А вы кого ждали?

Пролог

Самолет, направляющийся из Мадрида в Москву, вез на своем борту совершенно разных людей. Вот в первом классе летит мужчина лет сорока. Начищенные до блеска ботинки, дорогие костюм и парфюм. Но несмотря на все это, выражение лица этого человека говорят о нем, как о эгоистичной и избалованной личности. Полет для него — обыденность, ничего примечательного. Молодая мамочка сидит с двумя детьми. Те спят и улыбаются во сне чему-то своему, непонятному никому, даже им. Пара преклонного возраста спорит насчет решения задачи, но шепотом, чтобы не разбудить малышей. Парень шестнадцати лет с взъерошенными волосами и пронзительными голубыми глазами смотрит в иллюминатор. Красиво… Облака были не серые, как обычно, а золотисто-оранжевые, красные с переходом в лиловый. Рассвет — это, все-таки, очень круто. Руки так и чесались зарисовать это чудо природы, но кисти, акварель и бумага лежали далеко, а чудо ведь так непостоянно… Точно в подтверждение его словам что-то затарахтело, загудело и… Вдруг остановилось. Даниил понял — это конец. Самолёт, направляющийся из Мадрида в Москву, стремительно падал…

***

Хогвартс — Экспресс равномерно ехал мимо живописных шотландских пейзажей. Последние солнечные лучи коснулись крыши поезда, перед тем как окончательно исчезнуть за тучами, надвигающимися с севера. Взгляд мальчика со шрамом в виде молнии на несколько секунд расфокусировался и подернулся легкой дымкой. Рыжий, что сидел рядом, этого не заметил, кидая плотоядные взгляды на еще не распакованных шоколадных лягушек…

***

Иногда случается так, что в один миг две жизни, два сознания, два мира перемешиваются и меняются. Именно тогда и стираются границы реальности, позволяя одному перейти в другое. Происходит это так стремительно, что никто и не замечает. Кому от этого будет лучше? Никто не знает. Порой, меняться — полезно и нужно. Да только поди это докажи…

Глава первая

— Гарри, с тобой все в порядке? — Рон был в недоумении. Поттер вдруг стал каким-то чужим и замкнутым, это сразу чувствовалось. «Интересно, это адресовано мне? Судя по тому, что мы здесь одни, то да, мне». — Просто голова закружилась… — «Даже если и неправдоподобно, то не проверишь. Значит, меня зовут Гарри. А судя по тому, что здесь куча сладостей и рядом сидит рыжий в обносках, то фамилия моя — Поттер. Неужто я попаданец? Хорошо хоть канон знаю, а то пришлось бы тяжко. Сейчас должен подойти Малфой, надо бы его перевербовать. То есть, подружиться. А пока проверим, чего там у моего тела имеется…» После некоторых осмотров себя и недоуменных взглядов со стороны Уизли, Данил пришел к неутешительным выводам: во-первых, он был весь какой-то недокормленный, худой, но жилистый — это радовало. Во-вторых, ходил он в обносках. Чего стоила рубашка, подлатанная на локтях, плечах, рукавах… А штаны вообще были грязными и явно не по размеру, как и ботинки, которые просили каши. У Роулинг, конечно, все было описано именно так, но одно дело читать, и совсем другое носить самому! И тут в купе зашел Малфой. Вот у него-то все было с точностью до наоборот: отглаженная мантия, чистая рубашка, дорогие ботинки… И, что бы он там не вещал о чистоте крови, они явно были маггловскими! — Мне сказали, что тут едет Гарри Поттер. Это ты, не так ли? — Если уж тебе так важно со мной поговорить, то сделай тон попроще. И давай выйдем за дверь, или ты сюда сам войдешь. А то что же на пороге просто так стоять, — Данил никогда не любил таких выскочек и понимал, что Драко нужно сразу поставить на место, иначе будет хуже. — Но Гарри! Это же Малфой! Он и вся его семья — слизеринцы! Как ты можешь вообще с ним разговаривать! — Вообще-то все мы люди. И каждый совершает ошибки. И каждый может попасть на Слизерин, даже я. Это не преступление, понимаешь, Рон? Ну, чего стоишь? — обратился он уже к Драко. Тот стоял, не понимая, что происходит, ведь, королем перепалки должен был быть он. — А… Ну хорошо. Крэбб, Гойл, идите в купе, я попозже приду, — без этих громил было еще проще. Просто они всем своим видом нагнетали обстановку, и такому интроверту как Данил, было бы сложно идти на контакт. — Я хотел сказать, что… — Что нужно дружить с правильными людьми, не якшаться с бедняками вроде Уизли или же хотел предложить дружбу? — Скорее, да, второе. — Гарри, кого ты слушаешь?! Это же темный волшебник! Вот увидишь, он вырастет последователем Того-кого-нельзя-называть и ты жестоко поплатишься за дружбу с ним! — Драко, пойдем-ка в твое купе. Не люблю, когда кричат в ухо, — и, с этими словами мальчики вышли, оставив Рона, красного как помидор, одного.

