Другая история

Армия Джеймса наступала со стороны океана, как и предсказывала Элис. Остатки некогда большого и дружного клана вампиров-вегетарианцев стояли на берегу, ближе к деревьям, где пряталась стая волков. Эдвард, имеющий способность читать мысли, пытался «просканировать» толпу кровожадных чудищ, выходящих из почерневшего океана. К сожалению, практически во всех головах была пустота и неимоверная жажда крови Беллы. Мысли Стенли были иного характера, жажда мести и ненависти смешались воедино. Глаза ее горели неестественным красным огнем мести. Еще на периферии он уловил едва различимый «шепот» мыслей. Эта девушка была растеряна и не понимала, что происходит. В ней еще живы воспоминания человеческой жизни. Вампиры и оборотни выжидали. Когда из воды появится последний новорожденный, тогда они заманят их на середину пляжа и нападут вместе с волками, прячущимися в лесу. Карлаил кивнул Эдварду, и они синхронно разошлись в стороны, на бегущую толпу нападающих из кустов выпрыгнули гигантские волки. Нападающие кинулись врассыпную. Оборотни стали их преследовать. но большая часть осталась на пляже и напала на Калленов. Эсми осталась отрезана от мужа и сына. Кровожадные твари окружили ее с трех сторон. Женщина оттолкнулась от земли двумя ногами и запрыгнула на ближайшую ветку, но один из нападающих, успел схватить ее за ногу и стащить вниз. Она упала и четверо на нее накинулись сверху. Эсми отбивалась, как могла…. Карлайл отражал атаку сразу трех вампиров. Эдвард преследовал Стенли на верхушке дерева. Слишком поздно он заметил, как мама упала, и несколько тварей навалились на нее сверху. - Мама, нет! – закричал он. Карлайл мгновенно оценил ситуацию и побежал к жене. Эдвард с нечеловеческой жестокостью поймал вампиршу и оторвал ей голову. Чувство глубокой потери и ненависти затмила все его сознание. Он отрывал ру-ки, головы, ничего не замечая вокруг. Один из новорожденных запрыгнул ему на спину, он отвлекся на мгновение. Его сразу же скрутили. Карлайл не успел добраться до жены, ему уже вырвали руку и пытались оторвать голову. Мысль отца, о том, что все кончено, без Эсми он не хочет жить, заставила разум Эдварда отрезвился, и он услышал далекий голос сына: « отец, помоги»…. Но он не мог помочь уже никому. Каким же он был глупцом - корил себя Эдвард.