Рейстлин, Поттер и махровые иррациональности

Из рассказа Добби стало ясно, что Люциус Малфой подбросил дневник Тома Риддла Джинни Уизли. Заколдованный дневник заставил бы Джинни открыть Тайную комнату и натравить чудовище Слизерина на маглорожденных. Люциус таким образом убил бы двух боггартов одним ридикулусом: во-первых, избавился бы от "мерзких грязнокровок, которых понабрали в Хогвартс", а во вторых, дискредитировал бы Артура Уизли. Мало кто в Министерстве поддержал бы инициативы Артура в защиту маглов, зная, что его дочь нападала на маглорожденных. "Но если дневник уже столько времени у меня, а не у Джинни, кого же он заставил выпустить чудовище?" – подумал Рейстлин, – "Кто воспользовался дневником, пока я был в Больничном крыле?.." – Добби, тебе известно, что за чудовище живет в Тайной комнате? – Нет, сэр. Добби не знает, – грустно сказал Добби, – Оно очень, очень опасно! Прошлый раз Тайную комнату открывали 50 лет назад, и чудовище убило девочку. – Помнишь, ты нарисовал предупреждение: дневник и червяк, вылезающий из него. – Это не червяк. Добби рисовал герб Слизерина, – признался эльф, – Добби плохо рисует... Тут Добби споткнулся об шарф Люциуса, которым был обмотан, и шлепнулся на пол. – Да сними ты этот шарф, – предложил Рейстлин. Добби кивнул и, размотав шарф, положил его на кресло, оставшись в своей наволочке. – Значит, это змея... – проговорил маг, – Салазар Слизерин умел говорить со змеями. Проще всего предположить, что он завел себе в качестве домашнего любимца огромную змею. Василиска. Короля змей. К тому же, кто-то как раз перебил всех школьных петухов в курятнике. А пение петуха убивает василиска. – Гарри Поттер такой умный! – Все не так просто, – вздохнул Рейстлин, – Будь здесь замешан василиск, Колин бы не окаменел, а умер. Взгляд василиска убивает. Некоторое время Рейстлин и Добби молчали, затем Добби предположил: – Добби думает, что великий волшебник Слизерин мог вывести свое чудовище, каких больше на свете нет. – В таком случае, весьма мрачная перспектива для тех, кто захочет остановить это Неизвестно-что. А ведь еще надо его найти. Хороша задача: пойди туда, не знаю куда, останови то, не знаю что... -Ох! – послышался голос со стороны лестницы в спальню для девочек. Рейстлин оглянулся. Гермиона Грейнджер застыла, как вкопанная у лестницы и уставилась на Добби. "Неужели она слышала наш разговор?" – обеспокоенно подумал Рейстлин, однако Гермиону явно волновало другое. – Как ты можешь так поступать?! Гарри, от тебя я такого не ожидала! У тебя есть эльф! Ты поддерживаешь рабство, угнетатель! – Гарри Поттер не угентатель! – возмутился Добби, – Добби рад слу... – Тихо, – приказал Рейстлин, и Добби замолчал. – Не смей с ним так обращаться! – воскликнула Гермиона, взмахнув руками, в которых оказались две довольно уродливые вязаные шапочки, – Вместо того, чтобы вступить в Г.А.В.Н.Э., как цивилизованный человек, ты потворствуешь рабству! – Как мило, – закатил глаза Рейстлин, – А ты почему шатаешься здесь посреди ночи? Иди в свою спальню. – Не смей мне приказывать, – отрезала Гермиона, – Не твое дело, чем я занимаюсь! – Может, ты еще куда ходишь по ночам? Не ты ли напала на Колина? – продолжил Рейстлин. – Что?! Я ни на кого не нападала! – Не верю. Гермиона покраснела от возмущения. – Я пытаюсь освободить эльфов Хогвартса, а не то, что ты напридумывал! С этими словами Гермиона положила свои шапочки на столик у камина, вытащила из кармана халата мятые куски пергамента и засыпала ими шапки. – Надеюсь, это поможет... А тебе должно быть стыдно за то, что ты