Гонка за мечтой

Этот прохиндей МакЛагген даже не узнал Гермиону! Это вообще нормально? Не узнать своего начальника... Ну и что, что она была в маске! Я бы ее узнал! Наверное... Ай да Грейнджер, наколдовала такую маску, которая снимется только через час! Ужас просто! – Иди, давай! – подпихнул нас МакЛагген, объяснять что-то ему было бесполезно. Он принес нас в Министерство и посадил в уже знакомую камеру предварительного заключения. – Удачной ночи, голубки, – улыбнулся МакЛагген и запер нас в одной камере. – Эй, ты что? По правилам мужчин и женщин сажают в разные камеры! – Да? – Кормак озорно приподнял бровь. – А разве вам, любовнички, это не на руку? У нас только одна камера. Хочешь, могу отправить твою подружку в Азкабан? Я судорожно сглотнул. МакЛагген рассмеялся и удалился, тихо что-то насвистывая. Гермиона успела наложить заклинание на нас обоих до того, как у нас отобрали палочки, поэтому через час наши маски должны были исчезнуть. Я осмотрел камеру. Тут были обычные бетонные стены, одна небольшая лавка и решетка, которая закрывалась на ключ, как "Флориш и Блоттс" и еще к этому, была защищена заклинаниями. – Что будем делать? – спросила Гермиона, сползая вниз по стене. – Ты как хочешь, а я буду спать, – я сел на лавку, оставив немного места для Гермионы, но она не села рядом, а просто уселась на пол. Надо заметить, что тут было ужасно холодно. Лично я сжался в комочек и пытался заснуть, это выходило у меня из рук вон плохо. Я приоткрыл один глаз и посмотрел на Гермиону, она, похоже, спала, но часто шевелилась. Я вздохнул и хотел последовать ее примеру, но вдруг раздался голос: – Малфой, ты очень громко сопишь... Спать ну просто невозможно! – сказала она. – А как же твое "Драко"? – я заметил, что после того, как "умер", она начала называть меня по имени. – И ты сама ворочаешься, как не знаю кто! Я тоже не могу заснуть! – А ты... хорек,– начала Гермиона, но я ее оборвал. – Может, хватит? Ну вот про хорька совсем не оригинально. Придурок, идиот... Это тоже! Придумай что-нибудь новое! – Самовлюбленный индюк? – устало спросила она. – Вообще-то, я имел в виду что-то в роде: "Драко, ты такой соблазнительный в этом пиджаке... Мы могли бы развлечься, пока одни". Она раздраженно цокнула языком. – Я такое никогда не скажу и, уж тем более, тебе! Ты сопишь, как горилла! – опять начала она. – Уволю их всех к Мерлиновой бабушке! – А у тебя зубы стучат от холода, как будто выбивают чечетку! – парировал я. На минуту воцарилась неприятная тишина, прерываемая лишь только стуком зубов Гермионы. – Иди ко мне, а то от этого стука спать невозможно... – тут было темно, но я услышал шорох и понял, что она где-то рядом. – Брось ты, я же не насильник какой-то! А сидеть на холодном полу вредно. Я почувствовал ее дыхание на своей щеке, и вскоре Гермиона положила свою голову мне на плечо. Я, осмелев, приобнял ее за талию и накрыл нас своей мантией (не подумайте ничего, мне просто было холодно!). Навязчивая чечетка зубов прекратилось очень скоро, и я смог спокойно заснуть. – Но ты все равно сопишь! – воскликнула она, но я лишь улыбнулся и окончательно заснул. Разбудил меня какой-то стук. – Подъем, голубки, пора вставать! У нас еще допрос, так что вылезайте из объятий и... О, Мерлин! Гермиона? Малфой?! Вы что там делаете? Гермиона улыбнулась и размяла кулаки. – А сейчас, мой голубок, любовничек, и как ты там нас еще называл?... Тебя ждет незабываемое утро, – Гермиона говорила очень мягко и нежно, что вместе с ее дикой улыбкой, придавало ей немного сумасшедший вид. – "Незабываемое" в плохом смысле этого слова. После отличной нотации, прочитанной МакЛаггену в исполнении Гермионы, мое настроение пришло в норму. Так приятно было бы вернуться домой, но мне нужно было идти на работу. Сегодня должен был быть очень важный день, ведь один хороший тренер Шотландии по квиддичу хочет заказать у меня четырнадцать (четырнадцать!) новейших "Д.