Помощник Хокаге

Ветер врывался в открытое окно кабинета, поднимая лёгкую занавеску и шелестя листами бумаги в руках Шикамару, отчего тот хмурился. Вновь расправив согнувшиеся листки, Шикамару продолжил читать ежедневный отчёт Наруто, время от времени давая советы относительно той или иной проблемы, упоминающейся в документе. Хокаге сидел за своим столом, подперев ладонью подбородок и иногда кивая. Вторая рука выводила ручкой незамысловатые рисунки на какой-то бумаге. Выглядел он чуть менее чем совсем не заинтересованным. Шикамару, бросив на Наруто короткий взгляд, предположил, что «какой-то» бумажкой был вчерашний отчёт. Он вздохнул, подошёл к столу и положил на него папку с документом. Наруто вздрогнул, и ручка выскользнула из пальцев, покатившись по столу. Он посмотрел на Шикамару и виновато произнёс: — А? Ох, прости, я слушаю. — С этими словами он, словно стыдясь, сложил руки на столе, точно прилежный ученик. Шикамару с затаённой нежностью оглядел Наруто: тёмные круги под глазами, неестественная бледность, лохматые пуще обычного волосы — и снова вздохнул, мысленно чертыхнувшись: опять всю ночь работал. Гора баночек из-под лапши быстрого приготовления и стаканов от кофе из автомата служила тому доказательством. Игнорируя мысли об идиоте, который нещадно губит своё здоровье, и тщательно скрывая обеспокоенность в голосе, он сказал: — Поспал бы. Выглядишь совсем неважно. Наруто похлопал ресницами и мягко улыбнулся. От этого нехитрого жеста Шикамару забыл, как дышать, а хокаге отозвался: — Спасибо, друг. Я отдохну, как только выслушаю отчёт. Шикамару припомнил содержание бумаг: доклады с миссий, прошедших в штатном режиме, и с границ, на которых было чисто, — и ответил: — Будь там что-нибудь подозрительное или срочное, я бы незамедлительно сообщил. А тебе нужно поспать… И поесть, — добавил он, с тревогой глядя на впалые щёки Наруто. Резкий порыв ветра сбросил со стола листы бумаги. — Ты, как всегда, прав… Может, тогда сделаем перерыв и сходим в Ичираку? — предложил Наруто, нагнувшись за упавшими документами. Шикамару с улыбкой покачал головой, но прежде, чем он успел согласиться, в дверь постучали, и в кабинет вошёл Саске. Шикамару машинально бросил взгляд на Наруто и, заметив, как засияли его глаза, невольно задержал дыхание. Только после этого он повернулся к Саске и кивнул в знак приветствия. — Саске! — подскочил тут же Наруто, забыв про листы. — Ты как раз вовремя. Я предлагал Шике подкрепиться раменом. Присоединяйся! — пригласил он, подходя к Саске и хлопая его по плечу. Даже выглядел хокаге сейчас бодрее, чем мгновение назад. Шикамару не мог не заметить этого, но был способен лишь молча наблюдать, внутренне сжимаясь в тревожный комок. — Я пришёл сообщить кое-что важное. Это касается… Ему не дали договорить. — Это явно может подождать. Мы так давно не виделись. — Голос Наруто наполнился едва сдерживаемой тоской. Но именно она, видимо, и убедила Учиху, который уже развернулся, чтобы выйти. Наруто обернулся к Шикамару, позвав его. Нара покачал головой: — У меня ещё остались здесь дела. Идите без меня, — и помахал им рукой. Наруто кивнул в ответ, скрываясь за дверью. — У них появилась новая лапша, тебе понравится! — доносились до Шикамару отдалённые голоса. Эхо шагов постепенно затихло. Шикамару долго смотрел на приоткрытую дверь. Мысли, ненужные, совершенно неуместные, перемешивались, обгоняя одна другую. Владелец этого роя словно был чужим в собственной голове и наблюдал со стороны за странной гонкой. Он вдруг очень ярко вспомнил слова Чоджи, сказанные в тот день, когда Шикамару стал чуунином: «Ты добрый. Я всегда знал, что ты лучше Саске». Прогнав назойливое «видимо, недостаточно» и подавляя едкую горечь, он с трудом отвёл взгляд. Увидев на полу упавшие бумаги, наклонился, чтобы поднять их, и не сдержал улыбки, увидев в углу одной коряво нарисованную чашку рамена. Быстро приводя в порядок бумаги, он положил их на стол, на самое видное место, и со словами «пора заняться и другими делами» вышел из кабинета. В коридоре, вспомнив гору стаканов, разбросанных по полу, решил попросить кого-нибудь прибрать в кабинете.

* * *

Тропинку замело опавшими листьями клёна. Те, образуя багровые пятна, с какой-то обречённостью хрустели под ногами, оставаясь единственным напоминанием об осени. Шикамару неспешно шагал, открывая и закрывая колпачок старой зажигалки. Монотонный стук приводил мысли в порядок. В другой руке Нара держал букет цветов. Шуршание флористической бумаги сливалось с редким шелестом листвы. Он кинул равнодушный взгляд на цветы, названий которых и приблизительно не знал. Алые лучи закатного солнца делали их странно-неестественными, и в руках шиноби они смотрелись крайне неуместно. Шикамару не обращал на это внимания. Его волновали другие вещи… и другие люди. Он не думал о том, понравится ли букет Темари: перед взором стояли небесные глаза Наруто. Он также не мог ответить на вопрос, кому он изменяет: Темари, матери его ребёнка, или голубизне глаз, в которых только облаков и не хватало. В последний раз щёлкнув зажигалкой и сунув её в карман, шиноби отстранённо подумал, что и без облаков эти глаза давно заменили ему небо над головой.