Неидеальное свидание

– Bellissimo! – от громкого шёпота Аоямы Очако нервно дёрнулась и развернулась, едва не облив себя апельсиновым соком. Это было бы очень некстати – она и так потратила достаточно времени на то, чтобы собраться на свидание, и бежать переодеваться вновь ей не улыбалось. А платье-то было бело-розовым, как вишнёвое пирожное… Яомомо и Хагакуре сказали, что мальчикам нравится, когда девочки выглядят нежно и романтично. Что думал о её наряде Аояма, она узнала незамедлительно: – Лучше джинсовых шорт и маек, однозначно, – он покивал своим мыслям, оценивающе окидывая Очако взглядом так, словно был именитым модельером. – Но я бы добавил больше кружев. Видимо, ты не совсем разбираешься в подобной моде, и… – Всё-всё-всё! – Очако торопливо поставила на кухонный стол бокал с соком и выставила перед собой ладони. На полноценный комплимент от Аоямы – Аоямы! – она даже не надеялась, но дать ему сесть на любимого конька означало отправиться на свидание в его компании. Или заставить Изуку ждать у ворот академии до позеленения. – Я поняла. В следующий раз буду спрашивать у тебя. И с чего вообще итальянский? Ты же… француз? Англичанин? Аояма так часто мешал языки, что порой Очако путалась. Но «Bellissimo» она точно ещё не слышала, в отличие от теперь знакомого до каждого звука «Merci». Впрочем, интерес к языкам сейчас волновал её в последнюю очередь, и расчёт был на: – А, решил пополнить свою лингвистическую копилку! Перевод темы удался. Аояма приосанился и довольно поправил жабо под жилетом дикого цвета фуксии. В это же время тихие шаркающие шаги в коридоре, которые и заслышала Очако, смолкли, и на кухню робко заглянул Кода. В его руках сонно водил носом его питомец. – Я не помешаю? – смущённо спросил он, поглаживая кролика за ухом. Очако воспрянула духом, быстро глянула на наручные часики и молитвенно сложила руки на груди за спиной Аоямы. Видимо, её тихие жестикуляции смутили Коду ещё больше, но он кашлянул и неловко продолжил: – Я-я… я бы тоже хотел послушать про итал-льянский… Пока беру овощи Юки. – Итальянский – очень певучий язык! – тут же ожил Аояма. Очако бочком прошла мимо него, благодарно улыбнулась мнущемуся Коде и помахала им обоим руками: – Извините! Я бегу! И была такова. Даже успела выскочить за дверь общежития, пока с лестницы второго этажа сбегала Мина с криком: – Очако! Я же хотела ещё про одно место вам сказа-ать! Очако очень любила своих друзей. Но также искренне считала, что свидание – дело двоих, и без просьб идущих на него не стоило пытаться дополнительно что-то посоветовать. Потому что: «Мина, ну куда мне на квест ужасов в этом платье?»

***

Официально они с Изуку встречались почти два месяца. Хотя после его признания и согласия Очако практически ничего не изменилось – они по-прежнему общались в одной компании, делали вместе уроки и работали в паре на практических занятиях. Мир не перевернулся с ног на голову и не зацвёл розовыми цветами, да и не должен был; просто у Очако каждый раз ёкало сердце, когда красный от смущения Изуку брал её за руку или целовал в уголок губ. Или делал робкие комплименты, прямо как сейчас: – Ох… О… Отлично выглядишь! Так красиво! Он стоял у ворот, пытаясь поправить криво завязанный галстук, по цвету едва не сливающийся с его щеками. В честь их первого официального свидания Изуку тоже принарядился: белая рубашка и тёмно-зелёные брюки, только вместо лакированных ботинок любимые красные кроссовки. Стоило Очако шагнуть ближе, и он тут же прекратил терзать галстук и выпрямился, вытянув руки по швам. Спохватился, хлопнул себя по лбу и виновато рассмеялся: – Прости, я… Ох. Что-то нервничаю. Очако тоже нервничала. По дороге от общежития до ворот она успела пощипать кисточку на сумке и теперь сама смущённо мялась около Изуку, ощущая стискивающее грудь волнение. Что там должны делать люди на первом свидании? Вряд ли что-то сакральное. Ходили же они в кино вместе с Иидой или катались в аквапарке с Цую и Токоями! Сегодня тоже – кино, кафе, прогулка по парку до академии, всё просто и понятно… … на словах. – И я. Они с Изуку переглянулись и синхронно выдохнули. Проходивший в отдалении Киришима приветливо помахал им рукой, а Бакуго, мрачно шествующий следом, скорчил недовольную мину. Если мироздание и решило намекнуть им, чтобы не тянули время, то за его знак можно было принять этот случай. По крайней мере, Изуку бросил взгляд на время на смартфоне и сказал почти бодро: – В общем… до сеанса почти два часа. Успеем доехать и даже сесть спокойно. – Да, пошли! – вышло преувеличенно бодро, но Очако было всё равно. Она поймала лучистый взгляд Изуку, сама рассмеялась и, взявшись за его протянутую руку, позволила утянуть себя на улицу. Все же как-то переживали своё первое свидание. И они смогут!