М- 102 ,5", улучшенная версия "Д.М.- 102 ". Для меня это огромная прибыль, но этот человек уже ни раз меня подводил... Да-да, это именно он отказался от тех метел, которые я впоследствии втюхал Гарри и Рону. В каком-то смысле я должен благодарить его, что мы помирились. Но что делать, если я принесу метлы, а он не возьмет их? Я ведь отзываю их из магазина, где за это время эти метлы могли продать! Я теряю деньги, мне нужно знать наверняка, что он купит их! Я отпустил Гермиону, пусть выспится, но она отказалась идти домой и тоже пошла на работу. День прошел незаметно, приближался вечер, а значит и встреча с Ником. Его даже прозвали "Никки-лгун", как с ним можно иметь дело? Но попытаться все же стоило, ведь четырнадцать метел – это огромные деньги. С этими вопросами я пришел к Забини, он всегда помогал мне. – И что мне делать? – Хм... – задумался Блейз и почесал легкую щетину. – Это не так просто, но у меня есть кое-какое зелье... – Какое? – я с интересом наблюдал за поисками Блейза. – Нашел! – он аккуратно, дрожащими руками, вынул из тумбочки маленький пузырек с зельем. Оно было ярко-зеленым, похожим на яд. – Это Хиэсотс* (прим. автора: to hear thoughts – слышать мысли (пер. с англ. яз.)). Очень древнее зелье, я как-то выиграл его в лотерею. Но я добрый, поделюсь с тобой. До ужина с Никки-лгуном оставалось очень мало времени. – И чем оно мне поможет? – не удержался от едкого комментария я. – Ты сможешь читать мысли! Но всего на полчаса... Тебе этого хватит, поверь, уж я-то знаю. Блейз налил стакан обычной воды и капнул малюсенькую капельку Хиэсотса туда, и я выпил его. Я абсолютно ничего не почувствовал и не услышал. – Подумай о чем-нибудь, – попросил я, а Блейз сосредоточился, так же сильно, как и я. В моем мозгу всплыл образ еды... – Ты думаешь о... Ага, знаю, о запеченной курочке, политой карамельным соусом? – спросил я. – Вообще-то, я думал о том, что хочу в туалет. – Ладно, я просто хотел есть. Загадай любую карту из тридцати шести, – Забини задумался, а потом кивнул. – Это шестерка бубей? – Это был туз пик, – огорченно отозвался он. Я тоже расстроено вздохнул и пожал плечами. – Может, срок годности прошел? Не понимаю... – Спасибо и на том, Блейз. Попробую сам все понять, – я улыбнулся и трансгрессировал в ресторан. Ник еще не пришел, поэтому я занял столик и ждал, пока мне принесут огневиски. Я взглянул на девушку за соседним столом, она явно кого-то с нетерпением ждала. – "Интересно, что он подарит мне? Может, кольцо, и мы наконец-то поженимся? Вряд ли он пригласил бы меня в этот дорогущий ресторан, если бы не..." – Простите, девушка, но вы слишком громко разглагольствуете о своих проблемах. Это, между прочим, общественное место. – "Странный он какой-то, я вообще молчала". И тут я заметил, что, как бы странно это не звучало, когда она это говорила... ее рот не открывался. Я выпил бокал. Я перевел взгляд на мужчину, который с милой улыбочкой ужинал с девушкой. – "Это наше первое свидание, но, я думаю, она согласится сейчас поехать ко мне. Или лучше еще подождать? Скажу-ка я мою дежурную фразу про то, что ее глаза, как безграничное море...". Я посмотрел на молодого парня, который сидел за столиком со своей бабушкой. – "Как скучно... Ну ничего, посижу с ней еще полчасика, но зато она даст мне денег, а иначе терпел бы я это?". Я слышал мысли каждого, на кого смотрел! Зелье все-таки подействовало! Я выпил еще бокальчик огневиски. Потом еще один... Никки опаздывал. Тут ко мне подсел Ник. – Здравствуй, Драко! – я перевел взгляд