Через века, через года я буду помнить твои глаза

Pov Тася Как же болит голова! Прям безумно! Все таки не нужно было пить то винишко. Открыв глаза я увидела свою родненькую комнатку. Так и как я здесь оказалась, а? Гришааааа! * — Чё те надо? — Почему я в своей комнате? — А где ты должна быть? В особняке? Или в мусорке? А может в психушке? Я лично за третий вариант! — Так не беси меня! Вспоминай! Я заснула в машине и шо потом было? — А ты что не помнишь? Вот склеротик! — Говори уже! — Ну тебя отнесли сюда и… — Фух, как хорошо! — Та дослушай ты! А потом ты чуть Мишу не изнасиловала! — ЧТО?! — Что слышала! Хорошо хоть сдержался! — Стыдно то как! И что мне делать? — Незнаю ничего. Могу посоветовать одно — не бухай! — Ок, спасибо и на этом* Как же стыдно! И вообще, а если б это произошло? Получается я изменила б своему парню. Пизд… Кхм кхм пипец! Надо хоть извиниться, что ли! Так ладно, для начала надо встать, а то валяюсь здесь, а пить, то хочется! Ели как поднявшись, я ухватившись за голову медленным шагом поползла к кухне. И вот наконец я беру в руки стаканчик с такой вкусненькой водичкой и только хочу отпить, как меня прерывает звонок в дверь. Какого чёрта? Ладно, нужно таки попить. Но сосредоточиться мне не даёт этот настойчивый и долбаный звонок. Ставлю на стол стакан и плетусь к двери. — Та иду я. Иду! — прокричала я, за что сразу же поплатилась. Моя головка! Дойдя до двери, со злостью открываю её и встречаюсь с широченной улыбкой Михаила. — Ну и чё ты приперся? * — Да круто ты извинилась! — Захлопнись! * — Вообще-то мы каждый день бегаем, — всё с той же улыбочкой ответил Марвин. — Ну проходи, — где моя уверенность? Убежала, негодяйка. Так сейчас всё на задний план. Пииииить! Дойдя таким же черепашьим шажочком до кухни я подошла к столу. Только собралась пить, как у меня отбирают стакан. — Спасибо, — сказал этот бессмертный, допив мою водичку. Я скрепя зубами сказала «Не за что!» и пошла наливать ещё один стаканчик. А потом у меня устала рука и я поставила его на стол. Надо как-то таки попить. Тут на кухню заходит Алёна и залпом выпивает мою водичку. Мои глаза сейчас метают молнии. — Спасибки, что водички налила! Безумно хочу пить. Наливаю третий стакан и его выпивает Артём. Миша конкретно ржёт с меня. Алёна лишь посмеивается. — Как приятно. С утра тебе уже и водичку наливают! — ответил довольно Пиндюра. Я обидевшись на всех и вся уселась на стул и надула губы. — Ну и что ты обижаешься, а? Это я должна обижаться на тебя за то, что ты меня кинула! — ответила Кудравец. Я молчок. — Хватит дуться! — сказала она и подала мне стакан с водой. Я лишь довольно улыбнулась принимая стаканчик. — Ну вот. А то все только и умеют, как отбирать в беззащитной девушки водичку, — ответила я, наконец отпивая глоток. А потом и весь стакан залпом. * — Она уже стаканы пьёт — Ну ок! Стакан ВОДЫ! — Так то лучше* — Ой смотри какая беззащитная! — с усмешкой сказал Миша. Я взглянув на него презрительным взглядом, кинула первое что попалось под руку. А это была чайная ложечка. Но у нашего Мишеньки, увы хорошая реакция и он успел ухилится. В итоге эта же ложка попала в аккурат в лобешник только пришедшей Саши. Над ней стал ржать Киоссе, в которого я кинула салфетками, и о чудо, попала! Он злобно посмотрел на меня. — Нечего так громко ржать! — ответила я подперев голову рукой. — Я ещё отомстю! — сказали они оба. — Всю ночь репетировали? — спросила я. — Нет! — так