Лед и Пламень

- Аня, можно попросить тебя об услуге? - Конечно, Надежда Ивановна. - Не планируй ничего на обед, хорошо? Съездим в одно место, - загадочно ответила начальница и зашла в кабинет. * - Ну что, пойдем, - ровно в 12.00 Орлова вышла в приемную. Анне показалось, что женщина немного волнуется. - Надежда Ивановна, все хорошо? - Да, - с запозданием ответила та, - Все хорошо. Дальше для девушки начались сюрпризы. Когда они вышли, то Юрий, тоже слегка взволнованный, улыбнулся Надежде и сказал, что та прекрасно выглядит. Раньше он себе такого не позволял. Посадив дам в машину, водитель сел за руль и повез их в неизвестном направлении. Но то, куда они в итоге приехали, превзошло все ожидания Анны. - Надежда Ивановна… - Да, я прошу Вас побыть в роли свидетеля. - Ничего себе! Поздравляю! - восторженно проговорила девушка. - Спасибо. - Волнуетесь? - участливо спросила она. - Немного, - призналась Орлова. - Не переживайте. Все правильно. Он Вас любит. - Спасибо. Ну, кажется, нам пора… Юрий открыл дверь автомобиля. Девушки вышли. У крыльца, нервными шагами меряя площадку, ждал Вадим. Увидев прибывших, он направился к ним. - Анна? Неожиданно, но приятно. - Кольца? - спросила Надя. - Кольца у свидетеля. Юра… - Анна, можно Вас на 2 слова? - водитель взял девушку под руку и отвел в сторону. Пока свидетели о чем – то переговаривались, молодожены стояли и смотрели друг на друга. - Господи, как же ты прекрасна, - прошептал мужчина. Женщина нервно улыбнулась. - Все хорошо? – тихо спросил Вадим, легко касаясь пальцами ее руки. - Да. - Не волнуйся и помни, что я тебя люблю, - улыбнулся он, заглянув ей в глаза, - Для меня это вообще впервые. Представляешь, как я трясусь? - Казанцев попытался разрядить обстановку. - По тебе и не скажешь, - усмехнулась она. - Просто я знаю, что все будет замечательно. Да? - Да, - кивнула Орлова. - Ну, кажется, нам пора. * И вот Мендельсон отыгран, клятвы сказаны. Они стоят рядом. Женщина напряжена, но в один момент он незаметно касается ее пальцев своими, и она, наконец, выдыхает. Подписи молодоженов и свидетелей поставлены, кольца надеты. - Моя. Наконец – то моя, - шепчет Вадим и трепетно целует свою уже жену. * - Юра, заберете нас на другом конце парка, - быстро распоряжается Казанцев и, беря супругу под руку, идет в сторону аллеи. Прогуливаются молча. Она должна начать говорить, и он терпеливо ждет. - Вадик… - Да? - Я твоя жена, - тихо говорит Надя. - Да. - А ты мой муж. - А я твой муж, - тихо повторяет он. Дальше опять идут молча. Каждый осознает что – то свое. Надежде страшно – она еще никогда не испытывала такой любви. Ни от себя, ни к себе. Вадиму тоже страшно. Он боится, что она сейчас что – то себе напридумывает и исчезнет… Но она тут. И он тут. И аллея уже закончилась. И все сомнения и страхи остались там. В машине все едут молча. Вадим накрывает Надину руку своей и чувствует, что она расслабилась. Женщина улыбается и опускает голову на его плечо, обнимая мужчину под пиджаком. Он же обнимает ее за плечи и целует в волосы. Подъехали. - Юра, пять минут, - просит Казанцев, и водитель, открывая Анне дверь, оставляет их одних. Вадим тут же находит губы Надежды и впивается в них уже страстным поцелуем. Она отвечает так же жарко. - Возьми на завтра отгул, - просит он, прикусывая и оттягивая нижнюю губу. - Только на завтра, - соглашается она, не в силах противостоять ему. - Заеду за тобой через 6 часов, - шепчет мужчина, продолжая лихорадочно покрывать ее лицо и руки поцелуями, - 6 часов, Надя! – он смотрит на нее просящими глазами, - Я же с ума сойду. - Зато как потом будет сладостна встреча, - улыбается женщина, проводя ладонью по его щеке. - И не говори, - он прижимается губами к тыльной стороне кисти, - Я соскучился. - Я тоже… - Так может… - До вечера, Вадим Юрьевич, - смеется женщина и открывает дверь. *** - Надежда Ивановна, я уже у крыльца. Сгораю от нетерпения и желания увидеть Вас. - Только увидеть? – лукаво спросила Орлова, закрывая кабинет. - Надя! Не дразни! - Уже спускаюсь, - улыбается