Once upon a time

То утро было чертовски скучным. Два человека шли по испепеленной земле, изнывая от жары. Они пытались найти любой признак возобновляющейся жизни на планете. Зеленая полянка или пруд были бы как нельзя кстати, но опустошенный материк не давал никаких надежд на нечто подобное. Они охотились, добиваясь удачи среди самых несчастных пейзажей, которые когда-либо проводила Земля. Они обе были голодны, Мэди в особенности. Те насекомые, которых они съели пару часов назад, даже в воспоминаниях не вызывали ничего, кроме отвращения. Но в любом случае это была хоть какая-то еда. Мэди резвилась, прыгая по камням на скалах и проскальзывая под упавшими деревьями. Кларк же не могла ругать ее за это. В конце концов, она же ведь лишь восьмилетний ребенок, вырванный из своей семьи и оставленный выживать в новой постапокалиптической эре без людей, которые заботились бы и защищали ее. Мэди была достаточно сильной для того, чтобы выжить, но не без боевых шрамов и собственных демонов, по кусочку поглощающих душу. Она же только ребенок, хоть и до одури удачливый.  — Расскажи мне историю о людях, упавших с неба, — неожиданно сказала она — О людях, которые сражались со всем миром, унаследовали планету, а затем были вынуждены вернуться обратно в космос. Кларк удивилась, но виду не подала, спокойным ровным голосом начиная рассказ.  — Сегодня я расскажу тебе о девочке. Нет, о девушке, почти женщине с силой целой армии и добротой ребенка. Она была сильнейшим воином, но в душе оставалась настоящим человеком. Ее называли Октавией из Небесных Людей, но это было не совсем правильно. Она принадлежала нашему народу так же, как и любому другому земному клану. В глазах Мэди зажегся огонек заинтересованности. Голод отходил на второй план, давая место желанию узнать конец истории.  — Ты уже знаешь, что корабль, на котором мы жили в космосе был, маленьким. На нем было немного еды, воды и даже воздуха. Из-за этого было решено, что в каждой семье должен быть максимум один ребенок. Помнишь, что я говорила о решениях и последствиях? Мэди кивнула, вспоминая историю о юноше, влюбившемся в Землю.  — Это было решено ради благополучия всех нас, но так случилась, что Октавия из Небесных Людей не была одна. У нее был брат. Вообще, это у его брата была она, он ведь был старше. Из-за того, что она была вторым ребенком в их семье, ей пришлось прожить шестнадцать лет под полом их каюты. Мы прозвали ее девочкой из-под пола.  — Это в два раза больше лет, чем мне! — вскрикнула Мэди, — Это невозможно! Как она дышала под полом?  — Поверь мне, моя маленькая натблида, она дышала там. Она была очень сильной, помнишь? Но, к сожалению, однажды мужчина в черной одежде и с черной винтовкой нашел ее и заключил в тюрьму до тех пор, пока ее с сотней других преступников не отправили на Землю выживать.  — Она была одной из сотни, верно?  — Да, ты права, Мэди. Я тоже была в их числе. В тот первый день мы и встретились. К слову, она была первой, кто ступил на землю и вдохнул предполагаемо радиоактивный воздух. Кларк замолчала, вспоминая самый счастливый день своей жизни (от переводчика: это еще Беллами не вернулся, хд). «Стойте! Воздух может быть радиоактивным!» «Если это так, мы в любом случае умрем.» Воздух оказался безопасным. Слава Богам, он был хорошим.  — Что было потом?  — Потом она влюбилась.  — В джокера?  — Неет, — Кларк улыбнулась, представляя их вместе, — Но они однажды поцеловались! — она издала почти счастливый смешок, — Она влюбилась в одного из землян. Он был самым добрым землянином, которых я только знала. Он спас жизнь Октавии еще до того, как узнал, кто она такая. Его звали Линкольн. У него был дневник, наполненный рисунками и набросками, cумка, наполненная магическими зельями и целое сердце любви. Октавия из небесных людей и Линкольн из землян сильно любили друг друга. Возможно, слишком сильно для мира, в котором любовь была сочтена за слабость. Они даже пытались объединить свои кланы, но эта попытка провалилась. Тогда они поняли, что это абсолютно бесполезно. Он предлагал ей сбежать вместе, но она решила выбрать кровь вместо своей безграничной любви.  — Кровь вместо любви?  — Она выбрала свой народ, а не того, кого любила.  — А потом? Что было потом?  — А потом была гора Везер. Его схватили. — Кларк поморщилась, оживляя в памяти треклятую гору.  — Они использовали его волшебную кровь, да?  — Нет, моя дорогая, они этого не делали. Линкольн был слишком силен для этого. Его отправили на исполнение другого проекта. Он назывался «программа Цербер». Наверное, в честь мифологического трехглавого пса, я тебе рассказывала о таком. Я даже не уверена, что бог знает ту боль, через которую прошел Линкольн. Она вновь приостановилась на секунду, откашливаясь.  — Он стал жнецом и забыл обо всем, кроме новой дозы сильнейшего наркотика. Он даже не мог вспомнить Октавию, которую так сильно любил. К счастью, мы смогли вернуть его рассудок. Тогда они стали любить друг друга еще сильнее. Вскоре Октавия присоединилась к землянам. Один из их лидеров согласился тренировать ее. Линкольн же, при всем своем желании, остался с нами, показывая, что мы можем сработаться. Он все еще верил в то, что мы можем стать одним народом. Я говорила, что у него было большое сердце?  — Он жив? — Мэди знала, как задать правильный вопрос. Что-то в сердце Кларк неприятно кольнуло при этом вопросе. Хотелось ответить, что он навсегда жив в наших сердцах, но земля научило ее не верить в подобную чепуху.  — Потом появился человек с идеалистичными и непрактическими намерениями. — голос женщины погрустнел, но не достаточно для того, чтобы Мэди заметила это, — И принес с собой смерть. От его рук погибло очень много людей. В том числе и Линкольн. Он принес в жертву себя ради своего народа, своих людей. Он стал героем посмертно. С ним умерла и Октавия. Она пережила все муки ада, глядя на струи его крови, текущие по земле, на его глаза, ищущие ее в надежде на то, что однажды, когда все их людские страдания закончатся, они встретятся вновь, — Кларк заметила слезу в темных глазах Мэди. Девочка растрогалась историей, это было очевидно, — Затем Октавия выпустила весь свой гнев наружу и стала воином, которого никто не мог победить. Она выиграла конклав и стала предводительницей всех двенадцати кланов, выиграв для них всех бункер на тысячу двести мест. Так она спасла человеческую расу от Первородного Огня несколько лет назад.  — Она была героем, спасшим мир, да?  — Она была одной из многочисленных героев. Она была воином, землянкой, она рисковала жизнью много раз ради нашего спасения, и она же была той, кто впервые увидел голубых люминесцентных бабочек, что очаровывали своей красотой. Кларк замолчала, вглядываясь куда-то вдаль. Октавия… Героиня для них всех.  — Она была той, кто учил всех нас быть людьми.