Это наша жизнь

— Юра, успокойся. Потерпи чуть чуть, ты скоро привыкнешь. Течка ведь не навсегда — тихо, но чётко утверждал казах. Юра же залился слезами, непонятно из-за чего. Самым ужасным было то, что Отабеку безумно больно видеть Юру грустным.— Ну скажи мне, что не так. Я всё сделаю, только, не плачь. Пожалуйста. — как можно мягче произнёс Бека. — - Иди нахуй. — громко всхлипывая сказал Плисецкий. — Я сейчас чокнусь! Хули от тебя так приятно пахнет? Я не могу так! — проорал блондин. — Как так? — заботливо и аккуратно поглаживая Юрия по руке спросил казах. — Да я блядь ебаться хочу! Но тем самым мы испортим наши отношения! Мы же если встречаться станем, то больше так, как сейчас общаться не будем! То, что ты-мой истинный говорит лишь о том, что нам будет охуенно вместе, но я не ебу, так ли это! — краснея от собственных слов орал Юра. — Ничего не измениться, только интим появится и всё. Я уже давно отношусь к тебе, как к любимому человеку. Просто всегда сдерживаю себя. —нежно прошептал альфа на ухо Плисецкому. От этого юный фигурист невольно томно вздохнул, и действие блокаторов испарилось окончательно, пара секунд и шорты уже мокрые. — Бека, остановись! Если продолжишь - всё станет пиздец как плохо! —яростно прошипел омега. — Юра, давай сделаем это. — еле слышно произнёс Алтын. Юра помолчал, а потом ответил: — Только если ты обещаешь, что между нами ничего не изменится . И будешь аккуратен, потому что это- мой первый раз. — Отабек не ответил. А зачем ? Все и так очевидно. Он взял свою омежку на руки и понёс его в комнату. Он чувствовал, что Юра совсем мокрый, хотя это и не было удивительно. Юра же в свою очередь уткнулся в шею казаху и тяжело задышал. Уложив блондина на кровать, Отабек навис над ним. Юрий смотрел на него так по-детски, так напугано, но одновременно так страстно. Алтын прильнул к его губам и стал со всей нежностью и любовью целовать. Юра отвечал ему так неумело и так робко. Постепенно казах углубил поцелуй, но к сожалению вскоре его пришлось разорвать. Отабек спускался всё ниже и ниже, оставляя на ключицах багровые метки во время ставки которых Юра, так сладко постанывал. Альфа осыпал тело Плисецкого поцелуями, и каждый раз, когда он прикасался губами к телу, аромат омеги сводил его с ума. Видимо, в то время пока Алтын исследовал его тело, блондин набрался храбрости. И неожиданно для обоих, омега провёл своими тоненькими пальчиками по возбуждённому члену альфы. Тот слегка вздрогнул и страстно посмотрел на Юру. Казах уже спустился к торсу и стал стягивать с Юры шорты и бельё которое уже было насквозь мокрым от возбуждения. Так как сам Бек уже был на грани срыва, он решил ускорить свои действия. Аккуратно введя в Плисецкого один палец и медленно ласкал его спереди. Алтын дал омеге время привыкнуть. По комнате уже разносились сладкие стоны, но они стали в разы громче когда Отабек ввёл второй палец. Блондин прогибался и сладко стонал, на его глазах были видны слёзы. Растянув Юру как следует Отабек перевернул фигуриста на живот и приподнял его бёдра — Не бойся. Я буду аккуратен, если станет больно сразу говори. — нежно проговорил казах — Давай уже! — тяжело дыша потребовал Юра. И Отабек послушал его, он медленно вошёл в омегу, медленно, но до упора. Издав тихий в отличии от Плисецкого рык казах стал медленно двигать бёдрами. Доли секунды и Юра уже закрывал себе рот, опуская голову в подушки надеясь хоть как-то приглушить стоны. Со временем движения альфы стали более резкими и жестокими, Юрий всё так же стонал и прогибался, Алтын же издавал лишь рыки. Оба были уже на грани и поэтому Юра простонал — выйди вовремя — и опять залился стонами. Отабек расслышал эти слова и принял их к сведению, у Юры разрядка наступила чуть раньше чем у казаха, Алтын же сделал то о чём просил Плисецкий. Еле живые парни рухнули на кровать и затем уснули.