Под флагом Неудачницы

      Тик-так.

      Их битва была легендарной, как сказала всем Мавр.       (Ей в это момент не поверили).       Они оба не могли драться, были все в ранах и травмах — и за ними бдил часами Чоппер, постоянно их браня и внимательно осматривая свои повязки. Им пришлось искать альтернативу тому, что могло бы заменить «битву».       Битвой стали шахматы. И в этом деле Мавр была подкована больше, чем сам Усопп, который ничуть не расстроился, но…       Извиниться было делом принципа.       — Я… знаю, что был не прав, — начал было он, но тут Мавр несильно стукнула гипсом по столу, что подпрыгнули все шахматные фигуры. Советник не скривилась. Её теперь очень пугающий взгляд впился в нервного и пугливого накама. Усопп подумал, что всё, она сейчас взорвется, обругает его и снова будет восхваляться собой, говоря о том, что нельзя идти против Великого и Ужасного Мавра второго!..       — Мавру не нужны твои извинения, — спокойно произнесла она, но в голосе чувствовалась явная твердость. Усопп вздрогнул, опустил голову и из-под ресниц наблюдал за сидящей напротив девушкой. — Мавру нужно, чтобы ты понял одну простую вещь. Ничего не держи в себе. Не нравится что-то — говори, Мавр постарается ответить. — Усопп хотел было возмутиться, что так обычно и поступал не только он, но и остальные. Но Мавр подняла руку, заставляя замолчать. — Мавра ты смог задеть своими словами, но разве речь шла не о доверии? Если ты не доверяешь Мавру, то незачем притворяться, что всё нормально. Если тебе что-то нужно, то надо сказать. Всё решить словами через рот, а не срываться и говорить столь обидные вещи, ведь Мавр тоже человек… И у меня есть чувства. Одними «прости» дело тоже не исправишь.       Она покривила губами и начала шаркать по столку своим гипсом, одновременно поправляя все шахматные фигуры и ставя на свои места.       — Мавр, конечно, тоже не сахар. Знает, как это трудно даётся. Особенно самому Мавру, — она сделала паузу и закончила восстанавливать их нынешнюю партию, — но мне казалось, что вы доверяете мне, пусть я и не совсем отвечала тем же. Поэтому для меня твой выпад был пусть и ожидаем, но всё равно внезапным.       Её лицо опечалилось моментально, из-за чего Усоппу внезапно стало до ужаса стыдно. Тишина вокруг лишь пугала его, они с Мавр решили всё решить один на один раз и навсегда. Это ведь их проблема.

Тик-так.

      — Прости меня… Я подвел не только тебя, но и ребят.       — Тогда попроси у них прощения, ладно? — устало вздохнув, сказала она неясным тоном. Она усмехнулась достаточно горько, чтобы парень почувствовал эту самую горечь на кончике языка. — А нам не только битву сыграть, но и решить одну проблему.       — Какую? — В страхе горло у юноши пересохло перед таким пугающим взглядом паучихи.       — Доверяешь ли ты Мавру? — Серьезный тон заставил его поднять голову и поджать губы. Сердце вдруг забилось быстрее, а потом вдруг успокоилось. Ответ в голове пришёл быстро:       — Я труслив и ты труслива. Мы многого боимся, — начал он издалека, чувствуя, как кончики пальцев постепенно колет и немеют от волнения. — И ты, скорее всего, боишься, что твои знания не приведут ни к чему хорошему, да?       Мавр с болью и сомнением отвела взгляд, поведя плечом.       — Усопп, — вздохнула она, и парню резануло слух его собственное имя в её устах. — Всё довольно сложно. Мавру несложно всё рассказать, дело тут в том, как ты уже потом поступишь с той информацией, которую ты сможешь разделить. Мавр вот точно уверен, что никому не по нраву будет то, что я скажу, особенно нашему капитану. И я уже не говорю про то, что вы потом после этого будете обо мне думать.       У парня глаза округлились, смотря на взволнованную и сосредоточенную на своем гипсе шатенку. Она казалась ужасно потерянной и немного перепуганной, из-за чего её взгляд тяжелел и становился темнее. И, несмотря на изменившийся цвет левого глаза, Мавр выглядела подавленной.       — Это… нечто ужасное?       — Смотря, как посмотреть, — неопределенно покачала Советник головой и перевела взгляд на фигуры перед собой. Её были черными. Усопп играл белыми, так как Мавр дала ему ходить первым. — Но ты с ребятами так просто не поверите в то, что услышите.       Усопп помолчал и тоже посмотрел на игральную доску, где Мавр продолжила свой ход. Он думал.       Он догадывался, как и остальные накама. Мавр знает достаточно, чтобы её искали только ради того, чтобы убить. Она знала нечто запретное. Тихий ужас поселился где-то рядом с горлом, но… Жгучее любопытство не мог сдержать. Впервые за долгое время Мавр была достаточно открыта! И это не только с молчаливым и слишком понимающим (советующий не лезть не в своё дело!) Ророноа, и но и ним! Луффи был не в счёт — он скорее задним умом задумался бы или когда приспичит.       — Попробуй рассказать, — предложил он со смесью страха и удивления от своей смелости. Согекинг поднял глаза и обомлел. Мавр смотрела на него будто с надеждой, радостью и таким же страхом. Они оба боялись реакции друг друга. — Попробуй рассказать мне, Мавр. Тогда и решим, поверят или нет. Может, я врун и болтун, — иронично усмехнулся он, — но секреты своих накама хранить могу сохранить. К тому же, — сделал он паузу, всё еще пребывая в шоке от себя и храбро продолжил: — думаю, я смогу оценить и вместе подумать над всей информацией.       Мавр коротко рассмеялась и сделала свой ход на доске, Усопп бы даже не заметил, если бы девушка сама не указала на шахматы.       — Возможно, это хорошая идея, — призадумалась она и насторожено оглянулась. — А возможно — нет, я даже Зоро этого никогда не говорила.       — Значит, я буду первым! — гордо выпятил грудь Усопп. — Я, Согекинг, клянусь тебе помочь. Если… Только Мавр расскажет, — сдулся он под самый конец.