эксплуатируешь труд эльфа! И взбешенная Гермиона направилась по лестнице в свою спальню. Рейстлин подошел к камину и выудил из кучки пергамента одну шапочку. – Мисс хочет освободить эльфов Хогвартса, но у нее ничего не выйдет, – печально сказал Добби, – Нужно, чтобы одежду дал хозяин... – Хочешь шапочку, Добби? – О… – задумался эльф. – Думаю, ты можешь их забрать… Вернемся к делу. Знаешь заброшенный дом на краю деревни Хогсмид? Его еще называют «Визжащей хижиной». – Добби слышал о ней. О, сэр, там куча жутких призраков! – Чушь, там нет никого. Я проверял. Будешь жить там: на первом этаже довольно приличные спальни. Визжащую хижину мы будем называть просто «Тайник». Если ты мне понадобишься, я тебя позову. Вот деньги на первое время, купишь поесть и одежду. И никому не рассказывай, что служишь мне. "Любопытно, что скажет сам дневник о нападениях?" Вернувшись в спальню, Рейстлин написал в дневник Тома Риддла: "Здравствуй, Том. Представляешь, в Хогвартсе кто-то прикидывается наследником Слизерина". "Здравствуй, М.! Неужели Тайная комната снова открыта?" "Тебе что-то известно об этом?" "Разумеется, известно". Том-из-дневника поведал о том, что на пятом году обучения Тома Риддла в Хогвартсе кто-то открыл Тайную комнату. Начались нападения на учеников и одна маглорожденная студентка погибла. Однако, Том поймал того, кто открыл Тайную комнату, и его исключили. Тогдашний директор Хогвартса, Армандо Диппет, замял историю и выставил смерть девочки несчастным случаем, а Тома наградил за заслуги перед школой. "Ты помнишь имя погибшей девочки?" – спросил Рейстлин. "Ее звали Миртл Уоррен. Но я думал, ты спросишь, кто открыл Тайную комнату?" "И кто же ее открыл?" "Я могу тебе его показать, если хочешь. Одних моих слов недостаточно. Но я мог бы ввести тебя в свою память на ту ночь, когда я его поймал". "В этом нет нужды. Просто назови имя. Мне хватит и слов". "Ты уверен, что не хочешь увидеть всё своими глазами?" Рейстлин вдруг ощутил острое желание посмотреть то, что предлагает Риддл. Как вообще дневник собрался показывать свою память? "Позволь показать тебе", – последовала новая надпись Риддла. Что если… Нет, это слишком опасно. "Нет. Скажи мне имя, пожалуйста". "Будь по-твоему. Это был третьекурсник Рубеус Хагрид. Он обожал всяческих чудовищ, и абсолютно не понимал, что из них не сделать ручных зверушек. То пытался вырастить детенышей оборотня у себя под кроватью, то пытался раздобыть яйца дракона". "Спасибо, Том. Ты мне очень помог", – написал Рейстлин, затем захлопнул дневник и рассмеялся. Выходит, Волдеморт еще школьником устроил нападения в Хогвартсе, прикончил Миртл и свалил всю вину на Хагрида. Стоит с ними поговорить, чтобы разобраться, какое чудовище всё-таки напало на Колина. Засыпая, Рейстлин подумал, как забавно, что ему опять служит эльф с именем на букву «Д». * * * Неожиданно для всех Локонс соизволил провести еще одно практическое занятие. – Сегодня я познакомлю вас с крайне опасными и коварными созданиями. Однако, не спешите падать в обморок! У меня всё под контролем, ибо нет в мире лучшего специалиста по борьбе с чизпурфлами, чем я! Произнеся это, Локонс сорвал ткань со стеклянного ящика, стоявшего на столе. Внутри обнаружилась пестрая копошащаяся масса. В ней можно было различить крошечных крабиков с клыками – чизпурфлов. Локонс скосил глаза на пергамент, лежащий на столе, пытаясь незаметно его читать: – Чизпурфлы – магические паразиты, их привлекает всё волшебное. От магии они разбухают. Они могут сгрызть волшебную палочку, чтобы добраться до ее сердцевины, или