она. - А я уже поднимаюсь, - отвечает он. Они замерли на разных концах лестницы, смотря друг на друга и счастливо улыбаясь. В один момент женщина побежала вниз, а мужчина устремился вверх. На середине лестницы он подхватил ее на руки и закружил. - Вадик, - укоризненно прошептала она, еле сдерживая смех, - Не здесь же. - Тогда поехали скорее, - Казанцев схватил ее за руку и пулей вылетел из федерации. - Ого, сам за рулем? - Отрезаю тебе все пути к отступлению, - пояснил Казанцев. - В смысле? - насторожилась женщина. - Ну, мы сегодня выпьем, я надеюсь. А у Юры завтра отгул. Кстати, всего второй за 3 года. - А когда был первый. - Честно? Когда ты сдавала мне на права. - Я так и знала! - она стукнула его в плечо, и мужчина заливисто засмеялся, - А сейчас мы куда едем? - На дачу, - коротко ответил Вадим, выезжая с парковки. * Они зашли в дом, но Казанцев не стал включать свет, а сразу повел женщину на задний двор. Выйдя на площадку, Надежда в изумлении остановилась. Посреди небольшой полянки стоял накрытый стол на 2 персоны, а по периметру висели гирлянды, создающие мягкое теплое освещение, ненавязчиво играла музыка. И везде были цветы. Романтический ужин во всех его проявлениях. - Вадик, это потрясающе - выдохнула, наконец, женщина. - Я знал, что тебе понравится. Пойдем, а то я ужасно голодный…, - его рука недвусмысленно соскользнула с талии на бедро. - Может, сперва потанцуем? - предложила вдруг она. - Белый танец? - улыбнулся мужчина. - Да. Так что, Вадим Юрьевич, не откажете мне? - Как я могу отказать своей жене? - он уже сжал ее талию. - Действительно, - она опустила руки ему на плечи. - Вадик, что теперь изменится? - спросила женщина, когда они плавно передвигались в танце по площадке. - Надь, я думал, это ты, уже будучи в браке, скажешь мне: что должно измениться , - усмехнулся Казанцев. - Это упрек? - Орлова подняла на него серьезные глаза. - Нет. Это сожаление, - тихо ответил мужчина, выдерживая взгляд, - Сожаление о том, что не встретил тебя раньше. - И все таки? - Ну, что изменится...? Можешь переименовать меня в телефоне. Можешь..., не знаю… Надь, можешь делать все, что угодно, кроме того, о чем мы договорились. - Все – все? - Все – все. - Могу делать так? – она дразняще коснулась его губ. - Да, - Вадим остановился. - И так? – галстук развязался и выскользнул из – под воротника. - И так. - И даже так? - ловкие пальчики, расстегнули верхнюю пуговицу рубашки. - И даже так, - мужчина нетерпеливо - шумно вдохнул, сдерживая себя. - Хорошо, я поняла, - Надежда отстранилась, - Ну, может, уже поужинаем? - Надежда Ивановна. Вы очень коварная женщина, - пробормотал он, отодвигая ей стул. - Под стать Вам, Вадим Юрьевич, - невинно улыбнулась она. - Надь, - сказал вдруг Вадим, в очередной раз разлив вино по бокалам. По его тону женщина поняла, что сейчас будет что - то серьезное, - Я бесконечно благодарен судьбе за то, что она пересекла наши пути. Я бесконечно благодарен жизни за то, что мы вместе. И я бесконечно благодарен тебе. Благодарен тебе за то, что ты есть и что ты со мной, за то, что рядом с тобой я становлюсь лучше и за то, что благодаря тебе я почувствовал, что значит любить и бояться потерять. Спасибо тебе, Надюш. Отныне, чтобы я ни делал, я буду делать только ради тебя и для тебя. Для твоего счастья. За тебя. На середине его маленькой речи у женщины начали наворачиваться слезы, а в конце они уже бесконтрольно стекали по щекам. - Вадик, - прошептала она, он склонился и нежно коснулся ее губ, - Я тебя люблю и хочу сказать… - Не надо, Надюш. Для меня этого больше, чем достаточно. - То есть, тебе от меня больше ничего не нужно? - Ну, только чтобы ты подтвердила свои слова, - улыбнулся мужчина, улавливая смену настроения. - Так что же вы медлите? - лукаво спросила женщина. - А что, уже можно? - праведно изумился мужчина. - Господи, Казанцев, давай уже! Или я сделаю это сама. - Надежда Ивановна! При живом – то муже. Хотя, я бы посмотрел... - Да что ты…! Но он уже целовал ее, подхватив на руки и направляясь в дом.