на него. – "Ужасная мантия, она его явно толстит, а галстук? Цвет просто катастрофа". Я приподнял брови. Да не толстый я вообще! А серый цвет галстука чем плох? Он мне идет... – Привет, Ник. Ну так что, будешь брать четырнадцать метел или ты опять передумал? – "Его метла? Да не нужны они мне! Хорошо хоть он, болван, об этом не догадывается. Мне же платят за то, что я пудрю ему мозги, а он даже не догадывается, бедняжка, что за этим стоят его конкуренты!". Я усмехнулся. – Разве это я болван? Ты не получишь денег моих конкурентов. И, чуть не забыл, не звони мне больше, – я с улыбкой встал и удалился. Я трансгрессировал обратно в офис, мне хотелось просто побыть одному. Но ничего не вышло, потому что я заметил, что в кабинете Гермионы горит свет. До окончания действия зелья оставалось меньше пяти минут. Так почему бы не?.. Я постучался и вошел. Она с интересом меня осмотрела. – "Он такой сладкий... Красивый, конечно же, но это не самое главное. Главное – то, что внутри. Почему я люблю именно его?" – она облизала губы и посмотрела теперь мне в глаза. – "Так, а чего это Малфой пришел, интересно?". Драко? Ты чего пришел? Я улыбнулся. И это она думала обо мне? – Собирайся, мы идем в ресторан, – я кинул ей ее пальтишко и улыбнулся самой обворожительной улыбкой. – Опять нужно кого-то соблазнять? – расстроено застонала она. – Нет. Только, разве что, меня... Можешь считать это свиданием, – я решил дать девочке шанс, тем более, я уже был навеселе из-за выпитого огневиски в ресторане. – "Что это на него нашло?" – это последнее, что я услышал из ее мыслей. Время вышло. Но, тем не менее, она пошла со мной и мы уже оказались в ресторане. Я помню, что я много пил, разговаривал, флиртовал... И делал все это с Грейнджер! Последнее меня особенно удивило. – Доброе утро, – услышал я. Думал я чрезвычайно медленно, все выпитое за вечер давало о себе знать. – Вставай, а то на работу опоздаем. Вот это окончание "аем", заставило меня открыть глаза. Передо мной стояла Гермиона с красивыми распушенными волосами. В одной лишь пижаме. Такой ее вид (и еще то, что я был без майки) заставил меня встревожиться. Я хотел было встать, но обнаружил, что под одеялом я абсолютно голый. Я мигом обратно накрылся и покраснел. – Слушай... м-м-м... А ты случайно не знаешь где мои штаны? – Кажется, ты оставил их в гостиной, сейчас принесу, – и спустя несколько секунд она бросила их мне. – Знаешь, мне не очень понравилось, ты мог бы лучше постараться... Что?! Даже если допустить ту мысль, что у нас это было, то... Не понравилось?! Но... Этого просто не может быть! – Я вообще-то был пьян, – попробовал оправдаться я. У меня такое в голове не укладывалось! Либо я совсем уже перебрал, либо это Грейнджер к роскоши привыкла! Хотя... Скорее всего, это первое. Гермиона рассмеялась в ответ на мои слова и пошла переодеваться. Выглядела она жутко не выспавшейся, но довольной. Это еще раз подтвердило то, что у нас что-то было. Пытаться что-то вспомнить я даже не пробовал. Бесполезно. Я очень быстро одел свои штаны (которые, кстати говоря, были завязаны в узел). Даже без трусов. Я их не нашел, а у Грейнджер спросить постеснялся. Но без трусов я пробыл недолго, как только вышел из комнаты, я сразу заметил, что свет с люстры падает очень странно. Я посмотрел вверх и увидел их, мои трусы. Жутко покраснев (прямо как цвет волос Уизли), я с помощью палочки снял их с люстры. Когда с одеванием было покончено, мы с Грейнджер вместе трансгрессировали на работу. Было столько заинтересованных взглядов от работников! Они явно думали, что мы... Что, в общем-то, и было правдой. Насколько я знаю, по крайней мере. Мы зашли в кабинет, и я увидел, что прямо на моем стуле развалился какой-то