все учителя - извращенцы.

       Все приехали без десяти семь, хотя договаривались ровно на семь часов. Никто не был против, потому что десяти минутами позже или раньше ничего не произошло бы. Здесь все: Юнги, Чимин, их сын Чжухон, Тэхен, Чонгук, Хосок и Минхёк. Конечно же присутствовали еще и сами обладатели квартиры, но думаю вы догадываетесь, что и они тоже здесь.        Стол, будто прилавок в магазине, кишил обширностью и разновидностью еды, приготовленной Джином, от которой у детей уже (буквально) потекли слюнки. Родители решили, что детям стоит повеселиться в детской, чтобы взрослые смогли отдохнуть и спокойно выпить. Дети — цветы жизни, конечно, но от таких цветочков иногда требуется отдых.        Все сели рядом со своими парами (удивительно). Они принялись увлечённо болтать о том, что происходило в жизни каждого за последнее время. Эх, как же им иногда не хватает просто встретиться и душевно поболтать. И как же они ценят такие моменты, находя для них отдельное место в своих воспоминаниях и сердечке.        — Недавно, — начал Тэхен, широко улыбаясь и стискивая свою руку на плече любимого чуть сильнее. ≪— Волнуется, — подумал СокДжин, — Бедный.≫ — Наш малыш первый раз толкнулся. Чонгук воодушевленно закачал головой, вспоминая первый толчок их ребёнка и улыбнулся так же широко, как и его парень. Джин присвистнул и посмотрел на Джуна, вспоминая первый толчок их старшего сына. Для них это было потрясением.  — Мы тогда ходили по магазину, покупая продукты, как Чонгук резко остановился и удивленно выпучил глаза. Кончено же я запаниковал и начал расспрашивать всё ли хорошо. После минутного молчания Чонгук тепло улыбнулся и взяв меня за руку, потянул к своему животу. И я почувствовал. Ох, наш малыш толкнулся! От переполняющей радости, я поцеловал Чона, быстро повторяя, что это я запомню навсегда. И знаете что? Маленькая девочка, стоявшая неподалеку, подбежала к нам, обнимая за ноги и поздравляя нас! Прямо фантастика! Это был самый классный день за последние пару месяцев… — последнее Тэхён сказал более грустным тоном. — Как я тебя понимаю, — с тяжелым вздохом сказал Юнги. — В смысле самый счастливый момент за последние пару месяцев? — В смысле «понимаешь»? Чонгук и Чимин сказали это почти одновременно и недовольно уставились на своих половинок. Намджун пытался смеяться в себя, но подрагивающие от смеха плечи, его выдавали. Джин уткнулся лицом куда-то в плечо Джуна с такими же подрагивающими плечами. Они друг друга стоят. Хосок спокойно смотрел на небольшую ссору и протянул Минхёку каску, которую взял чёрт знает откуда. Ли удивленно посмотрел на каску, после чего сглотнул, представляя, как дружеский ужин превращается в хоррор фильм и всё же одел её на себя. Перед ними начала разворачиваться забавная ссора. Если Чонгука ещё можно было оправдать его беременностью, то что нашло на Чимина никто не понимал. Особенно Юнги. Эта ссора продолжалась недолго. Чонгук успокоился от одного поцелуя в губы, что тоже не удивительно. Гормоны. Но вот Чимин ещё долго дул губы, скрещивая свои руки на груди, а Юнги всё извинялся. Может Пак на самом деле девушка и у него критические дни? Из детской слышались недовольные выкрики Кихёна, а рядом с комнатой стоял АйЭм, которого выгнали, похоже. Он чуть ли не плакал, а после подбежал к своей любимой «мамочке» и уткнулся ему в бок, крепко обхватил его за талию и шмыгнул носом. Ким смотрел на это немного растерянно, потому что не понимал, что произошло такого, что довело ЧанГюна до слез. По этому все уже и видели, как НамДжун поднимается со стула, берет ребенка на