Шрамы.

      Гарри нехотя открывает глаза, лёжа на холодной земле в Запретном Лесу. Сзади него раздаются звуки, создаваемые большим количеством пожирателей, что сейчас стоят неподалёку. Как же ему хочется вновь умереть, хотя одно лишь пожелание, и Леди Смерть вновь откроет ему свои объятья. И эта идея ему нравится с каждой секундой всё больше и больше. Ладно, пошутили и хватит. Правдой является то, что ему лучше не выдавать своё чудесное выживание, а то чудо не продлится и минуты.       Поттер, нет уже Певерелл, не смог сдержать мысленной улыбки, понимая в какой жопе он оказался. Грустить, и падать духом было некогда, ведь на кону стояла собственная жизнь. Но почему его это веселит? А если вспомнить, что сейчас там творится у стен Хогвартса... Да, умеет же он испоганить себе хорошее настроение. А хорошее ли… Что-то подсказывало ему, что это банальная истерика.       Со спины слышатся шаги, судя по мягкости походки - женские. Эта личность должна подтвердить Тёмному Лорду, что у него всё получилось, и мальчишка больше не встанет на его пути. Да уж... А это проблемка, возможно, что в его силах на время остановить собственное сердце, но вот беда, он не умеет. «Интересно, а почему?», - в голове появилась странная мысль.       В последнее время интуиция Гарри редко подводит, и она вопила, что остановить сердце возможно, и что это в его силах. Только вот, он не смог спасти Северуса... А если бы он, раньше приобрёл титул, данный ему Смертью, что-нибудь изменилось бы? Нет, сейчас не время думать об этом.       Лица Гарри коснулись руки — неожиданно мягкие; они приподняли ему веко, потом скользнули под рубашку, отыскивая сердце, аккуратными движениями холодных тонких пальчиков. Он слышал частое дыхание женщины, ее длинные волосы щекотали ему лицо. Певерелл знал, что она слышит упорное биение сердца, что стучит о его ребра, доказывая, что маг жив. — Драко жив? Он в замке? – Неожиданно раздался еле слышный шепот в дюйме от его уха. Длинные волосы спустились на лицо, закрывая от посторонних взглядов. — Да, — выдохнул он. Гарри почувствовал, как сжалась рука на его груди. Её ногти впились ему в кожу. Мгновение, и рука исчезла, оставляя после себя отметины. Женщина выпрямилась, зашуршали складки мантии. — Он мертв! — Громко объявила Нарцисса Малфой, а это была именно она. Вот теперь толпа зашумела, издавая восторженные крики, вслед за этим последовало Круцио, которое Гарри как мог упорно игнорировал. И ещё живое тело Хагрид, взяв на руки, понёс к замку.       Теперь у него появилось время, благодаря поступку Нарциссы; нужно было срочно обдумать сложившуюся ситуацию.       Гарри знал точно - друзья разберутся со змеёй. Неужели, не найдётся ни одного аврора, профессора или даже члена ордена этой курицы, что повергли бы этого сумасшедшего? Да, сейчас ему не хочется брать роль победителя на себя, ведь слава и ненормальное внимание, доходящее до абсурда, Певереллу не нужно. Увольте, сейчас нужна стабильность и покой, а не балы, приёмы, разнообразные праздники и, как бонус статьи газет, что обсуждали бы его каждый поход в уборную и его сексуальную жизнь. Да уж... Дайте Рите Скитер такую информацию, так она напишет сенсацию!       Находясь уже у замка, он окончательно уверился в правильности своего решения. Пусть для всех остальных Гарри Поттер умрёт, а с Леди Малфой маг потом поговорит, если та останется в живых. Тем более семья Малфоев должна была Долг Жизни Поттеру, и так же он им. Жизнь за жизнь - она его, а он её сына. Выгодный расчёт. И всё было бы куда проще, будь так на самом деле.       