Voodoo Doll

Ли Джехван сидел за столом, пытаясь придумать очередной эскиз, но в голову ничего не лезло. Бросив карандаш на бумагу и откинувшись на спинку кресла, блондин опустил усталый взгляд на нижний ящик стола и, недолго думая, извлек из него стопку цветных рисунков, выполненных Хонбином. «Кажется, ты действительно вдохновлял меня на создание эскизов. Как я раньше без тебя жил? — задумался студент, поднявшись с кресла и просматривая листы с разнообразными изображениями. — Прежде я не заботился о ком-то… И мне не надо было спасать чью-то жизнь. Я же не супергерой. Но я действительно хотел спасти тебя. Ведь ты стал для меня самым важным человеком в жизни.» Вздохнув, Дже подошел вместе с рисунками к окну, за которым уже давно была ночь, а крупные хлопья снега все опускались на землю. «Пусть ненадолго, но ко мне в гости заглянуло счастье, — промелькнуло в голове парня. — Вряд ли это повторится.» *** Когда, наконец, все органы человеческого тела были полностью восстановлены, и идеально гладкая, без единого изъяна кожа приобрела здоровый оттенок легкого загара, юноша резко распахнул свои карие глаза, жадно схватив ртом воздух, который тут же заполнил вновь заработавшие легкие. Брюнет медленно сел на постели, схватившись рукой за свою грудь и уставившись в стену шокированным взглядом. «Что со мной? — поймал себя на мысли парень. — Почему я ничего не помню?» Темноволосый поднялся с кровати и босыми ногами подошел к большому зеркалу на двери платяного шкафа, в котором отражался высокий брюнет, одетый в белоснежные зауженные джинсы и такого же цвета тонкую рубашку с закатанными по локоть рукавами. Его удлиненная треугольная челка слегка закрывала правый глаз, а второй, с золотисто-шоколадного оттенка зрачком, уже таращился на не прикрытую рубашкой накаченную грудную клетку, посреди которой виднелся аккуратный светлый шрам в виде зигзагообразного кольца диаметром с кулак. — Видишь его, но не помнишь, откуда он? — вдруг раздался за спиной юноши женский голос, и тут он заметил в отражении сидевшую на кровати длинноволосую блондинку в черном кожаном плаще. — Поздравляю, Ли Хонбин. Ты смог разрушить проклятие и вернулся к жизни. — Вернулся к жизни? — переспросил брюнет, повернувшись к девушке. — Никогда не забывай тот момент, когда твое сердце снова стало биться в груди, — приказала светловолосая, усмехнувшись. — Согласно правилам игры, ты не должен помнить того, через что тебе пришлось пройти. Но в этот раз, пожалуй, я нарушу правила. Моя сестра просила передать тебе подарок. Не открывай его, пока действительно не захочешь узнать конец истории. А мне уже пора. Ослепительно улыбнувшись, блондинка щелкнула пальцами, и вместо нее на постели осталась лежать черная книжка с серебряной надписью. Ли Хонбин подошел к кровати, и, взяв в руки оставленный девушкой подарок, он прочел вслух короткую надпись на английском языке: — «Voodoo Doll». Внимательнее присмотревшись к глянцевой обложке, парень разглядел серебристое изображение стоявшей у кирпичной стены «марионетки», разведенные в стороны руки которой были подвязаны многочисленными веревками, свисавшими сверху. — Этот рисунок… — произнес Бин, глаза которого расширились от удивления, и брюнет уже собирался открыть книжку, как вдруг он услышал звук отпирающейся входной двери и тихие, но до боли знакомые голоса. Женщина в короткой белой куртке разулась в прихожей и, медленно пройдя в гостиную, окинула комнату тоскливым взглядом. — Надо забрать оставшиеся вещи Хонбина, — подошел к брюнетке ее муж, положив свою руку на хрупкое женское плечо. — Почему мы должны были его потерять? — шепотом произнесла госпожа Ли, в глазах которой застыли слезы. — Ведь мы… все делали для него… — Мама… — вдруг раздалось со стороны другой комнаты, и, синхронно повернув головы на звук, муж с женой широко распахнули глаза, увидев своего сына, выглянувшего из