же вместе ответили из-за чего я улыбнулась, ведь смеяться мне сейчас противопоказано. — А где Софа? — спросила Алёна оторвавшись от разговора с Артёмом. Они о чем-то шушукались. — А она в Питер поехала. К родителям своим. Сегодня ещё в 6 утра, — ответила Золотарёва. Слишком громко. Поэтому в неё полетело полотенце. Но на этот раз она уклонилась и попала точно в Марвина, за что я услышала возмущенный «Еееей!» — Гергец, на круг больше! — ткнув в меня пальцем сказал он. Я конечно же стала хныкать. Но нихренашеньки, как говорится. Этот ирод не упустит возможности поиздеваться. Обидевшись на всех и вся, я потопала переодеваться. Когда я переоделась, в кухне уже все сидели и ждали меня. Как прынцэсу прям! Алёну почему-то пощадили и оставили дома, а меня погнали обуваться. Ну и почему это? Надо будет Кудравец выпытать! * — Ага с наручниками и светом в лицо! — Ты чего совсем дурак что-ли? — А шо не? — А ну да, я забыла! * Короче я как великомученица пошла обуваться. Со мной и это тиран, который мне обещал насыщенный комплекс упражнений. — А Саша, что тоже не идет? — Почему это? Идет! Она уже на улице, — ответил Михаил, завязывая шнурки. Обувшись и спустившись вниз по ступенькам, шагом улиточки, мы побежали в парк. Ох уж этот парк. Сколько всего в нём уже произошло! Золотарёва побежала вперед, врубив музончик на всю в наушниках. А мы остались позади. Я выдохлась на первом же круге и как только увидела скамейку, с ходу бухнулась на неё пятой точкой. — Ну и куда ты вселась? Давай быстренько, встала и побежала. — Ну пощади меня немножко. У меня ж похмелье как никак! — Да славно вы вчера погуляли! — ответил он вставая передо мной. * — Может ты таки поговоришь с ним! — В принципе можно.* — Миш, тут такое дело, — я немного замялась. — Что? — спросил он, посмотрев мне прямо в глаза. — Я это. Хотела поговорить. — О чём? — улыбка и не собиралась сходить с его лица. — О том что было вчера, — где моя уверенность? Где я её просрала? — А что было вчера? — он слегка напрягся. Это видно. Хотя он и пытался улыбатьс,  — Ну выпили, с кем не бывало. — Да не, я не про это… — А про что интересно? — улыбка на миг пропала, но потом снова осенила лицо парня. — Про то, что мы с тобой чуть того… Он стоял секунд 30 обдумывая что-то. А потом сел возле меня. — Значит все-таки помнишь… — он усмехнулся. Я закусила губу от волнения. Чего я так волнуюсь? И сама даже не знаю. Как-то само выходит. Вот бы у меня так когда-то задачки решались, сами собой. * — О чем ты думаешь? — Иди в баню! — Не могу, я воображение! — Закройся! — Как грубо! — Захлопнись! — Фи такой быть! — Уважаемый Григорий, закройте свою пасть пожалуйста и не бесите меня! * Повисла неловкая пауза. — А что лучше бы, чтобы я не помнила? — прервала эту тишину я. — Та нет. Просто… Неважно! Главное что это не произошло и хорошо! Скажу только одно. А точнее попрошу. Не пей, — я снова закусила губу, — А то в следующий раз, могу и не сдержаться, — он мне подмигнул и встав подал руку. «Лучше бы и не сдерживался» пронеслось в моей голове. Стоп, что? Гриша, это ты сказанул? * — Не, не! На меня и не сваливай! Это ты меня вздумала приплечь и сюда? Нет, спасибо! Выкручивайся сама! * Предатель! Наверно я слишком долго сидела в раздумьях, раз Марвин стал клацать у меня возле лица пальцами. Я снова прикусив губу встала. — И так ещё три кружочка и хватит с тебя? — спросил он. Я громко сглотнула и умоляюще уставилась на брюнета. — А