Leaders

Вот уже завершился опрос, прозвучали реклама и песня, а Чжинён всё ещё не ответил. Зико не знал, что и делать, и уже было почти углубился в пучину уныния, как до его бедра легонько коснулись пальцы Чжинёна. Чихо посмотрел на пододвинутый лист, на котором было обведенное в прямоугольник: «OK». Казалось бы, после увиденного младший должен был успокоиться, но почему-то начал нервничать ещё сильнее. Поэтому всё чаще оговаривался, произнося текст, и делал ненужные паузы. Но ближе к финалу эфира всё больше убеждался, что назад дороги нет, потому что терпеть неопределённость - хуже некуда. Перед тем, как группе Block B уйти, следуя графику, а B1A4 остаться и продолжить эфир, было решено сделать общую фотографию всех участников. Это было Зико на руку, потому что во время суматохи он сумел, незаметно для других, прошептать Чжинёну на ухо: «Через два часа в парке, у фонтана». А после, тепло попрощавшись с остальными, мемберы Block B ушли. Еле отделавшись от расспросов Чонхван-хёна, Зико пришёл в парк на двадцать минут раньше. Сев на лавочку, он опять погрузился в размышления о том, что бы ему сказать Чжинёну, кроме извинений. Ответ напрашивался сам собой. Просить о дружбе, на большее рассчитывать не стоит. «Блин, я в жизни столько не думал», - и Чихо тихо рассмеялся своему выводу. Услышав шаги, Зико поднял голову и встретился взглядом с Чжинёном. «Почему я раньше не замечал, какой он красивый?» - пронеслось в мыслях Чихо, когда он разглядывал его лицо в свете фонарей. - Ты что-то хотел? – спросил старший. - Хён, я хотел извиниться за своё поведение, ну тогда, когда ты… в общем, - начал Зико, поднявшись с лавочки. – Я хочу продолжать общаться с тобой. Я просто не понял твоей шутки. Ну, ничего, пройдёт время, и мы научимся понимать друг друга, я надеюсь. - Как же хорошо, что ты первый пошёл на примирение, я был тогда виноват, но так и не решился тебе позвонить! Давай продолжим общаться, может быть, правда, станем друзьями. Я больше не буду делать подобное, не знаю, что на меня тогда нашло, ещё раз, прости, - сказал Чжинён и протянул руку. После этих фраз нервы Зико не выдержали, и он не смог остановить поток эмоций. - Да не нужна мне твоя дружба! А нужно… – выпалил Зико и, притянув к себе Чжинёна, поцеловал его. Но не так, как хён тогда, а глубже, отчаяннее, не задумываясь о последствиях. А когда, старший начал отвечать, стало понятно, что это не просто поцелуй – это магия, которая возникает только благодаря любви. «Любовь» - это слово, которое несколько раз отдалось в сознании, наконец, развеяло все сомнения. И Зико охватила такая радость, что слёзы выступили на глазах. Но внезапно Чжинён отстранился и, опустив голову, прошептал: - Ты издеваешься? Типа решил тоже пошутить? Тебе весело, да? - Но, заметив, что Зико собирается что-то сказать, посмотрел ему в глаза, сжав плечи младшего, начал почти кричать, как будто боялся, что если не скажет сейчас, то или взорвется от накопившихся эмоций, или никогда уже не сможет признаться ему. - Нет, молчи, теперь говорю я! Я обманул тебя и тогда, и сегодня! Это была не шутка! Ты уже давно мне нравишься. С самого начала знакомства. И чем больше я о тебе узнавал, тем больше ты мне нравился. Ты так искренне проявлял интерес ко мне, был так внимателен, что тогда я решил, что это мой шанс на взаимность, не сдержался и проверил. Но всё оказалось совсем ужасно. Конечно, тебе совершенно чужды такие эмоции с моей стороны. И я понимаю то твоё негодование. И наверное мне остается лишь извиниться. И после небольшой паузы Чжинён уже совсем тихим голосом добавил, не опуская рук: - Ну вот, теперь ты всё знаешь. Думаю, дружбы у нас не получится. Но ты ведь и так сказал, что она тебе не нужна. Да и общаться мы теперь вряд ли сможем. Только если по работе. Но твоя шутка, хотя и очень странная, была мне очень приятна. Я запомню её. Ну ладно, я пойду. - И развернулся, чтобы уйти. Но, сделав несколько шагов, он услышал: - А ну, стоять! – Чжинён послушно остановился, а Зико продолжил. – Ты!.. Ты!.. Знаешь, тебе так и хочется врезать! Ты вывалил всё это на меня и решил удрать? Ну, уж нет! Стой и слушай! Я мучился всё это время, пытаясь разобраться в себе, а когда нашёл ответ, то попытался всё равно заглушить эту дурацкую боль по поводу твоей «очень весёлой шутки» и списать всё на чёртову дружбу! А ты, оказывается, врал! Почему ты мне сразу не сказал? Ты такой придурок, хён! – последнюю фразу Зико прокричал особенно громко, но дальше уже почти шепча, - а я ещё больший придурок. Потом он подошёл к Чжинёну и обнял со спины. И спустя мгновенье прошептал где-то рядом с ухом: - Ты ведь мне тоже нравишься. Очень. Старший развернулся в его руках, обнял Чихо в ответ и, опираясь подбородком о плечо, тихонько спросил: - И что нам теперь делать? - Я не знаю, - прошептал Зико. И тут, Чжинён, повернув голову, поцеловал Чихо. На этот раз получилось более страстно. Хён провел языком по нижней губе Зико, и тот, от неожиданности, приоткрыл рот, углубив при этом поцелуй. Оторвавшись через некоторое время от Чихо, Чжинён спросил: - А так? Зико только засмеялся в ответ и снова обнял старшего. - Это будет очень непросто. - Знаю точно, мы должны попробовать быть вместе, чтобы потом не жалеть об упущенном шансе. - Определённо. Должны, - ответил Чжинён, а помолчав, добавил шёпотом, - самый лучший день рождения. - Что? – спросил Зико. - Нет ничего, - и прижался к младшему ещё сильней.