Лед и Пламень

Стрелка настенных часов в кабинете Надежды всеми силами указывала на то, что уже давно пора пообедать. Отложив очередную кипу документов «на потом», Орлова заварила себя чашечку горячего кофе и, усевшись на свое рабочее место, попыталась ни о чем не думать. За этими тщетными попытками ее и застал телефонный звонок, устало вздохнув, она все же ответила. - Добрый день, Вадим, ты что-то хотел? – отстраненно спросила женщина. - Привет, Надь, - бодро поздоровался мужчина, - Какие планы на вечер? - Работы много, не знаю, во сколько закончу. А потом в больницу надо съездить, - отчеканила она. Казанцев на другом конце провода закатил глаза. Эту фразу, произнесенную ровным тоном, он слышал третий день подряд. Они не виделись после выходных, но мужчина каждый день звонил Наде или, в крайнем случае, набирал sms. Однако все ответы были подобны этому – сухие и лаконичные. Раньше он спускал ей это, прося лишь не делать никаких глупостей. Но сегодня Казанцев был настроен решительно. - Так. Понятно, - пора было брать дело в свои руки, - Заеду за тобой в 19.00. Возражения не принимаются. Не опаздывай. - Когда это я опаздывала?! – возмутилась Орлова и тут же поняла, что поддалась на провокацию. - Вот и чудненько. До вечера, - не скрывая улыбки в голосе, отключился он. - Блеск, - хмуро пробормотала женщина. Этот вечер, как и все два предыдущие, должен был проходить в компании бокала вина. Не то чтобы Надежда Ивановна «села на стакан», нет. Просто это помогало привыкнуть к ожиданию, в котором от нее ничего не зависит. «Может, сбежать домой пораньше? – мелькнула шальная мысль, - Опять перед Вадимом неудобно…». Она вдруг вспомнила, как забывает с ним обо всем на свете. Может, его общество лучше алкогольного одиночества. «Так, Надежда Ивановна, что – то мысли твои не туда тебя завели, - одернула себя Орлова, - Ты всегда справлялась сама. И сейчас справишься. Все. Собралась и Шагом марш работать!»

Я та, у которой «все хорошо» И даже тогда, когда боль разъедает И хочется просто уткнуться в плечо, Но только вот рядом плеча не бывает. Я та, о которой всегда говорят Те люди, которые вовсе не знают, Как много тех ран, что ночами болят, Лишь видят улыбку, что их покрывает. Я та, из разряда «смогу все сама» И та, что нигде не покажется слабой. И есть рядом люди, но по жизни-одна, А хочется стать для кого-то той самой. А хочется просто уткнуться в плечо, Чтоб слезы не прятать, когда одиноко, Чтоб кто-то заметил, что «все хорошо», Так часто скрывает насколько все плохо...

