Язык цветов

- Я знаю, чем хочу заниматься. Драко вяло поглаживал обнаженное плечо Джинни, пока они лежали на постели, от которой пахло пылью и сыростью. Пожалуй, пора уже выбирать комнатушки получше. - Мне всегда нравился квиддич, но звезд с неба я не хватал, как и ститчей, но меня всегда манили полеты. Я хочу изготавливать метлы,- Драко немного помолчал, и так как споров или насмешек не последовало, он продолжил,- Денежных запасов хватит, чтобы открыть свое дело. Твои братья смогли, чем я хуже? Послышался смешок. Джинни развернулась к нему, опираясь на локоть, коротко поцеловала блондина в щеку. - Мне нравится эта идея. Сделаешь для меня метлу? - Конечно,- сразу вызвался Драко, довольный ее реакцией,- Можно добавить туда гравировку, камней, стразов… Видя, как меняется ее лицо, Драко не сдержался, упав обратно на подушку, держась за живот от хохота. Видела бы себя Джинни в этот момент! Затем, она все же облегченно выдохнула, когда убедилась, что это была шутка. -Дурак…,- беззлобно прошептала она, пока смех все еще звучал в комнате,- Я почти купилась. - Давай бросим это все?- перемена темы случилась так внезапно, что Джинни не успела к этому подготовиться,- Начнем новую жизнь. Уедем в Америку, на другой континент, как можно дальше отсюда. Заберем детей…Я хочу быть с тобой до конца своих дней. После долгого молчания, Драко, наконец, услышал ее тихий голос: - Ты же знаешь, мы не можем… И он знал. Знал, черт возьми, что она не променяет свою устоявшуюся жизнь ради мизерного шанса быть с ним. Да и кто бы отказался от статуса жены героя, «миссис Поттер», чтобы взамен этого стать спутницей Пожирателя, пусть и бывшего, но все равно почти изгоя общества? Да, он все еще при деньгах, хоть уже не так, как раньше, да, его фамилия все еще синоним влияния, но для других он тень, перебежчик, так и не нашедший себя в этом мире. - Мне нечего тебе предложить?- озвучил свои невеселые мысли Малфой. - Дело не в этом,- романтика тут же растаяла, как морок. Джинни встала с постели, начав натягивать на себя одежду,- У меня есть определенные обязательства перед Гарри, перед детьми, в конце концов…у них есть отец. - Не для всех он является отцом!- напомнил ей Драко, чуть грубее, чем следовало бы. - Но он папа мальчиков,- как можно мягче возразила Джинни, будто ее спутник может вдруг кинуться на нее с ножом или выброситься из окна. Как с душевнобольным. «Я действительно болен. Болен этой рыжей стервой»,- подумал Драко. - Пойми меня, я не могу вот так все бросить. Это подло и не честно по отношению к Гарри. - А по отношению ко мне?- Драко подошел ближе, слегка встряхивая ее за плечи,- По отношению ко мне, Джинни, это справедливо? Мне нигде нет покоя, я просто схожу с ума. То, что происходит между нами длиться так долго, что это уже больше, чем привычка, это зависимость. Я завишу от тебя всецело и полностью, я больше не хочу вот так скрываться! Ты моя, моя и больше ничья! Джинни молчала. Драко тряс ее, пытаясь вызвать хоть какую-то реакцию, увидеть хоть что-то, что блеснуло бы в ее глазах, понять, что она чувствует к нему. Но она стояла так же молча, потупив взгляд. Не пробить эту стену, как не старайся. «Ей никогда не быть моей. Она не будет ничего менять, не будет меняться. Она связана по рукам и ногам мнимыми обязательствами, изо всех сил стараясь держать имидж идеальной семьи, будет носить эту маску, снимая ее лишь принимая душ, где сможет выплакаться, где шум воды заглушит все. Но она не рискнет. Никогда не рискнет сжечь все мосты, ради мизерного шанса счастья с человеком, который однажды был воплощением всего, что она ненавидела». - Ты это твердо решила?