Корнелия и Калеб. Книга вторая. "Посмотри мне в глаза"

The Neighborhood - A Little Death       Как только приближенные Арриана покинули главный зал вместе с Фобосом и Роландом, мне стало намного легче. Безразличие Калеба плохо на мне сказывалось, и все же он оступался, когда дело затрагивало мою безопасность. Не в первый раз он выступал против своего клана, если это касалось их агрессии в мою сторону. Я вроде бы понимала мотивы Калеба, но порой казалось, что все это лишь в моей голове. Единственное, что вселяло в меня уверенность - его глаза. Он едва смотрел на меня, потому что знал, что я уже увидела в них то, что он был не в силах спрятать. И никакая его агрессия или грубость скрыть этого не смогут.       Он меня любил. Я сказала это Фобосу, и повторяю сейчас самой себе.       Любовь всегда была для Калеба слабостью, я была его слабостью, но если он думает, что может вот так просто отказаться от этого чувства, от нас, я ему не позволю. Я знала, в какую игру он играл, и я обещала поддержать его в этой игре. Но кто сказал, что я не могу играть по своим правилам?       - Корнелия? - нетерпеливый голос Ребекки сбил меня с мыслей, и я обернулась на подругу, лицо которой не предвещало ничего хорошего.       - Если ты не начнешь дышать, то сейчас взорвешься, - пошутила я, и кажется, напрасно.       - Вы видели этого козла? - Ребекка снова принялась поливать Калеба грязью, но похоже была единственной, кто был о нем такого мнения. - Он даже не попытался сделать вид, что ему жаль. Он не видел нас столько лет, скрыл от нас свое воскрешение, и еще умудрился попивать свое чертово вино, не удосужив даже взглядом!       - А что ты ожидала? - спросила ее Ирма, как всегда до невероятности невозмутимая. - Думала он бросится к тебе в объятия и предложит уехать с ним в закат?       - Не знаю, на что я надеялась, но явно не на это, - рявкнула Ребекка, недовольно ударив кулаком по столу.       В главном зале никого кроме нас не было, и поэтому было легко озвучивать свои мысли вслух. Хотя я была уверена, что ассасины был неподалеку и слышали каждое наше слово. Я поймала взгляд Вилл, которая уже несколько минут не сводила глаз с темного коридора, в котором совсем недавно скрылись хозяева крепости.       - Ты сегодня особенно задумчива, - окликнула я Вилл. Ее глаза были напряжены, чем она привлекла всеобщее внимание.       - Я пытаюсь понять, что они задумали, - тише обычного сказала она, скользнув взглядом по пустому залу. - С каких пор у Фобоса появились тайные от нас собрания?       - Не думаю, что это Фобос, - ответила Хай Лин, зная своего кавалера лучше любой из нас. - Скорее всего это очередная прихоть ассасинов - не включать нас в свои планы.       - Но зачем им что-то скрывать от нас, если мы все равно будем работать вместе? - голос Вилл был полон беспокойства, будучи нашим лидером, она чувствовала гораздо больше. Хай Лин лишь приподняла бровь, слегка склонив голову.       - Может быть на этот раз их тайны связаны с нами.       На мой взгляд, вся эта сделка с наемниками была большой ошибкой. Заключать союз с теми, кто преследует собственные цели - не самая лучшая идея. Но только, какую именно цель преследовал клан, было непонятно. Возможно, Фобос внесет немного ясности, когда мы наконец вернемся домой. Однако, как бы неправильно было это признавать, мои мысли сейчас были далеки от этого. Я думала только о Калебе, о его гадком поведении, и о том, что после нападки сегодня за ужином, я вполне имею полное право потрепать немного его спокойную от меня жизнь.       - Я так понимаю, мы здесь надолго, - это был не столько вопрос, сколько констатация факта. Вилл кивнула, продолжая копаться в мыслях в своей голове. - Прекрасно, - улыбнулась я, поднимаясь на ноги.       - Ты куда собралась? - тут же среагировала Тарани, поднимая голову со стола. Я пока еще сама не понимала, зачем я собиралась сделать то, что внезапно пришло мне в голову. Но я этого хотела, а жизнь научила меня не отказываться от желаемого.       - Я собираюсь немного развлечься, - загадочно улыбнулась я подругам. - Вилл, трансформируй меня обратно в человека.       