И все таки в 19.00 она уже выходила на крыльцо, где ее ждал Казанцев. - Привет, - они по-дружески обнялись. Затем Вадим чуть отстранился и озабоченно посмотрел на женщину: - Надь, ты спишь вообще? - Что, так плохо выгляжу? – невесело усмехнулась она. - Нет, выглядишь как всегда сногсшибательно, - без тени иронии произнес мужчина, - Только вот глаза потухшие. - Ничего, - отмахнулась Орлова, садясь в машину, - Это временное. Пройдет. Вадим ничего не ответил. Лишь еще раз тревожно посмотрел на женщину. «Слишком сильная. И упрямая. Как бы не перегорела…» * - Кино? – удивленно спросила женщина, когда они подъехали к кинотеатру, - Вадим, ты серьезно?! - Более чем, - мужчина открыл дверь и помог ей выйти, - Массовая культура для того и создана, чтобы расслаблять людей. - Даже не знаю, - засомневалась Надежда - Орлова, че ты мнешься? – наигранно нахально улыбнулся Вадим, - Давай быстрее. Сеанс скоро начнется – я сто лет в кино не был! - Я еще больше, - пробубнила она, все таки берясь за отставленный локоть. - А тебе не дашь, - засмеялся мужчина. - Казанцев, ты не выносим, - наконец, улыбнулась она. - Я во сто крат буду невыносимей, если это заставляет тебя улыбаться, - серьезно сказал Вадим и потащил ее к снек-бару. Фильм, действительно, заставил Надю забыть обо всем на свете. Она так погрузилась в сюжет, что в один момент перестала осознавать: где и с кем находиться, и опустила голову Вадиму на плечо. Мужчина, казалось, не обратил на это внимания, поскольку так же был увлечен разворачивающимся на экране действием. - Ну что, не пожалела? – хитро спросил Казанцев, когда они вышли из душного зала на улицу и некоторое время просто дышали ночной прохладой. - Нет, - честно призналась Надежда, - Спасибо тебе, а то я совсем замоталась. - Надь, тебе надо взять отпуск и отоспаться, - заботливо посоветовал Вадим. - Какой отпуск? Я и так только работой и спасаюсь, а тут вообще ума сойду… - Все понятно с тобой. Диагноз «Трудоголик», - засмеялся Вадим. - Отвези меня домой, пожалуйста, – попросила вдруг Орлова. - Да, конечно, - мужчина перестал смеяться, - Надь, извини, если я что – то не то… - Нет, Вадим, все хорошо. Просто устала, - она заверительно похлопала его по плечу. - Конечно, - повторил он еще раз, - Пойдем. * - Надь, точно все нормально? – спросил он, когда машина остановилась. - Со мной все хорошо, правда. Не переживай, – она пыталась изобразить на лице хотя бы слабое напоминание улыбки. - Ладно, давай. Только ника… - Никаких глупостей, я помню. Вадим, ну я же не маленькая и все понимаю, - оправдывалась женщина. - Ну, знаешь ли, лишний раз напомнить, не помешает. Ладно, пока. Звони, если что. Пройдя в квартиру, Надежда решила немного перекусить. Вадим прав. Морить себя голодом – не самый лучший вариант. Как в тумане она зашла на кухню и увидела недопитую бутылку вина, которую оставила здесь еще вчера. Взяв ее в руки, женщина на секунду замерла, и, словно внутренне борясь с чем-то, осторожно вылила содержимое прямо в раковину. Есть расхотелось. Завалиться бы сейчас в кровать и уснуть, забыв обо всем… Да вот только - не выйдет. Понимая, что ее ждет очередная бессонная ночь, Надежда достала пару таблеток снотворного. Убойное. Она помнит. С одной уносит. «Ну, зато высплюсь», – облегченно думает она, но, перед тем, как проглотить свое спасение, решает поставить будильник... ... 5 пропущенных вызовов не обещают ничего хорошего. «Черт, - ругает себя Орлова, вспомнив, что перед сеансом выключила звук, - Ну как же так опять вышло, что я отвлеклась?». Она быстро перезванивает: - Третья городская, - отвечают на том конце. - Добрый вечер, это Надежда Орлова… - Минутку, - раздается какое – то шелестение, - Состояние Вашего мужа ухудшилось, его отвезли в операционную, - безразличный тон заставляет слезы наворачиваться быстрее обычного. - Спасибо, я сейчас приеду, - шепчет женщина и отключается. Она тут же хочет позвонить Вадиму, но вовремя себя одергивает. Все из – за него. Все опять из – за него! Не затащи он ее на это кино, она бы не пропустила столько звонков. Хотя, что бы это изменило?! Да не важно. Хоть что – нибудь. Как минимум, она бы сейчас не чувствовала себя предателем! Все эти мысли Орлова додумывает уже в такси. Через 15 минут, женщина уже находилась возле здания больницы. Она направлялась туда, будто на автомате. Каждый новый шаг казался безумно тяжелым, а от неизвестности подгибались колени. Надежда понимала, что Жора может скончаться в любую секунду, и от этого все внутри словно разрывалось на части. На подходе к зданию, ее телефон снова оповестил о звонке. Тот же номер. Те же цифры, которые уже врезались в память. Надежда заворожено смотрела на дисплей, не решаясь ответить и услышать свои самые страшные догадки. Но она же сильная. Она сможет пережить все это. Секунда и Орлова решительно отвечает на звонок: - Алло, - вот так просто. Без лишних слов. Умирать так, умирать. - Добрый вечер, Надежда Ивановна, - в этот раз голос был мужским. Более мягким, более учтивым. Но, вопреки замыслу, женщина от этого напряглась еще больше, - К сожалению, мы вынуждены сообщить Вам страшную новость… «Ну же не тяните. Говорите уже!», – вихрем пронеслось в голове. - Дело в том, что Ваш муж скончался несколько минут назад, - с сожалением произнес все тот же голос. Ее мир рухнул. В глазах Надежды резко начинает темнеть, телефон выскальзывает из ее рук, с грохотом падая на землю. Ощущение пустоты и неизвестности мигом окутывает Орлову. Оставляя после себя лишь щемящую боль где-то в области сердца. Все это время она не двигается с места, просто безучастно смотрит вдаль. Через некоторое время Надежда понимает, что не сможет заставить себя пойти сейчас туда и посмотреть на мужа. «К черту это все!», – сокрушенно думает женщина. Желание напиться в хлам овладело ею. И не важно, что завтра на работу. Забыть бы все это, как страшный сон. Она вызывает такси и едет обратно домой. *** В обед Вадим решил позвонить Наде, но та не взяла трубку. Он позвонил в приемную, но ему сказали, что Надежда Ивановна сегодня на работе не появилась. Обеспокоенный, мужчина первым делом позвонил в больницу, и, когда его догадка подтвердилась, он, бросив все дела, рванул к Наде домой. * Казанцев уже пять минут стучал и звонил, но никто не открывал. - Ладно. Для Вашего же, Надежда Ивановна, блага, - процедил он, снимая с брелока универсальную отмычку. В квартире был полумрак. Вадим прошел в гостиную и нашел женщину спящей перед телевизором. Край свешивающегося пледа прикрывал стоявшую у дивана чашку и… мужчина быстро посмотрел на бластер. Не хватало больше половины таблеток. - Мать твою, Надя! – прошипел он, - Просил же без глупостей, - он принялся будить женщину, интенсивно тряся за плечи. - Вадик, отстань, - пробубнила она, не открывая глаз. - Надя, посмотри на меня. Надя! – он слегка похлопал ее по щекам, - Сколько ты выпила, - вопросительно помахал Вадим бластером перед чуть приоткрывшимися глазами. - Одну, - едва различимо пробормотала Орлова. - А остальные? - Раньше. - Точно? - Казанцев, отвали а, - она закрыла глаза и повернулась к нему спиной. Вадим вздохнул, затем улыбнулся, поднял женщину на руки и отнес в спальню. Укрыв ее одеялом, он вернулся в гостиную, забрал с пола чашку и пачку от снотворного и пошел на кухню.

