддались навстречу, насаживаясь на член. — Ох… — резкое погружение в доступно раскрытую дырочку едва не отправило его в оргазм. Большие руки обхватили узкие мужские бедра, толчки становились все более глубокими и резкими. Внезапно Майкрофт сильно сжал мышцы и сладко застонал, поддаваясь навстречу. Грегори улыбнулся и чуть сместил правую руку, чтобы погладить копчик. Он наконец-то нашел простату, и теперь можно было позаботиться и о себе. Толчки становились все быстрее и отчаяннее, комнату наполняли стоны и рычания, член Холмса терся о мягкую наволочку подушки, буквально трахая ее. Лестрейд же стараясь каждый раз попадать по простате, ускорился до своего максимума и долбил любовника на полной скорости. Они не выдержали подступающего удовольствия и кончили почти одновременно, после, повалившись на изрядно потрепанную кровать, мужчины заснули.

***

Завтракая следующим ранним утро прямо на кухне большого дома, Грегори поймал на себе задумчивый взгляд молчаливого с самого пробуждения любовника. — Что-то не так? — спросил он наконец, проглотив кусочек круасана. — Да нет ничего такого, — привычно спокойный мужчина отпил из своей кружки крепкий кофе и бесшумно поставил чашечку на блюдце, — я подумал, что было бы неплохо жить вместе в этом доме, все равно большую часть вечеров ты проводишь здесь. Едва не облившийся любовник закашлялся и, вздохнув, сипло пробормотал: — Ну что же, давай попробуем. Они тепло улыбнулись друг другу и продолжили наслаждаться мирным утром.