Глава 12. Маски сорваны
17 августа 2018 г., 15:50
Послеполуденное солнце безжалостно билось в закрытые окна, а она вдруг явственно ощутила бьющую тело дрожь. Положив телефон на столик, обхватила плечи руками.
— Замерзла? Джо! — она даже не сразу услышала обращенные к ней слова, вздрогнув, обернулась. — Джо, тебе холодно? Отрегулировать кондиционер?
Кати стояла за ее спиной, пытаясь по выражению лица прочитать ее мысли.
— Этьен звонил, — не отвечая на вопрос подруги, Джоанна продолжала потирать плечи. — Сказал, что приехал король. Кристиан все время с ним и эмиром, будет поздно.
— Это его работа, — улыбнулась Кати, мягко усадив Джоанну на диван, присела рядом. Подруга откровенно дрожала, несмотря на почти сорокоградусную жару. — Что с тобой? Кристиан при эмире, все хорошо. А то, что задержится, так можно понять — предпоследний день выставки, завтра самые важные торги.
— Чем ближе к завершению, тем мне тревожнее… — Джоанна сама не могла объяснить, откуда взялся этот липкий страх, все сильнее окутывающий ее. — Мы все были уверены, что Ахмат что-то задумал именно на выставке. И его бездействие…
— Все будет хорошо. — Кати пыталась приободрить подругу, хотя сама замечала, что с каждым днем беспокойство Этьена растет в геометрической прогрессии. — Они там все вместе, следят друг за другом.
— Да, конечно… Но мне не по себе. Не могу объяснить.
Джоанна резко поднялась и подошла к окну. Огромные листья растущей напротив окна пальмы облюбовала небольшая группа птиц, сиявших своим ярким оперением словно сошедшая с небес на землю радуга. Они радостно щебетали, то и дело подставляя разноцветные перышки под брызги расположенного посреди двора фонтана. Увлеченные купанием, они не заметили, как невесть откуда взявшаяся большая птица схватила когтями чуть отбившегося от них «собрата» и стремительно взмыла вверх. Джоанна замерла, наблюдая хаотично скачущих по листьям маленьких птиц.
— Ты просто волнуешься. — Кати подошла и замерла за ее спиной, ободряюще обхватила за плечи. — Вы с Кристианом столько прошли вместе, что ты уже не можешь не переживать за него. Но сейчас он не один, с ним ребята, и они…
— Врут. — Джоанна обернулась и наткнулась на удивленный взгляд Кати. — Этьен врал. Красиво, складно, логично. Врал. Я не могла понять, что не так, а теперь… — Джоанна бросила взгляд в окно на сорвавшихся вслед за «похищенным» собратом птиц. — Кристиан не при эмире, — она вновь посмотрела на Кати, — что-то случилось.
***
— Меняем реки, страны, города… Иные двери… Новые года… А никуда нам от себя не деться, А если деться… От расплывшейся по лицу Ахмата улыбки у Кристиана знакомо потянуло тяжестью внизу живота. В том, что тот узнал его, едва увидел клеймо на плече, он не сомневался — сам же и поставил когда-то. По реакции талиба Кристиан понял, что до этого момента тот действительно не подозревал, что прозвучавший год назад ранним декабрьским утром взрыв имел совсем не те последствия, что он запланировал. Значит, хорошо тогда они с Этьеном сработали. По большей части безэмоциональный человек, Ахмат не смог, однако, сдержать промелькнувшие на его лице за несколько секунд эмоции: шок, удивление, неверие. Но он быстро взял себя в руки и вот уже, откинувшись на спинку кресла, в нескольких словах выражал суть их «отношений», недвусмысленно намекая на их развитие. И теперь надо сделать так, чтобы и весь прошедший год был не зря. — … только в никуда… — закончил за Ахмата одно из известных изречений Омара Хайяма Кристиан. Они снова встретились. В третий раз. Кристиан знал, а Ахмат — это было видно по его лицу — сразу понял, что эта их встреча совсем не случайна. И на этот раз одному из них живым точно не уйти. Но несмотря на, казалось бы, очевидный ответ, кто будет этим «несчастливчиком», Кристиан не собирался сразу же признавать поражение. Его жизнь уже не единожды доказывала, что выбраться