С сомнением в глазах девушка выполнила мою просьбу. Почувствовав себя в своем настоящем облике, я развернулась в сторону прохода, из которого обычно появлялась прислуга, когда накрывала нам на стол. Я знала лишь одну служанку в этом замке.       - Агида, - громко, но вежливо, я выкрикнула имя женщины. Девочки посмотрели на меня с недоумением, мгновенно переходя на глухой шепот.       - Какого черта, Корнелия? - Ребекка была самой наглой из моих подруг, не поленилась схватить меня за плечо, развернув к себе. - Что бы ты не задумала, сейчас же прекрати.       - Перестань, - мне нравилось мое игривое настроение, не помню, когда в последний я чувствовала себя такой живой и переполненной эмоциями. - Ничего дурного я делать не буду, обещаю, - заверила я всех, - только немного расшевелю Калеба.       В этот момент дверях появилась та самая служанка, которая изо дня в день носила мне еду. Судя по ее взгляду, она тоже меня помнила.       - Вы звали меня, госпожа? - покорно спросила она, и мне вдруг стало неловко. Я в принципе не любила, когда людей использовали в качестве прислуги, даже если это было их работой. Но сейчас мне и правда нужна была помощь этой женщины.       - Я бы хотела принять ванну, - отбросив сомнения, быстро проговорила я. - Горячую, и если у вас есть ароматы или какие-либо добавки, пожалуйста, используй их. Через десять минут я хочу чтобы все было готово.       Агида смотрела на меня так же растерянно, как и мои подруги. Но слава богам, она была послушной служанкой и задавать лишних вопросов не стала.       - Конечно, все будет готово, госпожа, - она поклонилась мне, прежде чем удалиться. Но это было еще не все.       - Агида, - снова окликнула я женщину, кажется входя во вкус в общении с прислугой. - Я хочу, чтобы это была купальня твоего господина. В покоях Корвина, пожалуйста.       Женщина ничего не ответила, лишь покорно кинула, и удалилась из зала.       - Корнелия, это может плохо закончиться, - предупредила меня Вилл. - Не думаю, что провоцировать Калеба хорошая идея.       Ее слова лишь вызвали мою усмешку. Я буду его провоцировать ровно столько, сколько пожелаю. Это меньшее, чем я могу отплатить ему за последние три года моей жизни.       - Не волнуйтесь за меня, если Калеб меня взбесит, я снова ему врежу, - довольная, как никогда прежде, я скрылась в дальнем коридоре вслед за Агидой, пока подруги снова не попытались меня остановить. Я смутно помнила, где именно была комната Калеба, и поэтому тенью следовала за женщиной, держась на расстоянии. Когда я оказалась в его покоях, мне на мгновение стало тяжело, держать в себя в руках было не так легко, как могло показаться на первый взгляд. Я больше не чувствовала его запаха, как было прежде. Теперь в его покоях пахло холодом, таким же холодом, каким он обложил себя за все эти годы.       Пока Агида набирала горячую воду в купальне, я вышла на большую террасу, из которой открывался потрясающий вид. Солнце уже скрылось за горизонтом, но я должна была признать, что Назарий выглядел таинственно и пугающе при свете одной лишь луны. Мне бы хотелось побольше узнать об этом мире, возможно однажды я даже попрошу аудиенцию у Арриана. Уверена, он сможет рассказать мне о многом.       - Госпожа, купальня готова, - спустя какое-то время спокойный голос служанки окликнул меня, и бросив последний взгляд в темноту, я вернулась в комнату.       - Благодарю, Агида, ты можешь идти, - улыбнулась я женщине, после чего она покинула комнату, притворив за собой массивную дверь.       Я не думала дважды. Скинула с себя плащ, бросая его на пути в купальню. Следом на каменный пол полетели мои ботинки, брюки, походная кофта и нижнее белье. Даже если отбросить Калеба, идея принять горячую ванну была не такой плохой. Принять ее в покоях Калеба - приятный бонус. Опустившись в горячую воду, я не смогла сдержать наслаждение в голосе. Не помню, когда так расслабляясь в последний раз. Легкий аромат цветов ударил в нос, Агида постаралась на славу. Незнакомые мне цветы фиолетового оттенка плавали в воде, я никогда не видела таких на Меридиане, должно быть они растут только в этом мире. Кажется, аромат еще был от свечей, которые Агида предусмотрительно расставила по всей купальне.       