тип! Такого я даже Забини не позволяю! Гермиона почуяла неладное и сразу скрылась у себя в кабинете. – Простите, вы вообще кто? – я грубо швырнул свою сумку на диван, припугнув его. – Я Колин Криви, вы, наверное, не в курсе, что я ваш имидж-менеджер, но ведь это не важно. Мы с вами учились в Хогвартсе, но вы, наверное, меня не помните, – Колин так безостановочно и очень быстро тараторил, что я еле различал отдельные слова. – Волосы не уложены, пиджак помятый, но я тут не для этого. Вы меня наняли, для того, чтобы я следил за имиджем компании. У вас ведь нет ни одного рекламного плаката! Поймите, сейчас все волшебники выходят на новый уровень в маркетинге, набираются опыта, берут пример с магглов... У меня опять начала болеть голова от его болтовни... – Кто тебя нанял? – обычно без моего ведома ничего такого не делается. – Мистер Забини, – кивнул Колин. – Милый такой человек, итальянец, симпатичный, да еще с модой знаком!.. – Я понял, – оборвал его я и приложил пальцы к вискам. Да... Чувствую, сегодня не легкий будет день... Колин начал болтать о том, что нужно найти модельку, которая снялась бы на плакат, и ее же мы поместим на три страницы в Ведьмополитен. Неделю спустя... За неделю этот Колин Криви порядком мне надоел. Каждый день он предлагал что-то новое для нашей компании (от вывешивания плакатов до смены цвета салфеток) и все время критиковал мой внешний вид! Это я смог вытерпеть, но ведь он еще ко всему этому бегал за Грейнджер! Я лично видел, как он подарил ей цветы! Это просто выбило меня из колеи! Мы, как-никак, переспали, а она делает вид, что вообще ничего не было! Сегодня у меня было просто ужаснейшее настроение. Я решил прогуляться в обед, чтобы выпустить пар. По пути я испугал котенка и стукнул мусорный бак. – Ходит тут, как пуп земли... – услышал я недовольное ворчание сидевшей на улице бабули. Она была одета в лохмотья, и на одном из глаз у нее была грязная повязка. Она явно выпрашивала деньги у прохожих. – Что, я не расслышал? – зло рявкнул я. – Если ты злой – не надо на других срываться! Ты вообще в своей жизни много всего плохого сделал, я это чувствую. Отравляешь жизнь всем, с кем находишься рядом! – моя злость еще больше возросла, когда она это сказала. – А не пошли бы вы, мамаша, далеко и надолго?! – я пнул ногой шапку с деньгами, которая стояла неподалеку, отчего монеты в ней рассыпались по всей улице. – Ты ничего не добьешься, если будешь так себя вести. Я чувствую, что если ты не изменишься, не станешь хорошим, тебя ждет беда. Страшная беда. Смерть! То, чего ты заслуживаешь! – Прекрасно! – воскликнул я и прошел несколько шагов, но потом развернулся, чтобы извиниться и помочь все собрать. Я не увидел эту старушку, и монет тоже не было. Они исчезла, как будто ее и не было. Моя злость мигом прошла, и я задумался над ее словами. Кто это вообще старушка? Откуда она? Волшебница ли? Почему я должен умереть? Эти мысли не давали мне ни на чем сосредоточиться, и я решил задуматься над своим поведением. – Драко, а вот и ты, наконец, я так долго тебя искал, – начал привычно тараторить Колин, как только заметил меня. – Представляешь, захожу я в кабинет Блейза, смотрю – а его там нет. И тебя там нет, я даже испугался... – Я рад тебя видеть, Колин, – совсем не зло, а даже с улыбкой отозвался я. Я понял, что так (срываясь на каждого) вести себя нельзя и пообещал себе, что впредь буду сдержан и снисходителен ко всем. Колин приветливо улыбнулся и продолжил болтать: – Сегодня придут все модели, которым я позвонил, они пройдутся, мы сделаем колдографии и съемки. Нам троим нужно выбрать лишь одну. Третьим будет Блейз. Он женат, но все равно захотел посмотреть на красивых девушек... Я решил зайти в свой кабинет, чтобы