У мальчика резко появилось непонятное тянущее чувство, будто нить, связывая его с кем-то, очень сильно натянулась, грозилась оборваться в считанные секунды. Это пугало и сбивало с толку. А ещё был отток его собственной магии, но Певерелл не ощущал опасности, только теплоту и уют от неизвестного ослабевшего источника, и не стал сопротивляться уходу своих сил. Интуиция подсказывала ему не отказывать в помощи, тому, кто нуждался в ней.       Гриффиндорец, приоткрыв глаза, осмотрел толпу, что стояла у разрушенных стен Хогвартса. Он заметил боль и обречённость в их взглядах. В некоторых, конечно, плескалась надежда, что это не конец, что придёт Избранный и спасёт их. Это было больно. И тут мальчик заметил резкую смену настроения светлой стороны, наверное, все увидели юного мага - их последнюю надежду - поверженным. Раздались обреченные крики МакГонагалл, за ней вслед закричала от ужаса Гермиона, от них не отставали и другие: Рон, Джинни...Интересно, а почему и она так отчаянно кричит?!       Терпение Повелителя Смерти кончилось, в тот момент, когда этот наследник Слизерина приказал Хагриду, бросить тело Гарри у ног этой срани. Певерелл на секунду завис в воздухе, перед тем, как соприкоснуться с землёй, как его тут же окутывает тёмная дымка, и юный маг беззвучно исчезает, оставив после себя пустоту.       На лице Волан-де-Морта в это момент было непередаваемое выражение лица. Надо будет у кого-нибудь взять воспоминания, и просматривать потом их в думосборе. Да... Красота. Но сейчас не об этом. Надо закончить одно дельце.       В следующую секунду, Гарри вновь появляется напротив змеемордого, и бросает к его ногам мёртвую тушку Нагайны. Он из неё уже вытянул осколок души, отправив его к прародительнице. Так как волшебник в принципе хоркрус не уничтожал, то это не сказалось на состоянии безносого хрена. А жаль.       Певерелла окутывает тёмная магия, становясь похожей на чёрную мантию. Но давление этой силы совсем не ощущалось окружающими, и не принималось как запрещённая магия. Это было списано на очередную странность Мальчика-Который-Выжил, к которой все уже привыкли. А то, что он аппарировал в стенах школы, вообще осталось не замеченным. – Так ты всё-таки выжил, – с чувством и протягивая каждое слово, произнёс лысый козлина. Наверное, ему хотелось сказать что-то ещё, но он был прерван. – Да, – Гарри не хотелось устраивать здесь драматическую сценку, поэтому прервал этот фарс. – Том, Смерть тебя уже заждалась на той стороне, и сегодня мы исправим это. Нехорошо заставлять Леди ждать. – Да как ты смеешь! Авада Кедавра! – Авада Кедавра, – спокойно сказал Гарри в искривленное от ненависти лицо чудовища.       В связи с последними событиями, чтобы забрать душу змееподобного импотента, Наследнику Смерти не нужна была палочка и заклинания вовсе. Ведь его специализация теперь забирать жизни - это как сделать непроизвольный вдох. Стало для него естественным, как и знание того, что он может, а что нет. Но со стороны это выглядело бы ненормально, и Мерлин знает, что могут выдумать маги, побоявшиеся его возросшей силы: могут еще и в новые Тёмные Лорды записать.       Как и ожидалось, его заклинание оказалось сильнее и, встретив зелёный луч врага, прошло дальше, не замечая препятствий. Все замерли в неверии. Тело его противника без особых спецэффектов развеялось по ветру прахом.       Гарри почувствовал бузинную палочку в своей руке, которая перешла к нему, как законная вещь и как победителю в дуэли. Во второй руке оказался воскрешающий камень. Вместе они дарили ему своё тепло и пели, находясь у своего законного хозяина. Певереллу правда было пофигу, на то, что он только что совершил, слишком устал.       