Невменяемый монстр

Новый город, новые знакомства, новые люди, новый климат, новые имена, новые... Было бы интересно, если бы не грустно. Адиль идёт по хмурому городу и выискивает белобрысую башку в толпе людей. Люди... люди делают столько дерьма, но что-то же может остановить это, но только что? Да, уж. Философские вопросы - это точно не его. Кирилл всегда был рядом с Адилем: когда он чуть не словид передоз в туалете какого-то бара, когда бухой ввалился к Василенко, когда сломал ногу перед началом концерта и чуть не потерял голову. Теперь же Кирилла рядом нет и все пошло по пизде. Без Кирилла нет и настроения. * * * Ничего... уже третью неделю ничего! Адиль кидает телефон и все, что находится под рукой, в стену. Ещё этот ебаный, в прямом смысле, Глеб пишет каждый день, говорит, что приедет, если не буду дома через 2 дня. Да пошёл он в жопу! Надо развеется - Коньяк - Коньяк - Коньяк - Коньяк - Кирилл. Кирилл! С помутнением в глазах и на ватных, и заплетающихся ногах ступает с барного стула, падая Кириллу в ноги. - Адиль Кирилл подхватывает за руки Адиля и выходит из бара таща на себе тушку казаха, залезая в такси - Кирилл, Господи, Кирилл. Как же я скучал Кирилл, а ты знаешь, что... ик..., что... - Лучше молчи, завтра скажешь. Сначала проснись. Спи Кирилл обнял его и нежно улыбнувшись надеялся на пробки. Примерно через час таксист все-таки довёз их до дома, который Кирилл снимал, и даже помог занести Адиля в дом. Добродушный мужичок, не то что в России. Кирилл оплатил и вернулся в дом, желая наконец-то отоспаться и подумать о своём, а не об Адиле, хотя... о нем тоже можно. - Кирилл? - Твою мать, не пугай так Кирилл обернулся и увидел совсем не пьяного Адиля - Ты не пьян. Голос предательски задрожал, а ноги сами отступают назад. - Не пьян, я увидел тебя ещё после первого стакана - Тогда почему ты притворялся? Мысли в белобрысой башке мечаться от одной стенки к другой, желая выбраться из этого Ада. Те слова любви, конечно же правда, и от этого становится ещё страшнее... - Хотел поговорить Иногда наступает такой момент, когда привычное состояние отступает назад и выходит, то самое, которое ты прячешь внутри себя. У всех оно разное, ну, а Адиль нежный. - Наедине... Глаза опускаются вниз. Жаль, что это неконтролируемый процесс. У Кирилла нет слов, мысли вернулись на свои места и ошарашенно запоминают настоящего Адиля: хрупкого, нежного, того кон можно любить и не боятся разбитого сердца. А вот сердца ловит удобный момент и толкает Кирилла в грудь Адиля, ну или в его объятия * * * Человек, который вышел из продолжительной комы, совсем не ожидая намного лучшей жизни. Жизни мечтателя. И человек с побитой душой, побитым сердцем, первый раз полюбивший настолько сильно, что все части тела дрожат от одного вида другого человека. Два человека в достаточным количеством денег, машин, шлюх, друзей и недодрузей выбрали друг друга не побоявшись осуждающих взглядов родственников, знакомых и прочих людей, не побоявшись снова быть кинутым, ведь такого не будет, такого больше не будет никогда, если они вместе - розовые очки не нужны. Ведь через обычные тоже неплохо видно * * * Говорят, что влюблённые часов не замечают. А можно ли этим предложением описать любовь? Вы когда-нибудь чувствовали ту любовь, которую описывают в книгах или показывают в сериалах и фильмах? Нет? А они - да. Адиль с Кириллом поняли, что то что было до этой ночи, до этого момента, до этих пару часов - было совершенно неважно. Не надо ловить миг, надо жить. Жить с теми, кого любишь. Не так ли? Эта ночь изменила многое во внутреннем мире двух людей. Тот космос, если можно так выразиться, растворился, а появилась реальность, которая намного лучше любого фильма и несуществующего космоса. * * * Утро. Господи ( которого нет ), как же хуево начинать свой день в шесть утра. Но Голубин так не думает и названивает на телефон Адиля уже 20 минут. Чертово ФСБ и на выключенный же дозвониться! Но нервы Адиля не стальные и он встаёт с пола, на котором они вчера уснули в обнимку не в силах доползти до кровати, на поиски телефона. - Да? Сонный голос все-таки выдаёт Адиля с головой - Адиль! Глеб уже кричит. После всего лишь одной фразы, ну что за человек - Ты где? Ну хоть громкость голоса поубавил. - В номере своём. Я же сказал, что уеду на поиски Кирилла - В каком, блять, номере?! Тебя здесь нет, мудачье. Где ты? Нам надо поговорить. Ну честное слово, истеричка. Все мысом согласились с маленькой догадкой всплывшей в мозге Скрипа. - Я подъеду к номеру. Жди там. Нам и правда нужно поговорить. Адиль смотрит на тихо сопящего Кирилла, бесшумно одевается и сваливает из квартиры, а Кирилл плачет, просто плачет... * * * Адиль открывает дверь в свой номер и видит совершенно голого Фараона. - Адиль Приторно-сладкий голос режет уши казаха, а тонкие запястья, которые раньше он боготворил, мерзко ложатся на плечи и обнимают за шею - Прости, что накричал. Я волновался очень. Ты пропал и не разу не позвонил за эти четыре дня. - Глеб, оденься. Главная задача - это не выдать неприязни к Голубину, иначе все станет ещё хуже - Что? Почему? Руки слезают с шеи и виснут в воздухе плотно сжимаясь в кулачки. - Кто он? Кого ты нашёл? Мудак. Не звони мне больше! Козлина. Глеб быстро одевается и выбегает из номера. По-хорошему Адиль должен был остановить его и поговорить по нормальному, но так будет лучше. Он просто садится на незаправленную кровать и погружается в царство Морфея. Хоть он и спал этой ночью, но его не раз пинали, а в мыслях обитал голубоглазый паренёк с белесыми косичками и молочной кожей.