руки, а тот даже брыкается. Как знающие родители, они понимают, что он уже закатился. Истерику видели все, но добрый папа-анпанман пошел на разборки в детскую. За ним же хвостом крадется Джин, немного сжимающий пальцы на чужом свитере. Они заходят в комнату тихо, даже старая дверь не скрипит и Намджун заглядывает внутрь помещения. Там из угла в угол бегают два мальчика. В руках игрушечные пистолетики. Кихен выглядел менее сосредоточенным, даже можно сказать, что он был напуган. Он думал, что пистолеты настоящие, но случайно спустив курок, он услышал щелчок и подумал, что убил Чжухона. Последний же притворился мертвым, упав на кровати, изображая жмурика. Кихен растерянный кидается к Чжухону, хватает его за плечи и немного трясет, а тот же приоткрывает глаза, смотрит на него пару секунд и снова их закрывает. Он высовывает язычок, как мультяшки, когда погибают. А вот Чангюн тоже напуган. Он крепко держится за отца, смотря на обыгравшеюся сцену с плохим концом. — Ки, — тихо зовет мальчика Джин, рассматривающий слезы на его щеках. — Это игр… — его прерывает Кихен и подбегает к нему, крепко обнимая за ноги. — Мамочка, прости, — всхлип, — Я правда не думал, что смогу его убить. Мамочка, мне страшно. — он и вправду сильно напуган. Он пытается оправдаться, потому что считает, что Чжухона убил он сам. — Я… Боже, что же теперь нам делать? — Эй, Кихен. Ты и правда, как девочка. Я же тебе сказал. Ты омежка и ты всегда очень милый. Ты думал, что ты убил меня, но ты крупно ошибался. — за спиной мальчика раздается голос Чжухона, а когда тот поворачивается, то перед ним стоит его друг. Мальчик думал, что тот сейчас кинется его колотить, но он просто подошел и крепко обнял за шею, утыкаясь носиком в плечико. — Эй, что такое? — Прости, что я не могу быть таким же крутым, как твои друзья альфы. Я же омега… — Парни, теперь объяснитесь, пожалуй. Почему вы выгнали малыша Чангюн-и из комнаты и он плакал? — говорит Намджун, опустив последнего на пол. Он стоит, смотря прямо на двух мальчиков. Руки упираются в бока, он весь хмурится, но все равно выглядит по-доброму. Так по-родному. Праздник продолжается на кухне и в гостиной. Джин разливает всем взрослым соджу. Всем, кроме Чонгука, который бережно поглаживает свое пузико. На заднем плане включена какая-то американская, новогодняя песня. « — Spidey, it`s Cold Outside.» Минхек разрезал на маленькие кусочки курочку и накладывал немного каждому, кто сидел за этим большим столом. Они все еще обсуждали все, что происходит в их жизни. Джин и Намджун поделились сегодняшней историей, вливая в краску Кихена, который прятался от взглядов взрослых тем, что утыкался носом коленки своей «мамы». Он гладил его по голове и говорил, что сам испугался. Точнее подыгрывал, чтобы доказать, что бояться — это нормально, а не постыдно. Хосок смеялся с каждых шуток, сказанных кем-либо, а Юнги недовольно закатывал глаза на это. Он все равно остался таким же. Он пытался показать всю свою угрюмость, но сердце грела каждая улыбка друзей. Шло время плавно к тому, чтобы обмениваться подарками. У каждого было что-то для всех. Начинал раздавать подарки самый старший. Джин. — Ну, первым кому я хочу вручить свой подарок будет Чжухон. Ты мальчик хороший, но то, как ты подшутил над моей любимой омежкой заставило задуматься. Шучу. Ты мой самый милый племяшка, хоть характером ты и с своего отца-альфу. Надеюсь, что ты вырастишь очень высоким, сильным, чтобы постоять за любую омежку, которая находиться в опасности. Мне правда хотелось бы когда-нибудь побывать на твоей свадьбе. Из тебя должен вырасти