Лед и Пламень

Прошло несколько дней, а Вадим все не звонил, и Наде в голову начали лезть всякие мысли: «Может, я его чем – то обидела? … Да вроде бы нет… Или, может, он опять на переговорах? Нет, тогда бы он меня предупредил. И вообще, до этого ни дня не проходило, чтобы он не связывался со мной…», - размышляла Орлова, помешивая уже давно остывший чай. - Надежда Ивановна, - в кабинет заглянула Анна, начальница очнулась и посмотрела на секретаря, почему – то надеясь на то, что она сейчас прекратит ее мучения известием о том, что какой – то представительный мужчина с букетом просит принять его без записи..., - Там из Подольска звонят на счет чемпионата. - Соедини, - сникла Надежда. Работу никто не отменял. Орлова так и не решилась набрать номер Казанцева. Ей казалось, что, таким образом, она выдаст свою слабость и беспокойство о нем. Такого поворота событий женщина, безусловно, допустить не могла. Не в ее это правилах - первой напоминать мужчине о себе. К тому же, если больше не звонит, значит, потерял всякий интерес к ней. Именно так думала Надежда, отгоняя назойливые идеи о том, чтобы сделать первый шаг. С другой стороны, ей было жутко интересно, почему же мужчина так резко прервал все контакты. Она невольно улыбнулась, вспоминая, как Казанцев буквально каждый день приезжал к ней домой. Вечером женщина все же решила написать Вадиму: «Привет, это Надя», - быстро набрала она, но задумалась, - «Зачем представляться…? Он же знает, что это я… Как тогда начать? «Добрый вечер»? Нет, как – то слишком официально. И потом, вдруг он в каком – нибудь Владивостоке, и я со своим «вечером» буду выглядеть просто нелепо!». После длительных сомнений, sms все же было написано: «Вадим, привет. Спасибо еще раз за те выходные, они помогли мне «вернуться в строй». А у тебя все хорошо?». Отправив сообщение, Надежда уставилась на телефон, ожидая как всегда мгновенного ответа… Но телефон молчал. Молчал 5 минут, 10, час... Так и не дождавшись ответа, Орлова легла спать, чтобы с утра… так и не увидеть в оповещениях «1 новое сообщение» - Ну и дура, - сказала она сама себе в зеркало, нанося макияж. Действительно, глупо было ждать ответа. Они свободные люди, которые ничего друг другу не обещали. Видимо, он оставался рядом, только пока ей было плохо, чтобы женщина не натворила глупостей. «А теперь я уже, видимо, не такая интересная для него. Но мне казалось… Вот именно, Орлова. Казалось. Ты просто дала слабину. Запомни, что сильные женщины никому не нужны. А теперь соберись и прочитай уже этот чертов договор!» *** Так прошел месяц. Надежда с головой ушла в работу, чтобы не думать о Казанцеве. Совещания, планерки, контракты, выезды, чемпионат – все это закружило женщину, не отпуская ни на секунду. И только иногда ночью, лежа в кровати, она закрывала глаза и представляла синее небо над головой, запах свежей травы, храп лошадей, запыхавшихся от быстрого галопа, и безмятежно улыбающегося рядом мужчину в белой льняной рубашке… Но такие воспоминания она позволяла себе редко, потому что заканчивались они обычно тихими всхлипами и мокрой наволочкой… И когда это она успела так привязаться к нему? *** Очередное утро очередного серого столичного дня не обещало ничего радужного. Проведя до обеда два совещания, Орлова решила, что имеет право на небольшую кофе – паузу, поэтому попросила секретаря никого к себе не пускать. Однако через 10 минут взволнованная девушка заглянула в кабинет: - Надежда Ивановна… - Да? - Там к Вам мужчина какой – то не по записи, но говорит, что очень срочно. Сердце предательски екнуло, но Надежда приказала себе отбросить тот вздор. Его месяц не было. Почему должен прийти сейчас? - И что? Я, кажется, просила никого не пускать. - Но он настаивает. - Нет. Пусть запишется на завтра… Или когда там свободное время есть, - отчеканила Орлова, методично размешивая кофе. - Хорошо, - кивнула Анна. Через пять минут дверь открылась и вошел Казанцев. Вот так просто. Открыл дверь и вошел. Как к себе домой. Надежда чуть не подавилась от неожиданности. - Тебя кто… - И тебе