Полуночная рапсодия

      Девушка с утра пораньше сидела в гостиной, склонившись над книгами и тетрадками. Она обычно занималась рано утром или поздней ночью, так как днем и вечером дел помимо учебы было предостаточно. В этом году у неё должны были пройти экзамены по биологии и английскому. Николетта была плоха в написании сочинений, поэтому большую часть времени пыталась уделить внимание структуре сочинения, изучению словосочетаний, которые могли бы быть в нем использованы. По итогу выходила какая-то примитивщина. Николь была бы рада позаниматься с репетитором, но лишних денег никогда не было, поэтому приходилось добиваться всего своими усилиями и ограниченным запасом знаний.       Не заметив её рядом с собой, Райнхард рывком поднялся с кровати и возник на пороге гостиной. Никки была в джинсовых шортах и в белой футболке с выцветшей надписью "Summer time". Её рыжие волосы еще не были расчесаны привычным образом, просто волной струились по плечам. Старшеклассница нередко зевала, перелистывая очередную страницу учебника и делая заметки в тетради. - Мучишься? - спросил он, присаживаясь на кресло. - Ты имеешь в виду "учишься"? - переспросила та. - Учение равноценно мучению, не находишь? - намекнул Райан, приподнимая бровь. - Я никогда не понимал, зачем государству заставлять учить вас все учебные предметы. Почему бы не дать вам право выбрать то, что вам нравится углубленно... - Это было бы неплохо, но нужно же знать немного из каждой области, - ответила Николетта, закрывая книгу. - Ты все? - Да, я еще немного позанимаюсь после обеда, - с улыбкой сказала рыжеволосая, прибирая учебники и тетради на журнальном столике. - Что насчет завтрака? - полюбопытствовал оборотень. - Я приготовила панкейки. У нас нет ни кленового, ни шоколадного сиропа, но есть сахарная пудра и клубника, - бросила в ответ Николь. - Я пойду умоюсь, завтрак на столе. - Я съем их просто так, без всяких там топпингов, - с этими словами мужчина встал с кресла и отправился в кухню, где стол уже был накрыт.       Старшеклассница тут же прошла в ванную комнату, осмотрела свое заспанное лицо в зеркале, быстро сняла с себя одежду и зашла в кабинку душа. За время пребывания здесь Никки приспособилась к холодной воде в душе, но все равно каждый раз нужно было пару минут, чтобы привыкнуть. Раны зажили довольно быстро, чего нельзя было сказать об отметине на шее, она была еще заметна.       Девушка повернула вентиль, ловя поток ледяных, обжигающих капель, от которой кожа тут же покрылась мурашками. Она аккуратно намочила голову, чтобы нанести шампунь. Обычно рыжеволосая готовила шампунь из подручных средств, но сейчас могла позволить себе купить один с приятным цитрусовым запахом. Выдавив немного на руку, Николетта плавными движениями стала втирать шампунь в корни волос. - Ужасно пахнет, - отозвался оборотень, глядя на неё сквозь преломление стекла душа.       Вздрогнув от неожиданности и протерев лицо от пены чистой водой, Николь закрыла вентиль и выглянула за дверцу душа, пытаясь нащупать рукой полотенце. Райнхард придержал её руку, пытаясь войти к ней в душевую кабинку. Протерев глаза, Никки увидела то, что он совершенно обнажён. Конечно, у них был секс, но ванная - это то место, где хочется полного уединения и одиночества, поэтому та сделала шаг назад, прижимаясь спиной к кафельной стене. - Т-ты уже поел? Т-так быстро? - выпалила она первое, что пришло в голову. - Ага, - ответил мужчина, с хищной ухмылкой делая шаг ей навстречу.       Вжав голову в плечи, рыжеволосая выставила руку вперед в попытке защититься, но лишь коснулась его горячей груди. Райан слегка поморщился от прикосновения её холодной руки, а затем снова ухмыльнулся, уперевшись рукой в стену и нависнув над ней. Левой ладонью голубоглазый провел по щеке девушки, её подбородку. - Не холодно? - спросил Райнхард, почти касаясь её лица губами. - Холодно... - без промедления ответила Никки. - Теплее? - переспросил оборотень, притягивая её своими теплыми руками к себе.       