***

Холл кинотеатра встретил их гулом переговаривающихся посетителей, бодрой попсовой музыкой из динамиков под потолком и глянцевыми афишами будущих премьер на стенах. После прогулки по тёплой сентябрьской улице воздух здесь казался остывшим и прохладным, и Очако невольно повела плечами, чувствуя, как неприятно липнет к взмокшей спине ткань платья. Ох, лишь бы это было не очень заметно! «Неловко». – Я в очередь, хорошо? – Изуку тронул её за локоть и кивнул на кассу, возле которой стояло человека четыре. – Потом… купить тебе попить? Очако оглянулась на лавочку с коктейлями, притулившуюся в углу холла. Под весёленькой вывеской с фруктовой корзинкой скучающе читала журнал девчонка-студентка, и желающих закупиться у неё точно не наблюдалось. А электронные часы над входом методично отсчитывали время до начала сеанса – уже меньше получаса. – Давай лучше я пока пойду куплю? – Очако улыбнулась. Молочные коктейли с фруктовыми сиропами она любила. – Чтобы не терять время? Изуку ощутимо замялся. Похоже, тоже получил от друзей свои инструкции по свиданию, и Очако была уверена: даже записал. А если одним из инструктировавших был Иида, то Изуку мог снять копии с его записей – ей сложно было представить их несерьёзными даже в этой ситуации. Впрочем, они просто хотели, чтобы всё прошло идеально. – М? – Л… Ладно, – Изуку нехотя тряхнул головой. – Спасибо. Я… в общем, бери на своё усмотрение! Я доверяю твоему вкусу. Очако тихо фыркнула в кулак и, легонько пожав его руку, убежала к лавочке. Всё шло неплохо, и она чувствовала, как её понемногу отпускает волнение. Всю дорогу оно словно затаилось под рёбрами, мешая сосредоточиться на беззаботной болтовне и простом времяпрепровождении – словно им действительно выписали алгоритм, которому стоило следовать. Но сидеть в автобусе, как на иголках, было совсем невесело! И уж точно будет грустно, если они проведут так весь день. «Ну-ка, – Очако тряхнула головой, доставая кошелёк и рассматривая цветастое меню, – всё. Ничего необычного! Собралась и ка-ак давай развлекаться в свой выходной! И без того редкий, а идеалы-то всё равно у каждого свои…» Она почти успокоилась, и сердце перестало нервно трепетать где-то в горле. Самовнушение и простые, понятные действия оказались сродни лекарству от этого едкого, но пустого беспокойства. Пока девчонка-продавщица делала ей два больших клубнично-шоколадных коктейля, Очако болтала с ней о пустяках и веселела ещё больше. Попсовая музыка в динамиках сменилась на рок, на настенных экранах кинотеатра побежали титры какой-то новой фантастики, Очако узнала адрес недавно открывшейся кондитерской, Изуку дошёл до кассы – определённо, что вообще может быть плохого? Ничего. Сегодня – ничего. У них будет лучшее свидание! Очако быстро расплатилась, тепло распрощалась с продавщицей и вернулась к Изуку, у кассы сверяющему места на билетах. Но не успели они перекинуться и словечком, как крутившийся там же тощий пятилетка в кепке внезапно замер, таращась на них во все глаза, и громко сказал: – Ой! – и восторженно ткнул в их пару пальцем. – А