My personal pain

POV Thomas       Сейчас полседьмого утра, все вещи уже собраны и мы тоже готовы. Джу сказала, что она приедет в аэропорт, чтобы проводить нас, а пока мы с Диланом сидим на кухне и пьём кофе. Я вдыхаю терпкий запах горячего напитка и улыбаюсь, потому что кофе, который варит Дилан пахнет по особенному. Он как-будто впитывает частички его личного запаха, такого приятного и родного. От этого меня не покидает навязчивая мысль о том, что я не хочу, чтобы Ди варил кофе ещё кому-то. Хочу быть единственным, кто пьёт напиток, с его запахом.       Я невольно улыбнулся своим мыслям, встречая непонимающий взгляд парня, и подумал, что ни за что не расскажу ему об этом. Нет, тогда он подумает, что я свихнулся, или ещё что-то в этом роде. И может окажется прав, потому что иногда, я и вправду ощущаю себя безумцем, помешанным на одном единственном идеальном человеке. — Малыш, нам предстоит лететь около 9 часов.-голос Дилана вывел меня из мыслей, заставляя сосредоточиться на реальности. 9 часов в самолёте! А я может быть боюсь летать! Я же ни разу не покидал пределы Лондона, а если и ездил куда — то только на поезде или электричке. Ладно, нужно успокоиться: со мной же будет Дилан, а значит всё хорошо. — Дорогой, что-то не так? -видимо на моём лбу неоновыми буквами светится надпись: «Томас-боюсь-летать-Сангстер.» — Ди, я просто ни разу не летал на самолёте, и мне как-то не по себе.-я решил не врать, зная, что мой парень -самый проницательный человек на свете, и всё равно бы всё понял. — Милый, тебе не стоит волноваться: мы летим на самолёте самой надёжной авиакомпании, которая только существует, тем более я буду рядом, ладно? Успокойся, всё будет хорошо.-Дилан тепло улыбнулся и мне стало немного легче. Ладно, если он так уверен, что мы не разобьёмся в этом грёбаном самолёте, то я тоже буду так думать.

***

      Сказать было намного легче, чем сделать, потому что сейчас, когда самолёт начал взлетать мои мысли занимает только один вопрос: «Как мать вашу отсюда выйти?». Часом ранее Джулия проводила нас, перед этим взяв обещание отправлять ей фотографии и, цитирую: не зализать друг друга до смерти. Я вроде бы даже успокоился, но как только самолёт начал трястись и подниматься в воздух вся моя уверенность испарилась. — Дорогой, всё в порядке, с нами ничего не случится и тебе нечего бояться.-Дилан взял меня за ледяную руку, начиная привычно поглаживать её большим пальцем, успокаивая. — Ну, да, конечно, мы будем очень даже хорошо лежать размазанные по земле, если эта штука разобьётся! -я не сумел сдержать язвительный комментарий, и лишь покрепче сжал руку своего парня. Дилан успокаивающе улыбнулся, и нежно меня поцеловал. Плевать, что мы в самолёте! Мне страшно, поэтому пусть он меня целует. Несмотря на мои мысли парень аккуратно отстранился.       Самолёт наконец перестал трястись, и я решил посмотреть в окно. Вид открылся просто потрясающий: белые, светло-розовые и голубые облака, похожие на сахарную вату проносились мимо моих глаз, создавая причудливый калейдоскоп. Кое-где выглядывали лучики солнца и это выглядело так невероятно прекрасно, что я совсем забыл о страхе, преследующем меня ещё несколько минут назад.       Залюбовавшись открывшимся мне видом, я даже не заметил, как Дилан уснул, откинув голову назад. Решив, что ему будет удобнее спать на моём плече, я аккуратно облокотил его на себя, начиная лениво перебирать его волосы. Это успокаивало меня, так же как и его спокойное дыхание.       Где-то час спустя я тоже уснул, уткнувшись носом в макушку любимого и вдыхая его запах.       Проснулся я спустя несколько часов. Дилан продолжал посапывать на моём плече, и я улыбнулся тому, как умиротворенно и прекрасно он выглядел.       