другой комнаты и босыми ногами неуверенно подошедшего к опешившим родителям. — Отец… Поджав дрожащую губу и уже не контролируя льющиеся по щекам слезы, брюнетка протянула свою руку к лицу замершего парня и осторожно коснулась его мягкой щеки. — Сынок… Ты жив… — сквозь слезы проговорила женщина и тут же упала в обморок, но ее успел подхватить за плечи стоявший рядом господин Ли. Аккуратно уложив супругу на диван, глава семейства крепко обнял сына и посмотрел на него серьезно: — Хонбин, мы же чуть с ума не сошли… Похоронили тебя мысленно. Где ты был все это время?! — Я не помню. Мне сказали, что я вернулся к жизни, — сообщил юноша, взглянув на отца. — Это, правда, ты? Выглядишь как-то иначе. Да, и ведешь себя… — усомнился мужчина, выпустив Бина из объятий. — Неужели, тот парень говорил правду и смог вернуть тебя нам? — Тот парень? — переспросил студент в недоумении. — Хонбин… — позвала сына очнувшаяся госпожа Ли, и юноша опустился возле нее на пол, взяв женщину за руку. — Мам, как ты? — спросил обеспокоенно второкурсник, смотря на брюнетку, принявшую сидячее положение. — Господи… Ты живой, — прошептала госпожа Ли и набросилась на сына с крепкими объятиями, громко разрыдавшись. — Где же ты пропадал? Тебя везде искали… Мы уже не надеялись найти тебя. Как ты мог бросить нас?! Я чуть не свихнулась, решив, что ты разбился на своем треклятом мотоцикле! — Простите меня, — проговорил Хонбин, прижимая к себе хрупкую женщину и виновато взглянув на стоявшего рядом отца. — Милая, кажется, наш сын чудом вернулся к нам. Это ведь главное, — сказал брюнет, приулыбнувшись. — Ты точно в порядке? Ничего не болит? — обеспокоенно поинтересовалась госпожа Ли, внимательно изучая лицо и тело своего сына. — Все хорошо, — слегка улыбнулся юноша, сжав на своей груди тонкую ткань застегнутой рубашки. — Мы собирались забрать твои вещи, — сообщила женщина. — Не нужно ничего забирать, — замотал головой Хонбин. — Поехали домой! Я с тебя теперь глаз не спущу! И больше никаких мотоциклов! — вдруг серьезно заявила брюнетка, поднявшись с дивана. — Мам, я же не маленький, — со вздохом произнес студент и посмотрел на усмехнувшегося отца. — Это даже не обсуждается, Ли Хонбин! Если бы мы не приехали сюда за вещами, ты бы вообще, наверное, не сообщил своим родителям о том, что ты жив! — «завелась» супруга господина Ли, всплескивая руками. — Немедленно домой! — Эта квартира никуда не денется, но сегодня мы все поедем домой, договорились? — спокойно предложил глава семьи, обращаясь к сыну. — Ладно, — согласился Бин, приулыбнувшись. — Только захвачу с собой одну вещь. *** Вечером семья Хонбина собралась за ужином полным составом. — Значит, ты совсем не помнишь, что с тобой было в течение этого времени? — уточнила госпожа Ли, накладывая добавку своему сыну. — Нет, не помню, — покачал второкурсник отрицательно головой. — Последнее мое воспоминание — это… как я ехал по трассе на гонку. — Нашли твой мотоцикл. Он был в ужасном состоянии, — проговорила брюнетка, сев обратно на стул. — Думали, что ты разбился. Но ты….хорошо выглядишь. Правда, сильно изменился, даже в общении. — Это плохо? — спросил юноша у родителей, перестав жевать мясо. — Нет, конечно. Ты же наш сын, — улыбнулся господин Ли, похлопав Хонбина по плечу. — Но мне не дают покоя слова, сказанные парнем, приходившим к нам в твой День Рождения. — Тот странный студент, который приходил за фотографией нашего сына? — догадалась удивленная женщина. — Да, — кивнул глава семьи. — Зачем ему понадобилась моя фотка? — теперь опешил брюнет, чуть не подавившись ужином. — Сказал, что хочет написать твой портрет, — вспомнил слова блондина господин Ли. — Он учится в твоем университете… Художник. Но он толком не представился. — У меня нет знакомых с факультета искусств, — пожал плечами Бин и продолжил есть. — Не это главное… — запнулся мужчина, посмотрев на сына. — Он