Собиратель тел

      Прошло минут десять после того, как входная дверь глухо закрылась и в мастерской повисла тишина. Ханна выглянула из-за двери ванной комнаты и тихо произнесла имя парня. — Ута? — но ответа не последовало и это было доказательством того, что она находится в мастерской одна. Прикрыв грудь рукой, Ханна пошла в сторону дивана. Там лежало то самое покрывало, которое она нашла утром в кладовке. Пока что это был единственный вариант.       Во время укуса девушка получила большую дозу адреналина, который уменьшил её боль в тот момент и только сейчас её руку начало трусить. Рана была крепко перевязана бинтами и начала болеть сильнее и кровоточить от малейшего движения. Сейчас бы помог морфий. Сев на кожаный диван, Ханна укуталась в одеяло и поджала под себя ноги, пытаясь лечь на правое плечо, но ей не становилось лучше. Ноющая боль нарастала с каждой секундой, отчего ей приходилось изворачиваться по всему дивану.       Ута открыл дверь мастерской и вошёл внутрь, поставив пакет с едой которую любезно предоставил ему сосед и не спеша начал снимать с себя верхнюю одежду. Уже в мастерской он слышал как громко дышит девушка в соседней комнате. Дабы избежать прихода непрошеных гостей в такое опасное время, Ута запер железную дверь направился в комнату отдыха. — Ханна, я нашел тебе еды, — тихо произнес Безликий, проходя возле дивана к тёмно-коричневым тумбочкам, но девушка не спешила отвечать столь заботливому гулю. Ямада накинула плед себе на голову чтобы скрыть боль которую она чувствовала в данный момент. Ута прекрасно понимал что девушка была обиженна и не хотела с ним разговаривать. Свою вину он не признавал, хотя понимал тот факт, что возможно после этого инцидента мог быть немного нежнее. Она была единственной к кому Ута проявлял сострадание. Даже не показывая этого, он чувствовал это изнутри, однако вспоминая её напуганные глаза и то как девушка умоляла его остановиться, вызывало улыбку на его лице.       Поставив пакет на тумбочку, он начал вынимать всё что было внутри, а именно «сухой паек» — еда быстрого приготовления. — Как можно такое есть? — удивился Ута, читая способ приготовления на его взгляд странной пищи.       Поняв что она вовсе не реагирует, Ута решил действовать по другому. Тихо вздохнув, гуль подошел к девушке и присел на корточки, начав наблюдать за тем, как часто она дышит. Он не подозревал что может пойти осложнение на её организм, но похоже это и случилось. — Ханна? — Ута с неким волнением в голосе произнес имя девушки, надеясь что не всё так плохо.       Ханна не хотела отвечать парню. Для неё важно то, чтобы он ушёл, ведь лежать спокойно и не выдавать эмоции было сложно. Не хотелось лишний раз тешить самолюбие Клоуна.       Но Ута был не в восторге от того, что его игнорировали и решил силой заставить её говорить. Резко стянув одеяло с её головы и задев при этом плечо, Ута почувствовал запах свежей крови. Оголив её плечо он увидел что повязка которую он наложил начала кровоточить. Обильное кровотечение было признаком того, что с раной что-то не так, хотя она была довольно свежей, но при лёгком контакте кровь не должна была течь ручьем. — Не трогай! Мне и так не хорошо! — проскулила девушка, пытаясь накрыть плечо пледом, дабы парень не глазел на её тело, но гуль не дал ей это сделать. Грубо взяв за локоть и подтянув к себе, Ханна вновь зашипела от неприятных ощущений. Кровь начала пьянить Уту, запах был такой приятный, что он хотел бы откусить ещё чуть-чуть, ну или же лизнуть. Но понимая что этого девушка не простит ему, он отогнал такие мысли от себя со словами: «Я не такой уже и конченый чтобы сделать это с ней». — Мне придется перевязать тебе рану и убрать бактерии, если конечно найдется чем, — девушка начала нервничать. Игры парня могут плохо закончиться для неё, если пойдет воспаление, то ей могут ампутировать руку или и вовсе летальный конец. Гуль тут же исчез и в мастерской было слышно как он копошится в барахле возле своего рабочего стола. Девушка не успела даже привстать, как он вернулся с ножницами и бутылкой водки в руках. — Прости, но ничего другого нету. Мне придется промыть рану этим, — поставив бутылку на пол, Ута взял ножницы и начал разрезать бинт, но девушка всё время дергала плечом, что немного бесило гуля. Сняв повязку, Ута вытер свежую кровь частью ещё чистого бинта и немного нахмурился, рана была воспаленная. — Водкой? Я же не вытерплю этой боли! Почему ты не сделал это сразу когда я была в отключке?! Я ведь… — не успела она договорить, как парень грубо перебил её. — Я не знаю! — крикнул гуль, но понимая что очередной срыв не поможет, а только вызовет у девушки очередное слезопускание которое вовсе ему не надо и за которым ему будет отвратительно наблюдать, гуль выдохнул и как можно спокойнее ответил. —Моя слюна должна была быть антисептиком, но что-то пошло не так… прости, но мне придется это сделать, так будет лучше! — рассмотрев рану, Ута привстал и начал снимать с себя кожаный ремень, что стало конечно шоком для неё. Она не сразу поняла что он хочет этим добиться. Как девушка, Ханна уже прокрутила в голове не очень пристойный сюжет и была сильно удивлена поступком парня. Закусив губу её щеки покраснели. Представив голый торс Безликого, Ямада забыла всё на свете, даже то, что сейчас её рану будут промывать.       