Ссора

       Вот уже неделю мы не разговариваем. Сценарий переделан. Андрей сделал всё, для того чтобы мы не играли вместе. Да, я был не прав, но я просил прощения, а он не принял. Нашей пары больше нет, как и в шоу, так и в жизни. Что плохого я вообще сделал? Он ревновал, а я даже не давал повода для ревности или мне так казалось? Да, у меня сдали нервы, но, что в этом такого? Я тоже человек. Я могу сорваться, но потом я жалею об этом. Правда.        Я подхожу к нему каждый день, я хочу поговорить, но он только отталкивает меня, он игнорирует меня. Его глаза больше не выражают той радости, когда он видит меня. Он охладел ко мне, а я ещё больше привязываюсь к нему. Я боюсь потерять его, а ему наплевать на меня. Он стал другим, вернулся к семье. А я стал зависать в интернете, познакомился с новыми людьми, кто-то даже влюбился в меня. Ответить взаимностью я не могу, я не знаю когда отпущу его и смогу влюбиться заново. Смогу ли я?

***

       Финальная песня. Последний раз я вижу его, концерт закончится, и он сразу же уйдёт. Потом только когда мы соберёмся писать следующий концерт. А это через две недели, это слишком много для меня. В его глазах можно прочитать радость, а в моих, моих нельзя. Я вернусь в пустую квартиру, да, там моя семья, но без него там пусто. Единственное, что осталось после него, так это его подарок, подарок который я никогда не забуду. Милый мишка, с которым я не расстаюсь, он всё ещё пахнет Андреем. Я сплю с ним, на работе с ним, на гастролях с ним, просто гуляю тоже с ним. Мне спокойнее так.        После концерта я так и не успел подойти, фанаты подходили к нам для автографов, а им отказывать нельзя. Ну, хорошо, что такого в том, что я не увижу его всего-то две недели. Две недели… две недели не буду видеть его, его улыбку сияющую не для меня, его губы которые я не почувствую больше, его властные руки никогда не будут на мне… Так, всё, забыли. Я не один, тут люди, надо улыбаться. Глаза? Ну, я просто устал. Быстро сосредоточившись на хорошем, я попрощался и ушёл.        Темно. Домой возвращаться не хотелось. Я зашёл в парк, людей практически не было. Кинув куртку на траву, я сел у дерева. Да, были скамейки, но я не хотел там сидеть. Из-за дерева меня не было видно, подтянув к себе рюкзак я достал оттуда того самого мишку, у него даже имя есть Дюша. Обняв его и поджав ноги под себя, я смотрел на звёзды. Холодно. Постепенно замерзая, я всё крепче сжимал Дюшу. Но долго я не выдержал, поднявшись и одевшись, я всё-таки нашёл лавочку. Рядом стояло круглосуточное кафе, я купил только чай, чтобы согреться. Валяться две недели с температурой мне не хотелось.

***

       Пустая квартира. Даже и рассказать некому. Дюша, ты единственный кто поймет меня, выслушает. Да, я разговариваю с игрушкой, но Дюша особенный, он не игрушка, он мой друг. Завтра мой концерт и он снова со мной. Рано утром на поезд, на самолёте я боюсь летать, поэтому поезд, я мог бы и на машине поехать, но не хочу.        Утро. В купе я один, надеюсь, никто больше не придет, но нет, дверь открылась и ко мне зашёл как думаете кто? Да, Андрей. Куда он мог ехать? Он молча расположился и вышел. Теперь я молился, чтобы кто-то ещё пришёл, ибо ехать 5 часов в тишине с Андреем было невыносимо. Я забился в угол с Дюшей и смотрел куда-то вдаль, всматриваясь в пейзажи родного города. Я привык находиться один. И сейчас я немного завис, а в реальность меня привела открывающаяся дверь. Андрей зашёл, посмотрев на меня с удивлением, ты думал, я его выбросил? Нет. Он дорог мне. Было неловко конечно, взрослый мужчина вроде, а сидит, прижавшись к игрушке.        Я вышел за постельным, не выспался, да и так быстрее время пройдет. Вернувшись, я заметил около Дюши записку:

Всё будет хорошо. Дюша

       Раж делал вид, будто он тут не причём, подыграв, я попросил Дюшу разбудить меня на нужной мне станции. Конечно, проводница придёт, но мне хотелось, чтобы это сделал именно он. И, правда, когда мы подъехали меня разбудили, «спасибо» всё что я смог сказать. Как не странно он вышел за мной. Может всё это мне снится? Или у меня галлюцинации? Но после того случая я больше его не видел. И записка, кстати, тоже пропала.