Я не знал, что бывает такое, Я не думал, что так полюблю, Заколдованный легкой рукою, Всю отдам ей свободу свою, Затеряюсь в запутанных мыслях, И забуду веселых друзей, И о той, что нужна больше жизни, Буду бредить в смятенье ночей. Моя маленькая леди, Выйди, выйди в звездный сад. Моя маленькая леди, Подари мне нежный взгляд. Моя маленькая леди, Поцелуй меня стократ. И с тобою мы уедем Вдаль, куда глаза глядят. Я не знал, что в тоске ежедневной Буду сердце любовью сжигать И к блестящим ее кавалерам, Как безусый корнет, ревновать, Что в привычной земной карусели Я на ней взор свой остановлю. Что искать буду новой дуэли, Чтоб за леди отдать жизнь свою. Я не знал, что такое случится, Что с ума меня леди сведет, Ее сердце, как певчая птица, В мир волшебный меня позовет, Что, как юноша непосвященный, От таинственной страсти сгорю, Что шептать буду ей обреченно: – Леди, леди, тебя я люблю!..

*** Наступило утро. Сквозь довольно плотные шторы в спальню наших влюбленных нагло пробралась целая копна ярких солнечных лучей. Один из них бессовестно решил прервать спокойный сон женщины, остановившись прямо на смеженных веках. Она немного поморщилась, повертелась на подушке, но, все – таки, встала и, завернувшись в простынь, подошла к окну и поплотнее задернула портьеры. На удивление спать больше не хотелось. Хоть и уснули они уже под утро и совершенно без сил, Надежда чувствовала себя вполне бодро, а сладкая, тянущая боль в мышцах напоминала о вчерашних безумствах. Уже на выходе из комнаты ее взгляд остановился на оставшемся в кровати мужчине. Прислонившись к косяку, женщина принялась изучающе разглядывать своего новоиспеченного мужа. Это сейчас он сладко и безмятежно спит, а вчера Казанцев был просто зверем, оставаясь глухим к ее мольбам и стонам и продолжая доставлять неземное удовольствие... Так прошло… несколько минут. « - Надежда Ивановна, - пронеслось вдруг в голове. Но она все еще не может оторвать взгляда от супруга, - Надежда Ивановна! - повторило подсознание более настойчиво. - Что? - очнулась, наконец, женщина. - Ничего. Просто ты 5 минут назад хотела идти завтрак готовить, а сейчас стоишь тут как вкопанная. Что за рассеянность? Что с тобой происходит? -Ничего со мной не происходит! – замешкавшись, попыталась убедить себя Надежда, - Что, мне уже на мужа даже взглянуть нельзя?! - Можно. Но не такими влюбленными глазами, - проворчал внутренний голос. » - Ой да ну тебя! - выпутавшись из собственных мыслей, Орлова решительно направилась в сторону кухни. Проходя по коридору, женщина по пути собирала разбросанные вещи, а в памяти всплывали картины минувшей ночи: Вот мужчина стремительно подхватывает ее на руки и несет в дом. В гостиной, не разрывая поцелуя, он сажает женщину на спинку дивана и сбрасывает с себя пиджак, она же скидывает свои туфли и нетерпеливо начинает расстегивать его рубашку, но больше двух пуговиц освободить не успевает. Вновь подхватывая ее на руки, взлетает на второй этаж. Остановившись у какой – то двери, ставит ее на пол и начинает лихорадочно покрывать поцелуями шею. Женщина запрокидывает голову и улыбается. - Теперь пожелаешь мне спокойной ночи и оставишь в гостевой спальне? – это была дверь той самой комнаты, где она жила в прошлый свой визит на дачу. - Даже не думай так легко отделаться, - хрипло отвечает Вадим и, резко разворачивая ее спиной к себе, расстегивает и стягивает платье вместе с лифчиком. - Не так быстро, Вадим Юрьевич, - они уже в спальне. Он лежит на кровати, а она, сидя сверху, мучительно медленно расстегивает пуговицы. - Я и так ждал слишком долго, - бормочет он и, резко переворачиваясь, подминает ее под себя и стаскивает рубашку через голову, обнажая свой крепкий подкаченный торс… А дальше все как в тумане. Сплетение рук, тел, влажные растрепанные волосы, сбившееся дыхание, ее стоны, его рычание, исполосованная спина, искусанные в кровь губы, мокрые