В ответ последовали лишь её удивленный взгляд и упирающиеся в его кожу вершины её розовых сосков. Брюнет с хитрицой проследил за её реакцией, хищно облизнул губы, его терпению уже давно пришел конец, о чем говорило растущее возбуждение внизу живота. - Теперь совсем горячо, - ответила девушка не своим, слегка хрипловатым голосом.       На мгновение ему показалось, что лампочка в ванной начала мигать, но ему сейчас было далеко не до этого. Его руки нетерпеливо огладили изгибы её мокрого тела, слегка задержались на талии и застыли на бедрах. Николь следила за его действиями из-под опущенных ресниц, стараясь не только ни прикусывать губу, но и ни дышать. Её руки медленно обвили мужскую шею, зарылись в его густые черные волосы. Сейчас, без щетины он выглядел очень молодо и совершенно сексуально. Подумав об этом, она тут же потянулась к его губам, но мужчина её придержал. - Ты еще наказана за вчерашнее, - с ухмылкой бросил оборотень, приподнимая её за бедра и прижимая спиной к стене. - Сегодня ты дождешься чего угодно, но только не твоих любимых поцелуев, - добавил тот, наклонившись и укусив её в плечо.       Николетта выгнулась ему навстречу, подставляя свою шею, которую он тут же одарил засосом. Крепкие руки Райана могли ей обвить его торс своими ногами и почувствовать эрекцию, упирающуюся ей в пах. Она нетерпеливо заерзала, теперь вовсю прикусывая губы от предвкушения долгожданного соития. Казалось, будто с момента их последнего секса прошла целая вечность. - Пожалуйста... - прошептала Никки полусомкнутыми губами. - Что? - с вызовом спросил тот, хотя прекрасно понимал, о чем она просит, и сам уже больше не мог ждать. - Возьми меня... - донеслись до его ушей её сдавленные слова. И он сорвался.       Грубо сжимая пальцами её бедра, он резко вошел внутрь, наполняя её влажное от возбуждения местечко своим членом. Теперь оно идеально, практически без усилий принимало форму его члена, будто оно и было создано только для него. Для него одного. Эта мысль чертовски радовала его хвалёное самолюбие. Однако это был просто секс, а он хотел нечто большего. И это большее - отнюдь не любовь в её привычном для людей понимании. Метка, узы, связь. Каждый называет это так, как ему угодно. Но он хотел окончательно сделать её своей. Его волк этого хотел.       За первым толчком последовал еще один, более резкий и жесткий, звук которого напоминал хлопок по влажной коже. Она сдавленно простонала в ответ, сжимаясь изнутри, еще больше засасывая его в себя. За этим последовал третий, четвертый... десятый толчки. Потом и он, и она попросту потеряли счет. Мужчина с каким-то остервенением вбивал её тело в стену, а девушка, позабыв о боли и неудобстве, с усилием хваталась за его спину, желая поскорее дойти до сладкой развязки.       Райнхард сжимал то её бедра, то талию, иногда чуть выше, пересчитывая пальцами её ребра, придерживая за подмышки. Николетта уже давно чувствовала некое онемение в ногах от того, что с силой прижимала его к себе, но сейчас девушка никак не могла отпустить его и упасть, лишь крепче зажимала его. Это в какой-то степени заводило мужчину, отчего он оставлял грубые засосы на её шее и немного прикусывал её кожу, оттягивая и причмокивая при этом. Сдерживаясь от желания укусить её по-настоящему, оборотень часто запускал руку в её влажные волосы, кажущиеся еще более темными.       Он чувствовал, что еще немного и внутри у неё образуется узел. Еще один раз. Это было похоже на полное сумасшествие, он никогда не раздувался внутри человеческой женщины. Она была первой (хотя бы в чем-то) и очень не обычной. Необычной, но не неприятной ему. Казалось, что она идеально подходила ему. Глуповатая и наивная Никки никогда бы не догадалась о его истинной сущности и всегда была бы рядом... а потом бы умерла... От этих мыслей Райан снова нахмурил брови и стал ещё жестче сжимать её тело в своих руках. Его ладонь медленно легла на её горло, чуть сжала его, за этим последовал очередной укус недалеко от её отметины и грубый толчок. - Н-не так сильно... - пискнула рыжеволосая, чувствуя, что он перешел черту. Рыжеволосая зажмурилась и выгнулась.       