My personal pain

POV Thomas       Дилан уснул почти сразу же, прижав меня к себе и укрыв нас тёплым пледом, оберегающим от морозной декабрьской ночи, а я просто лежал на его груди пальцами выводя едва ощутимые узоры на его теле, и не в силах уснуть. Для меня всего было слишком много, и после моей прошлой жизни было очень непривычно. Непривычно чувствовать себя нужным и желанным, и получать нежность и ласку в свой адрес. Непривычно быть любимым…       Я аккуратно, чтобы не разбудить Ди, дотянулся до тумбочки и взял книгу. Книгу, которую подарил мне мой Дилан. Открыв на первой странице, я увидел свою фотографию, когда мы в первый раз встретились с Ди и надпись сделанную красивым почерком моего парня: «При нашей первой встрече, ты был настолько маленьким, худым и беззащитным, что я думал, ты свалишься в обморок в ту же секунду. Но намного больше меня напугал твой пустой, усталый от жизни взгляд, и даже несмотря на всё это, ты был прекрасен. Именно в тот момент, я и поклялся себе, что сделаю всё, что от меня зависит, чтобы вернуть тебе желание жить и буду защищать и любить тебя до последнего вздоха.»       Я улыбнулся, чувствуя тепло, расползающееся где-то в области сердца, и перевернул страницу. Здесь было фото, первой ночи, которую я провёл в квартире Дилана. Именно та ночь, когда я впервые стал присваивать себе его футболки, и пришёл к нему спать. Надпись на этом развороте гласила: «Я навсегда запомню, как ты пришёл, заявив, что замёрз и свернулся маленьким калачиком возле меня, после пододвигаясь чуть ли не вплотную. Я тогда долго тобой любовался: таким милым, спокойным и похожим на ангелочка.» Я тоже помню этот день и мне до сих пор немного стыдно.       Со следующей странице на меня смотрел сам я и выглядел уже намного счастливее чем на прошлых фото. Комментарии Дилана были аккуратно выведены рядом: «Твои глаза всё время просто завораживали меня. Они передавали твои эмоции лучше любых, даже самых красноречивых слов: когда тебе было плохо, в них плескалось столько боли, что ей можно было захлебнуться, но когда же ты был рад, они просто искрились, словно наэлектризовывая всё пространство. А сейчас в этих глубоких, карих океанах я вижу только любовь и счастье, которые вытеснили оттуда всю горечь и отчаяние, с которыми ты раньше смотрел на мир, и я не раздумывая готов отдать всё, чтобы больше никогда не увидеть в них боли» Моё сердце сжалось от осознания того, насколько сильно Ди любит и волнуется за меня.       Следом была моя фотография с розовыми щеками, которую Ди сделал, когда мы с ним и Джу пили чай. «То как ты краснеешь, когда смущаешься просто сводит меня с ума. Ты такой нереально милый и красивый, что я просто хочу каждую секунду тебя целовать»       Перелистнув страницу, я снова увидел фото спящего себя, только в этот раз, видимо чем-то взволнованного, потому что мои брови были сведены к переносице. Надпись здесь была не очень длинной, но всё равно заставила меня смущенно улыбнуться: «Иногда, когда ты спишь, то начинаешь хмурится, словно тебе снится что-то плохое, но стоит мне только шепнуть, что я люблю тебя, сразу расслабляешся, а бывает и начинаешь улыбаться и мурлыкать что-то себе под нос.»       На другой странице была фотография, где я стою в футболке Ди. Это фото было сделано совсем недавно, судя по тому, как я выглядел, но я о нём даже не подозревал. Футболка немного задралась, оголяя моё бледное тело, а подпись сделанная Диланом заставила меня покраснеть до кончиков ушей: « Любимый, ты безумно сексуальный. И когда ты надеваешь мои футболки, я прилагаю очень большие усилия, чтобы не наброситься на тебя, покрывая поцелуями все места, до которых могу дотянуться. Любая одежда, смотрится на тебе великолепно, но намного больше, мне хочется её снять. В чём бы ты ни был: в моей футболке, или в одном из огромных свитеров — ты всегда выглядишь безумно горячо. Но, милый, запомни, как-бы и чего бы мне не хотелось, я никогда не стану