я вас знаю! Деку! Уравити! Ма-а-а-ам, а я узнал Деку и Уравити без костюмов! Смотри, смотри, какие они! А можно автограф?! Он тараторил, чуть подпрыгивая на месте, и выглядел до невероятного счастливым. После спортивного фестиваля ещё на первом году школы и тем более после получения временной лицензии чуть ли не каждый ученик-герой обзавёлся своими фанатами – это неудивительно, если твоё лицо часто мелькает в новостной ленте Интернета или по телевизору. Но такой незамутнённый восторг, словно перед ребёнком стоял сам Всесильный, Очако видела впервые. Это льстило и одновременно смущало и обескураживало, а уж когда на восклицания мальчишки не только прибежала его мама, но и стали оборачиваться прочие посетители… ей невольно подумалось: «Кажется, я понимаю Айзаву-сенсея». Он говорил им: «Личная жизнь? Ну, попробуйте. Посмотрю я на вас, как с вашим темпом работы вы её устроите. Кто-то успевает, кто-то нет… а впрочем, увидите сами». И она видела. Мама мальчишки извинилась за его излишние восторги, но они с Изуку только переглянулись, замахали руками… и правда подписали ему футболку – уж очень просил. А потом к ним подошла стайка студентов, молодая семья, пожилая пара… Они говорили, что видели и их, и работу их одноклассников по телевизору, желали удачи в будущем, пара ребят даже тоже попросила автограф и пообещала прийти на спортивный фестиваль в новом году. И внутри Очако словно взрывался фейерверк эмоций, и предательски пылали щёки – конечно, не пресс-конференция у журналистов, но не легче! Особенно когда одна девчушка их возраста громким шёпотом спросила: – А вы… на свидании? – и прикрыла лицо подписанным Изуку блокнотом. Сама, кажется, смутилась, но слова уже вылетели, и Очако вспыхнула ещё ярче. Горячее тепло разлилось не только по щекам, но и шее, а у Изуку заалели кончики ушей. – Простите! Совершенно неожиданно их спасла девушка-кассир: – Сеанс «Огненного гонщика» начнётся через три минуты! – она постучала ногтём по стеклу своей кабинки и неожиданно подмигнула Очако. – Не толпитесь все, а то опоздаете! Люди зашумели, заизвинялись и торопливо брызнули в стороны. Изуку осторожно коснулся плеча Очако и кивнул в спины студентам и девочке-с-вопросом-о-свидании: – Нам… тоже в ту сторону. Пойдём?.. Наверное, он хотел предложить уйти – на них продолжали оборачиваться и поглядывать. Но Очако хотела это свидание – в том виде, каком они решали изначально; поэтому она тряхнула головой, сама взяла Изуку за запястье и улыбнулась, пряча снова проснувшееся волнение: – Пойдём. Мы ждали премьеру «Гонщика» почти год! И Ииде с Цую обещали потом рассказать, как оно! – даже отпила коктейля, показывая, что настроена развлекаться вовсю. Изуку прикусил свою трубочку и тоже улыбнулся: – Хорошо. Добавил чуть тише: – Ты… замечательная, Очако-сан. Её сердце, по ощущениям, сделало кульбит. И от его слов, и от усилившегося волнения, и снова накрывшего волной смущения. Очако хихикнула, как влюблённая школьница из дорамы, и неловко пробормотала в ответ: – Ты тоже, Изуку-кун. На сеанс они, конечно же, опоздали.