можно даже из безнадежной ситуации. А, учитывая, что где-то совсем рядом его друзья, и они не будут сидеть сложа руки, вопрос «победы» Ахмата виделся ему крайне спорным. Главное, продержаться, пока парни будут его искать. Оставалось надеяться на то, что, судя по словам того же Ахмата, он ему был нужен для завершения какого-то плана. Со стороны подоконника, до сих пор хранившего молчание, раздался грохот. Ничего не понимающий Мелек, увлеченный наблюдением за ними, не заметил, как оказался на самом краю и чуть не распластался на пыльном полу. Правда, смог удержаться на ногах. — Вы думаете, знаете, — слегка повернулся в его сторону Ахмат, — кто почтил нас своим присутствием? — Личный помощник эмира Камаль аль-Ратини… — произнес Мелек, однако, уже начав в этом сомневаться. — Знакомьтесь, — голос Ахмата вмиг приобрел стальную холодность, отчего и сам Кристиан, и Мелек невольно вздрогнули, — бывший Председатель Совета Безопасности ООН, Директор Генерального Управления внешней безопасности Франции… «Finita la comedia» … — промелькнуло в голове Кристиана. — Месье Кристиан Рокье. — Маски сброшены, господин Абдула Рашан. Или… — Кристиан в ответ выдержал паузу, откровенно любуясь напрягшимися скулами «помощника посла», — бывший главарь отряда Талибан Ахмат Шакаа. Твоя истинная фамилия как нельзя лучше соответствует твоей сущности. Шакал — он и под личиной дипломата шакал. В воцарившейся тишине, казалось, было слышно, как хлопает глазами ошарашенный услышанным Мелек. — Всё так же хамите, месье Рокье… — вдруг улыбнулся Ахмат. Он с нескрываемым интересом рассматривал его, словно искал в изменившемся облике знакомые черты. — Я смотрю, с вами поработали на славу, — было видно, он поражен их встречей. — Однако, как вам это тогда удалось? — Не все тебе, талибанское отродье, партии выигрывать, — сдержанно ответил Кристиан, заметив, как заходили желваки на скулах Ахмата. — Партию, — наклонился тот вперед, при всей его внешней невозмутимости глаза загорелись огнем, — вы, может, и выиграли. А вот сражение… Скажем так, — снова откинувшись на спинку кресла, Ахмат откровенно получал удовольствие от вида стоящего перед ним на коленях заклятого врага, которого он считал погибшим. — Первый раунд — ничья, выбрались вы в Пакистане тогда исключительно потому, что так было задумано. Второй раунд… Соглашусь, тут вы обыграли меня. Но прятаться всю жизнь не в вашем характере. Третий раунд был неизбежен. Поэтому вы здесь. Не так ли, месье Рокье? — Я здесь, потому что нам вдвоем слишком тесно на этой земле. — Что ж… — усмешка покинула лицо Ахмата. — Значит, один из нас должен покинуть ее. — Есть предположение? — Вряд ли оно вас устроит. Но что делать? A la guerre comme a la guerre. А знаете, месье Рокье, — Ахмат вдруг удовлетворенно хлопнул руками по подлокотникам кресла, — это даже хорошо, что именно вы оказались тем недостающим звеном, что мне нужно для достижения цели. Я знаю вас, а значит, нет надобности тратить время на прощупывание. И можно перейти к главному. — Если ты считаешь, что знаешь меня, значит, должен понимать, что все твои усилия будут иметь один результат. — Это смотря, что использовать… Как видите, — Ахмат театрально развел руками, — здесь нет ни раскаленной кочерги, ни кнута. Но… — Кристиан старался сохранять непроницаемое выражение лица, пока внизу живота предательски разгорался пожар. — Есть кое-что другое, что гораздо эффективнее, и у нас с вами предостаточно времени это проверить, пока ваши друзья будут бегать по этажам, разыскивая вас. И снова глаза в глаза. Ком в горле, усмешка на губах напротив. Они слишком хорошо знают друг друга…***