привет, Надежда Ивановна, - улыбнулся он одной из своих самых очаровательных улыбок, - Секретарша, видимо, куда – то отошла, ну я и заглянул, - Вадим прошел вглубь кабинета, присел на край стола и поцеловал женщине руку, - Ну, ты как? - Как видишь, прекрасно, - выдавила она улыбку, убирая свою кисть из его пальцев. «Нет, как так можно?! Месяц не появлялся, а тут вваливается в кабинет посреди рабочего дня и ведет себя как будто ничего не было! Что, не сложилось с очередной пассией, и вспомнил про меня? Думает, что я ему буду до конца жизни благодарна и по первому зову кинусь на шею?!» - А питаешься все так же скверно, - кивнул между тем мужчина в сторону полупустой чашки, - Заеду в 19.00 и поедем в один отличный ресторанчик. Шеф – повар шепнул, что им сегодня завезли свежайших… - Нет, - спокойно перебила его женщина, перекладывая на столе какие – то бумажки. - Прости? – не понял Вадим. - Я сказала нет. Я никуда с тобой не поеду, - холодно повторила она, вставая и отходя в окну. - Почему? – непонимающе нахмурился он. - А ты считаешь нормальным: пропасть на месяц, а потом заявиться, как ни в чем не бывало, и позвать на ужин?! – резко повернулась Орлова, прожигая Казанцева яростным взглядом. - Послушай, тебе нужно было время. Я дал тебя целый месяц разобраться в себе, - растерянно ответил мужчина. - Да с чего ты взял, что мне нужно время?! Опять решил все за меня? - А что мне оставалось?! – он тоже вскочил на ноги, - Сама бы ты не сказала. А мне уже было сложно сдерживать себя, когда ты все время рядом. Но я помнил твои слова и свое обещание – просто друзья. - Что же сейчас вернулся? – язвительно спросила она. - Так мне уйти? - Да, - без колебаний ответила женщина, опускаясь обратно в кресло. - Ладно, - Казанцев посмотрел на нее, - Прощайте, Надежда Ивановна. Не оборачиваясь, мужчина вышел из кабинета. Как только дверь захлопнулась, она спрятала лицо в ладонях и заплакала. Вдруг раздался какой – то звук и вибрация. Женщина помедлила и подняла покрасневшие глаза как раз вовремя, чтобы встретиться со взглядом Вадима, который вернулся за забытым телефоном. Увидев удивление на лице мужчины, Орлова быстро встала с кресла и отошла к окну, вытирая растекшуюся тушь. Она могла сломаться, когда умер муж, могла сломаться, когда пропал Вадим… Но только сейчас, когда он вернулся, она не смогла сдержать слез. «Вот же кретин! – ругал себя в это время Казанцев, - Не рассмотрел за этой булатностью. Дал себя убедить. Идиот!» - Надь, ты чего? – потрясенно выдавил он. - Почему?! Почему каждый раз, как ты появляешься в моей жизни, мне хочется плакать?! – зло спросила она, уже не пытаясь стирать слезы со щек. - Потому что ты сопротивляешься моему присутствию, - тихо ответил Вадим, начиная подходить к ней, - А зря. Позволь мне быть рядом. Позволь показать тебе другую жизнь, где не надо тащить все на себе, а можно быть просто любимой женщиной. - Любимой? – голос дрогнул и она отвернулась. - Да, - он оказался запредельно близко. Она чувствовала его дыхание на шее и волнами исходившее тепло, - Взбалмошной, непредсказуемой, упрямой. Но бесконечно любимой. - Прости, но я не могу, - женщина обхватила себя руками, как будто стараясь не растерять остатки холодности. - Почему? Чего ты все время боишься? - Я боюсь дать слабину, стать зависимой. С Жорой все было не так. Мы просто привыкли друг к другу. С тобой же так не получится, я уже сейчас чувствую, что, чем больше мы общаемся, тем больнее расставаться. А вдруг у нас не сложиться, а я уже привыкну быть слабой и не смогу снова стать стальной… - Почему у нас может что – то не сложиться? Я этот месяц на стену лез – тебя хотел увидеть. - Так почему пропал? - ЧТО?! Надя, я честно пытался убить в себе чувство симпатии к тебе, что было не так – то просто. Но ты тогда сказала прямым текстом... - С тех пор многое изменилось… - Но не твое отношение ко мне. Ты по прежнему считала, что я не твой человек. - С чего ты так решил? - Но ты же сама тогда сказала… - Что сказала? - она снова смотрела на него. - Ну в последнее воскресенье. Ты