Всякие ау

"Ты так и будешь пялиться на меня?" Сокджину жарко, и он в отдельной гримерке уже несколько минут пытается разогреться перед концертом без верхней рубашки, оставаясь в нижней полупрозрачной блузе, украшенной узорами. Чонгук вошел неожиданно и решил остаться, сначала уткнувшись в телефон, а теперь и вовсе смотрел на Джина своими большими глазами и практически не моргал. "Да" Сокджин вздыхает. Он не будет обращать внимание. Опять берет среднюю ноту и тянет ее, пытаясь удержать звук, прерывается, прочищает горло и снова. Ему не совсем нравится свой голос, но он постоянно работает над ним, и вроде все получается. Но опять недовольство собой. Его мир сужается только до звуков. Он чувствует и слышит исключительно себя. Вроде так красиво получается. Еще попытка, он прикрывает глаза, чтоб все его чувства обострились только до звучания собственного голоса. "Твоё пение словно мёд" Джин ощущает этот голос около себя. Он обрывает песню, которую пел и открывает глаза. Чонгук сзади кладет руки на талию и из-под полуопущенных век смотрит с вожделением. Носом почти касается шеи и глубоко вдыхает. "И пахнешь ты словно мечта" Разряд вмиг проходится по телу восемнадцатилетнего Сокджина. Но он ведет себя очень спокойно. Его хён хоть и поцеловал его тогда, но это просто порыв. Желание, которое надо было утолить. А у Тэхена другое. Тэ его любит и лелеет словно сокровище. Хоть и на вчерашнем фанмитинге вел себя как козел. А после просто ушел спать, даже не пожелав спокойной ночи. Сокджин с пару часов сдерживал слезы, а потом просто уснул, утомившись. И вроде Тэхену можно доверять, но Джин до сих пор чувствует себя так, будто его использовали. "Не надо, хён" Джин упирается взглядом в стол и надеется, что выглядит очень решительно. Ни к чему ему все это. Чонгук вызывает в нем что-то, что он сам не может объяснить, а банальное объяснение - желание, он игнорирует. Он не такой. Но хённим умеет быть разным. И перевоплощается он от заботливого и терпеливого старшего брата до мужчины, который может сводить с ума очень быстро. Как и Тэхен. В этом они очень похожи. "Почему?" Джин на секунду злится. Просто не надо. Вот и все. К чему все эти объяснения? Хотя на самом деле он злится потому, что не может рассказать Чонгуку о тайнах, что связывают их с Тэхеном. "Просто не хочу" Это сказано опять лицом в стол. Но Чонгук не был бы Чонгуком, если бы послушался. "Не хочешь, чтоб я делал вот так?" Джин чувствует легкое касание зубов сквозь блузу на своем плече. Опять все его тело реагирует приятной дрожью, заставляя громко выдохнуть, но все это так неправильно. Сокджин думает о Тэхене и стыд охватывает его. "Прекрати!" Сокджин вырывается из переплетенных между собой пальцев хёна, разрывая их. Он смотрит прямо в темные глаза Чонгука и дрожит, пытаясь успокоиться. "Джинни?" Чон поднимает одну бровь и смотрит вопросительно. Будто Сокджин сделал что-то странное. А у младшего картинки из прошлого, как Тэхен сидит между его разведенных ног. Так нельзя. Его хёны оба ведут себя странно. С Чонгуком и Тэ его связывают общее желание и фантомная любовь, которой нет особо у Джина. К обоим он чувствует привязанность и братскую любовь, но никак не любовь к партнеру. Так странно. "Хён, я.. Просто не усложняй. Нам это не надо" "Не помню, чтоб я спрашивал у тебя, надо мне это или нет" У Чонгука редко в голосе бывают такие стальные нотки. Джин знает, что старший не любит, когда ему указывают, но тут проблема не для него одного. Сокджин самый младший и должен слушать тех, кто старше. Они всегда все делают для него. Но это его чувства. Его личное дело. Чонгук совсем близко. Нет, он не касается, не заставляет терпеть свои прикосновения и молчать. Он просто смотрит в глаза с ноткой боли и Сокджин ощущает это сильнее, чем тысячи поцелуев. Чонгуку неприятно, что его отталквают, а Джину не по себе, что он тут является злодеем. Он совсем не хотел этого. Все, что было между ними, было лишь развлечением. Ничего серьезного. Так почему он перед Чонгуком чувствует безграничную вину? Не смотри так, пожалуйста. "Я тебе совсем не нравлюсь?" Голос хёна звучит так тихо, что Сокджин уже еще больше ненавидит себя. Нет, конечно нет, Чони-хён. Ты лучший хён на свете. Так хочется сказать ему это, но это не будет утешительно, если не подтвердится действиями. "Нравишься" Чонгук поднимает глаза. Смотрит внимательно с надеждой и легким удивлением. "Но не как парень" Сокджин понимает, как ужасно звучат эти слова. Он наблюдает, как его хён поджимает губы и пытается улыбнуться, но выходит совсем криво. Отводит голову в другую сторону, чтоб Джин не заметил его выражения лица. Но младший замечает. Слишком внимательно замечает и убивает себя в своих мыслях. "Все-таки Тэхен.." Чонгук говорит эти слова, будто осознав впервые. А Джин лишь пожимает плечами, виновато объясняет. "Я не знаю" Между ними странное молчание. Нависает огромной тенью, но совсем не давит. Они вместе в своих мыслях, но будто по отдельности. Каждый думает о своем и это не кажется необычным. "Прости меня" Чонгук говорит это первым. Джин ощущает, как тот кается перед ним, опуская голову. Они оба каятся. Очень глупо все было. "Я не должен был целовать тебя" - следом произносит Чон. И Сокджину нужны были эти слова. Часть вины слетает с его плеч. "Прости и меня" - шепот Джина рождает у Чонгука мурашки. Донсен обнимает его и Чон тоже прижимает его к себе. Очень обидно, и в то же время, справедливо. "Я правда люблю тебя. Но если ты чувствуешь подобное к другому человеку, то я никогда не стану мешать тебе" - даже для Чонгука, звучит слишком сопливо. Но это все правда. Он правда любит своего маленького мальчика, которого взрастил вместе с остальными мемберами. Но тому пришло время самому принимать решения, и он уже отказал Чонгуку. Но на самом деле, старший знает, что хоть на мгновение, но Сокджин принадлежал ему. "Еще раз прости, хённи" Механический голос призывает собираться на сцену. Джин надевает вторую рубашку, а Чонгук помогает ему завязать бант спереди. Им все еще неловко друг перед другом, но они понимают, что так нельзя. Легкая улыбка Сокджина заставляет Чона улыбнуться в ответ. Совсем не искренней улыбкой.