простыни, разбросанные подушки, запотевшие окна, пошлые фразочки вперемешку с нежными обращениями… Она вырывается из цепких объятий и сбегает в душ. Он, отдышавшись, быстро меняет сырое постельное на свежее и идет к ней. Ночь продолжается. Надежда кладет ворох собранных вещей на диван и, сменив простынь на мужскую рубашку, все – таки добирается до кухни. Открыв холодильник, Надя бегло осмотрела все содержимое. Идея сделать на завтрак блинчики с вишневым джемом пришла сама собой. Готовить в тишине было слишком скучно, поэтому через мгновение кухня наполнилась приятной музыкой. Тихо подпевая играющему неподалеку радио, женщина разбила несколько яиц, насыпала в плошку муку и соль и начала ловко орудовать венчиком, добавляя в процессе взбивки молоко. А в голове в это время крутились не очень – то веселые мысли: «- Невероятно. Просто невероятно. Что было бы, если бы Жора тогда выкарабкался? - и тут она с отвращением поняла, что не так уж сильно и желала этого, - Я, видимо, не любила его. Он было просто случайным человеком в моей жизни… - Случайным? Столько лет прожили… - Просуществовали рядом. - Зачем ты опять копаешься в прошлом? Все же хорошо. Он сделает для тебя все. - И я для него тоже. Но… - Хватит чувствовать себя виноватой. Начинай уже быть счастливой!» Она вылила немного смеси для блинов на сковороду, и та мгновенно начала шкварчать. Наблюдая эту картину, Надежда чуть убавила огонь. Румяные блинчики, конечно, никто не отменял, но вот подгоревшие кушать совсем не хотелось. Увлекшись переворачиванием блинов, Надя совершенно не заметила вошедшего на кухню Казанцева. Чуть прохладные мужские руки нежно обвили женскую талию: - Ну и куда ты сбежала? – выдохнул он, щекоча дыханием шею. Надежда даже немного вздрогнула, но, обернувшись, тут же расплылась в улыбке: - Доброе утро, - она едва коснулась губ любимого. - М-м-м, - блаженно простонал Казанцев, - Иди сюда! – он властно притянул женщину к себе, впившись в ее губы безумно требовательным поцелуем. - Вадик, блины сгорят, – прошептала, отстранившись, женщина. - Ну, еще чуть-чуть, - мужчина умоляюще скрестил руки. Ее губы с привкусом вишневого варенья невыносимо манили, притягивая Казанцева к себе словно магнит. - Вадик, ты точно когда-нибудь сведешь меня с ума, - усмехнулась женщина, целуя супруга. Под его напором мало кто мог устоять. Кроме нее, конечно. Но сейчас Наде хотелось быть просто слабой женщиной. - Кто бы говорил! – рассмеялся мужчина, - Стоит тут блины жарит в одной рубашке, а я ее с ума, видите ли, свожу. - Мне переодеться? – женщина тут же стала строгой. Она вроде бы и понимала, что Вадим, как обычно, шутит, но что-то внутри все равно не хотело поддаваться этой мысли. - Ни в коем случае, - спохватился он, - Ты прекрасна, родная моя. Хотел бы я, чтобы так начиналось каждое утро… Садись, а я пока на стол накрою, - пытаясь хоть как-то загладить свое неловкое положение, предложил мужчина. - Вадим, – нарушила вдруг тишину женщина, когда они завтракали. - Что, Надюш? – обмакнув блинчик в варенье, ласково спросил мужчина. - А давай в лес съездим? - В лес? – удивленно переспросил он. - Ну да. Посмотри, какая на улице погода замечательная. А там птички поют, свежий воздух… - Все-все, Надюш, я понял, – улыбнувшись, прервал Казанцев любимую, - В лес, так в лес! - Спасибо! Ты лучший! Только… - Надя замялась. - Что, моя хорошая? – успокаивающе поглаживая женские костяшки, спросил мужчина. - Только… можно я поведу машину? – Надежда опустила глаза, смотря куда-то в пол. Она боялась, что Вадим не согласится доверить ей свой автомобиль. Казанцев, пьющий в это время кофе, поперхнулся от неожиданности: - Надь, ты чего? С тобой все хорошо? – мужчина приложил руку к ее лбу. Женщина непонимающе кивнула головой, - Просто ты всегда такая…, - задумался он, подбирая слово, - Такая самостоятельная, а тут спрашиваешь разрешения… - Нууу… Я думала: твоя