съесть остатки зелья. А однажды чизпурфлы пытались съесть мою автобиографию "Я – волшебник". Ха-ха-ха! Рейстлин едва не закатил глаза. – Конечно же, я легко с ними справился и моя замечательная автобиография не пострадала, – продолжил Локонс, – К счастью, вам очень повезло, так как я намерен раскрыть вам лучший способ избавления от чизпурфлов. Кстати, советую всем приобрести мою книгу "Домашние вредители. Справочник". В ней вы найдете еще больше секретов по борьбе с магическими домашними вредителями. Локонс продемонстрировал классу книгу с огромным собственным портретом на обложке. Выглядело так, словно Локонс и был главным домашним вредителем. – Между прочим, только до конца ноября в "Флориш и Блоттс" очень хорошие скидки на книги, заказанные по почте, – весело подмигнул Локонс. Пока Локонс отвернулся, Рон изобразил, что его тошнит. Шеймус и Невилл хихикнули. – Итак! – провозгласил Локонс, засовывая руку в небольшой мешочек, – Берем порошок из сушеных стеблей дьявольских силков и насыпаем вокруг. Локонс насыпал вокруг стола дорожку из темно-зеленого порошка так, что она образовала окружность. – Теперь насыпаем еще два круга: из молотого имбиря и толченых глаз угря. Так, так, так... Смотрите, как я ловко это проделываю! Готово! Теперь осталось всего ничего: полить эти круги кровью саламандры, – Локонс откупорил бутылочку с красной жидкостью. Политые кровью саламандры порошки зашипели, от них повалил густой красный дым. – Прекрасно! – захлопал в ладоши Локонс, – Сейчас вы увидите, что станется с чизпурфлами. Вингардиум Левиоса! Стеклянный ящик поднялся в воздух и перевернулся. Чизпурфлы высыпались на пол. Однако, круг дыма, в котором они оказались, их не напугал: крошечные существа пробежали сквозь него и ринулись на магов. – О, нет! – Помогите! – Моя палочка! Шеймус и Парвати побежали вон из класса. Чизпурфлы облепили волшебные палочки большинства учеников. Рейстлин создал вокруг себя маленький огненный круг, не пускающий к нему созданий. Рон и Невилл пытались отдирать чизпурфлов от палочек, а Гермиона не слишком успешно швырялась в мелких существ парализующими заклинаниями. Лаванда забралась на парту с ногами и визжала, ее палочка валялась на полу, облепленная чизпурфлами. Добравшись до сердцевины, существа быстро ее поглотили и разбухли, став размером с крупные яблоки. – Вы не станете спорить, что мой способ борьбы сделал чизпурфлов гораздо менее опасными! – оптимистично заключил Локонс, и помчался на выход из класса, попутно отдирая от палочки паразитов и швыряя их прочь. К несчастью, один из них полетел прямо в голову Рейстлину. Чизпурфл пробежал по волосам и больно укусил Рейстлина за шрам. – Ай! Оторвать от шрама существо вышло не сразу: чизпурфл крепко уцепился клыками. Тем временем, из класса сбежали все, кроме Рейстлина. Даже рамки портретов висели пустыми. Чизпурфл, отцепленный от шрама, плюхнулся на пол и стремительно вырос до размеров целого фестрала. "Они не должны разбухать до таких размеров", – подумал Рейстлин. Чизпурфл-гигант угрожающе щелкнул клешнями. Вряд ли его остановит небольшой круг огня. – Авада Кедавра, – прошептал Рейстлин. Зеленая вспышка – и существо упало на пол мертвым. – Редуцио Максима, – Рейстлин уменьшил чизпурфла-гиганта до размеров его сожравших палочки собратьев. Маг усыпил оставшихся чизпурфлов чарами и высыпал их обратно в стеклянный ящик. – Добби, – позвал Рейстлин. С хлопком появился Добби. На нем была разноцветная пижама в цветочек, а на голове красовались обе вязаные шапочки Гермионы. – Я к вашим услугам, сэр! – Отнеси этот ящик