***

— Панси, у тебя не найдется карандаша? — у слизеринцев (хоть пока и не прошедших Распределение) было куда лучше, чем с Роном. Здесь никто не кричал, не чавкал, не навязывал свое мнение… Сказка для интроверта, в общем. — Что? Что такое кирандаш? — Хорошо, а у вас есть чем порисовать? — лучше бы он не спрашивал. Его завалили перьями, пергаментом и кучей чернильниц. Ну разве Данил мог отказать себе в удовольствии нарисовать парочку портретов?

***

— Первокурсники! Все сюда! — Хагрид махал здоровенным фонарем над головами будущих студентов. — Поттер, ты куда? — Я… Боюсь открытой воды. Лучше поеду на каретах со старшими. — Ладно, тогда до встречи на Распределении, — Панси помахала ему рукой, в которой был зажат пергамент с быстрым наброском ее портрета в профиль. И вообще, на Слизерине Гарри был уже за своего. Только сам пока что не мог определиться, куда идти. На самом деле, это только в поезде Даниил повел себя как компанейский такой парень. По жизни же он был весьма стеснительным, закрытым человеком, которому только и надо, чтобы от него все отстали. Обозначить себя сразу — не мало важно, но дальше он будет вести себя аккуратнее, тише и незаметней. — Поттер? — Флинт, можно я с вами поеду? У меня боязнь открытой воды… — пока что все в эту ложь верили, а иного аргумента у Дани не оказалось. — Ты уверен? Ты лишаешь себя такого зрелища… А впрочем, ладно. Только сиди тихо!

***

— Меня зовут Минерва Макгонаггал. Сейчас Вы будете проходить Распределение по факультетам. Их всего у нас четыре: «Гриффиндор», «Слизерин», «Рейвенко» и «Хаффлпафф». Молодые люди, прекратите разговаривать! — сказала она, обращаясь к Драко и Данилу, которые обсуждали плюсы и минусы пастели. Да, к удивлению попаданца, Малфой неплохо разбирался в рисовании. А вот Рон… — Чего это вы там обсуждаете? Что он тебе успел наговорить, а, Гарри? Небось, против маглорожденных настраивает и предателей крови? — Кто здесь еще кого настраивает, — прищурился Драко. — Да как ты смеешь?! Я тебе сейчас… — Молодой человек! Как Вам не стыдно! — заместитель директора, как помнил Даня по канону, только что вернулась и отчитывала Рона на глазах у всех первокурсников. Уизли заметно покраснел. Но это не самое главное. И вот они зашли в Большой Зал. Потолок очаровывал, завораживал… «Надо будет как-нибудь сюда прийти, порисовать… Акварелью вышло бы неплохо». — Рон Уизли. — Гриффиндор! — Драко Малфой. — Слизерин! — Терри Бут. — Рейвенкло! — Гарри Поттер, — на этой фразе все ощутимо напряглись. «Особенно дедулька в золотом кресле. Дамблдор вроде его фамилия». — Хм… А ведь ты — не тот, за кого себя выдаёшь. Интересная личность. Гриффиндор тебе не подойдёт, нет. — Рейвенкло! — стол воронов не взрывался аплодисментами, как Гриффиндор в книге, но это Данилу даже понравилось. Видимо, там все, ну, или почти все, были такими же интровертами как и он.

***

— Новички, все сюда! Меня зовут Пенелопа Кристал, я — староста факультета Рейвенкло. Давайте построимся по парам. Хорошо! Все идём за мной и стараемся не отставать, конечно, картины очень интересны, но лучше их смотреть при дневном свете! Когда они подошли к двери, которая, по предположению Дани, вела в гостиную факультета, староста сказала: — Чтобы открыть проход в гостиную, нужно отгадать загадку. Они не всегда простые, но, думаю, вы с ними справитесь. — О! Новички! — раздался скрипящий голос. Это была дверь, определённо. Даниила таким было не удивить, но его все равно впечатлило искусство Основателей. Вот она, настоящая магия, что может делать вещи живыми! — Что на рассвете ходит на четырех ногах, днем на двух, а вечером на трех? — Человек! — это сказал Терри. — Правильно. Можете проходить, — дверь гостеприимно распахнулась, приглашая рейвекловцев в уютную гостиную. Камин, несколько больших подушек («Вместо кресел, как в Гриффиндоре» — подумалось Даньке), доска объявлений, большой пушистый ковер… «Все, как в обычных гостиных… Странно, а где же столы? Как уроки делать?» — это и правда было странно. Но когда они разошлись по спальням… — Ух ты! — кто-то не сдержал восторженного возгласа. И было чему радоваться — кровати без пыльных пологов, рядом с каждой складной стол… Но все было как-то по современному, вряд ли во времена Основателей были такие вот столы-тумбочки-шкафы. — Пенелопа, а почему тут все так… — Ну, вообще, профессор Флитвик делает все для того, чтобы его подопечным было удобно. Он и сам страдал от того, что нет возможности делать уроки в спальне, так как в гостиных бывает шумно. Поэтому у нас тут так… Современно. — А, ну хорошо. — Спокойной ночи. — староста, попрощавшись, ушла. А Данил лежал в кровати, понимая, что этот год обещает быть интересным.