Это наша жизнь

— И зачем был этот цирк? — упираясь спиной в стенку и копаясь в телефоне параллельно адски улыбаясь спросил Юра — Ну так получилось, что твой дедушка довёл меня до темы интима. Я решил не обсуждать это и сделал вид, что напился. По крайней мере не ему знать о моих тараканах в чулках. — смеясь ответил Бека и закинул голову назад тяжело вздыхая. — Юра подойди пожалуйста. Я хочу кое-что узнать. — Ну чо на этот раз? — приподнимая одну бровь буркнул Юрий. Он подошёл к Отабеку, тот притянул Юру и прикоснулся к губам истинного своими. В один момент поцелуй перешел из нежного в страстный. Через несколько мгновений Алтын встал со стула и прижал Юрия к стенке. Казах покрывал шею и ключицы омеги поцелуями и тот тихо постанывал. Но как только Отабек прикоснулся губами к мочке уха, Плисецкий громко простонал:  — Отвали сын ветров! — надрывисто прокричал омега. Он почувствовал, как по его ногам потекла смазка и как тело задрожало. Юрий сжал ноги и стал отталкивать Беку. — Нашёл! — возликовал казах. — Юр, ну не толкайся. Из-за твоих стонов у меня встал. Да и сам ты, я так вижу, не против. — Против! Пиздец как против! — ответил блондин. — Твоё тело говорит обратное. — проводя пальцем по тонкой ткани трусов констатировал факт Бека. Юра опять застонал и вцепился в плечи казаха. — Ненавижу тебя! — кричал омега. — Ненавидишь? А я тебя обожаю! — целуя Юру в шею ответил брюнет. Альфа взял Плисецкого на руки и понёс в спальню. Юра хоть и орал, что Алтын скотина и что хочет чтобы у брюнета всё отсохло, не колотил его. Это говорило о том, что он не так уж и против. Аккуратно положив омегу на кровать альфа стянул с себя уже давно лишнюю футболку и шорты. Нависая над юным фигуристом казах нежно проводил рукой по торсу, в то же время оставляя на шее и ключицах яркие метки которые так и кричали: «он занят», «тронешь голову отверчу». Блондин извивался и сладко постанывал, но самым чувствительным местом оказалась мочка уха. Алтын дразнил Юру. И Плисецкого раздражало то, что Бека узнал о его слабом месте, но в то же время радовало. Юра больше не мог терпеть, поэтому простонал: — Пожалуйста, быстрее. — Ну хорошо. — абсолютно спокойно ответил Отабек. Раздвинув ноги омеги он обнаружил, что омега совсем мокрый. Невольно улыбнувшись Алтын стянул с блондина бельё. — Похер! Давай уже! — не выдержав простонал Юра. Он забил нахер подготовку, ведь сейчас хотел лишь одного, — чувствовать альфу всем телом. — Ладно. — надевая контрацептив ответил брюнет и на всю длину вошёл в Плисецкого. По комнате разнёсся болезненный крик, а потом стон наслаждения. Казах стал медленно двигаться. Юрий уже стонал во всю. Запах омеги становился всё сильнее, и в определённый момент Отабек потерял самоконтроль. С мягкого и нежного темпа он резко перешёл на очень грубый и быстрый. Юный фигурист такого действия не ожидал, и по этой причине резко раскрыл глаза, которые застилали слёзы удовольствия. Он тихо всхлипнул, но потом расслабился, и получил первый за эту ночь оргазм. От этого у омеги наступила разрядка. Стоны Юры слились со стонами Алтына. Тот же улыбнулся и посмотрел своему избранному в глаза, — Уже? — Отвали! Я-омега! Мне можно! — попытался без стонов сказать Юра, ну конечно у него не получилось. Брюнет не давал Плисецкому отдохнуть и спустя определённое время оба парня опять излились. Узел так увеличился, что Алтын уже не смог выйти из омеги. Это была сцепка. Поняв, что происходит Юра закрыл лицо руками. Казах же усадил Юру сверху так чтобы Плисецкому было удобнее. Блондин был весь красный, скорее от стыда чем от усталости и температуры, — Ты же умный. Придумай что-нибудь! — тихо прохрипел омега — Есть один вариант. Ждать. — убирая руки блондина от его лица сказал альфа, — Юр, ну чего ж ты стесняешься? — Как блядь чего? Кого правильней сказать! Неужели я должен быть спокоен? — кричал Юра. Правда его прервали — Ю-юр. Ты ток не злись. Кажется презерватив лопнул… — с круглыми глазами пробормотал Алтын. — Тебе пиздец! Я тебя прибью! Сволочь! — орал блондин параллельно колотя казаха по грудной клетке.