Её слова его слегка отрезвили: он убрал руку с её шеи, затем с его стороны последовал нежный поцелуй в плечо и более плавный толчок. Николетта расслаблено вздохнула, но затем снова поежилась, ощущая, как его увеличивающийся член заполняет собой все свое пространство. - Ты становишься больше... - шепчет она ему на ухо, сжимая губы. - Да? Любому мужчине понравятся такие слова, - бросил Райнхард в ответ, желая замять это дело. Везение девушки в том, что у неё никогда не было секса с обычными парнями, она и не подумает, что с ним что-то не так. По крайней мере, Райан был в этом уверен. - Я серьезно, Райан! - едва не взвизгнула та, одновременно сжимая свои челюсти и его плечи. - Мне почти больно...       В какой-то момент брюнет даже хотел посочувствовать ей, но не стал. Это её не убьет. В крайнем случае, не должно. Многие девушки, конечно, более опытные позавидовали бы подобным ощущениям, но ей это было не знакомо. В этот раз они не сцепились, что было безумным плюсом для неё, это было болезненно даже для самих оборотней, для людей - просто невыносимо. - Тише... - шепнул голубоглазый, а затем добавил, - ...помолчи.       Он был почти на грани, в который раз запуская свою руку в её волосы и чувствуя, как она стискивая его внутри. Николь тоже уже не могла терпеть эту сладкую пытку: внутри неё больше не осталось свободного места. Райнхард немного замедляется в преддверии оргазма, его пульсации передаются и ей.       До онемения сжимая пальцы на ногах, девушка чувствует, что еще немного и её ноги сведет судорога, но оргазм застает её быстрее. Мышцы живота сводит от приятного, хоть и короткого спазма, от которого у неё искры летают перед глазами и на мгновенье теряется дар речи. Кажется, будто стенки дыша начинают трястись. Видя её удовлетворенное лицо и то, как она жадно глотает ртом необходимый воздух, оборотень кончает за ней следом. Узел спадает почти сразу же, чем, несомненно, его удивляет. Обычно он держался еще несколько десятков минут, как минимум, а сейчас так его так легло отпустило. - Все хорошо? - спрашивает Николь, читая в его глазах смятение.       В ответ Райан кивает, медленно выходит из неё и ставит её, дрожащую и удовлетворенную, на ноги. Она немного пошатывается не в состоянии после оргазма стоять на ватных ногах, брюнет тут же придерживает её рукой. - С-спасибо... - бормочет та под нос, краснея как аленький цветочек.       Кажется, он никогда не поймет её реакции. Это был далеко не первый и, по его расчетам, не последний их секс, но ей все же удавалось оставаться в его глазах невинной и нетронутой. Могли бы он убить её в приближающееся полнолуние? - Я теперь могу принять душ? - извиняющимся тоном спросила Никки, это отвлекло Райнхарда от неприятных мыслей. - Да, можешь. Я буду ждать тебя на крыльце, - произнес мужчина, открывая кран и немного споласкивая свое тело. - И смой поскорее этот вонючий шампунь с волос! - добавляет тот немного грубовато.       Он быстро выходит из ванной, с трудом натягивает свои потертые временем джинсы, надевает майку на мокрое тело и выходит покурить во двор. Дым заполняет легкие, затуманивает голову и расслабляет нервы. Он садится на ступеньку крыльца. В голову опять лезут мысли о полнолунии, хотя Райан начинает думать о нем уже после новолуния. Мысли неприятные, но привычные. Ему бы не хотелось терять контроль каждый раз в 20 дней. Ему бы не хотелось всего этого.       Она вышла во двор минут через десять-пятнадцать с мокрой головой и, к его глубочайшему сожалению, одетая. Он уже докурил, затушив сигарету о ступеньку и выкинув в старое металлическое ведро неподалёку. Мысли его какое-то время находились в лесу, затем он сопоставил странные происшествия в ванной. Николетта не покидала его головы. - Все хорошо? - дежурно переспросила она, все еще стоя в дверном проеме и не решаясь выходить из дома. - Да, вполне, секс был хорошим, - ответил оборотень, специально заставляя её покраснеть до кончиков волос. - Мне нужно сегодня отнести выполненные задания и задания по подготовке к экзамену. Я еще кое-что не доделала, так что я быстро... - Подожди, - вдруг прервал её Райнхард, вставая и отряхиваясь. - Вчера на обочине я нашел велосипед и гитару. Они твои? - Ох, да. Да, спасибо большое! - радостно воскликнула девушка, бросившись с объятьями к нему на шею.       