машина – ты будешь против, - опустив голову, пробормотала Надя. - Глупая, как я могу быть против. Все, что мое – отныне и твое тоже. Тем более, рядом со мной такой прекрасный водитель, - Вадим пропустил смешок. Надя тоже улыбнулась и легонько стукнула его ложкой по лбу. - Ну, тогда я пойду собираться. - Хорошо. Ты в тот раз свои шорты оставила, они в той же комнате, а из футболок – посмотри что – нибудь у меня. Я пока тут все уберу и буду ждать тебя в машине. Они нежно поцеловались и разошлись по делам. Спустя 20 минут, женщина уже садилась на водительское место. «Чертовка», - подумал мужчина, окидывая ее взглядом. Из всех футболок она выбрала майку, под которой, кажется, ничего не было. Бегло глянув на себя в зеркало, Надя немного поправила прическу, и, наконец, заведя автомобиль, по - хозяйски пристегнула ремнями безопасности сначала сидящего рядом Вадима, а потом себя. Каждое ее действие было четким и отлаженным. Через некоторое время автомобиль тронулся с места. - Потрясающе! – оценил происходящее мужчина. - Что потрясающе? – лукаво взглянув на него, поинтересовалась она, выезжая со двора. - Все потрясающе! Какая же ты у меня умница! – не переставал восхищаться Казанцев. Всю дорогу с лица мужчины не сходила улыбка. Только теперь, наблюдая за своей уже женой, он осознал, что стал по-настоящему счастливым. - Сворачивай сюда, - мужчина указал на какой – то пролесок. Надя вывернула руль и съехала с дороги. Через несколько метров она заглушила мотор. Вадим, улыбнувшись, отстегнул их ремни и, нежно чмокнув жену, вышел из машины. - Вадик! – вскричала Надя, когда они вышли из леса, - Это же то самое поле! Казанцев лишь улыбнулся и крепче приобнял ее. Расстелив заранее взятый с собой плед, они легли и стали просто смотреть на небо. Через некоторое время мужчина прервал молчание. - Представляешь, в начале лета мы лежали тут же, но просто как друзья, а сейчас уже середина августа. Я тогда и поверить не смел, что все так сложится… - Я тоже, - тихо ответила женщина, - Вадик, я… - Все еще чувствуешь себя виноватой? – спросил он. Надя уткнулась ему в бок и хмыкнула. - Надюш, я сделал, делаю и буду делать для тебя все, что могу. Скажешь – сделаю и невозможное. Но единственный человек, кто мешает тебе отпустить прошлое и быть счастливой – это ты сама, - спокойно говорил Казанцев, озвучивая ее утренние мысли, - Я люблю тебя. Безумно люблю и ты это знаешь. Но, как бизнесмен, я надеюсь когда – нибудь получить что – то в ответ. - Ну, мне казалось, я всегда отвечаю тебе, - женщина села на крепкий торс и провела ладошками по плечам. - Надь, - он накрыл ее руки своими, останавливая, и серьезно посмотрел в карие глаза, казавшимися на солнце шоколадными, - Ты же понимаешь, что я не про это. - Я все оставила там, - прошептала женщина, отводя глаза и намереваясь пересесть обратно на плед, но мужчина не пустил, слегка сжав бедра пальцами. - Улыбнись, - тихо попросил Вадим. Надя посмотрела на лежавшего на пледе мужа и несмело улыбнулась. - У тебя замечательная улыбка, - завороженно прошептал Казанцев, - Просто волшебная, - он провел пальцами по щеке, перебрал несколько выбившихся локонов, а затем поцеловал обручальное кольцо на ее безымянном пальце. - Моя девочка, - она потерлась щекой о его ладонь, - Иди сюда, - женщина склонилась над ним. Мужчина приподнялся на локтях и, захватив ее губы, все еще отдающие кофе и вишней, опустился обратно, заставляя полностью лечь на него, и начал неторопливо поглаживать спину и согнутые в коленях ноги, продолжая дарить нежные поцелуи. - Вадик, а если кто – нибудь увидит? – спросила женщина в перерыве, чувствуя, к чему все идет. - Тогда у него будут большие проблемы. Во – первых, потому что это частная земля, - Надя пропустила смешок, - А во – вторых, потому что мне придется убить его. - Вадик! - Только я имею право слышать твои стоны, - его ладони забрались под майку. - Казанцев, ты