Задержав дыхание, я закрыла глаза и опустилась под воду. С тех пор, как Ребекка научила меня плавать, я всегда любила плавать только под водой. Это тишина вокруг успокаивала, никакого людского шума и прочих проблем. Только я, вода и спокойствие. Вынырнув из воды, я убрала волосы назад, и расслабившись всем телом, закрыла глаза. Я знала, что Калеб придет сюда за мной. Не захочет, но придет. И наслаждаясь приятным уединением, я стала спокойно его ждать.       Фобос изначально не хотел полностью вовлекать стражниц в сделку с ассасинами. Если даже что-то пойдет не так, они должны быть в стороне от любых конфликтов. Это только между ним и Аррианом. Однако внезапное сотрудничество, видимо, совершенно не радовало Калеба.       - Вы оба окончательно потеряли рассудок, - как только они вошли в комнату переговоров, Калеб пустился во все тяжкие. - Зачем нам это внезапное соглашение двух сторон? Почему каждый просто не может заниматься своим делом.       И Арриан, и Фобос прекрасно понимали, почему Калеб был против подобного альянса. Его план держаться подальше от прежней жизни, и особенно от Корнелии, потерял свой курс. На протяжении трех лет так успешно оставляя прежнюю жизнь позади, молодой ассасин вынужден наблюдать, как все его старания оказались напрасными. Эта тонкая грань в любой момент могла разрушиться, и он не хотел допускать подобного исхода.       Арриан предложил Роланду и принцу занять места напротив его кресла, и пока им подавали вино, Калеб стоял в стороне, облокотившись о стену с недовольным лицом.       - Это выгодный союз не только для нас, но и для вас, Калеб, - обратился к нему Роланд. Мужчина не знал всей правды, касательно данной ситуации, но Фобос поведал ему все, что мог, и этого было достаточно. - Мы не будем вмешиваться в ваше личное пространство, но нам кажется, что победить Оливию - это лишь пол дела. Есть еще портал, армия Мории, и конечно же, Седрик.       - Как я вам уже сказал, Оливию вы трогать не имеете права, - на всякий случай напомнил им Арриан. - Ее голова наша, со всем остальным вы можете разобраться сами.       Фобос согласно кивнул, изредка поглядывая на брата. Тот был недвижим как скала.       - Никаких проблем, - уверил предводителя ассасинов принц. - Но зачем вам нужен ее портал? Я не думаю, что Оракул планирует закончить начатое королевой. Это ведь он собрал стражниц дабы избежать подобной катастрофы.       - Все верно, - подтвердил его слова Арриан. - Я думаю, у Оракула личный интерес. Он хочет изучить строение портала и выяснить, какую именно темную магию использует Оливия для его создания. У Кондракара большие виды на него, но как вы знаете, заказчик не обсуждает с наемниками причины своей заинтересованности.       Фобос и Роланд переглянулись, подумав об одном и том же. Им было подозрительно участие Кондракара во всей этой истории. Они никогда прежде не сомневались в хранителях вселенной, но подобные интересы со стороны старейшин вызывали вопросы.       - В любом случае, портал сейчас не в приоритете, - воскликнул Роланд, однако его мысли крутились только вокруг него. - Но раз портал приостановлен, это может занять долгие годы, а мы все итак уже потратили слишком много времени.       - Вы потратили, - перебил его Калеб. - Мы выполняли задание, а вы только тратили время впустую.       Фобос закатил глаза, а Арриан лишь улыбнулся, ожидая вспыльчивость своего друга. В последнее время эта вспыльчивость управляла Калебом сильнее, чем он думал.       - Не будем грубить нашим гостям, Корвин, - спокойно попросил он ассасина, на что Калеб лишь фыркнул, отталкиваясь от стены.       - Вы как всегда примитивны, - обратился он к брату и отцу Ребекки. - Вам не нужно ждать исполнения нашей работы в этой войне, лучше сконцентрируйтесь на своей. Кто мешает вам покончить с Седриком и армией Оливии прямо сейчас?       - Я мешаю, - прежде чем Фобос успел ответить брату, вмешался Арриан. - Если атаковать их сейчас, Оливия непременно вступит в бой. Ее нужно будет убить, а сделать мы этого не можем до тех пор, пока портал не готов.       - Мы только теряем время, - вступил в спор со своим главой Калеб, - а у нас его не так много.       - Ты куда-то торопишься? - вдруг спросил Фобос Калеба, приподнимая брови. - Может быть, хочешь поскорее исчезнуть, как только Оливия будет свергнута?       Калеб развернулся к брату, его челюсть была сжата, и он недовольно покачал головой.       - Не дождешься, Фобос, - низким голосом ответил ассасин. - Все эти ваши уловки такие же жалкие, как и попытки спасти Меридиан самостоятельно.       - Именно поэтому, им нужны мы, - голос Арриана обычно всех успокаивал, он был добродушен и легок, но с Калебом это никогда не работало, сколько бы глава не пытался. Сейчас он был взвинчен сильнее, чем обычно.       - Я не смогу так работать, - отрезал ассасин своего предводителя, - слишком много помех на пути.       - Неужели, - начинал сердиться Фобос. - Я уверен, эта помеха заключается в одной девушке, а в не страхе перед смертью, - после этих слов глаза Калеба почернели, и он бросил испепеляющий взгляд на брата. - Ты сам выбрал этот путь, не впутывай сюда других.       - Это вы мешаетесь под ногами, - голос Калеба повысился. Он был очень зол, даже не пытаясь себя контролировать.       - Корвин, - настойчивым голосом обратился к нему Арриан. - Ты любишь, когда я говорю тебе всю правду в глаза. Я скажу тебе сейчас еще одну, - их взгляды встретились. - Твои личные проблемы - это только твои проблемы. Я не стану отрекаться от альянса с принцем Меридиана только потому, что ты хочешь избегать одну из стражниц до конца своих дней. Эту проблему ты должен решить самостоятельно, друг мой.       Фобосу понравилось, как спокойно, и при этом твердо глава ассасинов доносил свои мысли. И принц знал, что пойти против приказа Калеб не сможет, даже если очень захочет. Калеб выдохнул, и проведя рукой по волосам, на мгновение задумался.       - Вы правы, - признался он, видимо обуздав свой гнев. - С личными проблемами я разберусь сам. Главная задача - портал и Оливия. Я отправлюсь с ассасинами в город, добуду новую информацию, и мы обсудим, какой нам шаг лучше сделать.       Роланд сдвинул брови, сомневаясь в искренности принятия Калеба. Он знал его еще мальчишкой, и недоверчиво отнесся к внезапной легкости в его голосе.       - Есть еще кое-что, - добавил Калеб. - Ваши жизни - не наша проблема. Мы работаем вместе, но каждый сам за себя, - предупредил он, на что получил уверенное согласие.       Дальнейшие разговоры уже не были такими напряженными, достигнув согласия по всем вопросам, мужчины пили вино и делились различными историями. Только Калеб не принимал никакого участия в беседе, он чувствовал себя очень уставшим. Не физически, а морально.       Когда постучали в дверь, и Арриан разрешил войти, рядовой ассасин подошел к Калебу.       - Мне доложили, что одна из стражниц сейчас в ваших покоях, - сказал молодой парень, и Калеб замер, уже догадываясь, о ком идет речь.       - И что она там делает? - резко спросил он, не представляя, как ему избавиться от назойливой Корнелии.       - Принимает ванну, господин, - услышав это, Калеб замер, а восторженный смех Арриана обрушился на сидящих.       - Она что? - ассасин вскочил на ноги, свирепо посмотрев на брата и отца Ребекки, а потом уже на своего господина.       - В этой девушке столько огня, - улыбался Арриан, все еще посмеиваясь. Фобос старался скрыть свою улыбку, но у него не получалось. Это будет интересная битва. - Я уверен, если ты туда не пойдешь, Корвин, она твои покои никогда не покинет, - Арриан снова рассмеялся, в то время как Калеб рванул к двери.       Корнелия окончательно свихнулась и потеряла чувство самосохранения, если решилась на такой наглый поступок. Когда он с грохотом распахнул дверь в свои покои, первое, что ему попалось на глаза - ее плащ, который она бросила на пол, а следом и вся ее одежда, дорожкой разбросанная до самой купальни. Он уже догадывался, в какую игру играла девушка, и подняв ее плащ, направился к ней. Ему хотелось прибить ее на месте, или может утопить, помнится, она никогда не любила воду.       