Видимо почувствовав мой взгляд, парень зашевелился и открыл глаза, снизу вверх смотря на меня и так и не поднимая голову с моего плеча. Его волосы торчали во все стороны, взгляд немного потерянный после сна, а на щеке краснело пятно, от моего плеча. Он был таким сонным, потрепанным и милым (ну наконец-то, хоть кто-то милый, кроме меня!), что я не удержался и чмокнул его в носик. Дилан лишь улыбнулся, и тоже поцеловал меня (да я помню, что мы всё ещё в самолёте, но я не виноват, что мой парень такой невероятно красивый) — Томми, я уснул на твоём плече, да? -Господи, этот хриплый голос сведёт меня с ума. — На самом деле — нет. Ты уснул, запрокинув голову на спинку кресла, но я решил, что буду лучшей подушкой, поэтому переложил тебя.-после моих слов Ди негромко рассмеялся. — Котёнок, ты самая лучшая и удобная подушка на свете.       Мы продолжали обсуждать всякие глупые мелочи, улыбаясь и тихо (по крайней мере мы так думали) смеясь, пока стюардесса не принесла еду. Для меня: овощной салат, сырный суп, апельсиновый сок, яблоко и какую-то булочку, а для Дилана мясо с гарниром, овощной бульон, яблоко, круассан, (половину которого я успешненько выпросил) и холодный зелёный чай. Если в самолётах всегда так кормят, то они не так уж и плохи. Хотя конечно, это не сравнится с кулинарными шедеврами моего парня.       Как только мы поели Дилан достал наушники и включил нам какой-то фильм. Теперь очередь моей головы лежать на его плече, поэтому удобно устроившись в объятиях своего парня, я совершенно не обращал внимания на экран, полностью сосредоточеный на запахе, лице, руках Дилана. Он для меня стал чем-то большим, чем просто человек. Он стал для меня целым миром, без которого я не могу прожить и минуты.       И мне так тепло и уютно, когда он меня обнимает, что я готов снова уснуть, несмотря на то что недавно проснулся. Он успокаивает меня и я просто невыносимо, до боли люблю его. Люблю так, как люди не должны уметь любить. Люблю до отупения, до полной необходимости всегда находится рядом с ним. И как бы жутко и странно это не звучало, я ни за что на свете не захочу ничего менять. Мне нравится любить его, и нравится, что он отвечает взаимностью, также безумно любя меня.       Все два часа, пока шёл фильм, который видимо очень заинтересовал Дилана, я любовался родниками на его лице, так похожими на звезды, рассыпанные по его молочной коже, или выводил непонятные даже мне узоры на его груди. В общем вёл себя как ребёнок, которому скучно и который очень хочет привлечь к себе внимание. Мои попытки увенчались успехом, и Дилану наверно раз 50 приходилось отвлекаться, чтобы поцеловать меня, или просто чмокнуть в макушку, но даже это меня вполне устраивало. — Ну что, малыш, как тебе фильм? — Серьёзно? Мне кажется он издевается, потому что я даже названия не знаю, а он меня спрашивает как мне?! Ладно, скажу правду — мне понравилось. Да, понравилось. Моим фильмом была смена эмоций на его прекрасном лице, и то как медленно поднимается и опускается его грудь, но Дилану я конечно этого не скажу. — Интересный фильм, и сюжет захватывающий, да и закончилось всё хорошо- Да, Томас, правильно, опозорься ещё больше. Дилан мягко улыбнулся, видя моё смущение, а я просто спрятал лицо в его груди, пытаясь скрыть стремительно краснеющие щёки. Да, я пялился на него весь фильм, ну и что?! Я же его парень, значит имею на это полное право. Тем более, я разве виноват в том, что он настолько красивый, и все черты его лица настолько идеальные?! Так что всё. — Любимый, мы смотрели фильм, о китайской мафии, в конце которого почти все герои умерли. Но сюжет и правда захватывающий.