- упавшим, мертвым голосом спросил Драко. Джинни лишь кивнула. "Уходить. Прочь из этой комнатушки, пока я не начал умолять ее на коленях. Пока Джин не видит моих слез, моей слабости. Сейчас ты, Драко Малфой, переступишь порог и больше никогда не вернешься. Сперва будет больно, будет больно так, что сдохнуть захочется, но потом все пройдет. Жил ты без Уизли много счастливых лет, и сейчас проживешь. У тебя есть Скорпиус, память об Астории и обещание, данное ей. Позаботиться о сыне, дать ему лучшее. Нужно просто решительно переступить порог…." Он хотел поцеловать Джинни на прощание, но сдержался. Не нужно, чтобы это было последнее воспоминание, к которому он все время бы возвращался. Просто одеться, взять палочку, сухо кивнуть на прощание и выйти за дверь. Это был последний раз, когда он позволил чувствам преобладать над разумом, когда ступил на опасную дорожку, которая привела его к сегодняшнему дню. Сорвать лист календаря, вычеркнуть из памяти и жить дальше. *** Джинни не помнила, как дошла домой. Не помнила, как прошла неделя. Все делалось на автомате: общение с Гарри, домашние дела, игра с детьми. Мир был словно в оттенке «сепия», а ее телом, как марионеткой, управлял кто-то другой. Все время было холодно. Не спасал ни чай, ни камин, ни плед. Секс с мужем, без того редкий, окончательно сошел на нет. «Нет настроения» «Болит голова» «Я слишком устала, Гарри» Ела Джинни через силу, уборка дома была, мягко говоря, поверхностной. Она могла провести весь день, в комнате с детьми, обнимая их так часто, будто завтра они уедут на год. «А ведь однажды так и будет. Когда они поступят в Хогвартс. И что меня ждет тогда?» Джинни представила, как будет выглядеть быт, когда детей не будет рядом. Ждать Гарри с работы, обмениваться дежурными фразами, ложиться в постель, отвернувшись к друг другу спинами. И так десять лет, двадцать, пока кто-то первый не покинет этот мир. По спине пробежали мурашки, а волна ужаса захлестнула Джинни. Нет, разве это жизнь? Ради детей, все ради детей. Но разве они потом скажут ей за это «спасибо»? «Спасибо, мама, что отдала всю себя нам, а сама теперь готова броситься под Хогвартс-экспресс, только бы не возвращаться домой? Домой, где ждет законный муж, к которому давно ничего, кроме благодарности, привязанности и обязательств не чувствуешь». Решение Джинни приняла быстро, не дав себе время, чтобы все обдумать, иначе она никогда бы на это не решилась. Забросив детей к маме, она аппарировала в поместье, в котором никогда прежде не была, но знала, где оно находится. Дверь открыла Нарцисса. Собрав всю волю в кулак, Джинни как можно небрежнее попросила увидеть Драко. «Только бы он еще не уехал в Америку…» Миссис Малфой смерила ее нечитаемым взглядом, и скрылась за дверью. Пару минут спустя в дверном проеме показался Драко, он изо всех сил старался делать вид, что не знал, кто его дожидается, но глаза и дрожащие руки его выдавали. - Джинни? Что ты здесь делаешь? Джинни открыла рот, и тут же его закрыла. Она не знала как сказать ему, как подобрать слова, чтобы он понял. Понял, что дорог ей, понял, что она, кажется, любит его, что ей страшно, но она устала бояться, что она готова рискнуть, чтобы быть счастливой и не важно, как долго это продлиться. - Я…это тебе,- и протянула букет красных тюльпанов, который знатно потрепался по дороге, и теперь стебель одного сломан, клоня цветок вниз. Драко посмотрел на подарок, потом на Джинни, ища подвох, не веря…Но она смотрела на него с надеждой, с которой он чуть больше недели назад смотрел на нее, уговаривая уехать с ним за океан. - Если ты скажешь мне, что это просто цветы, и ты не уедешь со мной и детьми, то я брошу в тебя «авадой», клянусь. - Это безумие, да?