Фантом Моргана

Мальчуган был огненно-рыжим, со светлыми, едва заметными веснушками, рассыпанными но носу и щекам. Он заливисто хохотал, резво убегая прочь от смеющегося отца. Тони бежал вслед за ним, широко разведя руки и грозясь: «Всё равно поймаю!» Чуть в стороне стояла солнечная Пеппер, глядя на мужа и сына с яркими смешинками в глазах. Она была такой, какой её всегда помнил Тони: с виду хрупкой и тонкой. Такой, которую любой хотел бы беречь и лелеять. Но повезло именно ему. Он до сих пор до конца не понимал почему. Но это было не важно, ведь главное – она выбрала его. Этот сон был таким живым, таким настоящим, распустившим в душе Старка целый букет эмоций: радости, умиротворённости, желания жить. Жить, чтобы претворить всё увиденное в реальность. Тони, чувствуя как приближалась тонкая, но неотвратимая грань между сновидением и бодрствованием, на секунду отчаянно вцепился в призрачные, бесплотные, но такие желанные образы Пеппер и мальчишки, которого, он был уверен, звали Морган – Морган Старк. Но затем, когда яркое солнце ударило по закрытым векам, а его щетинистой щеки мягко коснулись тёплые губы настоящей Пеппер, вспомнил: в реальности всё тоже очень даже неплохо. Да, кое-что можно улучшить – самую малость, – но в целом он, в кои-то веки, абсолютно счастлив. Ему было ради чего жить. Тони давно чувствовал, что готов стать отцом. Он с инопланетными агрессорами справлялся, что ему вопящий карапуз? Но начать разговор с Пеппер никак не решался. Знал, что она ему не верила. Впрочем, за дело. Она была для него важнее всех на свете, но стоило произойти какой-нибудь беде – и Тони тут же облачался в свои блестящие доспехи и летел спасать мир. В первую очередь – для неё. И для гипотетического Моргана. Ему было важно, чтобы они жили спокойно, ничего не боясь. Но сон словно был тем самым вселенским знаком, что говорил – хватит медлить. Ты не молодеешь, Старк. Кто знает, что произойдёт завтра? Через час? Да хоть в следующую минуту? Если хочешь счастья – борись за него. И Тони набрал полные лёгкие воздуха, чувствуя, как от волнения волна жара пробежалась по всему телу. Хорошо, что они с Пеппер были на утренней пробежке – потливость можно было списать на физический труд. А затем, будто ныряя в ледяную воду, боясь передумать и струсить, начал говорить о своём сне. Тон был шутливым – то, что надо. Излишняя серьёзность отпугнула бы Пеппер. Сон о полном мочевом пузыре – немного не та аналогия, но он слегка перенервничал, поэтому лучшей подобрать не успел. А Пеппер, слушая его околесицу, так по-родному закусывала нижнюю губу, стараясь не рассмеяться, что Тони был почти готов плюнуть на разглагольствования, взять её за руку, увести обратно домой – в постель – и без долгих разговоров начать работать над Морганом Старком. Но не успел. Пресловутые сюрпризы ждали его не в шкафу – в шкафу спокойно висели дорогие отглаженные рубашки. Сюрприз вышел из разверзшегося из ниоткуда портала, всё с теми же, успевшими набить приличную оскомину, речами о приближающемся конце света. Как неоригинально. И у Тони Старка снова не было выбора: он выбрал Пеппер. Именно поэтому он оказался так далеко от родной планеты в компании кучки галактических клоунов, сноба-колдуна и восторженного мальчишки, стараясь одолеть очередного инопланетного тирана с комплексом мессии. Очередная битва, очередной противник. Почти ничего нового. Кроме одного. На этот раз он проиграл.