— Что случилось, господа? Макс чуть не проглотил сигарету, увидев вошедшего в дверь человека. Да, Этьен кому-то звонил, разговора он не слышал, слишком был в своих мыслях, пытаясь понять, что им делать и где искать Кристиана. На слова Этьена, что им надо дождаться какого-то важного человека, лишь рассеянно кивнул. И вот этот человек пришел. И не один. — Ваше Величество, — Этьен сделал шаг навстречу вошедшему, — Кристиан пропал. — Кристиан? — удивлено переспросил стоящий за спиной короля эмир. — Какой Кристиан? — Дорогой мой Султан, я вам позже все объясню, — повернувшись к эмиру вполоборота, произнес король Салман и тут же вернулся к Этьену. — Пожалуйста, подробнее, месье Пру. — Последний раз господин Броншайн видел его в главном зале перед обедом. Отвлекшись на несколько секунд, он его на прежнем месте не нашел. Вместе с ним пропал и Ахмат. «Месье Пру? Ахмат?» Ничего не понимающий эмир лишь переводил взгляд с короля на столь вольно разговаривающего с ним мужчину. Помнится, его представляли, как руководителя секретариата посольства Франции Оливье Карджана. И чтобы секретарь, пусть и руководитель, так вел себя с королем?! Что происходит? — Вы проверяли камеры? — Из здания они не выходили, — кивнул Этьен. — Значит, они где-то здесь. Но обыскивать сто сорок этажей… Жизни не хватит. — Ваше Величество, — эмир сделал шал вперед, почтительно замерев рядом с королем, едва тот одобрительно кивнул, продолжил, — когда я покидал выставку, пришло сообщение о проникновении постороннего в закрытые помещения. Я направил Мелека — начальника охраны — разобраться. — Свяжитесь с ним немедленно, — тут же распорядился король, — возможно, эти события связаны. Расспросите его, может он видел месье Рокье или разговаривал с ним. — Ваше Величество… — несколько замялся эмир. — Настоящее имя Вашего помощника Камаля аль-Ратини — Кристиан Рокье, — понял причину замешательства эмира Этьен. — Но пока об этом, кроме нас, никому не надо знать, — добавил король. — Дорогой мой Султан, эти люди весь прошедший год подбирались к одному из самых опасных международных террористов. Все подробности позже. Сейчас надо найти месье Рокье. — Ваше Величество, — снова обратился к королю Этьен, — нашему человеку посмотреть бы записи со всех видеокамер. — Я распоряжусь, — король тут же потянулся за телефоном, — но там сотни, если не тысячи флеш-карт. Он справится один? — Придется. У нас нет иного выбора, — вздохнул Этьен. — Я помогу Леону. — Макс сразу понял, о ком тот говорит. — Ты мне нужен для другого, поэтому… — Я выделю вам своих лучших людей, — прервал Этьена король, ожидая, пока ему ответят, — они не будут задавать лишних вопросов, а, закончив, тут же забудут, что вообще что-либо делали. Даю вам слово, — заверил он и тут же что-то быстро начал говорить в трубку на своем языке. — Вот что, — пока король и эмир отдавали распоряжения, Этьен подошел к Максу, — Леон с людьми короля будут шерстить записи, где-нибудь Кристиан и Ахмат должны были попасть в объектив, а ты отправишься в иракское посольство и не выйдешь оттуда, пока не обыщешь комнату и вещи Ахмата. Что хочешь делай, хоть министра свяжи. Понял? Макс коротко кивнул. Он даже не стал спрашивать, зачем все это. Когда найдет — поймет. — Месье Пру, — едва Макс скрылся за дверью, Этьен услышал голос короля за спиной, — через пятнадцать минут мои люди будут в распоряжении вашего человека. Могу я еще чем-то вам помочь? — В случае необходимости сделать вид, что никакого сообщения о беспорядках в иракском посольстве не было… — Этьен многозначительно посмотрел на короля. — Какие беспорядки? — Спасибо. — Господин Карджан… Месье Пру… — эмир подошел к ним, — я вызвал своего начальника охраны. Как только у меня будет информация, я тут же сообщу вам. — Спасибо, мой Господин, — поклонился Этьен, — только прошу вас не называть… — Мы ищем моего пропавшего бесследно помощника Камаля аль-Ратини, — прервал Этьена эмир. — Благодарю вас… — Я пока покину вас, дорогой друг, — обратился к Этьену король. — Если будет нужно что-то еще, обращайтесь в любое время. А пока будем молиться, чтобы месье