Ему хочется домой или поболтать с Гермионой, или может попутешествовать по всему миру. Эти приятные мысли прервали редкие хлопки, переходящие в гвалт. Отовсюду начали раздаваться голоса: сначала тихие, недоверчивые, а потом, уже все, кто выжил стали кричать и плакать от радости, осознав – война закончилась. В небо стали подкидывать еле уцелевшие шляпы или потрёпанные вещи, показывая уровень их ликования. Мне показалось, или я увидел в воздухе дырявый носок?... Даже не думай об этом!       К Гарри стали подбегать люди, пожимать руки, обнимать со слезами на глазах, что-то бормоча про родителей. Кто-то резко подхватил на руки молодого человека и начал подбрасывать в воздух. Толпа скандировала имя Победителя. «Главное не встретиться с той зловонной тряпочкой, что раньше носилась волшебником на его ноге, которую он недавно заметил же неподалёку», - пронеслась паническая мысль. «Только не это - только не это...», - как мантру повторял себе Певерелл.       И тут он обратил внимание на проигравшую сторону - Пожирателей Смерти: некоторые радовались победе, но тщательно скрывали это; другие же спешили сбежать, покуда и их не развеяли. Тут до Гарри дошла простая истина - почти всех будут судить одинаково, но там же есть те, кто вообще ничего не совершал, как Леди Малфой; или был втянут обстоятельствами, как многие дети пожирателей; и ещё никто не отменял Империус. Этого не должно произойти, невинные не должны глупо страдать, надо этим заняться быстрее, пока Министерство не прибрало к рукам всю власть. – Стоять! – Волна сырой силы охладила всех, кто окружал волшебника сразившего Волан-де-Морта. – Магия, на правах победителя Тёмного Лорда, я прошу Тебя даровать мне Власть назначить им наказание самостоятельно. Чтобы они поплатились равнозначно их деяниям, совершенными против тебя,– громко произнёс Наследник Смерти. Все вновь замерли. Уже от шока.       Тело Гарри покрыло золотистое свечение, сама Мать Магия дала добро. – Разрешаю, – произнёс уже знакомый голос, а Певерелл, как-то ностальгически усмехнулся. Времени прошло всего ничего, а уже соскучился.       Волшебники были в шоке, ведь это в первый раз жизни, когда они слышат слова самой Магии. Многие маги смотрели на мальчика, как на Мерлина. Но тут у кого-то просто остановилось дыхание от увиденной картины. Рядом с этим удивительным волшебником из тех золотых искорок, что остались после одобрения Магии, стало формироваться тело маленькой девочки, что вплотную стояла к Поттеру. –А величину их платы я помогу тебе определить, – раздался тот же голос из уст ангела. Ведь кудрявые золотистые волосы, пылающие на вечернем солнце; искрящейся силой глаза, никому больше принадлежать не могли. – Это бы очень кстати. Спасибо, – улыбаясь, произнёс Гарри, посмотрев на неожиданную гостью. – Я тоже не хочу, чтобы моих детей обвиняли в несовершённых ими поступках, и судили несправедливо. Благодаря оказанной тебе чести самой Смерти, это в твоей власти. Надеюсь на твое благоразумие. – Ещё раз благодарю вас, Магия. – Помни, что и на тебе есть моё благословение. Так что, преступление против тебя, рассматривается, как преступлением против меня. Пожалуйста, попробуй спасти этих дураков, чтобы их откатом не убило, – и ангельски красивая девочка растворилась.       «Неужели, это конец?!», – ещё раз спросил себя Гарри, всматриваясь в каждого волшебника и место сражения. Удивительно, но он не чувствовал радости от этого, Певерелл был опустошен. Вместо того, чтобы наслаждаться победой, пришло ощущение горечи от утраты близких и друзей, и еще…Северуса. Стало больно. Может быть, гриффиндорец изначально не чувствовал себя счастливым? В конце концов, он лишь выполнял долг перед Магической Британией, и каждым её гражданином.