Мой ангел с омутами чертяк

Все становится проще, когда выясняется, что у них, оказывается, все взаимно. А ещё сложнее становится, когда выясняется, что не только Тецуя хочет его до коликов в животе. И, вроде, все должно быть прекрасно, но этот “не только Тецуя” очень настырный. А еще он сильнее, выше и вообще громила. Такой вот он, Мурасакибара Атсуши. Сам же Атсуши не хочет отказываться от Капитана. И даже не пытается. Потому что он всегда получает то, что хочет. Независимо от желаний других. И это бесит и Тецую, и Сейджуро, потому что у них же было все так замечательно, а теперь Мурасакибара пытается создать ебаный треугольник. Поэтому Акаши пытается быть предельно холодным с ним. Поэтому Тецуя больше не делится сладостями. Поэтому… Они оба стараются его игнорировать. Но Мурасакибара не успокаивается. И однажды он зажимает Акаши в лифте. Как раз после деловой встречи, когда Тецуя только дожидается его внизу. Сейджуро хвалит себя за предусмотрительность, за то, что написал своему парню (ох, как звучит это слово!) о том, что спускается. Это на самом деле великолепно. Потому что это Мурасакибара Атсуши сейчас пытается залезть ему под рубашку, другой рукой придерживая за запястья над головой. И у Сейджуро нет никакого выбора, и он не может никак выбраться, и ему не поможет ни айкидо, ни тхэквандо, ни карате, ни любое другое боевое искусство… Ибо туша Атсуши сейчас навалилась на него, видимо пытаясь раздавить. Ну, и, ладно, ему интересно, что будет дальше. “Почему все-таки он? По крайней мере, Тецуя точно подумает, что я в опасности. Хоть что-то интересное за последние дни, – меланхолично думает Акаши. – Хотя да, можно было сделать и проще. Но видимо Вселенная считает иначе. Ещё подерутся поди”. И не то, чтобы его трогают прикосновения Мурасакибары. Просто это немного… Немного “никак”. Ну, логично же, что такой “трюк”, вроде залезания под рубашку и поглаживаний, работает только в случае с Тецуей. Когда лифт вдруг останавливается, Сейджуро очень тихо шепчет: - Пиздец тебе, Атсуши. Ну, потому что именно Тецуя сейчас стоит и смотрит на зажатого в угле Акаши. Ох, его выражение лица! И ведь Тецуя… Никто, наверное, никогда не видел, как он по-настоящему злился? Кроме Сейджуро, конечно. И ещё нескольких не очень умных людей. Сам по себе Куроко Тецуя вообще-то очень спокойный парень. Совсем не конфликтный, безумно пацифистичный и добрый. Но если тронуть что-то принадлежащее ему… - Отпусти, - достаточно громко говорит Тецуя, придерживая двери лифта и ледяными глазами смотря на Мурасакибару. Тот в ответ не реагирует, и Тецуя повторяет снова: - Убери свои руки от Акаши Сейджуро. На этот раз бывший центровой Поколения Чудес поворачивается лицом к нему, открывая обзор на безучастного Акаши, говоря в ответ хрипло: - А то что? Это фиолетововолосый, видимо, действительно сошёл с ума, думает толпа около лифта. Потому что все знают: в гневе Куроко-сама очень опасный. Не сказать, что они видели его в такой момент, но… Говорят, что после встречи с ним один “плохой человек” попал в больницу. Ну, и Акаши-сама все же... Тецуя же смотрит прямо в глаза посягнувшего и обещает все кары небесные. Краем глаза он следит за Сейджуро, который внезапно подмигивает ему левым глазом и бьёт ногой по самому дорогому. Сильно так бьёт, профессионально. Так, что Мурасакибара неловко оседает на пол, сжимая своё достоинство и сворачиваясь в позу эмбриона. А сам Акаши уже, поправив одежду, расслабляет чуть не сдушивший его галстук и поднимает разноцветные глаза Императора. Он небрежно наступает на развалившегося баскетболиста (а Мурасакибара так и остался им) и чётко приказывает: - Прекрати влезать в чужие отношения, Мурасакибара Атсуши. Тебе в них не место. Вспомни уже, кто у тебя есть. Затем поднимает пиджак с пола и идёт на выход, подхватывая по пути Тецую под локоть. И так же молчаливо они выходят из здания, садятся в машину и едут домой, где накидываются друг на друга после загруженной недели, целуясь, смеясь и смотря дорамы. *** Атсуши совсем неожиданно замечает возле себя взволнованного Тацую, который, вытащив его из лифта, заведя на площадку рядом со зданием и теперь поджав губы, бегал взглядом по его телу. Осмотрев на предмет повреждений и не заметив таковых (разве что Атсуши немного неуклюже придерживает пах), он, наконец, спрашивает: - Ты в порядке? И заглядывает так в глаза… Трепетно, нежно, что ли?.. Так, что Мурасакибаре ничего не остаётся, кроме как ответить, впервые робко, действительно странно: - Да. Тацуя отряхивает его одежду и хмурится: - Точно в порядке? Я видел как Акаши залетел тебе в промежность. Чёрт, я точно его придушу, если он снова так сделает, - обещает он. – Ладно, пошли домой, я приготовил долсот Пибимпап. А еще звонили твоя сестра и брат. Спрашивали, почему ты им не отвечаешь. Позвони им, как будем дома. Наверняка волнуются. И, я надеюсь, ты не забыл, что сегодня мы смотрим “Детство Шелдона”? Кстати, я... И тогда Атсуши останавливает его, притягивая к себе и обнимая: - Муро-чин… Ты мне нравишься. - Хех, с чего вдруг? Правда? Расскажешь, что произошло? – утыкается лбом в плечо Тацуя. - Сегодня все, что захочешь сделаю. - Хаха, даже Нерунерунеруне поделишься? - Если хочешь. - И сыграешь со мной в бильярд? - Ага. - Может и тот костюм француской леди наденешь? - Ну… Муро-чи-и-ин… - Да шучу я, шучу! Химуро берет его за руку и тянет за собой домой, где Атсуши громко и торжественно поздравляет его с днем рождения. И даже подарок дарит. А потом рассказывает про сегодняшний день, про Куро-чина и хитрожопого Ака-чина, который, на самом деле, не так уж и сильно бьется! И вообще, это было неожиданно и не по плану! А он на меня еще и наступил, зараза! И Тацуя, сочувственно хлопая Атсуши по спине, смеется и улыбается.