защитник. — и поцеловав в щечку, он протягивает маленькую коробку с милым бантиком. Счастливый Чжухон, раскрывает упаковку, а внутри оказывается машинка на радиоуправлении. Та самая, о которой он мечтал и молил родителей купить ее, но те закатив глаза, говорили, что она слишком дорогая и он в нее играть бросит на второй день. Но он даже в письме для деда мороза написал именно эту игрушку. Мальчик крепко обнимает своего крестного и шмыгает носиком так мило, что уже Джин еле сдерживает слезы. Ему всегда нравилось делать что-то приятное для кого-либо. Но тут такая отдача, что он еле держится. Наверное, после родов он стал более чувствительным и сентиментальным. — А у меня для тебя, Джин-хён, вот это. — мальчик протягивает милую, детскую и сделанную своими ручками, открытку. На ней был нарисован дед мороз с которым рядом стоит снеговик и Ким, который приобнимает обоих. На луне сидит Чжухон, ну или кто-то очень на него похожий. В это секунду, кажется, парень и вправду заплакал. Но сделав глубокий вдох, он широко улыбнулся. — Я… Спасибо, мой милый. Ох, так. Следующий подарок Чонгуку, Тэхену и их будущему ребеночку. Ну, он скромный, чуть ли не бесполезный. Но вам я не знал, что подарить. Это комплект постельного белья и милая одежда для вашего ребеночка. А еще там сладкий подарок для Чонгук-и. Вот. — он протягивает новую, но все еще мило упакованную коробку. Парни улыбаются и говорят хором: «Спасибо, хён». И так продолжалось около полутора часа. Парни обменивались подарками, общались и отпивали понемногу соджу из стаканов. Запомнились всем особенно подарок Намджуна Джину. Это была сковородка. Большая, с удобной ручкой и антипригарной «функцией». Он вручает ее со словами, мол: «Что бы ты готовил еду еще прекраснее, чем сейчас». Из-за этих слов парень его чуть ли не… Не укусил. Он мечтал об этой сковороде, но ждал, что альфа скажет что-то более милое, душещипательное. А еще запомнился подарок Юнги для Тэхена. Это была простая палка, взятая с улицы. — Для вашей собаки. Ну, той, что Йоутан. — Не «Йоутан», как ты его обозвал, а мой милый Ентан-и! Ты! Ты оскорбил моего самого лучшего в мире песиля. Тогда, я возвращаю этот подарок. Тебе, коротышка, пригодится больше. Ты та еще собачка с милашкой — хозяином. Перечислять можно было бесконечно эти подарки. Дети танцевали, читали маленькие стишки на табуретке и бегали вокруг елки, по квартира не погрузилась в полный мрак. — Черт! — бубнит Намджун. — Пробки выбило, похоже. Пойду проверю щиток. — он уходит, но перед этим успевает на пороге споткнуться об тапочек, который был оставлен там АйЭмом для любого гостя. Он что-то проговаривает себе под нос и быстро скрывается за дверью. Также быстро он возвращается и оглашает ужасную новость. — Света нет во всем доме. Кажется, празднику пришел конец. Недовольные парни сидят и ругают все и вся, что могло бы испортить им празднование. Они понимают, что сейчас на электричество идет огромная нагрузка, а еще и ветер сейчас ужасно сильный на улице. Пурга. Явно какой-нибудь столб повалило. А звонок в службу только усугубил их состояние. Им сказали, что в лучшем случае это решат только послезавтра утром. Праздники, выходные. Кто сейчас работать хочет? Только придурки. — Ну все. Праздника не будет. А я только рад. Хочу поспать. — Чонгук цокает языком и встав, подсвечивает себе телефоном путь до дивана. Там он ложится, закутывается в новогодний пледик и выдыхает. Тэхен плетется за ним и поглаживая парня, он ждет, пока тот заснет. Юнги же продолжал о чем-то говорить с Намджуном, а Чимин и Джин медленно пошли с детьми на