Мужчина сначала опешил, не зная, как реагировать на столь эмоциональное проявление благодарности. Голубоглазый ожидал обычного "спасибо", а не спонтанных обнимашек. Он не знал, стоит ли обнять её ответ или же, напротив, не прикасаться к ней. Райан слегка коснулся её локтей: не обнимая, но и не отталкивая. Николь совсем позабыла об этом из-за нынешних событий. - Хорошо, что это твое. Будешь теперь возвращаться пораньше, - немного отодвигаясь и отводя взгляд, проговорил брюнет.       Замечая некую холодность с его стороны, больше благодарить Никки не стала: отодвинулась, заправила рыжий волос за ухо. - А где мои вещи? - В сарае за углом, - коротко бросил Райнхард и направился в дом.       Никки сразу же отправилась туда. Нашла на столе кейс с гитарой и приставленный к стене старый велосипед. Больше всего она, конечно, переживала за свою гитару. Не теряя времени, она проверила её сохранность и направилась с ней в гостиную.       Как только Никки вошла в комнату, мужчина кинул ручку на журнальный столик рядом с её тетрадью, она как-то странно посмотрела, приближаясь с каждым шагом. Взяв руки тетрадь, Оулдридж с удивлением посмотрела на мужчину. Конечно, она верила в его интеллектуальные способности, но решить такую сложную органическую цепочку за минуту или около того - это уже слишком. Рыжеволосая нервно заморгала, переводя глаза с тетради на Райана. Он расплылся в улыбке. - Удивлена? - Где ты был всю мою жизнь?! - с улыбкой спросила Николетта. - Я не могла вчера решить её, а ты сделал это за минуту! Ты же просто гений! - Это ты просто глупенькая, да и задания у вас лёгкие, - оборотень поежился.       Он не любил принимать комплименты. - У меня не очень с органической химией, хотя все говорят, что она легче, а я вот не понимаю... - откровенно призналась Никки.       Брюнет издал короткий смешок, но промолчал. Это не очень понравилось Николетте. - Ты не мог бы помочь мне с репетиторством? - полюбопытствовала Николетта, складывая тетради и бланки с ответами на задания в школьную сумку. - Я не очень хорош в обучении других, но вопрос в том, что мне за это будет... - ответил Райан с хитрым взглядом.       Никки ненадолго застыла, тяжело сглатывая слюну. Он точно не мой попросить у неё чего-то нормального, поэтому не решила переспрашивать и уточнять, чего именно он хочет: его взгляд выдавал Райана с головой и заставлял её краснеть. - Я имею в виду секс, - пояснил тот после возникшей тишины. - Мы же занимаемся этим каждый день, - очень тихо произнесла Никки, стараясь не пересекаться с ним взглядом. - Есть много вещей, которые мы не делали... - протянул брюнет, с деловитым видом прислоняя ладонь к щеке, - ...и мест, в которых это можно сделать.       Рыжеволосая никак не ответила на его заявление, тем более у неё было еще очень много дел, потому она молча собрала все, что было необходимо отнести в школу и сказала напоследок: - Я буду через пару часов. Быстрее я доберусь на автобусе, так что пока велосипедом не воспользуюсь. Я вчера наготовила дома много, поэтому смогу провести больше времени с тобой.       Губы мужчины расплылись в коварной ухмылке, когда он подумал о том, как приятно они могут провести время наедине. Девушка же встала, поправила рубашку и сумку на плече и отправилась прямиком к остановке.       Поездка в этот раз была недолгой. В школу она попала вместе с перерывом: некоторые ученики вышли во двор, чтобы подышать свежим воздухом или размяться. Ей нужно было зайти к классному руководителю и отдать все бумаги, ею была женщина средних лет, миссис Стэндфил. Как ни странно, классная руководительница была довольно приятным и справедливым человеком. Пожалуй, за это Николетта её и уважала. Не то, чтобы она была излишне добра, но она всегда старалась сделать жизнь её учеников лучше. - Миссис Стэндфил? - позвала учителя Никки, войдя в её класс.       Учительница как раз занималась документацией. - Да-да, мисс Оулдридж, проходите, - отозвалась женщина, движением руки приглашая её сесть рядом.       