Сигареты, Малфой, сигареты...

Дым. Он окутывает человека у окна своим темным туманом. Кашель. Человек у окна еще не до конца привык к отвратительному вкусу этих дешевых дерьмовых штук. — Малфой! Ты долго будешь там стоять? Молодой юноша отвлекся от наблюдения из окна младшеклассников и повернулся к мулату, что сидел в кресле. Никотин. Малфой сделал еще затяжку и закашлял. — Ты серьезно? Сколько ты будешь еще портить здоровье этой херней? И сколько еще ты будешь думать о ней? Вопросы. Вопросы. Бесконечные вопросы. Но все без ответа. Снова затяжка, выдох и пары дыма окутывают фигуру парня. — Забини, отъебись. Ты думаешь, я думаю о ней? Если да, то о ком именно? — О той, кто принесла все это сюда. — мулат сделал широкий жест, указывая на вещи в комнате. — Об этой гриффиндорской грязнокровке? Ты издеваешься, Забини? — он поднял бровь. — Тогда о ком? Пэнси? Дафне? Какой-нибудь слизеринской шлюхе? Блондин фыркнул. — Ну уж точно не об гриффиндорской подстилке. — Ну-ну. Я пойду на обед. Ты со мной? — Не, я еще тут побуду. Ты, главное, следи за своей девушкой. — Что еще она натворила? — Говорят, что ее в коридоре чуть не взял какой-то когтевранец. Блейз нахмурился и кивнул. Парня лучше оставить в покое. Мулат снова вздохнул и вышел из спальни Драко, а затем и из Башни Старост и столкнулся с кем-то ниже себя. — Ой, Блейз! Ты стал к нам чаще заходить. — Гермиона, здравствуй, во-первых. Во-вторых, да, я сам заметил это. Но как же не навестить старину Малфоя. Грейнджер хмыкнула. — Ну да. А он у себя? — Странный вопрос, не находишь? — мулат сделал любимый жест Драко — поднял бровь. — Хм, мне как раз надо ему передать свитки. — Тогда не буду мешать. — Блейз сделал шутливый поклон. Гермиона рассеянно кивнула и прошла мимо.

***

— Драко! — Гермиона зашла в гостиную в Башне Старост. Тишина. — Малфой! Снова тишина. — Драко Люциус Малфой, я не для того с тобой дружу и сплю чтобы ты меня игнорировал. Блондин тихо хмыкнул. Казалось, только недавно Гермиона Грейнджер — тихоня, отличница, гордость школы, Староста девочек и Героиня Второй Магической Войны — смущалась от похабных и пошлых словечек. Сейчас же она спокойно может говорить такое. Хотя, и Драко и война поменяли ее отношение ко всему. Шатенка положила свитки на столик у дивана и стала подниматься по лестнице к двери со значком Слизерина. — Драко… — она тихо приоткрыла дверь и заглянула в комнату. Едкий дым сразу наполнил ее легкие. — Ты снова куришь? Я же тебе говорила. — Герм, не еби мне мозги. Я знаю, что это плохо. — Ну и зачем?.. — Затем, — прервал ее блондин, — что бы ты мне не ебала мозги каждый раз. — Знаешь, я иногда сомневаюсь, что в тебе есть что-то хорошее, ведь ты всегда просишь не «ебать мозги». — она подняла брови и вошла в комнату. — Герм, перестань… — он отмахнулся от нее. — Драко, просто ответь мне — зачем? — она взяла с прикроватной тумбочки пачку сигарет, достала одну, зажгла и залезла на кровать Драко. — Как тебе ответить? Ты же сама все прекрасно знаешь — отец в Азкабане, мать… Он сделал еще затяжку и, до конца заполнив легкие никотином, выдохнул. Она вздохнула — да, она все знала, и это заставило Драко ухмыльнуться. Она знала о его родителях, о его задании от Темного Лорда, она знала, что он не виноват в произошедшем, она знала о его доверии к себе. Ведь немногие удостоены этой чести. А он знает о ее самом сокровенном — ее любви к нему, Драко. И он отвечал ей взаимностью, хотя она не догадывалась об этом. — Драко, может хватит? — он злобно глянул на нее. Она ведь знала, что он только недавно начал курить, но уже не может оторваться. — Только тогда, когда ты сама прекратишь курить эти сикарилы. — Сигареты, Малфой, сигареты… — тихо поправила любимого Гермиона и включила маленький плеер-магнитофон.