утверждал, что пришел к нам вместе с тобой, но почему-то мы тебя не видели. Как в такое можно было поверить? — Похоже, я пропустил что-то действительно интересное, — усмехнулся Хонбин, сложив приборы на пустую тарелку и поднявшись со стула. — Спасибо за ужин. Пойду к себе. — Не забудь про учебу! — напомнила мама брюнету. — Ты ведь пропустил целый семестр! — Как-нибудь разберусь, — сказал парень, улыбнувшись. — И да: не звоните сегодня Рави и остальным. Я сам им сообщу о своем возвращении. — Хочешь, чтобы у них инфаркт случился? — спросил отец с усмешкой. — Они не такие впечатлительные, — засмеялся студент и отправился в свою комнату. … Развалившись на кровати и ощущая непонятно, откуда взявшееся щемящее чувство в груди, Хонбин смотрел в потолок, прокручивая в голове момент, когда он очнулся в своей квартире и встретил длинноволосую блондинку. «Я вернулся к жизни? — задумался Бин, сжимая рубашку в области сердца. — Значит, кто-то меня убил? Через что я прошел?» Юноша повернул голову вбок и посмотрел на лежавшую на письменном столе черную книжку. «Ладно, посмотрим…» — решил для себя брюнет, и, сев на постели в позе лотоса, он раскрыл первую страницу манги. Воспоминания тут же захлестнули Ли Хонбина, листавшего книгу с широко распахнутыми глазами и словно заново переживавшего все события, описанные в виде черно-белых картинок с подписями. В голове парня один за другим всплывали все дни, проведенные вместе со светловолосым художником, однажды укравшим бессердечную куклу из витрины магазина. «Все это было ложью? — подумал Хонбин, сжимая мангу в руках. — Но все выглядело так, будто я…действительно умер.» Крепко зажмурившись, студент воссоздал в памяти свой разговор с ведьмой: «Сломанная кукла лежала без движения среди огромных валунов, как вдруг она услышала приблизившиеся к ней шаги, а затем — спокойный женский голос: — Ты должен был пройти через это, Ли Хонбин. Ведь я знала истинную причину, по которой ты стал таким жестоким по отношению к девушкам. Когда-то тебя самого грубо «отшили», и ты запер свое сердце, решив мстить женскому полу. Но так не могло длиться вечно. И я вовсе не собираюсь просить прощения за то, что сделала с тобой и Ли Джехваном. — Я поступал действительно мерзко… Но почему ты втянула в это Ли Джехвана? — спросил Бин хриплым голосом. — Я скажу тебе причину твоей жестокости, — заявила ведьма, серьезно смотря на парня. — Тем, на кого тебя однажды променяла нравившаяся тебе девушка, был Ли Джехван. Широко распахнувший глаза Хонбин не мог поверить в слова, только что озвученные Юн Херой. — Теперь ты понимаешь, что ваши судьбы связаны, и не ради моей прихоти ты повстречал Ли Джехвана. Сам того не зная, он неосознанно стал виной твоей бессердечности. И должен был попытаться все исправить. Узнав это, уверен ли ты, что твои чувства к Ли Джехвану не изменились, и ты действительно любишь его? — Разве теперь есть какой-то смысл в прошлом? Ты обещала, что Джехван не будет один, — шепотом произнес парень, смотря в небо. — Я не могу вернуть к жизни его родителей, — сообщила ведьма. — Мне нужно было проверить: насколько сильно ты любишь Ли Джехвана. Ты согласился отдать свою жизнь в обмен на жизнь его родных. Человек, готовый пожертвовать собой ради другого, достоин жизни. — Но я все равно умираю, — слабым голосом проговорил юноша. — Вы оба смогли познать настоящую любовь до того, как выпал снег. Ли Джехван справился, и я сниму с тебя проклятие, — заявила блондинка, взглянув на бьющийся орган в ее руке, из которого она резко извлекла длинную булавку. В это же мгновение вокруг ведьмы и сломанной куклы образовался большой огненно-красный пятиугольник. Юн Хера опустилась к лежавшему на камнях парню и начала читать заклинание, держа в руке сердце, которое постепенно возвращалось на место, в тело ничего не понимавшего брюнета, из-за чего тот стал пронзительно кричать, широко