обещал не относиться ко мне…, - женщина попыталась отстраниться, но это было выше ее сил. Она таяла под его руками. - Я помню, что я обещал, малышка, - ответил мужчина, - Хочешь, поставлю это на сигнал твоего звонка? - Ты опять все переврал, - буркнула Надя, поднимая руки и позволяя снять с себя одежду, - И вообще, Вадим Юрьевич, Вам что, ночи не хватило? - Мне – нет. И тебе, кстати, тоже, - улыбнулся Казанцев, проникая за ремень коротких шорт. - У меня все тело болит… - А у меня спина горит, - парировал он. - А у меня…, - но тут Вадим сел, резко оказываясь с ней лицом к лицу. - А у тебя уже нет сил пререкаться со мной, и все мышцы сводит от желания, - тихо, но вместе с тем отчетливо сказал мужчина, - Так что прервем нашу беседу на некоторое время. * - Вадик, нам пора собираться, - пробормотала женщина, нежась у него под боком, - Мне завтра на работу. - Дал же Бог жену – главу федерации хоккея, - вздохнул мужчина, - У всех людей медовый месяц 4 недели длится, а у меня пол – дня... - Ты знал, на что шел, - тихо рассмеялась Надежда. - Да уж. Теперь вся жизнь будет как один сплошной медовый месяц… - Ну хорошо, давай, вот универсиада пройдет, и я возьму отпуск, - предложила она. - Орлова, ты никогда не возьмешь отпуск больше двух недель. Ты гиперответственая, - сокрушенно констатировал Вадим и вдруг пропустил смешок. - Да, я ответственны работник. И что в этом смешного? – насупилась женщина. - Да я не над этим. - А над чем тогда? - она тут же вновь стала мягко и пушистой. - Просто ты уже моя жена, а я все равно не могу назвать тебя Казанцевой, - задумчиво протянул мужчина. - Вадик, - она приподнялась и серьезно посмотрела на мужа. - Да ладно, Надюш, не грузись. Все хорошо, - он улыбнулся и погладил ее по спине, - Главное, что ты рядом, а с какой фамилией – дело десятое. Тут у него завибрировал телефон. - Кажется, нам и правда пора, - озадаченно хмыкнул Казанцев. Надя встала и протянула ему руку. Мужчина улыбнулся и, приняв помощь, тоже поднялся. И тут то ли от перегрева, то ли еще от чего, у Вадима потемнело перед глазами, а в голове пронеслась утопическая картина: «Они так же вдвоем лежат здесь. Только плед уже больше, и с краю стоит корзина для пикника. Печет солнце, в лесу перекликаются птицы, пахнет травой, смолой, ягодами и летом. Он что – то шепчет ей на ухо, она смеется и стукает его кулаком в плечо, мужчина тоже заходится смехом и принимается ее целовать. Но тут трава вокруг начинает подозрительно шуршать и колыхаться. Делая вид, что не заметили ничего странного, супруги продолжают общаться. И вдруг на плед выскакивают 2 индейца. Один с пронзительно голубыми отцовскими глазами, а второй, по – младше, с мягкими карими. Они еще выговаривают не все буквы, но сейчас выглядят довольно воинственно и требуют капитана Крюка немедленно освободить Тигровую Лилию*. Пират поднимает руки и просит не брать его в плен. Вождь соглашается обменять его свободу на два тоста с джемом, сок и мороженое. Принцесса решает спасти своего мучителя и отдает выкуп. Перекусив, они начинают собираться домой. Младший, утомившись на свежем воздухе, засыпает на плече у отца, и до машины его несут на руках. Добравшись до дома и уложив сорванцов спать после дневной прогулки, родители, наконец, могут уделить немного времени друг другу...» - Вадик, мы идем? – голос Тигровой Лилии выдергивает его из мечтаний. - Да, конечно, - мужчина берет жену за руку, и они идут к машине. «Все будет, Вадим Юрьевич. Не сразу, но будет», успокоил свою разгулявшуюся фантазию Казанцев.

Чтобы сердце минувшим не ранить И не жечь его поздним огнём, Не будите уснувшую память, А живите сегодняшним днём. Вас судьба одарила любовью, Осенила волшебным крылом? Не гадайте, что ждёт вас обоих, А живите сегодняшним днём. Как прекрасно двум родственным душам В целом мире остаться вдвоём. Не терзайтесь былым и грядущим, А живите сегодняшним днём.