взять блокнот и ручку, но услышал странные звуки из кабинета Гермионы. Я без стука вошел. Она сидела за столом с очень болезненным выражением лица. – Тебе плохо? – вырвалось у меня. Хотелось накричать на нее за то, что она не сказала сразу, что плохо себя чувствует, но я молчал. – Н-нет, н-н-наверное, – я видел, как ее губы тряслись, и вдруг ее вырвало прямо на новый ковер. На мой любимый, новый ковер! – Прости... Я постарался отчистить все заклинанием, но все равно кое-какие следы остались. Мой любимейший ковер! Яспокоеняспокоеняспокоен... Янинакогонебудукричать... Нетнетнетнетнетнет... Я глубоко вздохнул и сосчитал до десяти. – Ладно, Гермиона, ничего страшного, наверное, ты просто что-то не то съела. Иди лучше домой, отдохни. – Нет, все хорошо, это случайность, – она робко улыбнулась, и я покинул ее, но успел отметить, что на столе стоял еще один букет цветов. Это все Колин, я был уверен! Вот гаденыш. То есть... как это мило! – Где там твои модели? – вежливо спросил я у Колина. – Сегодня мы рассмотрим половину, а завтра подойдет и вторая. Я уселся в кресло и приготовился к приятному дефиле. Было очень много красивых девушек, но все они были пресными и одинаковыми. Даже Колин был со мной согласен, как это ни странно. У нас был перерыв, и мы вместе с Колином решили пообедать у меня в кабинете. Я хотел позвать и Гермиону, но ее кабинет был пуст. Я вошел, намереваясь подождать ее тут. Мое внимание приковал мешочек, который лежал у нее на столе. Я не выдержал и заглянул внутрь. Внутри оказалась одежда. Но не на взрослого человека, а на младенца! Зачем это Гермионе одежда для малышей? – Драко, я пойду, там одна модель потерялась, а ты передай это, пожалуйста, Гермионе, – он протянул мне красиво запакованную коробку конфет. – Конечно передам, – пробормотал я и случайно сильно сжал коробку, отчего она немного помялась. Я уже замахнулся ей, чтобы эта коробка конфет полетела в окно, но вспомнил о том, что я хочу быть пай-мальчиком. Хотя бы этот день. Тут я услышал шаги, и с хмурым лицом вошла Гермиона. – Ты как? – спросил я. – Все так же... Тошнит, голова болит, – она села. – Что это у тебя в руках? – Это тебе Колин попросил передать, – спокойно объяснил я и протянул конфеты ей. Она улыбнулась такой красивой, просто обворожительной улыбкой, что я невольно позавидовал, что она так улыбалась из-за Колина. – Он очень милый, ты знаешь. – Да... Я хотел позвать тебя на обед со мной и Колином, но он куда-то ускакал. – А что там на обед? – спросила Гермиона оживленно. – Стейк "Нью-Йорк", – отозвался я, зная, что это ее любимое блюдо, она как-то говорила мне. – Хм... – она нахмурилась. – Так хочется чего-то необычного. Селедки, например. Вместе с овсянкой. М-м-м, – она мечтательно закрыла глаза, а я рассмеялся. – Гермиона, ты что бе... – не успел я закончить слово "беременна", как до меня вдруг дошел смысл происходящего. Если сопоставить несколько событий... Ее тошнит, она хочет селедки с овсянкой и эта одежда для малышей! О, Мерлин! Мой взгляд ненароком переместился на ее живот. Конечно, он еще не появится, у нее, наверное, срок не больше недели. Неделя! Я вспомнил, что было неделю назад! Мы же... Это мой ребенок, что ли?! Я потряс головой. Откуда вообще такие мысли? Может, ей просто захотелось селедки. Это еще ничего не значит. И даже если Гермиона беременна, это не значит, что именно я отец ребенка, ведь так? – Что такое? Ты весь побледнел, – она дотронулась до моего лба. – У тебя температура! Я аккуратно оттолкнул ее руку. Мысли нервно путались в голове. В ее кабинет через дверь (окна ж у нее не было!) влетела сова, она держала что-то в лапах, а я быстро схватил это. У меня было предчувствие, что я должен это видеть. – Что