Блондин в аду. Похоть.

- Правильно Лилит говорит, кастрировать его на хер надо, - бурча, сидел в своей комнате на кровати. Сижу вот уже весь день, благо еду ещё носят. Спасибо близнецам, а то бы сдох. - Андрей, как дела? - в дверях показалась голова одного из близнецов. Надо же, уже обросла волосами. - Сгинь, - смотря ненавидящим взглядом, кинул в них подушку, - Извини, но это не земля и сгинуть нам некуда, - пожав плечами, в комнату вошел второй близнец. - Вот какого черта вам от меня надо? И на что опять поспорили? – в комнату вошли оба близнеца. Уфир был с розовыми волосами, а Умир с голубыми. Чудо природы, епт. - Мы не спорили, это так Лилит сказала сделать, - вздохнув, Уфир уселся на пол. Пол был покрыт ворсовым серым ковром. - Чтобы ты смог нас различать, - уселся рядом с братом Умир. - Да я вас и раньше мог различать, - ехидно улыбнулся я, сев по-турецки на кровати. - Как? Нас даже Асмодей с трудом различает, - достав мелки, Умир раздел своего брата и стал рисовать что-то на его коже. - У Уфира есть сережка в левом ухе, а у Умира нету, - тихо сказал, но был уверен, что они меня услышат. – Что вы делаете? - Я рисую на Уфире специальными мелками, которые светятся в темноте, - ответил мне Умир, рисуя на животе разнообразные иероглифы серым мелком. - А почему не другими цветами? – я недоумевал, потому что можно такое забабахать, чтоб прям, крышу снесло. Можно нарисовать голую девушку на животе, синие цветы на спине, дракона на всем теле. Да до фига можно нарисовать, только если у тебя хорошая фантазия. - Цвет означает того, кому ты принадлежишь и какой твой хозяин, - сквозь смех сказал Уфир. – Сегодня праздник, поэтому мы готовимся, он будет ночью. - А мне туда можно будет? – с надеждой спросил их. Хочу на праздник, сильно хочу на праздник. Обожаю праздники, особенно пить на них и веселиться. - Можно, но Асмодей будет очень зол, - сказал Умир, переворачивая своего брата на живот. - А какими мне мелками рисоваться? – внимательно посмотрел на восемнадцать разнообразных мелков. - Мы сами тебя разрисуем, а так, красный твой цвет. - Красный? Как волосы у Асмодея? – взяв мелок в руки, стал его рассматривать, на нем были какие-то иероглифы, которые как ни старайся не прочтешь. - Там написано похоть, - просветили меня близнецы, а то бы хрен догадался. - Слушайте, а демонов же много, тогда как вы узнаете, что тот или иной цвет подходит именно тебе? - Обычно должность демона определяется по цвету волос и глаз, - спокойно ответил один из близнецов с розовыми волосами. Теперь он уже раскрашивал своего брата. На его теле было много разных иероглифов, а на животе была нарисована птица. - Что означает эта птица? – приползши к ним поближе, стал рассматривать их работу. Второй близнец то же самое рисовал на первом, повторяя все в точности, что рисовал на нем Умир. - Феникс – это символ нашего рода. - В нашем роде только, хах, медики. Мы приближенные к Сатане, поэтому у нас герб феникс. А ещё, потому что когда мы умираем, мы сгораем, потом только возрождаемся из пепла. Если же из близнецов умрет кто-то один, второй тоже погибнет. - Ясно, - улегшись на полу, я смотрел в белый потолок. Как странно, у меня ощущение будто я здесь должен быть. Наверное, я как любой герой в книге, хочу совершить что-нибудь значимое. Смешно, но так хочется приключений, хотя куда мне хотеть, они у меня прямо здесь в пятой точке, до сих пор болят. - Готово! - разбудил меня радостный голос близнецов. Похоже, я задремал, блин. Люблю же я поспать - Что готово? – недоуменно посмотрели на меня две раскрашенные мордашки. - Иди, посмотри в зеркало, - они подняли меня на ноги и затолкнули в ванную, заглушив немного свет. В зеркале стоял я со светящимися узорами на всем теле. На лице, та красная розочка, которая тоже светилась, от нее морозными узорами шли линии, обрамляя щеки, идя вниз к ключицам и превращаясь в огненные всполохи. На животе огромный костер, а из костра как будто выпрыгивает птица. На руках и ногах, тоже морозные узоры. Всё это светилось красным цветом симметрично и неповторимо. - Красиво, - только это я и смог сказать. – Похоже на восточную сказку, достать бы теперь золотые украшения и шаровары, - рассмеялся я, чувствуя скорую месть. - Дорогая, я вернулся! – дошел до моих ушей незнакомый мужской голос. - А я только о тебе вспомнила, а ну-ка подошел сюда, я тебя сейчас научу уезжать в командировку, не сказав жене, - теперь до моих ушей дошел голос Лилит. - Я тебе оставил записку! – послышался визг, взрыв и запахло жаренным. - Да? И где она была, эта записка? - Я не помню-у-у, - опять истеричный визг, звук разбитой посуды и хлопнула дверь. - Ты кто такой? Давай до свидания! – выгнал я влетевшего ко мне кого-то с желто красными глазами, которые светились в темноте. Дверь захлопнулась, послышался стук и добрый голос: - Пожалуйста, впустите меня сюда, - чуть не со слезами он опять ворвался ко мне. - Сатана, выходи иначе эта сковородка окажется у тебя в заднице! - Жена зверствует? - Угу, - кивнул разноглазый Сатана, - Отец предупреждал, что эта женщина монстр. - Щито поделать, - вытолкнув Сатану из своей ванной комнаты. А что? Если мстить, то начинать с родителей, а дальше и до Асмодея дойдем.