Когда он вошел в купальню, она лежала в воде к нему спиной. Ее мокрые волосы оставляли капли на полу, но ее похоже, это мало заботило. Он прислонился к одной из колон, зная, что она прекрасно слышала его появление.       - Негоже вламываться к девушке, когда она принимает ванну, - спокойный голос Корнелии был негромким. Она слегка повернула голову набок, чуть улыбаясь. Какое-то время Калеб думал просто молчать и не вступать с ней в диалог, но девушку это мало заботило. Она расслабленно наслаждалась водной процедурой, словно рядом не было никого. Калеб не выдержал.       - Негоже заваливаться в чужую спальню без приглашения, - в ее же манере ответил ассасин. Корнелия снова улыбнулась, и принялись в очередной раз разглядывать все вокруг себя.       - Старые привычки, - без промедления заметила она, спиной чувствуя его пристальный взгляд. - У тебя красивая спальня, лучше, чем та, что была в замке, - подметила она внезапно. - А эта купальня привела меня в восторг, я теперь хочу такую же.       Калеб усмехнулся на ее слова. Он не думал, что она зайдет так далеко, но держал себя в руках. Парень очень долго работал над собой все эти годы.       - Ты должна уйти, - его голос вдруг стал тверже, но Корнелия слишком была увлечена процессом, чтобы заострять на этом внимание. Может и не сегодня, но она собиралась получить его признание.       - С чего это? - слегка потянув шею, спросила она. - Я гостья в этой крепости, и если я хочу принять ванну, я ее приму.       - Так почему бы тебе не принять ее в другом месте, - предложил ей Калеб, наблюдая за ней при свете свечей.       - Потому что ты единственный, кого я здесь хорошо знаю, - призналась девушка, и это было правдой. - Не совсем хочется разгуливать нагой перед другими ассасинами.       Калеб сжал челюсть, и опустив голову, глубоко вдохнул. Медленно направившись в сторону стражницы, он наконец встал перед ней, смотря только лишь на ее лицо.       - Если бы ты хорошо меня знала, то не вела бы себя как девушка легкого поведения, - теперь уже улыбался ассасин, а в глазах Корнелии вспыхнула злость. Но она очень быстро обуздала ее, напоминая себе, что это только метод Калеба заставить ее отдалиться от него. И она не собиралась ему поддаваться.       - Так забавно, - ее томный голос лишь ухудшал ситуацию, но Калеб твердо смотрел ей в глаза, не опуская взгляд ни на дюйм. - Раньше ведь это ты соблазнял меня подобным образом.       Калеб не смог сдержать смешка, хотя весело ему не было.       - Хочешь сказать, ты пытаешься меня соблазнить? - ему было откровенно забавно, но Корнелия уже поняла, что он проиграл. Она видела, что ему было тяжело, видела его глаза, которые помимо злости выражали смятение, и даже желание.       - Что ты, - она резко вылезла из воды, и спустилась на холодный пол, вставая прямо перед ассасином. - Этого не требуется, Калеб, ведь ты уже соблазнен.       Ассасин замер перед обнаженной девушкой, которая лишь победно ему улыбалась. Хотелось либо свернуть ей шею, либо затащить в постель. Но он сделал то, что должен был.       - Одевайся, и пошла отсюда прочь, - он протянул ей плащ, и девушка с довольным видом накинула его на себя, легкой походкой обходя Калеба.       - Зачем такие грубости, - она сделала вид, что надулась на него, проходя обратно в спальню. - Раз уж нам работать вместе, научись выбирать выражения. Хотя джентельменом ты не был никогда, - напомнила она парню, вышедшим из купальни следом за ней. Корнелия уже развалилась в кресле около открытой террасы, сложив ногу на ногу. Калеб догадался, что так легко ему стражницу не выпроводить.       - Чего ты хочешь от меня? - спросил он уставшим голосом, оставаясь стоять в другом конце комнаты. Корнелии стало больно от возникшей печали в его глазах, но она не могла сейчас отступить. Пробить брешь в доспехах Калеба будет не легкой задачей, и если сделать хоть один шаг назад, она никогда не достигнет своей цели.       - Я бы не отказалась от вина, - отвечая на его вопрос, попросила девушка. Ее голос смягчился, она хотела быть с ним нежной, но он категорически не позволял чувствам выйти не наружу. Причем, не позволял им обоим.       