Ты заигрался, Мин Юнги!

— Ну и что прикажете делать? -спрашивает сама себя Юонг. Тут её кто-то подхватывает за локоть и тащит куда-то. Девушка вертит головой. Ничего не понимает. Пытается как-то сопротивляться, но все тщетно. — Что, блять, происходит?! -кричит она, насильно останавливая парня. — Слушай, чего ты такая громкая? На тебе висит номерок, а значит ты товар. — Стоп, стоп, стоп!!! Чего еще раз?! Какой номерок? -девушка начинает оглядывать себя и понимает, что на рукаве куртки у неё номер 666.-И что это значит? Я не товар! — Успокойся. Тебе там все объяснят.-спокойно говорит парень и усаживает её в черную машину. Девушке ничего не остается, кроме как сидеть в машине и оглядывать окрестности. У неё в голове полная каша. Где Юнги? Где вообще вся группа? Куда она едет? И что значит товар? Ей безумно страшно, но она старается этого не показывать и просто наблюдает за прохожими. Машина привозит её к особняку, где её ведут в холл. Девушку встречают горничные. Раздевают на ходу, несмотря на сопротивления. Запихивают в ванну. Натирают маслами и скрабами. Трут нежную кожу до покраснения мочалками. Юонг совсем ничего не понимает. Её просто переносят из комнаты в комнату. Сначала вытирают, затем накручивают локоны, наносят макияж, надевают на неё кружевное белье. Она пытается как-то брыкаться, но все тщетно. И вот она стоит в одном белье на холодном деревянном полу. Она слышит откуда-то голос, который объявляет лоты, но не может понять откуда. Её глаза завязаны атласной лентой, а руки сковал холодный металл наручников. Вот теперь ей точно страшно. Её держат сильные руки, очень грубые и по видимому мужские. — Лот №666! -эти слова эхом отдаются в сознании, и её куда-то выпихивают. Она растерянно мечется и в итоге беззащитно падает на колени-Начальная цена 8500 вон! -что-то ударяется о деревянную поверхность и в зале раздается эхом. Девушка ничего не понимает и видеть не может. Она слышит шепот и копошение. Ей страшно. Судя по всему её продают. Но куда? В рабство? Даже если так, что если в сексуальное? Девушка начинает думать, что вообще происходит, и начинает трястись от страха. Лента мокрая от слез, а шум только усиливается. Она слышит, как за неё назначают цену. Все выше и выше. И вот кто-то называет предельную цену. Её спихивают со сцены, судя по всему, и она летит в теплые руки. Они такие нежные, но грубо подхватывают тащат куда-то.