***

Уже на нём – этом самом сеансе – Очако так и не смогла сосредоточиться на фильме. С самого начала, стоило им зайти в погружённый в полумрак зал, она ощущала на себе чужие любопытные взгляды, от которых хотелось почесаться. Удивительно, насколько жадными бывают люди до чужой личной жизни! Ей думалось, что лучше бы они смотрели на экран и наслаждались кино, а не вертели головами в их сторону, но не вставать же во весь рост и не просить об этом? Очако тихо выдохнула и пожевала губами, нервно ёрзая на месте. Её решительность ещё не дала трещину, и уходить она не собиралась, но сидеть в такой обстановке было неуютно. Спасибо, что без фотографий на телефон и постов про них с Изуку в Интернет! По крайней мере, ей хотелось верить в людское благоразумие и умение уважать личное пространство хотя бы немного. На экране начинались гонки: громко взревели моторы гоночных автомобилей, резко пробуксовали по покрытию шины. Очако отпила остатки своего коктейля и, опустив глаза ниже, случайно поймала взгляд той самой девочки-с-вопросом, сидящей двумя рядами ниже. Та вздрогнула и торопливо отвернулась, как застигнутый врасплох воришка, и Очако невольно стиснула пальцами колено – это уже было… неприятно. Особенно если помнить о чужих извинениях, которые теперь кажутся пустыми. «Ох, мамочки…» – Очако-сан… – Очако сама вздрогнула от тихого, едва различимого за шумом с экрана шёпота Изуку и полуобернулась. Тот смотрел на неё внимательно, словно о чём-то раздумывал, а потом протянул руку и осторожно погладил её костяшками пальцев по предплечью. Прикосновение было совсем лёгким и щекотным, но по телу Очако словно прошёл электрический разряд, и она рвано вздохнула. Изуку смущённо улыбнулся и подал ей приглашающе раскрытую ладонь – не настаивал, как это на него похоже! Но Очако вложила в неё пальцы, и до конца сеанса они так и досидели, держась за руки, как типичные школьники. А потом первыми скорее ушли и из зала, и из кинотеатра. В кафе ажиотажа, к счастью, не было. Но они на всякий случай сели за столик в углу у большого развесистого цветка, чтобы привлекать меньше внимания, и сделали заказ. Приветливая официантка упорхнула на кухню, и Очако, оглядевшись, позволила себе откинуться на спинку стула и немного перевести дух. Как ей хотелось провести этот день беззаботно, и как всё выходило! Будто мем «Ожидание и реальность», который ей кидала Мина. – Очако-сан, как ты? – Изуку сложил руки на столе, сцепив пальцы в «замок». Видимо, он хотел добавить что-то ещё, но помялся и не нашёл нужных слов, разглядывая столешницу. Очако его понимала – сама не могла подобрать характеристики тому, что произошло сегодня. Чужое внимание уже начинает становиться частью их жизни, но к этому ещё привыкать и привыкать! Или прятаться от камер и не давать интервью, как Айзава-сенсей. «Выбор, – говорил он, – за вами». И Очако не была уверена, что готова сделать его сейчас. Слишком рано для тех, кто недавно начал свой путь по геройской лестнице. – Всё хорошо, – она украдкой поправила держащий причёску бант. Та была простенькой, но симпатичной – Очако на это надеялась, – не переживай! Люди… разные бывают, сам же знаешь. Может, поговорим лучше о чём-нибудь другом? – Просто я подумал, что тебя это… – Изуку постучал одним большим пальцем по другому, всё не расцепляя рук, – напрягло? Там, пока шёл фильм… «Да и до этого. Но ты и так всё заметил, Изуку-кун». – Н-но если хочешь!.. – он поднял на неё глаза. – То давай о другом. Вот сам фильм, мы же на него не просто так ходили, и он как продолжение первой части… Изуку был очень чутким, и Очако ценила эту его черту. Помочь всем и каждому невозможно, но он пытался сделать всё, что в его силах, даже для простого дела. Даже на их свидании ей, чтобы Очако было хорошо и комфортно – ну что за неловкий и добрый парень! Она слушала его голос, с лёгкими смешками наблюдала за активной жестикуляцией, отвечала