разговаривала по телефону, я случайно проходил мимо, и ты сказала «Он мне не подходит». Ну и тут я окончательно понял, что ничего не может быть. Ты найдешь себе кого – нибудь, будешь счастлива – а это главное! ... А мне лучше просто уйти и как – нибудь жить дальше. - Вадим, ты нормальный?! Мы с подругой обсуждали купальник. - Как? – потрясенно выдохнул мужчина. - Вот так. Вадим ошарашенно рухнул на диван и отчаянно запустил пальцы в волосы, понимая, сколько времени они потратили из – за его глупости. - Так почему ты вернулся? – тихо спросила через некоторое время Надежда. - Не знаю… Тянет к тебе и все. - Вот. Это все первое время так, а потом проходит это очарование. - Какое очарование, Надя?! – Казанцев снова был на ногах, - Мне не 15 лет, чтобы влюбляться в первую встречную. Я нормальный мужик, который знает, что ему нужно, и который умеет отвечать за свои поступки. И я обещаю тебе: если ты останешься со мной, я сделаю все, чтобы ты была счастлива. - Почему, Вадим? Почему я? – она, наконец, повернулась и посмотрела на него прозрачными от слез глазами. - Потому что все видят в тебе только начальницу, стальную леди, а я увидел просто несчастную женщину, которая нуждается в любви и заботе, - мягко сказал Вадим, аккуратно стирая влагу со щек. - Так это все из – за жалости? – резко спросила Орлова и снова повернулась к нему спиной. - Нет. Из – за одной мышцы, которая начинает биться сильнее, как только я тебя вижу. И из – за того, что постепенно умирало во мне, пока я тебя не видел. Мне как будто кислород перекрыли. Когда же ты поймешь, что мы необходимы друг другу? - женщина молчала. Казанцев мягко, но крепко взял ее за плечи и развернул к себе лицом, - Я понимаю, ты привыкла быть сильной, независимой и свободной. Но это не лучшие привычки для женщины. - И какие привычки дашь мне ты? – надменно спросила Надежда. - Привычку улыбаться по утрам, - мягко ответил Вадим, - Привычку чувствовать опору и поддержку. Привычку быть счастливой. - Самоуверенное заявление, Вадим Юрьевич, - хмыкнула она, но уже не так жестко. - Но ни капли не голословное…. Ну же, Надя. Дай мне шанс! – отчаянно прошептал он. Женщина в раздумье опустила глаза, а когда подняла… На Вадима смотрела уже совсем другая Орлова. Уставшая, измотанная, невыносимо грустная. Настоящая. - Ты обещаешь, что все будет хорошо? – тихо спросила она. - Нет, - честно признался Казанцев, - Но я обещаю: что бы ни случилось, я всегда буду рядом. Надежда помедлила и уткнулась лбом ему в плечо. Вадим тут же обнял ее и зарылся носом в волосы. - Только давай не будем торопиться, - прошептала женщина. - Конечно, - заверил он, мягко поглаживая по спине, - Мне уже некуда спешить. Он первый раз обнимал ее ни как друга – тепло и заботливо, а как свою женщину – нежно и трепетно. И сейчас мужчина поклялся себе, что никуда ее не отпустит и сделает самой счастливой на свете.

Быть долго сильною нельзя. Ведь боль души – итог. И слёзы горькие скользят, Но по изнанке щёк… Чтоб враг не видел той воды Солёной, как моря… Но женской слабости следы Она скрывала зря… Красивой женщине идёт И слабость, и печаль, И нежность, что в душе живёт, И робких чувств хрусталь. Она отдаст любовь свою И сохранит очаг. Она создаст в семье уют. А ты сумеешь так? Её хранить, её беречь, Любить за то, что есть… Так не хватает крепких плеч, Чтоб от любви расцвесть… Мужчины слабые вздохнут, Что женщины сильней… Так это только потому, Что нет защиты ей… От беззащитности своей Она играет роль, И только кажется сильней, Не выдавая боль… Мужчины сильные поймут, Им всё подскажет Бог, Как слёзы женские текут, Но по изнанке щёк… Нет сильных женщин на земле. Есть просьба: «Будь сильней!» Чтоб мог и в счастье и в беде Заботиться о ней….

- Тяжелый получился разговор, - усмехнулся Вадим. - Ммм, - протянула Надя. - Так мы едем ужинать? - Да. - Класс, а то в третий раз мне все Останкино не освободят… - Вадик… - Да? Женщина очертила пальчиками брови и скулы. - Бить не будешь? – тихо спросил он. - Нет. Теперь не… Но она не успела договорить, мужчина уже целовал ее.