Калеб устало покачал головой, понимая, что пока Корнелия не выпьет это чертово вино, она не покинет его спальню. Девушка наблюдала за каждым его действием, как он налил из графина в деревянный кубок красный напиток, затем наполнил еще один, видимо для себя. Он сократил между ними расстояние, протягивая ей один из кубков.       - Благодарю, - уже без улыбки воскликнула стражница. Ей становилось также тяжело, как и Калебу. Ассасин вновь отошел на приличное от нее расстояние, и уселся на стул возле письменного стола. И наступило то самое тягостное молчание, которое давило на них со всех сторон. Казалось бы, они могли говорить обо всем на свете, но в реальности сказать было нечего. Или они просто не знали с чего начать.       - Зачем ты здесь, Корнелия? - спустя какое-то время спросил Калеб, так и не дождавшись от девушки ее исчезновения из его личного пространства. Стражница вздохнула, совершенно растеряв былую уверенность. Она хотела многое ему сказать, но даже не знала, с чего начать. Она уже догадалась, что больно ей будет в любом случае.       - Один раз, - ее шепот нарушил давящую тишину, - лишь один единственный раз посмотри мне в глаза и скажи, что ты на самом деле чувствуешь.       Черные глаза встретились с небесно-голубыми.       - Ничего, - последовал холодный ответ, в миг лишенный всяческих эмоций. Голос Калеба был спокойным, но твердым, на этот раз он не отвел взгляд, как делал всякий, когда Корнелия подбиралась к нему слишком быстро.       - Ты лжешь, - голос девушки дрогнул, она выдержала взгляд его холодных глаз. - Это неправда, и мы оба знаем это, - продолжила она. - Иначе, зачем тебе ставить себя под удар, в очередной раз спасая мне жизнь из раза в раз.       Легкая усмешка коснулась губ Калеба, когда он все-таки опустил глаза куда-то в пол. Да, он и сам знал, что все еще грешил своим геройским прошлым.       - Как ты и сказала, это старые привычки, - он снова посмотрел на нее, возводя между ними невидимую стену, куда прочнее, чем раньше. Корнелия отвернулась, уставившись в темноту. Она не понимала его. Можно уйти, исчезнуть, но к чему эта ложь, которая не имела смысла?       - Зачем ты так мучаешь меня? - слова стали тише, она уже была не в силах видеть эту отчужденность в его глазах.       - Я хочу чтобы ты немедленно ушла.       - Просто скажи мне правду, Калеб, - их взгляды снова встретились, она просила его об этом с отчаянием в голосе, которое он не мог не заметить. Но он не мог сказать то, что так жаждало услышать сердце девушки.       - Хочешь правды? - спросил он, настраивая ее на самую болезненную, на что девушка лишь кивнула. - Я любил тебя непозволительно сильно. Ты всегда была моей слабостью, и осталась ею сейчас. А слабости нужно уничтожать, особенно когда ты на войне.       Его ответ не удивил Корнелию. Но его слова и действия абсолютно разнились между собой. Он признал, что она все еще была его слабостью, но от этого не стало легче. Он предпочел от этой слабости избавиться, и двигаться вперед, не обремененный никем. И он ждал того же от нее.       - Вполне справедливо, - прошептала Корнелия. Может быть она зря решила бороться за него? Ее сил было недостаточно в этой схватке, а Калеб наотрез отказался помочь ей найти свой путь обратно.       Девушка поняла, что ей пора уходить. Все начиналось так забавно часом ранее, и так сложно для нее закончилось, опять. Поднявшись на ноги, она прошла мимо ассасина, собирая с пола свои вещи. Наспех забежав в купальню, она натянула на себя одежду, глубоко дыша и шумно выдыхая. Сейчас лить слезы было не лучшей идеей.       - Прости за вторжение, - уже у двери обратилась она к Калебу, который смотрел куда ей в ноги. - Этого больше не повториться.       Ее обещание было искренним и Калеб лишь спокойно кивнул, словно принимал извинения. И прежде, чем покинуть его покои, Корнелия вдруг оглянулась, задавая последний вопрос.       - Почему на твоем плаще красные розы?       Калеб на секунду сжал челюсть, но дал ей честный ответ.       - Розы растут на земле.       Короткий ответ, сказавший ей обо всем, что он так отчаянно прятал. Не став давать никаких комментариев, Корнелия бесшумно покинула его спальню, желая как можно скорее вернуться домой.