и поддерживала разговор, а потом им принесли чай и мороженое, и они вместе тихонько смеялись над необычной и забавной подачей. Очако было уютно с Изуку. До покрасневших от очередного милого комплимента щёк, до щемящей нежности в сердце – даже если эта влюблённость когда-нибудь вдруг пройдёт, вряд ли она всё забудет. Сейчас Очако не хотела думать о будущем. Но отголоски их долга снова дали о себе знать. Традиционно в самый неподходящий момент. – Помогите! – крик долетел с улицы сквозь приоткрытое окно. – Ограбление! Раздавшийся сразу за этим взрыв был похож на громкий, почти оглушающий хлопок. От него печально зазвенели оконные стёкла и витрина, закачалась лампа на длинном проводе под потолком, подпрыгнул на стойке и упал на пол чей-то пустой бокал. Официантка, рассчитывающая Очако и Изуку, испуганно выронила из рук книжечку с оплатой заказа, и по кафельной плитке со звоном разлетелись мелкие монеты. Кто-то из посетителей кафе заохал, кто-то вскрикнул и схватился за уши, кто-то вскочил со своего места, а с улицы потянуло гарью и дымом, и донёсся визг тормозов и скрежет металла. Это было плохо. Изуку сорвался с места первым. Успел виновато махнуть Очако рукой и вылетел за дверь, она – за ним, прихватив сумку со стула скорее машинально, чем действительно подумав о ней. Дверной колокольчик звякнул, по ощущениям, где-то на грани другой реальности, а всё внимание Очако оказалось приковано к творящемуся на улице. Здание банка располагалось двумя домами ниже на противоположной стороне улицы, и вокруг него царила настоящая суета. Из разбитой вдребезги витрины и раскуроченного дверного проёма валили клубы едкого, вонючего дыма. На улицу выбегали насмерть перепуганные и кашляющие, прикрывающие лица люди; проезжую часть перегородили две вписавшиеся друг в друга легковушки, за ними резко тормозили другие автомобили. Во всём этом хаосе торопливо убегала пятёрка разодетых в чёрное крепких парней – прямо к припаркованному метрах в десяти от банка грузовичку с логотипом пищевой компании. С собой пятёрка уносила туго набитые тёмные сумки, из дырки в одной вылетали денежные купюры. Рядом с их машиной бесстрашно снимала номер на камеру девчонка-подросток. Очако видела, как Изуку стиснул руки в кулаки, и сама напряглась, готовясь к атаке и чувствуя участившееся сердцебиение. У них при себе были лишь временные лицензии и студенческие, но не было костюмов… По головке их за это потом не погладят, но не оставлять же всё как есть! В окрестностях Юэй нет ни одного геройского офиса, и пока дозвонятся до академии, грабители могут ранить ещё больше гражданских и успеют уйти! «Задержать до прихода героев и полиции». Дверной колокольчик позади тревожно звякнул, и Очако быстро оглянулась. На неё обеспокоенно смотрела та самая официантка, комкая пальцами передник, и пришлось крикнуть: – Не выходите! Тут опасно! Официантка мгновенно скрылась обратно за дверью, а когда Очако развернулась, Изуку рядом уже не было. Одним прыжком он пересёк отделяющее их от бандитов расстояние и выхватил из-под когтей-пальцев одного из них девчонку-подростка. Та запоздало взвизгнула и вцепилась в Изуку, а он ударом ноги по запястью отвёл от себя руку грабителя и прыжком ушёл в сторону. Со стороны бандитов послышались вскрики и проклятия, разобрать которые отсюда было невозможно; тот, что получил по руке, прижал её к груди, а один из его товарищей резко рванул на себя дверцу фургона и запрыгнул внутрь. Третий забирался на водительское сиденье, а оставшиеся двое хлопнули в ладоши… и Изуку с девчонкой вдруг отшвырнуло назад невидимой силой. Девчачий визг достиг ультразвука. Изуку едва-едва успел изменить положение тела, чтобы принять удар на себя, и с грохотом врезался в жестяную стену киоска спиной, бережно придерживая свою паникующую поклажу. Очако видела, как перепуганная девчонка цепляется за его рубашку, словно кошка за дерево, но