Саундвейв, нашёл свою любовь!

… но что же он будет делать дальше?

***

Корабль Немезида.

Нокаут гулял от нечего делать по тёмным коридорам Немезиса. Его одиночные шаги раздавались эхом в его собственной голове, приглушая разумное мышление. Тишина давила на него тяжким грузом, он к ней не привык. Медбот любил уединение, но только под гул своего мотора. Но со звуком мотора приходит желание поехать на гонки, а Нокауту сейчас не до этого. На Немезиде кто-то распустил слух, что Силия любит кого-то из мехов, и все усердно гадают кого именно. Теперь, когда она присутствовала на корабле, каждый десептикон делал дураком своего собрата и выставлял себя вперёд, выгодно смотрясь на фоне проигравшего. Что же думала поэтому поводу Силия? Она лишь хихикала на такое поведение и больше ничего. Совершенно. Гонщик проиграл ей уже не раз за пять лет, но когда у него появился такой шанс, он его уже не упустит. Осталось только подойти и расспросить первого подозреваемого. Саундвейва. Почему его? Да потому что он всегда молчалив, серьезен, и Силию считает не во что. Он, в отличии от других, даже глазом не повёл в её сторону. Ну и что, что у него этот чёртов визор, он ведёт себя слишком осторожно по отношению к Силии, как и она к нему! Да и тем более, безлицего теперь отправляют на миссии только с фемкой, ради её безопасности! И они же теперь команда! Нокаут сжал манипулятор в кулак, при мысли, что такая неприступная и настойчивая фем с таким же неприступным и серьёзным мехом. Он не верил в это. Этого не должно быть так. Они с Силией противоположные, а противоположности, как известно, притягиваются! А Саундвейв слишком уж на неё похож, слишком! Док расслабился. В конце концов, у него был план. Когда он узнает, кто из команды встречается с Силией, то Нокаут будет всё время рядом с ней, и все подумают, что они вместе. А там дело за малым. Убедить бы еще Силию стать его Искрой навсегда. Но то только в том случае, если фем не с Саундвейвом. На этот случай у него плана не было.

***

На Немезиду опускается ночь, и отважный герой идёт бороться за фем. Он, ужас, летящий на крыльях уверенности. В процессоре проигрывается план действий, а Искра страстно бушевала под волной чувств. Это не забываемое ощущение. Такое, до селе неведанное, такое скрытое, но такое теперь желанное. Ко всему этому еще прибавлялась уверенность в том, что Силия будет только его и ничья больше. Он будет нежно любить, страстно целовать, грубо защищать, и мягко касаться её корпуса. А она будет невинно, по-детски заигрывать, но при этом оставлять его в дураках. Но вдруг, в его прекрасных мыслях о будущем пришла мысль, поражающая всё как гром в ясном небе. Нокаут допустил, что если Силия с Саундвейвом, то у медика нет шансов. Саундвейв слишком прекрасен и хладнокровен, то всегда поражало фемботок. С ним не заиграешь, и его не обдуришь. Он слишком, даже по-чертовски скрытен, а это заставляет фем думать и гадать, каков он, образ за визором? Но увы, или к счастью, никто не видел его голубых окуляр, выражающие лишь боль и отчаяние. Никто никогда не увидит, как он страдает, посылает всё чёрту, забивается в угол кварты, и… молчит. Его больше нечего не волнует, ничего не трогает Искру и процессор, а значит не надо произносить отрадные речи в адрес близких, которых у Саундвейва не было, нету, и скорее всего никогда не будет. Нокаут встряхнул головой. Какой-то уж больно странный этот мех. О нём не знает даже Мегатрон. Хотя оба они были на арене Иакона, но это ничего не меняет. Меддес чуть не врезался в дверь. Вот он, час пик. Время три часа ночи, в Искре страх, в процессоре ни одной адекватной мысли. Но на фейсплейте ничего. Совершенно. Хоть у Нокаута и нету маски, скрывать эмоции он хорошо умеет, было от кого научиться. Он открывает дверь. Видит работающего связиста, уже давно заметившего его по камерам. Но он даже не повернулся. Это и не удивительно, это же Саундвейв. — Здравствуй, тебе видно тоже не спится. Ты не против моей компании? — игриво промурлыкал стальным голосом мех, заставляя любимца Мегатрона повернуть лицевую пластину в сторону пришедшего. Саунд внимательно на него посмотрел и продолжил работать. Нокаут невольно взглянул на горящий монитор. Очередной обрывок из древней книги про лунный цветок. ≪Как же он о ней заботится≫, невольно подумал про себя медик. — Статьи о лунном цветке? Интересно, раньше ты никому не помогал остаться актив, — маняще произнёс Нокаут, внимательно следя за изменениями действий связиста. Вроде бы по началу Нокаут ничего не заметил, но потом его окуляры открылись. Винт-система работала медленно, а то означало, что он затаил дыхание и о чём-то усердно думает. Пальцы по клавишам стучали реже, и тише. Корпус вообще не придавал признаков жизни. Ты спалился своим же спокойствием, Саундвейв. Наконец, когда медик уже хотел открыть рот и по язвить, но Саунд его опередил. Он воспроизвел запись речи Мегатрона, где последний заявляет, что если он не найдет информации не поможет, то его убьют и выбросят вместе с Силией в море.  — Чего-то я не припоминаю, чтобы ты так усердно занимался работой Мегатрона. Может быть, днём ты работаешь беспрекословно, но ночью к двенадцати ты уже в оффлайне. А уже три часа, и ты все на серво. Хм, я бы понаблюдал за реакцией Лорда, когда он узнает, что Саундвейву не безразлична фем на корабле. Нокаут переживал. Очень сильно. Он уже убедился в том, что мех ее любит. Всё летит к кибер-коту под хвост, но мех уверенно держит себя в манипулятор. Его напряжённость выходила через когти, он постоянно ими стучал. Напряжение Саунда выражалось в том, что он очень сильно бил по клавишам и сильно вентилировал. Больше никак нельзя ничего заметить. Эта тишина давила на обоих. Оба понимали, что они в полном бампере.