Тик-так.

      Мавр сделала глоток из своего стакана с соком от кока и начала говорить. Усопп даже не предполагал, что информации будет настолько, что он будет просить перерыв или постоянно что-то переспрашивать. Он хотел бы записать, но Мавр ему строго запретила. Да и он потом понял свою ошибку. Всё было конфиденциально. И шокирующе.       Прошлое, настоящее и будущее буквально лежали как на ладони. И… почти были бесполезными, благодаря тому, что Мавр уже успела изменить в их истории. И в истории их мира! И это касалось не только их мира, но и потенциально других.       — Стоп, Мавр! — потребовал он внезапно. Он думал, его душила паника, настолько холодно и пусто внутри было, но как только Советница Мугивар остановилась, Усопп слышал лишь звенящую пустоту. — Я удивлен, что это говорю… Но это обсуждать на трезвую голову нельзя. Это же… ахуеть!       — Ги-хи-хи, теперь ты понимаешь Мавра! — довольно рассмеялась девица перед ним. А девица ли — если еще и не оракул, пророк?.. — Понимаешь, да? Мавр ничего не знает!       Нет, она всё та же паучиха, которая любит развлекаться за чужой счёт! Она же теперь села ему на уши, и это, как он понял, не конец ее «невеселого» рассказа о будущем их путешествии.       — Усопп тоже ничего не знает! — повторил он, полу-истерично издал смешок и встал. Шахматы были забыты, и тут уже не важно было: кто победил. Они оба продули, они оба в дерьме. Ему на голову скинули «бомбу». — Пойдем, рассказывать дальше будешь мне уже на пьяную голову.       — О-О-О! А вот подобный подход Мавр точно поддерживает! — довольно скакнула она с места и пошагала рядом.       Они шли пару минут в тишине, направляясь в сторону камбуза, пока она не заговорила:       — Мавр рад, что теперь не один в этом дерьме варится.       — А я теперь не рад! Лучше б я не спрашивал! ЛУЧШЕ Б Я НЕ ЗНАЛ!       — Ги-хи, теперь не отвертеться, ты — теперь самое доверенное лицо Мавра Второго!       — Да лучше бы и дальше никому не доверяла! У меня мозги теперь кипят! Как ты вообще жила с этим?!..       Усопп дальше продолжал разглагольствовать на свою грешную неудачную судьбу, а девушка рядом только лишь весело шагала и радовалась, что могла теперь жаловаться на всё что угодно, по любому поводу. И это теперь первые её свободные уши, так как Санджи и не Зоро — всё равно абсолютно не расскажешь. Между собственными препирательствами пара не заметила, как со стены их комнаты «битвы» исчез глаз, оставив после себя пару цветочных лепестков.

Тик-так.