-Дилан аккуратно поднял моё лицо и поцеловал в каждую из красных щечек, при этом продолжая улыбаться. Боже, как же стыдно! А хотя он сам виноват! Кто вообще смотрит фильмы о китайской мафии?! — Ди, сколько нам ещё лететь? Я устал-Да, я снова веду себя как ребёнок, но мне 17 и могу я себе позволить хоть немного поныть?! — Котёнок, ещё 3 часа. Мы можем послушать музыку, или я включу ещё один фильм? -Нет, ещё один такой позор я не переживу, так что пусть лучше музыка. Надеюсь Дилан не будет спрашивать меня о смысле песен, которые мы послушаем.       Спустя час нам снова принесли еду. Только вот стюардесса как-то слишком сильно улыбалась Дилану, и несколько раз спрашивала хочет ли он ещё что-нибудь, совершенно не обращая внимания на меня. Ну ладно, сейчас я ей покажу, что она не туда лезет. — Любимый, ты не хочешь зелёный чай? -я показательно взял своего парня за руку, и специально выделил первое слово. Я обращался к Дилану, но всё это время в упор пялился на наглую девушку. Это мой парень, и только я могу так смотреть на него, а она пусть идёт лесом, и да, я ревную. — Да, Томми я не против.-парень улыбнулся, и я понял, что моя ревность слишком заметна-Будьте добры нам две кружки зелёного чая и два круасана.- Эти слова уже были адресованы стюардессе, которая видимо признав поражение поспешила скрыться от моего испепеляющего взгляда. — Сладкий, я думал ещё немного, и ты начнешь выдирать ей волосы.-О, Дилан, ты даже не представляешь насколько прав, потому что если бы она не ушла и продолжила так открыто заигрывать с моим парнем, я бы не выдержал.       Через несколько минут она вернулась, поставила перед нами поднос с чаем и круассанами и напоследок улыбнувшись Дилану ушла. Так, я не понял, она бесстрашная что ли? Она что, по моему взгляду не поняла, что этот парень занят.       Видя моё раздраженное лицо Ди громко расхохотался, и нежно меня поцеловал. — Дорогой, тебе незачем ревновать. Я тебя очень сильно люблю, а эта девушка меня совершенно не интересует. — Я и не ревновал.-ну да, конечно. Кого ты обманываешь, Томас?       Дилан притянул меня к себе и поцеловал в губы, нежно поглаживая мою щеку. Хорошо, так уж и быть — он прощён. Аккуратно отстранившись, я взял круассан, вгрызаясь в него. Это наверное самое вкусное, что у них есть! Быстро расправившись с моим сдобным другом, я поднял в руки кружку, сразу обжигаясь, но продолжая пить. Чай мне понравился, но он был не настолько вкусным, как чай Дилана, и наверно теперь я буду всю еду сравнивать с его.       Оставшееся время, мы просто разговаривали. Дилан всё время улыбался, вспоминая всё, что я натворил за этот полёт, и только ради этой улыбки, я готов совершить ещё хоть тысячу глупостей. Мы разговаривали ни о чём, просто ради того, чтобы говорить, и я всеми силами пытался сосредотачиваться на словах, а не просто слушать голос Ди.       Когда мы наконец-то стали снижаться, самолёт снова затрясло, и я опять мёртвой хваткой вцепился в руку парня. — Малыш, всё хорошо-Дилан поглаживая мою ладонь, и я решил перевести внимание на его руки, с длинными пальцами (я уже представляю, что они будут делать со мной этой ночью, и от этого мурашки невольно бегут по моей коже) и выделяющимися венамми, контуры которых я стал обводить. Это меня успокоило, и вскоре я просто сидел, крепко сжимая руку Ди и слушая его голос. Так, я не заметил, как мы уже оказались на земле.       Я отстегнул ремень, и встал, покачиваясь. Дилан аккуратно подхватил меня, поддерживая, чтобы я не растянулся на полу, и как только я восстановил равновесие, мы наконец вышли из самолёта. Когда мы оказались на улице, Ди подошёл к какому-то таксисту, и пока я осматривался, договорился. Здесь всего 11 утра, но уже так невыносимо жарко, что я побыстрее хочу стянуть свои джинсы и футболку.       