Ута же снял его со своих штанов и отдал девушке, но заметив её неестественный вид, удивился, но не придал этому особого значения. — Вот, прикуси, — тихо произнес парень, отдавая ремень Ямаде, при этом смотря в пол и пряча свои глаза. Ему было неприятно осознавать то, что из-за него она будет мучиться. — Что? Кого прикусить? — непонимающими глазами Ханна смотрела то на парня, то на руку которую он ей протягивал. — Я говорю прикуси, это будет больно! — осознав мысли девушки, Ута неловко улыбнулся и приложил ладонь к своему лбу. — Наверное всё намного хуже чем казалось! — сделав небольшую паузу и застыв в одной позе на минуту, гуль тут же сменил своё лицо на привычную ему безразличную маску и грубо произнес. — Быстрее, мне работать пора! Нету времени с тобой возиться! — Ханну будто током прошибло и покорно взяв в зубы ремень, девушка сощурила глаза.       Ута немедля, сразу же не жалея жидкости, выплеснул её на рану. Ямада вскочила и попыталась зажать плечо ладонью, что парень ей не дал сделать. Перехватив её руку дабы избежать попадания заразы в уже и так воспаленную рану. — Сиди смирно! — приказал гуль вытирая с её руки немного красноватые потеки. Несмотря на то, что девушка уже пустила слезы, парень начал вести себя безразлично… как всегда.       Перевязывая рану, он хотел побыстрее уйти работать чтобы хоть как-то заглушить непонятные чувства в себе. Чтобы заглушить страх того, что он не такой как раньше. Что-то не так. Закончив, он метнулся в сторону мастерской сразу закрыв за собой дверь.       Подняв заплаканные глаза, девушка проводила его взглядом и всё, что было в её силах — это просто постараться потерпеть.       На стандартную маску уходит немного времени, максимально — день. Если работа не требует изысков, то за пол для или пару часов. Самую сложную маску Ута делал целую неделю не отвлекаясь на другие заказы.       На сегодняшний день новые заказы не поступают. Сейчас трудное время. Никто не вылазит на улицу когда в районах такой беспорядок. У него оставалось две маски, они казались очень лёгкими, с обеими можно было справиться за полдня, но Ута всё время отвлекался, летал в облаках, обдумывая то, что с ним происходит. Он начал понимать что Ханна тот человек, что за все годы его жизни смогла зацепить его. Она ломала все его стереотипы и снимала с его лица каждую маску за которой он прятал себя. Он так заигрался в роли садиста и маньяка, что забыл каково это жить. Хоть он и был гулем и убийцем, ему было весьма одиноко. Клоун был в гуще всех событий только из-за одиночества, в чем он неоднократно признавался Донато.       Ута сделав финальное движение иголкой, перерезав нитку и отложив маску в сторону, посмотрел на часы. Стрелка показывала начало двух. В мастерской царила тишина и кромешная темнота, только настольный светильник освещал рабочее место гуля. Устало потерев глава, Ута почувствовал пустоту в желудке, даже на кофе не было времени.       Поднявшись с кресла, гуль разомнулся и выключил свет, еле волоча ноги и постоянно зевая, идя в направлении к комнате отдыха.       Ханна в это время не спала. Слава Богу как только рана пропеклась и ужасная боль ушла, рана успокоилась. Девушка даже не думала сердиться на Уту. В какой-то мере ей даже было лень разбираться в том, что случилось. У неё было время вспомнить всё что случилось и то, что было. Тот поцелуй и признание в любви. Хотя она не до конца понимала был ли это сарказм со стороны Безликого? Дверь открылась и в комнату вошёл Ута. Парень сразу же начал щурить глаза, так как там горел свет. Гуль сразу же обратил своё внимание на Собирателя, на что Ханна сразу же улыбнулась. — После всего ты улыбаешься? Похоже я был прав когда говорил что ты особенная… — Сам факт того, что я общаюсь с гулем, уже делает меня особенной, а если учесть мою работу, семью и плечо, то я даже не знаю! — такой ответ вызвал улыбку на лице парня. — Не зазнавайся Ханна-чан! — Но ведь это правда! — попыталась оправдать себя девушка, но гуль даже этого не дал ей сделать. — Так-так-так-так-так, я устал. Лучше двигайся, я прилягу! — ему и в самом деле не хотелось сейчас ничего, только закрыть глаза, которые от долгой работы уже начинали болеть, но ему не дали этого сделать, что начало бесить Уту. — Дай я прилягу, Ханна! — Сначала дай мне футболку, — вещи которые она стирала не успели высохнуть, да и наверняка запах крови на них остался, мыло не убирает его полностью. Пустить Уту к себе было неэтично и неприлично со стороны молодой девушки. — Какая к черту футболка? — парень был на пределе. Приложив ладонь к своему лбу, он медленно протянул её по всему лицу, томно вздыхая и при этом не кидая пару нецензурных слов в сторону человечества и женщин. Задолбавшись, Безликий снял с себя футболку, оголив при этом свой великолепный торс и кинув её в Ханну, начал лезть на диван.       Решение Уты было весьма необычным, но у девушки не было другого выбора кроме как поспешно надевать что ей дали, пока гуль кардинально не начал лезть под одеяло.