может один? — с милыми глазками спросила я. — Три! — со смехом ответил он. — Может все же два? — с глазами кота из «Шрека» попросила я. — Три! — не сдавался он. — Ну Миша! — возмутилась я — Я уже 28 лет как Миша! — он побежал. — Михаил! — крикнула я, за что и пожалела. Головка то до сих пор бо-бо! — Ой как официально! — засмеялся он. Я плюнула на него и уселась на лавочку. — Бабонька, а вы не охренели? — спросил он став напротив меня. — Нет! — уверенно проговорила я и откинулась на спинку. — А по моему очень даже наоборот! — Ну давай хоть два! — я показала цифру 2 на пальцах. — Ладно, хорошо. Два так два! — Урааа! Я не забуду твоей доброты! — быстренько вскочив я побежала по кругу. И я таки смогла пробежать этих чертовых два круга. Под смех Миши и мою же матюки и проклены. Саша сказала, что она ещё немного побегает, а я запрыгнув на спину парню поехала домой. Ну он то пешочком пошёл, а я верхом поехала. Холоп, хе! Pov Алёна Когда ребята ушли я принялась доедать свой завтрак. — Точно всё хорошо? — снова беспокойно спросил Артём. Какой это уже раз? Сотый? Тысячный? — Да, я же говорю! — ответила я случайно касаясь руки парня. Некая искра пролетела. Ток так и прошел по руке. Но я сделала вид, что не заметила. — Не злись! Я же волнуюсь! — заботливо сказал он, взяв мои руки в свои. — А если б я не успел, тогда что? — Не знаю, — ответила я пытаясь освободить свои ладошки из рук Артёма. Мы встретились глазами. Карими глазами, которые такие родные, знакомые и излучающие беспокойство и нежность. Наш зрительный контакт прервал господин Киоссе, который так беспардонно ввалился на кухню. — Тёмыч, ты давай собирайся. Мне Меладзе позвонил, сказал какое-то важное собрание. В 11 мы уже должны быть в него. — Окей! — ответил он и отпустил мои ручки. Они быстренько собрались и уехали. А я так и осталась стоять возле двери. Так надо одеться и ждать Гергец. Все таки сегодня на студию надо. Через часа так полтора они пришли. Ну как пришли. Марвин то притопал своими ноженьками, а вот Тася была у него на спинке. — Сползай обезьянка! — сказал он, все также крепко держа её за ноги. — Не хосю! — ответила она. — Давай сползай! Нам ещё на студию надо! — сказала я. — Во-во. Мне кстати тоже на репетицию надо, — добавил парень. — Ну блин. Всю малину перепортили! — ответила она, слезая. А потом обиженная пошла переодеваться. Я проводила Мишу и уселась на диван, смотреть телевизор, пока эта клуша соберётся. А она реально долго собирается. Когда она вышла на ней был обычный короткий джинсовый комбинезон и топ. На голове шляпа, а на глазах очки. Обула она свои любимейшие конверсы. А кстати на мне были светлые джинсы, футболка и кепка. На ноженьки я одела голубые вансы.

***

Сейчас уже 18:00 и мы доползли домой. Сегодня было несколько фотосессий. Одна с которой была у моей давней знакомой. Я очень устала и хочу просто лечь. Как только мы добрались до дивана тут же на него завалились. Включив фоном какой-то фильмец мы приготовили, шо пожевать. Потом добротно накушались. А потом Тася стала расспрашивать меня, как это я такая-сякая откосила от пробежки. Ну и пришлось всё рассказать. Она конечно же сказала, что если б была там, то от того мудака и пятна не осталось и вообще она очень зла, что узнает в последнюю очередь. Мы ещё раз покушали и стали смотреть фильмец. В десять мы уже расползлись по своим койкам. Ну я конечно сначала позвонила Дане, а потом уже легла спать.