Рокье нашелся живым. — Благодарю вас, Ваше Величество, — дрогнувшим голосом произнес Этьен, король невольно озвучил самый большой его страх сейчас. — Да поможет нам Аллах… — подняв глаза и сложенные вместе руки к небу, король беззвучно прошептал что-то еще и направился к двери. Там на него чуть не налетел раскрасневшийся от быстрого бега мужчина, сжимавший под мышкой ноутбук. Резко затормозив, он впечатался в стену, чтобы избежать столкновения. И так и стоял, пока король и эмир не покинули комнату. — Кто такие? — опускаясь на стул, спросил Леон, параллельно открывая и запуская ноутбук. — Король Саудовской Аравии и Хранитель двух святынь Салман ибн Абдул-Азиз Аль Сауд и эмир Шарджа Султан Третий бин Мухаммад аль-Касими, серость… — присаживаясь прямо на стол, вздохнул Этьен. В другое время они бы даже посмеялись, Леон бы непременно ляпнул что-то вроде «ибн аль чего?», но сейчас… — Ты запросил записи? — только и спросил он, запуская одну за другой программы. — Король обещал и записи, и дополнительные глаза, — кивнул Этьен, поворачивая голову к Леону. — Найдем мы их, найдем… — тихо произнес тот, едва их взгляды пересеклись. — Только бы он продержался… Этьен сглотнул предательский комок в горле. И он, и Леон сейчас, к сожалению, были почти уверены, что случилось то, чего они так боялись — встреча Кристиана и Ахмата состоялась без них.***
— Эмир потерял своего помощника? — театрально расстроился Ахмат, едва Мелек выключил телефон. Все время его разговора Кристиана держали за руки, предусмотрительно зажав рот рукой. Сидя в кресле, Ахмат невозмутимо наблюдал за обездвиженным врагом, который при всем желании не смог бы ни издать хоть какой-нибудь звук, ни сделать хоть мало-мальское движение. Звонок эмира был ожидаем, а потому, едва телефон Мелека заиграл что-то заунывное, один из стоящих около Кристиана охранников, ногой прижав его ноги к полу, с такой силой свел связанные руки за локти, что от пронзившей плечи и спину боли тот едва не укусил закрывшую его рот ладонь второго охранника. Размером чуть ли не с пол его лица, она не только лишала его возможности говорить, да и элементарно стонать или мычать, но и почти перекрывала доступ кислорода в нос. — Господин ищет меня. Я так думаю, по его душу, — кивнул Мелек в сторону хватающего ртом воздух Кристиана. Тот почти посинел, пока ему вернули способность дышать, но Ахмата это, казалось, совершенно не трогало. — Ну, ты иди… — кивнул Ахмат, — помоги, чем сможешь. — Кажется, я видел господина аль-Ратини в северном крыле, в районе смотровой площадки… — задумчиво пробормотал Мелек, направляясь к двери и замерев напротив Кристиана. Тяжело дыша, боясь, как бы не накрыл приступ, тот лишь прикусил губу. Подняв голову, заметил усмехающегося Ахмата. «Верный» эмиру Мелек собирался направить поиски в совершенно противоположном направлении. — Удачи, — не оборачиваясь, бросил Ахмат в удаляющуюся спину. Едва за Мелеком закрылась дверь, как он наклонился к все еще пытающемуся привести дыхание в норму Кристиану. — Теперь вы понимаете, почему я прикормил эту гиену? Да, он понимал. Ахмат все рассчитал. Но что такого он задумал, что так тщательно все продумал и предусмотрел? Даже то, что эмир подключится к поискам. — Гиены тянутся к себе подобным, — все еще хриплым голосом произнес Кристиан, не отводя взгляда от усмехающихся глаз. И пусть Ахмат считает себя хозяином положения, но он сделает все возможное, чтобы стать ведром дегтя в его бочке меда. — Вы, я смотрю, все такой же разговорчивый, — невозмутимо ответил Ахмат, закидывая нога на ногу, — только не по делу. Пора бы уже и к главному перейти. Итак, месье Рокье… Завтра, когда Его Величество в сопровождении эмира прибудет на последний день выставки, произойдет событие, которое всколыхнет не только Ближний Восток, но и весь мир. Как вы считаете, только финансовые рынки рухнут, отреагировав