торопить тебя и дождусь момента, когда ты сам будешь готов к этому. »       Дальше было фото, где я стою на улице, обмотанный в шарф и с глупой шапкой на голове, и пью кофе из термоса, параллельно пытаясь согреть об него окоченевшие руки. Когда Дилан успел меня сфотографировать?! «Как ты смеешь, хотя бы думать, что некрасивый, когда даже мерзнешь идеально. Твои щечки и носик, покрытые румянцем от холодного ветра выглядят чертовски мило, и то, как ты кутаешься в куртки и шарфы, безуспешно пытаясь согреться. Иногда у меня возникает желание просто закутать тебя в самый тёплый плед, обнять и больше не отпускать. Ты всегда мерзнешь, но я готов согревать тебя, хоть всю свою жизнь.» Это так трогательно и мило, что я просто не знаю, чем я заслужил такого прекрасного парня как Ди.       На следующей, предпоследней странице была фотография того, как мы держимся за руки. А надпись просто растопила меня в маленькую розовую лужицу: «Мне очень нравится, как твоя маленькая, худенькая ладошка смотрится в моей. Она вечно холодная, и я всегда стараюсь согреть её. Я люблю поглаживать твои длинные, изящные пальчики, наслаждаясь гладкостью и нежностью твоей кожи и хотел бы всю жизнь держать тебя за руку, показывая, что всегда поддержу и помогу, когда тебе понадобится помощь. Чтобы ты знал, что у тебя есть человек, который всегда будет на твоей стороне, что бы ни случилось.»       С огромным сожалением, я открыл последнюю страницу книги и уставился на фотографии, которых здесь было несколько, и на всех были мы с Диланом. На одной, он обнимал меня, нежно прижимая к себе, на другой Ди улыбаясь смотрел в камеру, а я целовал его в щеку. Третий кадр запечатлел, как я уселся к Дилану на колени и улыбаясь целую его в носик. Некоторые из этих фотографий делал я сам, другие Ди, и на каждой из них мы были такими счастливыми. То, что Дилан написал рядом тронуло меня до глубины души, и заставило перечитать несколько раз: «Томми, ты — самое дорогое, что у меня есть и делаешь меня просто супер счастливым. Я нереально люблю тебя, дорогой, и сделаю всё, ради того, чтобы у тебя всё было хорошо. Мы пережили многое, и прошли рука об руку, через все испытания, и я всегда буду поражаться тому, насколько ты сильный, мой маленький ангел. Любой бы на твоём месте сломался, но ты смог выдержать. Смог выкарабкаться, и я никогда не забуду, какой ценой нам далось наше счастье. Ценой боли и горьких слёз, поэтому ты, малыш, как никто заслуживаешь любви, которую я дам тебе. И я буду любить тебя всю жизнь, пока моё сердце не перестанет биться. Я клянусь, что всегда буду с тобой, и никогда не оставлю, что бы ни случилось. I am always near, love»       Прочитав последнюю фразу, я с нежностью погладил браслет на своей руке, и посмотрел на спящего Дилана. Он делает для меня так много всего, и даёт всё, в чем я нуждаюсь, абсолютно ничего не требуя в замен. А нуждаюсь я только в его любви.       Аккуратно положив книгу на место, я лег обратно к своему парню, и улыбнувшись обнял его, засыпая.       Проснулся я, когда солнце только начинало вставать. Дилан тоже не спал, и я повернувшись к нему так, чтобы наши лбы почти соприкасались, прошептал: — Доброе утро, любимый — Доброе, котёнок. Как тебе спаслось? -голос парня был хриплым ото сна и я улыбнулся, наслаждаясь этим звуком. — Лучше всех на свете. Ди, я так сильно тебя люблю. — Я тоже, люблю тебя, сладкий. Ты маленькое солнышко, которое освещает мою жизнь.-голос Ди был мягким и тёплым, и окутывал меня, словно тёплое одеяло. — Я прочитал книгу, которую ты подарил мне. Это......это так прекрасно, что я просто словами описать не могу. Ты сделал её сам, да? — Конечно, дорогой, я очень рад, что тебе понравилось.       Я поцеловал Дилана, пытаясь показать этим, насколько мне понравилось. Пытаясь описать всё, что я чувствую к нему. Этим ленивым утром мы будем ещё долго лежать в кровати и разговаривать ни о чём. Просто быть рядом друг с другом и понимать без слов.