это? – спросил я, указывая на странную штуковину, на которой были нарисованы две полоски и написано: "1 н.". – Отдай! – она выхватила у меня ее и покраснела ни то от злости, ни то от смущения. – Что это? – повторил свой вопрос я. – А это не твое дело, Малфой! Не лезь, куда не просят! Я хотел наорать на нее, разнести весь этот кабинет, но та бабка не давала мне покоя со своими словами. – Послушай, есть один человек, который способен понять тебя, правда. Его имя состоит из пяти букв! – тихо сказал я, намекая, конечно же, на себя. – Хм... – она притворно задумалась. – "Малфой" не подходит, тогда кто? Даже не знаю... Я улыбнулся и она тоже. – Можешь рассказать мне все, что захочешь, – уверенно заявил я. – Ладно, – ответила Гермиона, и на этом наш разговор закончился. И только когда я вечером вернулся домой, вспомнил, где я видел эту штуку, которую принесла сова. В рекламе новых тестов на беременность, где показывалась не только "беременность", но и срок. "1 н." – значит одна неделя. Так значит?.. Неужели?.. Это мой ребенок?! Эта мысль меня пугала. Действительно пугала. Теперь я понимал бедного Гарри, который не хотел пока детей. Это же просто супер ответственность! Этой ночью я почти не спал, все думал о том, что случилось. Что если я отец ее ребенка? Что я сделаю? Я ведь даже к свадьбе еще не готов! Темные круги под глазами ясно давали всем понять, что я не выспался, и что меня лучше не трогать. Но и сегодня я придерживался принципа "быть добрым со всеми", поэтому не мог себе позволить злиться. Сегодня у меня продолжался кастинг моделей. Ни одна из них не подошла. Оставалось еще семь кандидаток. – Девочки, дорогие, поймите, для нашей рекламы вы должны быть уверенными в себе, сильными, гордыми, даже немного самодовольными, как девушка Бонда. Как... вот как она! Я проследил за взглядом Колина и увидел Гермиону. Она сильной, уверенной походкой приближалась ко мне. Ее выражение лица ясно давало понять, что с ней шутки плохи, но легкая игривая улыбка разбавляла этот образ. – Вот что нам нужно! – я полностью согласился с Криви. Нам нужна Грейнджер! – Драко, тебе просили передать вот эти документы на подпись. Очень срочно! – сказала она. – К черту документы, – я отшвырнул папку подальше. – Нам нужно, чтобы ты снялась на плакате! Это очень важно! – Очнись, Малфой, в мире есть проблемы и посерьезнее твоих дурацких плакатов! – зло проговорила она и, расплакавшись, убежала. Супер, у нее еще и перемены настроения появились... Я не раздумывая побежал за ней. Я хотел войти в ее кабинет, но вдруг услышал голоса: – Так ему и надо! – воскликнула Гермиона. – Гермиона, мне кажется, ты слишком строга к нему. Мы же все знаем, что именно он отец ребенка... – ответила другая, я узнал голос Джинни Уизли. – Ну и что? – резко воскликнула Гермиона. – Ребенок может расти и без отца! Даже Колин будет лучшим отцом, чем он! Даже можно и не говорить ему о ребенке! – Я думаю, надо сказать... – настояла Джинни. – Он ведет себя как полный идиот, даже не зная о ребенке! С таким даже находиться рядом противно! Мои глаза расширились от удивления. Этот разговор явно был обо мне. Так вот что она обо мне думает? Что я буду отцом хуже, чем Криви? Я чудовище?.. Хотелось сию же секунду ворваться в тот кабинет и все ей объяснить. Сказать, что я бы заботился о ребенке! Что я бы гулял с ним, помогал ей его воспитывать! Но я ведь не должен срываться, лезть в чужие дела и так далее. К черту правила! Я был в миллиметре от двери, как вдруг кое-что решил. Нужно найти ту бабку. Я, даже не захватив теплую мантию, побежал на ту улицу, где ее видел. К счастью, она оказалась там, на том же месте. – Ну, здравствуй, – улыбнулась она. – Вы! Из-за вас я уже два дня хожу сам не