сам он не выглядел сильно раненым. Только кривился то ли от боли, то ли от ввинчивающего в уши шума, но быстро вскочил на ноги и попытался ссадить на асфальт спасённую. Тогда уже Очако сорвалась с места. Бандиты захлопнули дверцы грузовичка, и сквозь лобовое стекло она видела лица водителя и пассажира; остальные прятались в кузове. Взревев мотором, они поехали прямо на неё, не сигналя и не делая никаких предупреждающих знаков. Откуда-то сбоку кто-то закричал, но Очако не собиралась останавливаться: когда до грузовичка оставалось меньше трёх метров, она хлопнула себя по бокам и мгновенно стала невесомой. Её дёрнуло вверх, как мыльный пузырь, и дух перехватило от смазавшейся на несколько секунд картинки мира. Пара ударов сердца, быстро сложенные «домиком» пальцы – и Очако отменила причуду в то мгновение, когда под ней оказалась крыша грузовичка. Она приземлилась на ноги, и от столь резкого столкновения со стальным корпусом предательски хрустнул и подломился каблук одной босоножки. Очако потеряла равновесие и шлёпнулась на бок, больно ударившись плечом, но это было не страшно – испуг она испытала, когда от резкого поворота грузовичка начала скользить по крыше к её краю. Сердце ёкнуло и ухнуло в пятки, перед глазами пронеслась цветная вывеска фаст-фуд кафе. Извернувшись, Очако ухватилась за выступающие по бокам крыши скобы… и её снова тряхнуло – снизу, кто-то ударил по крыше изнутри. Пустота и следующая за ней серая лента дороги казались всё ближе. «Вот ещё! – Очако стиснула зубы и хлопнула по крыше ладонью. – Активировать причуду!» Секунда – и грузовичок потянуло в воздух. Сквозь бешено стучащую в ушах кровь Очако разобрала усилившийся в кузове шум, и по крыше изнутри снова замолотили, теперь уже яростнее и сильнее, явно намереваясь сбить мешающего. Сталь завибрировала, по телу тоже побежала дрожь. Очако поспешила использовать причуду и на себе и, с силой оттолкнувшись от крыши коленями и локтями, взмыла вверх. «Получилось! Но теперь…» Она сосредоточилась, поднимая грузовичок выше над землей. Тот плыл параллельно ей, и Очако надеялась, что бандитам хватит ума не прыгать вниз с высоты пяти метров. Заскрежетали, открываясь, дверцы, и распахнувший их грабитель с проклятиями шарахнулся назад – явно оценил масштабы проблемы, в которую они попали. Конечно, вряд ли получится удерживать их так долго – могут сообразить, как выбраться, но пока… Очако сглотнула кажущуюся вязкой слюну. Тошнота ощущалась, но пока не подкатывала к горлу удушливой волной, и она собиралась держаться столько, сколько может. Тем более что её саму бандиты не видели и атаковать не могли – удачная позиция. «Всё хорошо. Всё хоро…» – Вы арестованы! Очако вздрогнула и резко опустила взгляд на землю. К грузовичку быстрым шагом приближался прогерой Скелет, выглядящий решительным и недовольным одновременно. Вокруг его рук плясало чёрное пламя, и вскинувшийся было первый бандит ощутимо сник. Вдобавок издали завыла полицейская сирена, а намного ближе послышался крик: – Очако-сан! Она обернулась, продолжая держать причуду. К месту происшествия нёсся Изуку, и, ещё чётко не видя его лица, она была уверена: на нём застыло облегчение. «Всё хорошо». Почти. – Уравити, деактивируйте причуду и спускайтесь! – строгий голос Скелета ввинтился в мозг. Судя по интонациям, он был крайне, крайне не рад происходящему, но деваться им всем уже было некуда. Очако виновато прикусила губу, заливаясь краской, и послушно кивнула. – Мне нужно подержать этих злодеев до приезда полиции. И потом я поговорю с вами и Деку. Начинался этап даже более сложный, чем непосредственно работа героя. Юридическая сторона вопроса. Опуская грузовичок на землю и спускаясь следом, Очако утешала себя тем, что свой долг они всё равно выполнили. Но как же сложно быть героем, учитывая столько нюансов! О свидании до конца внезапной работы она, понятное дело, даже не вспоминала.