на смерть в результате покушения сразу двух правителей или произойдет еще что-то интересное? Кристиан неприкрыто вздрогнул. При всем безумии Ахмата он не сомневался, что тот говорит всерьез. — Вижу, вам нравится моя идея. В знак нашей давней дружбы я дам вам непосредственно поучаствовать в ее воплощении. Мне! — наигранная слащавость в голове Ахмата молниеносно сменилась жестокой холодностью. — Нужны пароли от средств защиты комнат во дворце, коды сигнализаций в машинах и координаты раций охраны. Мелек что-то трепался про последнее, но первые два пункта ему вообще неизвестны. А вот вам, судя по его информации, очень даже хорошо. — Обобьешься… — спокойно сказал Кристиан, опустив все то нецензурное, что крутилось на языке. — Я ожидал такой ответ. А, зная ваш характер, могу предположить, что вы намерены до конца быть верным вашему последнему Господину. — Ахмат вздохнул и поднял руку. До тех пор все еще подпиравший стену около двери третий громила подошёл и вложил в нее нечто, выуженное из кармана пиджака. — Смерть ваша мне пока не нужна. Достаточно, чтобы вы потеряли контроль над своим сознанием. Не было же никакого знака! Или он не заметил? Рывком подняв на ноги, громилы подтащили его к расположенной около кресла Ахмата колонне, привычно вынудив встать на колени, подняли руки, закрепили, обмотав чем-то похожим на канат, только тонкий. — Вы должны знать, что иногда ласковое обращение помогает достичь гораздо лучших результатов, чем грубая сила, — склонившись к уху Кристиана, многообещающе прошептал Ахмат. О чем это он? И тут в его руке Кристиан увидел ответ на свой вопрос, гарантирующий немало «веселых» минут впереди. Он молча смотрел, как светло-зеленое содержимое ампулы заполняет средних размеров шприц. «Октавитан», он же «нежный убийца», мощный наркотик-парализатор, действующий на мозг настолько угнетающе, что человек перестает отвечать за свои действия и делает все, что ему скажут. Начинается все незаметно, с легкого головокружения и слабости мышц, словно ты паришь, не чувствуя своего тела. Когда подключаются галлюцинации, бред, судороги, ты уже буквально чувствуешь, как сходишь с ума. При малой концентрации, если сам себя не прибьешь, растворяется в крови за десять часов. В зависимости от степени концентрации возможен летальный исход. Противоядия нет. Почувствовав, как игла медленно входит в плечо, Кристиан знал лишь одно — нельзя давать сознанию уплывать. Попытаться сделать это можно лишь одним способом — только физическая боль способна блокировать воздействие наркотика, заставляя мозг активно реагировать. Фактически обездвижив его, Ахмат лишил его возможности самому себе причинять боль, чтобы удерживать сознание. А значит, судя по введенной ему пока половине шприца, у него примерно десять минут, чтобы придумать, как спровоцировать на это самого Ахмата.***
Картинки с камер наблюдения мелькали перед глазами. Этьен честно не знал, как Леон до сих пор сосредоточен, у него самого уже перед глазами мушки табунами скакали. Не выдержав больше, он отвел взгляд и добрел до дивана. Интересно, Макс уже добрался до посольства? Машиной тут при удачном раскладе около двадцати минут. Но по внутренней рации он слышал, что кто-то спер полицейский мотоцикл. Раздавшиеся в коридоре торопливые шаги, кажется, двоих, заставили его удивленно повернуться к двери. Может, начальник охраны эмира нашел Кристиана, и это они спешат, чтобы, ворвавшись, успокоить всех и сказать, что все хорошо? Или король прислал еще людей на подмогу, три «пизанских» башни из дисков с записями откровенно угнетали. Этьен был готов предположить все, что угодно, вплоть до натравливания на них иракской стороной полиции. Все, кроме того, что увидел на самом деле. — Сначала. По порядку. И не врать. Джоанна замерла напротив него, отрезав пути к отступлению. Кати за ее спиной лишь разводила руками.