Ехали мы где-то полчаса, и всё это время я смотрел в окно, наблюдая за цветущей Доминиканой. Здесь всё было зелёным, даже стены некоторых домов оплетало какое-то растение. Водитель нам что-то рассказывал, но я совершенно его не слушал. А потом я увидел океан..... Всё, можете считать, что я официально умер, потому что этот вид просто прекрасен. Мы остановились, и пока Ди расплачивался, я уже успел разуться, держа кеды в руках, и наслаждаясь свежим ветром. Забрав вещи, я направился за Диланом, который уверенно шёл куда-то вперёд, по пути рассматривая белый песок под ногами и лазурную, спокойную воду. Это же просто рай, и меня переполняет чувство восторга.       Нет, я ошибался, восторг стал переполнять меня, когда я увидел наш дом. Дилан сказал, что он небольшой, и я представлял себе маленький уютный домик, но никак не двухэтажный махину, с террасой с видом на океан. Это…это просто неописуемо. — Любимый, может мы зайдём внутрь, или так и будем стоять возле? — я растерянно кивнул, и мы вошли в дом. Внутри было светло и просторно. Вся мебель из светлого дерева. На первом этаже находилась просто огромная гостиная, кухня, туалет и душ. Мы поднялись на второй этаж, и тут оказалось ещё один туалет и ванна и три двери. Открыв первую, я увидел большую комнату, с просто огромнейшими панорамными окнами, прикрытыми лишь лёгкими штормами. Большая, двухспальная кровать занимала половину места, а по бокам от неё две маленькие тумбочки, в углу стоял шкаф, а рядом висело большое зеркало, здесь были ещё две двери, одна из которых вела в гордиррбную, а вторая в ванную с джакузи. Боже, здесь есть ещё и джакузи! — Ди, я хочу, чтобы это была наша комната.-она настолько восхитительная, что я хочу каждый день засыпать и просыпаться здесь, в объятиях своего парня, тем более именно отсюда выход на террасу, где стоят два уютных креслица и маленький столик. Здесь мы будем пить кофе, или зелёный чай, который Ди так вкусно заваривает. — Конечно, дорогой, эта комната тоже нравится мне больше других.-и вправду, остальные две комнаты оказались похожи: две односпальные кровати с тумбочками рядом и небольшими пуфиками.       Разложив вещи, я пошёл в ванную, всё ещё находясь под впечатлением. Мы будем жить здесь только вдвоём, и никто не помешает нашему тихому, маленькому счастью. Простояв под душем где-то 15 минут, я наконец пришёл в себя. Вода смыла с меня всю усталость этого дня, и я выключил воду, выходя из душа, обвернув вокруг бёдер полотенце.       В комнате Ди не оказалось, и я почти сразу услышал шум доносящийся снизу. Дилан уже что-то готовил. Решив спуститься к нему позже, я достал из чемодана бельё, простую белую футболку и джинсовый комбинезон. Я сам не знаю, почему настолько люблю их. Одевшись, я зашлепал босыми ногами по лестнице, по пути вытирая волосы. — Ди, ты уже что-то готовишь? — Малыш, сейчас три часа дня, и думаю нам пора обедать- ого, здесь время идёт намного быстрее, а может я просто ещё отхожу от перелёта.       Заглянув Дилану через плечо, я увидел что он готовит пасту и сырный суп, попеременно помешивая оба блюда. Я даже яйца нормально сварить не могу, а он делает такое. По старой традиции, я снова взобрался на стол, начиная болтать ногами и говорить всякую чепуху. Потом сказал Дилану, что этот дом просто идеален, на что он лишь улыбнулся.       Когда обед был готов, я достал из холодильника апельсиновый сок (он дом вместе с едой что ли купил?!) и уселся уже за стол, ставя перед нами стаканы. Дилан разложил еду по тарелками, ставя порцию сначала передо мной, а потом себе. Дождавшись пока он сядет, я приступил к еде.       