- сквозь слезы улыбнулась Джинни, сдерживаясь изо всех сил, чтобы не расплакаться сильнее,- Безумие, но я поеду с тобой. И Лили. И мальчики…если ты не передумал и не захочешь пустить меня на порог. Драко подхватил ее, прижимая к себе, целуя так, что цветы, зажатые между ними, похоже, сломались окончательно. Его переполняло счастье, эйфория и волнение, но это было приятное волнение. Он словно парил в небесах, и полет на метле не мог сравниться с крыльями, словно вырастающими у него за спиной. - Я люблю тебя,- шептал он, целуя каждую веснушку на ее лице,- Люблю, слышишь? Никогда не причиню тебе боли. Это мой неприложный обет, моя клятва. - Я тоже люблю тебя… *** Джинни знала, что совершает самый отвратный поступок, сбегая, не найдя в себе сил поговорить с Гарри открыто. Разве так поступают гриффиндорцы? Куда подевалась хваленая смелость? Человечность? В конце концов, они были вместе много лет, у них есть дети, стабильный брак…Вернее, Гарри по-прежнему думает, что их отношения стабильны. Наивный, добрый Гарри, который был вечно обделен любовью в детстве, вырос, и создал свою семью, которую он строил по подобию собственных идеалов и представлений. Как ему объяснить, что у Джинни всегда были другие интересы? Что она не собиралась быть просто мамой и женой, домохозяйкой? Что она до смерти соскучилась по отдыху, приключениям, квиддичу? В итоге это привело их к тому, что Джинни сидела в их спальне, в доме, который она собиралась оставить, стараясь собрать мысли в кучу и писала мужу письмо, пока Драко наспех собирал ее чемодан. Свой он уже давно собрал. Вещей по минимуму, только самое необходимое. В Нью-Йорк они едут «в никуда», ни квартиры, ни работы. И это вселяет страх. Драко предлагал оставить детей на первое время у бабушек и дедушек, пока они с Джинни не устроятся, и не найдут себе жилье, но та понимала: если она одним рывком не вывезет отсюда всю свою жизнь разом, то Гарри не даст ей потом забрать детей. Оставить Джеймса, Ала и Лили она просто не могла, хотя понимала, что вместо этого ношу тоски по детям она повесила на Гарри. «Ты этого не заслужил…»,- едва не промолвила вслух. Когда-нибудь, хотя бы через полгода, она обязательно даст о себе знать. Гарри заслуживает хотя бы того, чтобы видеть своих детей и общаться с ними. Он прекрасный отец, заботливый муж, только Джинни одним махом перечеркнула около десяти лет их совместной жизни, поставив последнюю точку в пергаменте, заворачивая письмо в конверт, вкладывая туда обручальное кольцо, которое едва снялось с пальца. - Скажи мне, что мы не делаем самую большую ошибку в своей жизни,- попросила она, положив коричневый конверт на видное место на прикроватном столике. - Самую большую ошибку мы сделали тогда, когда позволили этому зайти так далеко,- немного грустно сказал Драко, но тут же исправился,- Или сделали бы, если бы продолжали убеждать себя, что сможем жить дальше друг без друга, будто ничего не было… Нужно поспешить, а то опоздаем на корабль. Джинни кивнула, взяв Драко за руку, а он подарил ей короткий поцелуй. Осталось только быстро забрать своих детей, не давая родне опомниться и бежать. Позорно бежать, поджав хвосты, как побежденные. Они сдались. Сдались друг другу в плен, сдались обстоятельствам, сдались самим себе, принимая свои чувства такими, какими они есть. Больше не будет самообмана, больше не будет лживых улыбок и фраз знакомым. С этого момента все настоящее.