свой! Я уже давно должен был наорать на Криви, разобраться с Гермионой! – начал орать я. – Так чего же ты этого не сделал? – удивилась она с издевкой. – Вы! Это все вы! – я яростно тыкал в нее пальцем, прохожие даже начали оборачиваться. – Не вини меня в том, в чем сам виноват. – В вас, что Дамблдор вселился?! Вы же сами вчера сказали, что я приношу всем беды, что я умру за это! – Я просто так это сказала. Ты рассыпал мои деньги, вот я и разозлилась. И почему ты поверил мне? Я же всего лишь оборванка, нищая старушка, – она указала на свою одежду. – Потому что... Потому что я понял, что вы правы, – очень тихо сказал я, от моей злости осталось лишь воспоминание. – Знаете, там одна девушка... Она беременна, и, я думаю, это мой ребенок. Еще один гаденыш за ней приударил, а она думает, что он лучший отец, чем я. – Так почему ты до сих пор здесь? Ты должен сейчас стоять рядом с ней и громко выяснять отношения на весь офис! – воскликнула старушка с улыбкой. Я улыбнулся в ответ и отвернулся, чтобы уйти, но вдруг сказал: – Эй, а откуда вы узнали про офис? – но старушки не было. Ох уж эти ее шуточки, они с Дамблдором были бы идеальной парой. Я на всех парах помчался в офис. Я яростно открыл дверь. В кабинете стояли Гермиона и Колин. Отлично, мне есть о чем с ними поговорить. – Драко, что случилось? У тебя такой, вид, как будто... – сказала Гермиона. – Неважно! Настала пора все выяснить! Ты не можешь так поступить, оставить ребенка без отца, – воскликнул я. – Так ты о ребенке знаешь? – искренне удивилась Гермиона. – Откуда? – Я понимаю, что я далеко не лучший отец, но я бы заботился о нем! Я бы давал денег, гулял бы с ним! Это ведь мой ребенок тоже, пойми! – Ты отец? Ты спал с Джинни?! – Какая Джинни? Я спал с тобой! Колин чуть не упал, ему пришлось сесть, у Гермионы была такая же реакция. – Ч-что? Я думаю, если бы ты со мной переспал, я бы об этом знала. Но при чем тут ребенок Джинни? – А почему ты всегда вставляешь эту Джинни? – я переходил на крик. – Это мой ребенок и ты не в праве им распоряжаться. Только я хотел заорать, что эта Уизли (или она Поттер?) меня уже достала, как в кабинет вошли Гарри и Рон. – Джинни не могла с тобой спать, Малфой! – заявила Гермиона. – Ты спал с моей женой?! – воскликнул Гарри, уставившись на меня. – Если твоя жена Гермиона – то да! – гневно ответил я. – Что вы тут делаете? – зло спросила Гермиона. – А ты что тут делаешь? – парировал Рон. – То же что и вы! – Эй, ребята, успокойтесь, – встрял Колин. Дверь еще раз открылась, и вошла Джинни: – Что тут происходит? – А то, что твой муженек идиот, – отозвалась Гермиона. – А ты на Гарри не наезжай! – воскликнул Рон. – Может мы все мирно решим? – попросил Криви. У меня от стольких реплик одновременно закипели мозги. – ХВАТИТ! – заорал я, все на мгновение смолкли. – Я вообще ничего не понимаю, давайте разберемся по порядку. Пусть каждый скажет свою версию случившегося. Я начну. Мне кажется, что Гермиона беременна от меня, но она считает Криви, – я гневно глянул на Колина, – который дарит ей всякие подарочки, лучшим отцом, чем я. Что вы все тут делаете, я даже не представляю. – Так, с твоей версией мы разобрались, – сказал Гарри. – Теперь пусть скажет Гермиона. – Два идиота-мракоборца, – я нервно хохотнул, но сделал вид, что кашлянул, – плохо относятся к детям, и из-за этого жена одного из них очень переживает. – Стойте... – Гарри нахмурился. – А Джинни тут вообще при чем? – Вот и я о том же! – энергично закивал я. – Идиоты, заткнитесь и слушайте. – Гермиона начала ходить из стороны в сторону. – Джинни беременна. Она боялась сказать тебе Гарри, потому что ты еще вчера говорил, что боишься ухаживать за ними. Вот я и разозлилась, вспылила! Сказала Джинни, что