Когда мы покушали, Дилан предложил посмотреть сериал. Ну, а я что? Я только за, но в этот раз нужно обращать хоть немного внимания на экран. Устроившись между ног парня, я облокотился спиной о его торс, а он нежно обвил моё тело руками. Его прикосновения всегда настолько мягкие, что я готов растечься от них.       В этот раз, я и вправду смотрел на экран, но это только потому, что Дилан заблокировал мне доступ к своему лицу, крепко обнимая. Когда мы досмотрели последнюю серию на часах было уже половина восьмого, и я решил, что ждать больше нельзя. Мягко высвободившись из крепкой хватки парня, я поднялся наверх, заходя в одну из двух свободных комнат, в которую заранее принёс всё необходимое.       Надев джинсовые шортики и майку, которую я стащил из чемодана Дилана, я подошёл к зеркалу, став придирчиво осматривать своё отражение. Покрутившись ещё несколько минут и удовлетворившись тем, что я вижу, я тихо прикрыл дверь, и с бешено стучащим сердцем стал спускаться по лестнице. Да, я волнуюсь, но мне ни капли не страшно. Я буду делать это с Ди, а ему я доверяю больше, чем себе.       Когда лестница осталась позади, я выдохнул, успокаиваясь и направился к Дилану, сразу ловя удивленный взгляд. — Любимый, я хочу сделать это.-Мой голос прозвучал ровно и спокойно, несмотря на то, что изнутри я просто умирал. — Малыш, ты уверен? Это серьёзный шаг, и я не хочу тебя торопить.- в ответ, я молча уселся на его колени, беря в руки его лицо и поцеловал. — Ди, я наконец-то хочу полностью оправдать эту надпись.-Я указал на майку. «Собственность Дилана О’Брайена» — да, я хочу целиком и полностью принадлежать ему, от кончиков пальцев, до макушки. — Хорошо, сладкий. Раз ты уверен, мы сделаем это.-Дилан сам поцеловал меня, и опустил руки на мои бедра, начиная поглаживать, а после в удивлении посмотрел на меня. — Да, Ди, я подготовился.-мои щеки предательски покраснели. Перед этим днём, я просидел в ванной несколько часов, желая сделать своё тело идеально гладким. — Малыш, ты не должен смущаться.-Дилан продолжил целовать меня, водя руками по ногам и бедрам. POV Avtor.       Старший парень поднял Томаса на руки, и не разрывая поцелуя принялся подниматься по лестнице, поддерживая мальчика под ягодицы, пока тот руками и ногами обнимал его за шею и талию. Они словно становились единым целым, идеально подходя друг другу, и понимая без слов.       Оказавшись на втором этаже, брюнет ногой открыл дверь спальни, проходя внутрь и аккуратно укладывая уже возбудившегося мальчика на большую кровать, белые простыни которой, приятно охлаждали его разгоряченное тело. Дилан устроился между ног парня, начиная покрывать поцелуями его шею и ключицы, кое-где оставляя красные отметки, которые будут просто кричать о том, чей это мальчик. Когда места для поцелуев стало недостаточно он стянул майку, открывая себе большее пространство и стараясь не пропустить ни миллиметра кожи, продолжил. Младший парень мог только негромко стонать, и выгибаться навстречу ласкам, уже изнывая от желания. Все эти медленные прикосновения и поцелуи, такие ужасные и прекрасные, доводили мальчика до безумия, заставляли умирать и возрождаться вновь, чтобы получить новый сладкий поцелуй.       Тем временем Дилан уже опустился к соскам, поочередно облизывая и прикусывая каждый из них, на что блондин особенно громко простонал, уже не в силах сдерживаться. Поцелуями прокладывая дорожку к поясу шорт, брюнет медленно расстегнул молнию и пуговицу, сразу замечая, что под ними ничего нет. — Томми, а ты оказывается не такой уж невинный, как мне казалось.-парень усмехнулся, но не желая больше мучить своего малыша, стащил узкие шорты, открывая себе прекрасный вид. Гладко выбритые ножки, ягодицы и узкая розовенькая дырочка словно загипнотизировали его.       