распахнув глаза. Закончив ритуал, блондинка убрала окровавленную ладонь от груди Хонбина, на которой теперь отчетливо виднелся свежий зигзагообразный шрам размером с кулак. Красный свет внезапно исчез, и Хера выпрямилась, взглянув на «отключившегося» юношу с закрытыми глазами. — До встречи, Ли Хонбин, — приулыбнулась ведьма и щелкнула пальцами.» Вздрогнув, Бин схватился за свою грудь, часто задышав и таращась в стену. «Она… действительно вернула мне сердце, — пронеслось в голове студента. — Выходит, Ли Джехван… Мы были косвенно связаны уже давно, но не знали об этом?» Продолжив чтение манги, второкурсник дошел до момента, в котором блондин собирался спрыгнуть с балкона. — Нет… — сглотнул Хонбин, почувствовав, как сердце забилось в бешеном ритме, но, собравшись с духом, парень листал страницы дальше, кое-как успокаиваясь. Когда на улице уже рассвело, брюнет, в течение ночи так и не сомкнувший глаз, поднялся с кровати и подошел к окну, взглянув на яркое солнце, приветствовавшее жителей Сеула. Захлопнув черную книжку и сжав ее в руке, Ли Хонбин улыбнулся, уже зная, что делать дальше. *** Понурый Джехван заставил себя прийти на занятия, однако слушать лекционный материал парень абсолютно не был настроен, поэтому он безразлично смотрел в окно, за которым стоял необычайно ясный, теплый день. — Эй, Джехван, ты уже начал готовиться к сессии? — шепотом спросил Хакен у одногруппника. — М? Нет, — отозвался блондин, не поворачиваясь к Эну. — Ты вообще, наверное, про нее забыл, — проговорил нахмурившийся шатен. — Послезавтра выставка заканчивается. Не забудь забрать свою работу. — Угу, — «на автомате» кивнул Дже, продолжая пялиться на улицу. — Совсем не о том думаешь, — со вздохом произнес Ча, и тут его мобильник завибрировал, оповещая о входящем звонке. Увидев имя абонента, Хакен удивился и, спрятавшись под парту, решил ответить на вызов: — Рави, сейчас пара. Что-то случилось? — … — Аущ… Не ори ты так… Мобильник Джехвана? Наверное, разрядился… Блондин не обращал никакого внимания на беседовавшего под столом одногруппника и перевел взгляд на знакомые ограждения, хорошо прослеживаемые с широкого окна данной аудитории. В голове парня снова всплыл последний разговор с Хонбином на территории университета, и Дже почувствовал противный ком в горле, когда в дверь аудитории внезапно громко постучали. — Прошу прощения, преподаватель Ким! Дело жизни и смерти: это просили срочно передать студенту Ли Джехвану, — протараторила запыхавшаяся первокурсница с ярко-голубыми волосами, держа в руке белоснежную розу на длинной ножке. — С каких пор дарение цветов — «дело жизни и смерти»? — удивленно поинтересовался мужчина, приспустив очки и выжидающе посмотрев на блондина, который был шокирован не меньше своих одногруппников. — Извините, но это личное! Можно я просто отдам ему розу и пойду? — мило улыбнулась девушка, нетерпеливо топчась на месте. — Ли Джехван, кем бы ни был Ваш тайный поклонник, попросите его оказывать Вам знаки внимания во внеучебное время, — с усмешкой произнес преподаватель, жестом руки разрешив юноше спуститься и забрать презент, который уже бурно обсуждали одногруппники. — Помнишь, Ли Хонбин с юрфака дарил своим девушкам точно такие же розы? — прошептала одна из студенток своей подруге. Резко вскочив со скамьи, третьекурсник, стремительно помчался вниз, чувствуя бешеный стук собственного сердца. — Кто просил передать это мне? — осторожно спросил Дже у первокурсницы, вручившей ему элегантную розу. — Не знаю, я не видела его лица, — улыбнувшись, незнакомка скрылась за дверью, прежде чем блондин успел задать ей очередной вопрос. — Ли Джехван, вернитесь на свое место! — потребовал замдекана, глядя на шокированного студента. — Простите, но мне нужно срочно выйти! — резко выпалил юноша, и, не дожидаясь разрешения преподавателя, он покинул аудиторию под бурные возгласы одногруппников.