лучше ребенку расти без отца, чем с таким, который против детей. Но я не совсем так считаю. – Так Джинни тоже беременна? – удивленно спросил я. Все взгляды сразу устремились на нее. – Да, – выдохнула она. – Я думаю, им надо поговорить, – неловко почесав затылок, сказал Рон. Он положил руку на плечо Колину, и вышел с ним. – Пойдем, прогуляемся, – улыбнулась Гермиона, и мы тоже вышли, оставляя Гарри и Джинни наедине. – Так ты все-таки не... Не беременна? – робко начал я. – Нет. А почему ты так думал? Мы же даже не... – Как это "не"? – удивился я. – Я же проснулся у тебя. Голым. И ты сказала, что тебе не понравилось. Я подумал, что мы... Гермиона так задорно и красиво рассмеялась, а я так и остался стоять, хлопая в недоумении ресницами. – Так ты подумал, что мы переспали той ночью? Нет, ты просто был очень пьян, пришел ко мне домой, начал пародировать "Ведуний", показывать фокусы, потом станцевал стриптиз – я ничего не видела, не волнуйся! – и лег спать. Мне пришлось ночевать на диване... – Но тогда чей это был тест? – удивился я. – Джинни! Она прислала его мне, но ты его взял, у меня в кабинете ведь нет окна, поэтому сова и влетела в твой. И Колин вовсе не мне дарил подарки. Он через меня передавал их чете Поттеров, ты ведь знаешь, он фанат Гарри. И как только узнал, что у них намечается пополнение, очень за них обрадовался, вот и передал конфеты и цветы. – А одежду ты хотела подарить Джинни! – подхватил я. Все сходится. Я почувствовал огромное облегчение. – Наконец-то мы все выяснили. Но... Тебя же тошнило, болела голова, перемены настроения, селедка и все такое... – Ах это... Знаешь, после обеда у Лаванды я до сих пор мучаюсь. Она подала мне стейк, мой любимый. Больше есть у Лаванды я не буду, – улыбнулась она. Я тоже беззаботно улыбнулся. Я уже хотел пойти обратно в кабинет, но вдруг услышал: – Слушай... Драко, ты поступил очень правильно. Я думаю, что ты был бы хорошим отцом. – Не ври, – улыбнулся я. – Ты же знаешь, что с детьми я веду себя, как подонок. – О, и не только с детьми, – мы рассмеялись. Так приятно было говорить с ней о том, какой же я подонок. Так легко и хорошо. Мы оба вернулись в мой кабинет, где Гарри и Джинни целовались (и чуть было не приступили к созданию еще одного ребенка). Оказалось, Гарри хотел детей, но просто боялся. – Прости, что наговорила столько глупостей о тебе, Гарри, – отчаянно краснея, пробормотала Гермиона. – Ничего, женщины все время говорят глупости, это нормально, – ухмыльнулся я, но Гермиона и Джинни смерили меня уничтожающим взглядом. – Неясно осталось только одно, – нахмурился Рон. – Что тут делает Гермиона? – Могу задать такой же вопрос, – обвинительно заявила она. – Что тут делаете вы? – Раз уж такая ситуация наконец-то настала, я хочу кое-что прояснить, – громко объявил я. – Гарри и Рон дружат со мной уже больше года, ну а Гермиона с недавнего времени у меня работает. – Почему вы не сказали мне? – удивилась Гермиона с улыбкой. – Мы думали, – ответил Рон, – что ты обидишься на нас за то, что мы общаемся с, как бы ты сказала, "этим придурком Малфоем". А ты чего не сказала? – Та же история. Я думала, что вы скажете: "Зачем общаться с этим хорьком? Он же просто..." – Эй, я, вообще-то, еще здесь, – я немного обиделся. Я их тут мирю, значит, а они обзываются! – Гермиона... но когда я к тебе заходил тем вечером, я выпил Хиэсотс. И ты думала... что я такой сладкий и все такое. – Вообще-то, я думала в тот момент о торте, – рассмеялась Гермиона. Я очень обрадовался, что все прояснилось, как же хорошо. Мы уже нашли нашу модель, осталось только уговорить Гермиону сфотографироваться, поэтому Колин перестал за мной таскаться. Все было относительно спокойно, что меня и настораживало...