руках в детскую. Дети болтали о том, что, наверное, Санта летел на санях и какой-то олень запутался в проводах. Это было их предположение о том, почему же выключился свет. Этим они, наверное, себя успокаивали. А вот старший альфа говорил, мол: «Нет. Это был Злой Близнец Санты! Он решил испортить всем детишкам праздник, выключив всем свет, чтобы похитить пару омежек, как вы». Запугать у него получалось. Чимин извинялся, что его сын такой, а Джин лишь посмеивался, гладя каждого по кроваткам, а Кихена и Чжухона вместе, так как кровати только две. Пак светил фонариком на книжку, а Джин тихо читал сказку про новый год. Он сидел с ласковой улыбкой на губах. Читал он недолго, ведь каждый заснул довольно-таки быстро. Они все устали сегодня сильно, ведь редко праздновали так, а тут еще и такой случай, что свет выключился сам по себе. Магия. Вот и все. Омеги поцеловали каждого в лобик и вышли к своим вторым половинкам. — Они уже уснули. Такие малыши, а хотят казаться взрослыми. Намджун подошел к Джину и аккуратно приобнял его за талию. Это было так обыденно, но так нежно, ласково, что тот улыбнулся, ведь Намджун редко так просто подходил и обнимал. Ким прикрывал глаза, утыкаясь носом в его грудь и зевал. Много сегодня он работал: готовил салаты, играл с детьми, общался и смеялся со всеми. - Юнги-я, почему они так мило выглядят вместе? - спрашивал Чимин, закутываясь в подаренный плед. Хосок знал, что он мерзнет и решил хотя бы как-то согреть парня. Своей улыбкой во время того, как дарил пледик и самим подарком, потому что Юнги не всегда рядом, чтобы греть свою вторую половинку. Но кажется на этот новый год случались чудеса, ведь под пледом был Пак не один, а с Юнги, который обнимал его за талию и держал за руки. - Мы тоже вообще-то выглядим так же хорошо вместе. - он улыбается. Омега чувствует это своей шее, потому что тот выдыхает обжигающий воздух, приоткрывая губы. - Так, осталось положить под елку подарки от Санты. - Намджун, как самый любящий папочка пошел к кладовой, откуда достал пакет с большими подарочными коробками. На их крышках были разноцветные банты. Каждый подарок был подписан и также имелось поздравление с новым годом. - Джун-и, тебе помочь? - спрашивает Ким, подходя к нему с телефоном в руках. - Посветить фонариком? Ты же и так у меня, как неуклюжий мишка косолапый, споткнешься где-нибудь и всех разбудишь. - Хорошо, только подожди. Закрой глаза. - Джун подходит ближе, чем надо и прикрыв своей ладонью глаза Джина, чтобы точно быть уверенным, что тот не посмотрит. - Ух, постой. Я должен немного успокоиться. - тот пару раз вдыхает и выдыхает, а после убрав руку, медленно опускается на одно колено. - Кхм. Ким СокДжин... Нет-нет. Мой самый любимый, прекрасный и самый лучший в мире Джин-и. Мы с тобой давно вместе и я хотел бы сделать это раньше, но решил, что это будет самым лучшим подарком в новом году для тебя. Я хочу, чтобы ты стал еще ближе со мной. Я хочу... Да ладно. Выходи за меня замуж, Джин-и. - он достает маленькую розовую коробочку с колечком. Джин смотрит на это с приоткрытым ртом и в шоке протягивает свою ладонь, как бы подтверждая свое согласие. - Я... Согласен?... - Ты мог и не отвечать. Я знаю, что твой ответ положителен. - он медленно одевает на него обручальное кольцо. Оно даже в темноте отливает золотом. Дальше Намджун тянется к губам Джина, аккуратно целуя. Поцелуй выходит нежным, мягким и таким неторопливым, что хочется просто растаять в этом мгновении. - С новым годом, Джин-и. А ты еще раньше не верил в новогодние чудеса... - улыбается Джун, шепча это в чужие губы.