Николь заняла свое место и принялась доставать все тетради и бумаги, которые необходимо было проверить. В окно пробивались слепящие солнечные лучи. Никки слегка поморщилась, подала аккуратную стопку преподавателю. - У нас сейчас одни тесты и контрольные, да и подготовка к экзаменам. Я дам тебе задания, а тетради заберешь, когда тебе будет удобно, но не раньше завтрашнего утра. Я постараюсь сегодня переговорить с учителями-предметниками, - коротко и ясно обозначила она всю информацию. - У тебя есть какие-нибудь вопросы? - Нет. Я выполнила все, что было нужно.       Миссис Стэндфил немного порылась в бумагах на столе, отыскала синюю папку и подала Николетте со словами: - Здесь все задания. - Благодарю, - произнесла рыжеволосая, пытаясь запихнуть папку в сумку. Она была куда больше, чем старшеклассница ожидала.       Учительница взяла небольшую бумажку, чтобы написать кое-какие рекомендации, посмотрела на Оулдридж через призму очков. - Как мама? - Так же... - отрезала Никки, отводя взгляд в сторону. Учительница закончила довольно быстро. - Я написала, что сделать в первую очереди и расписала последние сроки сдачи, а также информацию по экзамену. Не стану тебя больше задерживать, - с сочувственной улыбкой ответила учительница, протянув белоснежную бумажку.       Николетта взяла бумажку, встала со стула и направилась в сторону выхода, бросив нарочитое: - До свидания. - Ах точно, Николетта... Миссис Блэр говорила о том, что твоей сестре нужно прилагать больше усилий в учёбе. Я понимаю, что у вас в семье сложная ситуация, но это не повод пропускать занятия и не делать домашнее задание в конце учебного года, - напоследок добавила миссис Стэндфилд. - Хорошо, миссис Стэндфилд, я обязательно переговорю с ней сегодня, - бросила Николетта в ответ.       В ней закипала некого рода злость. Как старшая сестра Николь всегда требовала от сестры только одного - учиться. Речь не шла об отличных отметках или каких-то значимых достижениях. Ей всего-навсего надо было всегда присутствовать на занятиях и делать домашнее задание. В последнее время рыжеволосая и правда стала замечать за ней не ладное, теперь же все предстало совершенно прозрачным. Вечером Кэсседи ждал серьезный разговор, о котором Николетта размышляла, выходя из школы. Неприятное известие совершенно выбило её из колеи. - Николетта! - послышалось за спиной.       Теряясь в раздумьях, девушка не оборачивалась. - Оулдридж! - повторил тот же голос, трогая её за плечо.       Старшеклассница тут же обернулась, увидев за спиной Кайла Дженсена. Это был высокий загорелый паренёк со светло-русыми волосами и золотисто-коричневыми глазами. Этот юноша был одним из самых популярных и всегда улыбался. Никки тоже была с приветом, но эта улыбка, не меняющаяся изо дня в день, из года в год напрягала даже её. Они редко общались и Оулдридж была очень удивлена новости о том, что она уже давно ему нравится. Он был дружелюбен со всеми и ей своей привязанности не показывал. Самый популярный парень школы и девушка, которая старше него, да и еще с довеском комплексов в придачу. Это точно не ввязывалось в современные устои общества, хотя, возможно, ему просто нравились девушки постарше. - Ох, привет. Ты что-то хотел? - Николетта явно хотела сбежать от разговора. - Ты же придешь на вечеринку, да? - с заставшей улыбкой он почесал затылок. - Элис сказала сегодня об этом. Тебя тут давно не видно. Все хорошо? - Думаю, моя сестра должна была тебе рассказать или нет? Она же нередко бывает у вас дома, общается с твоей сестрой, - она не хотела рассказывать ему о своих делах.       Улыбка как-то сползла с его лица. - Да, но она всегда говорит о том, что все хорошо, а это, наверное, не так, - он кивнул в сторону папки, которую она держала в руках. - Миссис Стэндфил дала тебе задания? - Да. Я сейчас подрабатываю, поэтому учусь дома, нет времени посещать школы, да и на проезд уходит много времени, - со смущением ответила Николь. - Тогда я не буду тебя задерживать, только обязательно приходи...       Сказав это, он как-то неожиданно коснулся своими пальцами её руки, а она в ответ почувствовала лишь раздражение и отвращение. Внутри все клокотало. - Хорошо, мне уже пора. До встречи, - сквозь зубы прошипела та, удивляясь своей неприязни.       Теперь она была занята, ей не хотелось, чтобы кто-то чужой трогал её без разрешения, даже за руку.