В твоих глазах застыли звезды

Не будучи трусихой, принцесса бежала сквозь запутанные коридоры строения, именуемого Дворцом Солнца, надеясь улизнуть от заботливых нянек, она сворачивала то вправо, то влево, в конце-концов добравшись до главного входа. Ей оставалось только обойти охрану и свобода. Нур не могла выходить из дворца в одиночку. Принцессу могли похитить или убить, взять в жены какие-нибудь бродяги, поэтому за ней всегда следовала охрана. Но в этот раз она не собиралась идти под конвоем, Нур ждала свободы, она хотела молиться Богу солнца Ра, в надежде, что он повлияет на решения фараона и Нур не станет невестой, и ее сестры и братья будут лишены такой же участи. Но надеждам принцессы не суждено было сбыться, в тот миг, когда она остановилась у главных ворот, чудовищный грохот и яркий свет, похожий на свет самого Ра озарил все вокруг, а затем все поглотила тишина. В этой тишине таяли минуты и часы. Принцесса лишилась чувств от испуга, а когда очнулась, все было кончено, и она вновь осталась в неведении происходящего. Нур поспешила выйти из дворца, стража последовала за ней. Картина, представшая глазам принцессы, поражала воображение. Огромное металлическое нечто зависало в воздухе над долиной Фараонов. Оно горело с одной стороны и сияло с другой. Страх охватил девушку, ее трясло и знобило, ведь громадина не предвещала ничего хорошего и в то же время, она приковывала взор, не давая отвести глаз. В этот момент рядом с Нур остановилась колесница Фараона, Неферия окликнула ее, а принцесса поспешила присоединиться к царской чете. Фараон говорил: — Я уверен, это Великие Боги пришли, чтобы посмотреть на нашу жизнь, дети мои, это Боги!.. Они ехали молча, скованные страхом, все, кроме Неферкара. И когда колесница затормозила, громадина была уже над ними, а Фараон начал говорить, обращаясь к Богам: — О великие, мы пришли поприветствовать вас, спуститесь с небес на землю, мы будем служить вам, Великие Боги… Он говорил долго, так долго, что Неферия, устав ждать, взяла на руки своего младшего сына Икнатона, когда тот захныкал. Иризи едва скрывала слезы, настолько силен был ее страх за детей, которых она прижимала к себе, Мхотеп, старший сын Мескэнет, стоял рядом с отцом в колеснице, а остальные, включая Нур, с огромными глазами смотрели, как из железной громадины появляется яркий сиренево-голубоватый луч, по которому спускаются таинственные фигуры, Боги, которых ждал Фараон. Богов было шестеро. Высокие, статные, луч оставил на них свое свечение. Три женщины и три мужчины, одна из женщин была выше всех и явно походила больше на призрачную аморфную фигуру, чем на человека, остальные же были подобны людям. Боги были облачены в странные одежды, высокая женщина в длинном струящемся белом платье, ее волосы и кожа сливались с ним, рта почти не было видно, много места на лице занимали огромные сиренево-голубые глаза, которые как бы говорили: «я вижу, о чем вы думаете…» Две другие женщины были одеты в серебристые длинные платья, их волосы, доходившие до плеч, тоже отдавали неким серебром. Их лица были человеческими, лишь кожа была непривычно бледна, а руки тонки и изящны. Трое мужчин совершенно отличались от женщин. Они были хорошо развиты физически, отличались высоким ростом, каждый минимум на голову был выше фараона, у двоих были короткие светлые волосы, третий, самый младший был белой вороной среди них. Темноволосый, с темно-карими глазами и небольшим шрамом на лице. Он производил впечатление напыщенного молодого темного мага, но не Бога, которого приветствовал Неферкар. Фараон вновь приветствовал Богов, а они молча рассматривали Неферкара и его семью, и лишь темноволосый голодным взглядом холодных темно-карих глаз окинул младшую принцессу Нила.