***

– М-да. – М-да-а… Очако с Изуку, не сговариваясь, почти упали на парковую скамейку. Нагретая солнцем крашеная древесина была тёплой на ощупь, но откидываться на спинку и подставлять лицо ещё горячим лучам не хотелось. Очако скорее устало сощурилась на бьющий в глаза солнечный свет – их скамейка стояла далеко от деревьев, и ничто не давало тенька. В парке в пять вечера царила весёлая суета: на детской площадке поодаль играла целая толпа карапузов, их стерегли заботливые мамочки, ещё дальше на качелях сидели и болтали девчонки в форме средней школы. По краю парка вальяжно прогуливалась пожилая пара, на скамейке под сакурой о чём-то неловко переговарились парень и девушка студенческого возраста. Очако отмечала всё это машинально, оглядываясь вокруг и теребя ремень изрядно потрёпанной сумки – выронила её, пока тараном бежала на грузовик. Досталось и платью, которое она не порвала однозначно каким-то чудом, а вот измяла и испачкала так, что пропали все ассоциации с вишнёвым пирожным. «Босоножки, – по инерции подумала Очако, – даже в ремонт теперь не сдашь». И тряхнула растрёпанной головой. В академии их ждал выговор. Скелет пообещал лично доложить о произошедшем учителям и директору, благо что направлялся именно в Юэй на какое-то важное собрание, но – отвлёкся на творящееся преступление. Всё окончилось благополучно: пострадавших оказалось меньше, чем могло бы быть, и им всем оказали необходимую медпомощь прямо на месте, а бандитов забрала полиция. Это могла бы быть рутинная геройская работа, находись Очако и Изуку при исполнении, но… Это «но» – как оплеуха. «Вы ещё ученики, хоть и имеете при себе лицензии. Но даже прогерой номер один Старатель носит при себе геройский костюм, потому что в противном случае противодействие преступникам будет выглядеть как…» Они слышали это не раз. Правила есть правила, какими бы они ни были. Очако потёрла глаза ладонями и тихо вздохнула, вспоминая, как кланялась Изуку спасённая девчонка-подросток, а официантка кафе долго смотрела в их сторону из-за витрины. Вокруг сновали люди, и в конце концов Скелет отпустил их со скупым: «Благодарю за вашу помощь». Очако честно думалось: «Могло быть хуже», – и она ничего не могла с этим поделать. Чтобы прогнать навязчивые мысли, пришлось потрясти головой и вдобавок хлопнуть себя ладонями по щекам. Те тут же неприятно загорелись, и Очако, потирая их, оглянулась на Изуку. Тот выглядел загруженным и отчуждённым в точности так же, как после инцидента с Пятном, когда его, Ииду и Тодороки спас Старатель. Он никогда не рассказывал в подробностях о произошедшем, а Очако тактично не спрашивала и сейчас постаралась не углубляться. Просто протянула руку и крепко сжала шершавую от шрамов и тёплую ладонь Изуку. Он вздрогнул и поднял на неё глаза: – Очако-сан? – Пусть скажут, что их задержал Скелет или мы получили от него приказ, – торопливо выпалила она. – И Айзава-сенсей снова поговорит с нами. Но зато люди живы! И даже деньги вкладчиков вернули! Изуку удивлённо моргнул и кивнул, стиснув её руку в ответ. – Да, – тихо произнёс он, – я с тобой согласен. Очако было сложно сказать, о чём ещё он думал. Она просто подсела ближе к нему и неловко склонила голову к его плечу, стараясь не задевать сильно – синяки и ссадины от падения Изуку всё-таки получил. От него терпко пахло смесью пыли, пота и антисептика, рубашка из белой стала серой, а галстук потерялся неизвестно где. Он снова ушёл в себя, молчаливый и сосредоточенный, и в этом томительном молчании они просидели минут десять, как два воробья на проводах. Наконец, пиликнули мобильные: писал Айзава-сенсей. От лаконичного: «Через двадцать минут в моём кабинете» веяло строгостью, и Очако снова ощутила себя едва-едва переступившей порог Юэй первогодкой. Она встала со скамейки, потянув за собой Изуку, и тот послушно встал следом. Но прежде, чем направиться к выходу из парка, он замялся, уставился на запылённые носки собственных кроссовок и выпалил: – Очако-сан, прости! Наше свидание в итоге… – Было, – сказала Очако решительно. – Неидеально, конечно… Но было! Так что не думай о плохом. Просто… Замялась сама и выдохнула: – Спасибо за день, Изуку-кун. Давай повторим на следующей неделе? Если не будет много работы… Он вскинул голову и робко улыбнулся. – Возьмём геройские костюмы? Она фыркнула в ладонь. Тема всё ещё была невесёлой, но Изуку умудрился попасть в точку. – Всегда пригодятся! Они же герои, в конце концов. А герой должен быть готов ко всему. Неважно, преступление это или внимание фанатов – сегодняшний день выдался насыщенным, и Очако понимала, что ей будет, над чем хорошенько подумать. Может, это можно считать репетицией их будущей геройской жизни! Очако старалась мыслить позитивно. И с Изуку, который тоже старался улыбаться и больше не замыкаться в себе всю дорогу, это получалось.