Покрывая лёгкими поцелуями-бабочками внутреннюю сторону бёдер и выделяющиеся из-под молочной кожи тазобедренные косточки, Дилан опустился к сжимающемуся отверстию, закидывая длинные стройные ножки к себе на плечи, и опускаясь на колени. Мальчик вопросительно посмотрел на своего парня, но доверившись ему снова упал на подушки. Брюнет широко лизнул розовую дырочку, после целуя, на что получил громкий и сладкий стон своего малыша. — Чёрт, Дилан я не знаю, что ты делаешь, но главное — не останавливайся.-Еле еле выдавив из себя эти слова мальчик продолжил стонать. — Это называется римминг, сладкий-Словно подтверждая свои слова парень продолжил покрывать поцелуями дырочку своего малыша, немного входя лишь кончиком языка, словно дразня и удерживая его бедра руками. — Ди, пожалуйста, сделай хоть что-нибудь.- Мальчик хныкал, желая большего. Всего этого ему было так катастрофически мало и бесконечно много одновременно.       Оставив блондина без ответа, парень без предупреждения протолкнул язык чуть дальше, ловя сладкий стон своего малыша и продолжил быстро входить и выходить, желая доставить как можно больше удовольствия. И у него это получалось, подтверждением служили безостановочные стоны младшего и то, что он пытался двигать бедрами, стараясь насадиться ещё глубже, и получить ещё больше.       Так же резко Дилан вышел из мальчика, получая почти что всхлип от разрушенного блондина. — Сладкий, у меня нет ни смазки ни презервативов. Я не думал, что ты захочешь этого так неожиданно. — И то, и другое лежит в моей тумбочке, в самом нижнем ящике-получая удивленный взгляд, мальчик ответил-Я полностью подготовился, а это нашёл у тебя в ванной, под полотенцами. Ди, умоляю, быстрее.       Решив поторопиться, Дилан достал смазку, и ленту презервативов, ухмыляясь своим мыслям и вернулся, к изнывающему от желания блондину. — Малыш, будет больно, но я постараюсь быть нежным. Главное расслабься-получив кивок, Дилан выдавил немного холодной субстанции и подержал согревая, а после обильно смазывая пальцы, не желая причинить вреда своему малышу.       Снова закинув ножки блондина на свои плечи, старший парень, мягко раздвинул половинки, снова нежно целуя и начиная медленно вводить один палец. Вкладывая в действия всю свою любовь, и тем самым разрушая мальчика ещё больше. Увидев гримасу боли на лице своего малыша, брюнет стал покрывать его бёдра поцелуями, стараясь отвлечь от неприятных ощущений, одновременно с этим пытаясь отыскать заветный комочек нервов. Когда ему это удалось мальчик наконец расслабился и громко застонал, показывая всё наслаждение, которое ему приносили действия парня.       Увидев, что на место боли пришло удовольствие Дилан аккуратно ввёл второй палец, давая мальчику привыкнуть и получая кивок продолжил. Блондин опять застонал, и старший парень нежно поцеловал его в губы, стараясь показать всю свою любовь. — Дил, ещё… один-Сквозь стоны только и смог произнести Томас.       И кто такой Дилан, чтобы посметь ослушаться своего малыша. Добавляя третий палец к остальным, он задвигал ими, каждый раз точно попадая по простате. Спустя несколько минут младший парень поднял голову и едва слышно произнёс: — Ди, я готов. Давай.       Эти слова прозвучали как сигнал. Дилан медленно достал пальцы, не желая причинить боли, и опустился, чтобы поцеловать своего мальчика. Этот поцелуй отличался: кроме обычной любви и нежности в нём была и страсть, и желание. Желание полностью прочувствовать друг друга, стать единым целым и наконец полностью принадлежать друг другу.       Дилан быстро стянул с себя футболку, шорты и бельё, не в состоянии больше ждать. — Котёнок, я буду нежным и аккуратным.-брюнет натянул презерватив на уже стоящий и до сих пор остававшийся без внимания член, и обильно намазал его смазкой.       