Слишком сильная - чтоб страдать, Слишком стойкая - чтоб сломать, Слишком дерзкая - чтоб терпеть, Недоступная - чтоб иметь. Слишком честная - чтоб молчать, Слишком гордая - чтоб прощать, Слишком дикая - укрощать, И циничная - не отнять. Слишком умная - чтоб «лечить», Неподкупная - чтоб купить, Очень грубая - на язык, Думал справишься? Да вот фиг!

* Когда Надежда проснулась, было уже темно. Не помня, как она оказалась в спальне, женщина завернулась в плед и пошла на кухню. В гостиной беззвучно работал телевизор, а перед ним, сидя на диване, спал Вадим. Она молча встала перед ним и просто безучастно рассматривала спящего мужчину. Через пару мгновений тот встрепенулся. - Надя, - выдохнул Казанцев. В его глазах было столько сожаления, что Орлову снова накрыло, и она, сев рядом и поджав ноги, уткнулась лицом в колени. Мужчина обнял ее и притянул к себе не грудь. - Поплачь, легче станет, - уговаривал Казанцев. - Спасибо. Мне лучше, - вдруг отстранившись, сухо ответила Надежда, - Вадим, я совершенно не представляю, - она вдруг снова начала «расклеиваться» - Не переживай, я все устрою, - перебил Казанцев, понимая, о чем она беспокоится, - А ты возьмешь отпуск. Хотя бы на две недели. Орлова лишь кивнула, продолжая смотреть в пол. - Так, пойдем, - Вадим встал и протянул ей руку, - Тебе надо поесть. Силы еще пригодятся. *** День как по заказу был дождливым. Надежда как в забытьи стояла под зонтом, опираясь на руку Вадима. Вокруг были еще какие – то люди: друзья, родственники, знакомые, сослуживцы, коллеги. Но Орлова была где – то глубоко в себе, чтобы с кем – то общаться, поэтому сразу после погребения Казанцев увез ее домой. * - Надь, ну ты как? - поинтересовался он, наливая чай. - В норме, - безучастно ответила она. Вадим бросил на нее обеспокоенный взгляд, но говорить ничего не стал. Допив чай, женщина пошла в гостиную и села на диван. - Мне остаться? – спросил Вадим, накинув ей на плечи плед - Не нужно. Я в порядке. Спасибо. «Вижу я, в каком ты порядке. В БЕСпорядке», хмыкнул про себя мужчина. - Хорошо. Звони, если что. Но она не звонила. Ни на следующий день, ни через два, ни через неделю. Посчитав, что времени прошло достаточно, и женщина уже более-менее разобралась в себе и смирилась с утратой, Вадим решил наведаться к Надежде.