***

Это заняло куда меньше времени, чем ожидалось. Тони сумел вернуться на Землю, оставив на Титане прах своих союзников. Он не сдался, нет. Старк был преисполнен мрачной решимости покончить с Таносом – отомстить за их смерть. Паркер погиб не зря. Тони не покидало ощущение, что он подвёл мальчишку. Это он внушил ему, что Питер может сражаться наравне с суперсолдатами, мутантами и инопланетянами. А всё лишь для того, чтобы показать Стиву Роджерсу, что он не прав. Всё из-за упрямства и нежелания уступать. Питер Паркер не сбежал бы со школьной экскурсии и не оказался бы на чужой планете, если бы Тони Старк не дал ему когда-то костюм Человека-паука. Не внушил мысль, что мальчишка может то, что на самом деле ему не по зубам. Паркер больше никогда не вернётся к своей тёте из-за него. И Тони упорно гнал прочь мысль о том, что даже останься мальчик на Земле – его всё равно могло развеять в пепел. Потому что эта мысль придавала ему злости. Тони нужна была злость, чтобы победить. Но только оказавшись на Земле, Тони понял, что Танос лишил его нечто большего, чем спокойная совесть. Он отобрал у него будущее. Потому что дом встретил его тишиной. - Её больше нет, - ответил на немой вопрос Старка Хэппи. Его глаза были красными, а во взгляде Тони ясно прочёл: это нельзя исправить. – Прости, Тони, я должен был защитить её. Не смог. Она рассыпалась… в пепел… прямо у меня на руках… Я… я даже понять ничего не успел… - И широкий, словно шкаф викторианской эпохи, телохранитель зарыдал. Слёзы текли сами по себе, вычерчивая на щеках Хэппи прозрачные, блестящие дорожки. Крупные, тяжёлые. - Ей было страшно? – услышал Тони будто со стороны. Будто не он открывал рот и произносил эти слова спокойным, словно чужим, голосом. Как покупатель, интересовавшийся ценой дорогой вещи. Необходимой ему вещи. - Нет, - шмыгнул носом Хоган. – Нет. Она тоже… не успела понять. Она просто… удивилась. Он видел это так, как если бы был рядом в этот момент. Вот она споткнулась на своих высоких каблуках. Никогда раньше не спотыкалась, а тут вдруг отчего-то споткнулась. Упала в руки подхватившего её Хэппи, вцепившись в его предплечья. Посмотрела ему в глаза с удивлением, не осознавая, что в следующее мгновение её – как и половины Вселенной, - больше не станет. И рассыпалась в прах, оставляя в широких ладонях Хогана чёрные сухие хлопья. Цена была очень высока. И заплатить её по силам было только Тони Старку. Танос отнял у него семью. Пеппер больше нет. Рыжий мальчик Морган Старк так никогда и не обнимет своего отца. Тони подвёл не только Паркера. Теперь Тони не нужно было искать злость для победы. Теперь у него было всё, что нужно, чтобы уничтожить Таноса раз и навсегда. У Старка была боль. Боль о том, что никогда не сбудется.

***

Самоуверенный колдун, видевший конец их битвы с титаном более четырнадцати миллионов раз, сказал, что тот вариант, которым они в итоге воспользовались – единственный выигрышный. И хоть упёртый фокусник совсем ему не нравился, Тони всё же верил ему – ему и камню времени. Значит, они поступили верно, и всех этих смертей было не избежать. Стивен Стрендж сказал, что ни за что не пожертвует камнем ради жизней Старка или Паркера. А затем отдал его Таносу, лишь бы тот оставил Тони в живых. Но Старк знал, что это было вовсе не актом милосердия. Увидевший более четырнадцати миллионов сценариев, колдун знал, что для победы им был нужен живой Железный человек. Потому что ему ещё рано было умирать. Потому что умерев, Тони должен был забрать с собой Таноса. И он был готов заплатить эту цену. Он не смог вернуть ни Пеппер, ни Паркера. Но отомстить за их смерти ему по силам. У него больше не осталось ничего, ради чего стоило жить. Больше нечего терять. Он не знал, что в тот момент, когда Тони поверг титана, утянув его за собой за грань, что отделяла смерть от жизни, он освободил всех тех, кого Танос заключил в камень души.

***

- Морган, не беги к дороге! – Пеппер окликнула рыжеволосого мальчишку, увлечённого игрой в мяч. – Пожалуйста, будь осторожен! - Хорошо, мам, - откликнулся тот, нехотя возвращаясь к ней. Россыпь веснушек на носу и щеках, вечно лохматая шевелюра, хитринки в голубых, как у матери, глазах. И острый, пытливый ум – от отца. Пеппер тепло улыбнулась сыну, в очередной раз безрезультатно попытавшись пригладить его непослушную шевелюру. Она больше не смеялась сквозь слёзы. Моргану уже исполнилось семь. Раны души не заживали, но больше не кровили, если их не бередить. Пеппер глядела на своё не по годам смышлёное счастье и больше не жалела. Теперь она благодарила. Благодарила того, кто умер, так и не увидев, что его мечты стали явью и живут. Живут потому, что он принёс себя в жертву. Когда-нибудь Морган Старк вырастет и превзойдёт своего отца. Сделает всё, чтобы тот им гордился. Только вот Тони никогда этого так и не увидит. 13.05.2018 г.