Для обоих это значит очень много. Для обоих это серьёзный шаг и они оба волнуются. Но всё это меркнет, когда они рядом друг с другом.       Дилан аккуратно наклонился, снова целуя мальчика, желая показать, что всё хорошо и он никогда не причинит ему вреда, а после поставив руки по обе стороны от головы блондина, начал медленно входить. На глазах Томаса выступили слёзы, а руки крепче сжали плечи старшего. Дилан попытался отстраниться, не в силах видеть боль на прекрасном лице своего малыша, но парень удержал его. — Всё хорошо, я хочу этого, и могу потерпеть-после этих слов брюнет кивнул и стал покрывать личико своего ангелочка мягкими поцелуями, стараясь отвлечь его, и не двигаясь внутри, давая привыкнуть.       Спустя пять минут, мальчик кивнул, глядя в глаза парня и показывая, что он готов. Дилан стал продвигаться глубже, стараясь быть как можно более нежным. Блондин впился короткими ногтями в плечи парня и молча терпел, лишь изредка негромко всхлипывая. Старший нежно сцеловывал каждую слезинку скатывающуюся по бархатным, раскрасневшимся щечкам мальчика. Когда брюнет вошёл до конца, он остановился, давая привыкнуть парню к новым ощущениями. Томас помолчал несколько минут, а потом, когда немного успокоился тихо прошептал: — Двигайся.       Дилан мягко толкнулся вперёд, точно попадая по простате. Мальчик выгнулся, вскрикнул, на этот раз уже от удовольствия, и крепко обвил талию парня ногами, желая получить больше, сильнее, быстрее и глубже. Старший парень стал совершать ритмичные, неторопливые толчки, каждый раз получая стоны и всхлипы удовольствия. — Дилан, быстрее, пожалуйста.-старший стал двигаться быстрее, но несмотря на скорость, движения были мягкими и нежными. Они не занимались сексом, они занимались любовью, наслаждаясь друг другом и чувствуя каждый сантиметр тела партнёра.       Два любящих парня сливались воедино, а за огромным окном, прикрытым лишь лёгким, развевающимся на теплом вечернем ветерке тюлем уже садилось солнце, медленно направляясь навстречу к спокойному океану. Они нежно любили друг друга, двигаясь в своём собственном ритме, словно становясь единым целым. Младший безостановочно стонал и подмахивал бедрами в такт движений старшего и все их действия были такими правильными и гармоничными.       Потеряв счёт времени, они уже давно не думали ни о чём, кроме друг друга. Вскоре Томас особенно громко застонал, и брюнет понял его без слов. — Давай, любимый.       Этих слов хватило младшему, чтобы выгнуться, до хруста костей и громко вскрикнув кончить, так и не прикоснувшись к себе, после чего обессиленно упасть на подушки, тяжело дыша. Дилан тоже не заставил себя долго ждать. Его просто сводила с ума узкость и горячесть гладких стенок его малыша, поэтому громко застонав, он тоже кончил. После чего отдышался и поднялся с кровати, на подгибающихся ногах, ловя растерянный и испуганный взгляд своего мальчика. — Котёнок, я всего лишь схожу в ванную и принесу нам полотенца.-парень ободряюще улыбнулся и вернулся через несколько минут с двумя влажными полотенцами, которыми он вытер сначала своего обессиленного ангелочка, а потом и себя. Зашвырнув грязные куски ткани в сторону ванной, он лег рядом со своим малышом, обнимая и прижимая его к себе так, что их лбы соприкасались. — Спи, любимый, ты слишком устал-У брюнета тоже совершенно не осталось сил, поэтому он легонько чмокнул мальчика в яркие от постоянного закусывания губки и прикрыл глаза, почти мгновенно засыпая, так же, как и блондин.       Сегодня они стали ещё ближе, полностью отдавшись друг другу. И сейчас они спят, усталые, всё ещё мокрые от пота, но очень счастливые. Спят, крепко прижавшись к друг другу, словно проведённой ночи им было мало, и они хотят быть ещё ближе друг к другу.