в Тайник. Осторожно, эти твари не должны разбежаться. Добби кивнул, взялся рукой за ящик и с хлопком исчез вместе с ним. * * * В гостиной Гриффиндора собрались пострадавшие от чузпурфлов второкурсники. – Как мне теперь колдовать?! – всхлипывала Салли-Энн Перкс над останками своей волшебной палочки. – Ну не плачь! – Лидия Мун почесала затылок и неуверенно продолжила, – Наверняка можно как-то заставить этих чизпурфлов вернуть магию обратно. – От этого поганого Локонса одни проблемы! – Рон мрачно смотрел на свою палочку, которая теперь представляла собой два куска, соединенные волокнами шерсти единорога, – У кого-нибудь есть волшебный скотч? Надеюсь, выйдет ее приладить… – Как ты можешь так говорить об учителе?! – взвилась Гермиона. – «Учителе»? А чему он нас научил? Что-то не припоминаю, – парировал Рон. – Ты сам виноват! У меня, например, с палочкой всё в порядке, – Гермиона продемонстрировала палочку, на которой виднелись следы от укусов. – Тебе просто повезло, – хмыкнул Рон. Шеймус порылся в рюкзаке и протянул Рону волшебный скотч. – Спасибо! – Нет, дай-ка я ее починю! – сказала Гермиона, наставив свою слегка покусанную палочку на обломки палочки Рона. – Еще чего. Вдруг совсем ее испортишь, – проворчал Рон, и, отвернувшись, принялся обматывать свою палочку скотчем. – Парвати, как же хорошо, что мы сразу убежали, – сказал Шеймус, – А то бы тоже без палочек остались… Похоже, Локонс сам не особо-то знает защиту от темных искусств. – Но в его книгах он совершил столько подвигов, – возразила Парвати, – В конце концов, у любого волшебника может быть неудачный день… – Лаванда, где твоя палочка? – спросила Гермиона, – Я бы ее починила. – Она осталась в кабинете Локонса… – грустно сказала Лаванда. – Гермиона, попробуй починить палочку Салли, – попросила Лидия, – Или мою. Гермиона взмахнула палочкой: – Репаро! Кусочки палочки Салли соединились и срослись. Однако, кое-где у получившейся палочки остались дырки – видимо, чизпурфлы проглотили часть древесины. Салли взяла палочку и произнесла: – Люмос! Вместо нужного эффекта из дырок в палочке посыпались искры. Салли взвизгнула и уронила палочку. В воздухе запахло гарью. – Я думала, это поможет… Извини, – пристыжено сказала Гермиона. – Надо же, у Грейнджер что-то не получилось. Этот день войдет в историю, – прокомментировал Рон. – Отстань от нее, – сказала Парвати. В этот момент в гостиную факультета вернулся Рейстлин. – Гарри! Твою палочку не погрызли? – поинтересовался Рон. – Нет, – коротко ответил Рейстлин и поднялся в свою спальню. В комнате одиноко сидел Невилл с таким видом, как будто он только что плакал. – Что случилось, Невилл? Тоже палочка? Невилл вытащил из кармана мантии куски дерева: – Это была палочка моего отца. Бабушка меня убьет. – Ты не виноват, у нас половина класса осталось без палочек, – сказал Рейстлин. – Но другая-то половина не осталась, – со вздохом возразил Невилл, – Бабушка точно пришлет мне громовещатель о том, какой я неуклюжий, и мне ничего нельзя доверить, и всё такое… А вдруг это знак? – Ты о чем? – Что не быть мне волшебником. У меня все заклинания получаются хуже всех в классе. Зелья не выходят вообще… Да я почти сквиб! Наверно, моя судьба – отправиться к маглам. – Чушь! Ты такой же волшебник, как и я. Хотя у маглов довольно интересно, – Рейстлин открыл свой чемодан и приманил заклинанием книги, – Это магловская энциклопедия, почитай о всяких диковинках из их жизни. Вскоре Невилл растерянно держал в руках дюжину толстых томов энциклопедии. Он аккуратно положил их на тумбочку и открыл первую книгу.